8 глава.
Если январь у нас на Кавказе обычно сырой и туманный, то февраль всегда показывает свой суровый нрав. В самый разгар его холодов нас и настигла сессия. Но мы с Румисой, запершись в тёплой комнате с учебниками, сдали всё на отлично. И как будто сама природа решила вознаградить нас за старания: суровый февраль отступил, уступив место нежной и яркой кавказской весне. Воздух наполнился особым, горным ароматом — смесью влажной земли, цветущих подснежников и бесконечного счастья.
Оценивая прожитые годы, я с уверенностью могу назвать себя счастливым человеком. Моя жизнь, наполненная светом, вызывала чувство глубокой благодарности. Но с появлением Адама всё перевернулось.
Я осознала: оказывается, всё может стать ещё ярче, а счастье — глубже и полнее. Он открыл для меня новые, неизведанные грани мира.
Теперь каждый день дарил неповторимые краски: долгие разговоры по телефону, заставляющие сердце замирать; свидания, превратившиеся в самый желанный ритуал; и неожиданные подарки, говорившие о внимании и нежности. Всё это ворвалось в мою жизнь так стремительно, что почти вытеснило все другие мысли. Теперь в моей голове жил только он — моё неожиданное счастье, мой любимый Адам. Казалось, я обрела не просто любовь, а родственную душу.
Чтобы проводить с ним больше времени, я пустилась в рискованную игру обмана. Родителям и братьям я сочиняла истории о дополнительных занятиях после пар или о поездках к подруге Румисе.
Каждая такая ложь оставляла на душе горький осадок, но мысль о предстоящей встрече с ним мгновенно его смывала.
Моё существование полностью подчинилось ему. Если Адам не звонил несколько часов, я буквально места себе не находила, прокручивая в голове самые тревожные сценарии. Жуткая, разъедающая ревность пожирала меня изнутри. Я ревновала его даже к Раде, которая в моих глазах была едва ли красивее жабы. Это всепоглощающее чувство заставляло меня пытаться контролировать каждый его шаг, каждый вздох.
Но Адам не мог постоянно уделять мне внимание — ему приходилось много работать. Провести целый день за рулём было не так-то просто, это отнимало все силы.
«Хочу чтобы со мной ты ни в чем не нуждаюсь , а для этого нужны деньги, вот и вкалываю», — говорил он с улыбкой, и в его глазах читалась искренняя забота.
А когда же он понял, что я его ревную ко всем, то мягко, но твердо успокаивал меня:
«Самира, поверь, зачем мне кто-то другой, если есть ты? Ты — моя единственная. Я уже нашёл то, что искал».
Его слова звучали так убедительно и тепло, что мои тревоги понемногу растаяли. Я перестала сомневаться и полностью доверилась ему. Это доверие стало для нас обоих большим облегчением.
Лишь изредка, в минуты полного отчаяния, я подходила к зеркалу и, внимательно разглядывая свое отражение, находила утешение в одной-единственной мысли: нет во всем Кавказе девушки прекраснее меня.
Мне тогда и в голову не приходило, что истинная любовь может рождаться не из-за красоты, а вопреки ей — из чего-то более глубокого, настоящего и вечного.
Естественно, тайное рано или поздно становится явным. О том, что мы с Адамом встречаемся, вскоре узнало всё больше людей. Хотя, никто из нас и не пытался это скрывать.
Марта и Рада больше не задевали меня открыто, да и я не провоцировала конфликты — Адам строго-настрого запретил нам ссориться. Но этого запрета было недостаточно, чтобы погасить немую ненависть в их глазах. Мы научились говорить молча, взглядами. Особенно Рада. Её колкий, испепеляющий взгляд, полный чистой, безмолвной неприязни, говорил сам за себя и был красноречивее любых слов.
Как ни странно, Руслан меня не беспокоил. Я его редко редко видела и, постепенно, вздохнула с облегчением — не думала, что он так легко оставит меня в покое. Теперь вся моя жизнь безраздельно принадлежала Адаму. Это новое, всепоглощающее чувство заполнило всё вокруг, как первый весенний свет после долгой и суровой зимы.
Раньше я всегда рассказывала маме о парнях, которые пытались со мной знакомиться, хоть я им и не отвечала взаимностью. А она, выслушав, строго оценивала: «Достоин он тебя или нет». Но с Адамом всё было иначе. Я сразу почувствовала — о нём маме знать не стоит. Даже сомнений не было: мой выбор её бы не обрадовал.
Зато на отца я надеялась. Уж он-то точно должен был меня понять. Папа сам когда-то, будучи из простой семьи, рискнул и женился на девушке из богатого рода.
Рискнул — и не ошибся. А значит, и мой выбор, и моё счастье он должен был понять и принять.
Наступил март, и погода наконец-то нормализовалась. Яркое солнце поднимало настроение, и только учёба мешала полностью наслаждаться жизнью. Приходилось много писать и читать. Хорошо, что мы с Румисой в основном занимались вместе — так новый материал усваивался гораздо легче.
В первый выходной марта мы с ней собрались пройтись по магазинам в центре. Я крутилась перед зеркалом, выбирая наряд, когда в комнату без стука зашла мама.
— Вы с Румисой в центре собрались? — спросила она, оценивающим взглядом окидывая разбросанную по кровати одежду.
— Да, а что? — равнодушно ответила я, не отрываясь от нанесения помады.
— Тогда я с вами. Мне нужно в салон красоты, как раз по пути.
— Ясно, — буркнула я, стараясь скрыть досаду.
Встреча с Адамом была под угрозой, и мысль о возможной случайной встрече с мамой в центре города заставила меня внутренне сжаться.
— Куда едем? — уже в машине спросил Масхуд, заводивший двигатель.
— В центр, я с Румисой там встречусь! — крикнула я с заднего сиденья, чтобы перекрыть шум мотора.
Мама что-то тихо сказала брату, но я не расслышала. Масхуд включил радио на полную громкость, заполнив салон звуками рекламы шампуня. К счастью, маме быстро надоел этот шум, и она убавила звук. Как раз диктор начал вещание о погоде на предстоящую неделю.
— Слушай, — неожиданно обратился ко мне Масхуд, поймав мой взгляд в зеркале заднего вида. — А твоя подруга... она с кем-нибудь общается?
— Нет, — уставилась я на его затылок, пытаясь понять, к чему он клонит. — А что?
— Да так… Хорошая она девушка. И красивая… — он немного смутился.
— Кто? Румиса? — в голосе мамы тут же появились стальные нотки. — Кстати, а почему она с бабушкой живёт? Где её родители?
— Умерли, — холодно ответила я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. — Дядей нет, тётя замужем, своя семья…
— А жильё у них хоть своё есть? — не отступала мама.
— Да.
— Небось, маленькая квартирка?
— Мама! — я не сдержалась. — А что, это так важно?
Масхуд молчал, уткнувшись в дорогу, но по его сжатым плечам было видно, что разговор ему неприятен.
— Мне всё равно, пока Румиса — просто подруга моей дочери, — она бросила многозначительный взгляд в спину сына. — Но невестку для своих сыновей я хочу из нашего круга.
Больше Масхуд не проронил ни слова. Но я всё поняла. Тема его возможного интереса к Румисе была закрыта навсегда. В сердце появилась странная, тягостная пустота. Если мама так реагирует на Румису, что же будет, когда она узнает об Адаме?
Доехав до нужного места, я сразу заметила Румису. Брат быстро поглядел на неё, но тут же отвернулся, будто делая вид, что просто смотрит на улицу. Мама же сидела рядом, и её присутствие ощущалось, как невидимая стена.
Я выскочила из машины и крепко обняла подругу. Мне вдруг дико захотелось насолить маме, чтобы она увидела, как сильно мне дорога Румиса.
— Здравствуйте, тётя! — с искренней теплотой поздоровалась девушка с мамой. — Как у вас дела?
Затем она улыбнулась и помахала рукой Масхуду. Он на пару секунд застыл, а потом неловко, почти смущённо, помахал в ответ.
— Всё хорошо, Румиса, — вежливо, но холодно ответила мама. — Как сама? Надеюсь, с бабушкой всё в порядке.
— Спасибо, всё отлично! — бодро ответила она, хотя я заметила, как её улыбка стала чуть более натянутой.
Пройдя метров двести вместе с мамой, она наконец оставила нас вдвоём, свернув к своему салону красоты.
—Наконец-то! — с облегчением выдохнула я. — Боялась, что она теперь будет ходить с нами целый день.
—Самира, — укоризненно покачала головой подруга. — У тебя такая хорошая мама. Тебе повезло! Я закусила губу,чтобы не высказать всё, что думаю о её «хорошести» и предрассудках. —Ладно, ладно, промолчу! — сдалась я. Мы дружно засмеялись и тут же переключились на более приятные темы.
Первым делом зашли в кафе, где заказали чуду с творогом и апельсиновый сок. Румису я тоже подсадила на это странное сочетание.
—Слушай, — начала подруга, — у меня к тебе новость.
—Какая? — с любопытством посмотрела я на неё.
—Я нашла себе работу.
—Что? А как же учёба?
—Ну, это подработка, — объяснила она. — Пару часов в день. И то не каждый.
—Да? Ладно... И кем?
—Бебиситтером.
—Чего? — это слово я, кажется, где-то слышала, но не могла вспомнить значение.
— Это как?
—Ну... Проще говоря, няня, — пояснила Румиса.
—Так бы и сказала, а то умничаешь... — возмутилась я.
—Ты что, не смотрела фильм «Когда звонит незнакомец»? — перебила она моё ворчание.
— Конечно смотрела! Скажу больше - мы вместе смотрели. - напомнила я ей.
Я вспомнила, что ещё осенью, когда подружки ночевали у меня, мы с Румисой, Хавой и Деши смотрели этот фильм.
Там главная героиня устроилась бебиситтером, и её чуть не убил маньяк. Он звонил ей и пугал, что видит её в чужом доме, где она присматривала за детьми. В конце концов запуганная няня смогла спасти малышей и себя, но её психика сильно пострадала.
—У них есть домашний телефон? — хитро посмотрела я на подругу. —Откуда я знаю? Я у них ещё не была. —Если есть, не бери трубку, когда кто-то позвонит! Поняла? — захихикала я.
—Да ну тебя! — отмахнулась Румиса. —Кстати, а к кому ты устроилась? —Они владеют цветочными магазинами «Запах роз», — объяснила подруга.
—Не знаю таких, — пожала я плечами. — А с чего вдруг решила работать?
—Ну... — замялась Румиса. — Деньги всегда нужны. Конечно, у бабушки пенсия есть... да и я стипендию получаю...
—Ты молодец! — прервала я подругу, видя, как ей неловко объяснять. — Я вот бездельница, а ты...
—Будь я на твоём месте, тоже бы не работала, — улыбнулась мне Румиса.
—Ну спасибо, — с нежностью посмотрела я на девушку. Как я раньше не замечала,какое сокровище рядом со мной.
—Кстати, Адам твой когда придёт? —Уже скоро, — ответила я. — А ты куда?
—Я домой, мне после обеда на работу. В выходные я у них буду больше находиться.
—А сколько там детей? —У хозяина этого магазина... две жены.
—Ну началось, — закатила я глаза. — А потом выяснится, что ищет третью. И как раз ты под рукой.
—Фу! Не говори глупости! — возмутилась Румиса.
— Ему лет под пятьдесят.
—Как раз в расцвете сил.
—Хорошо, — кивнула Румиса. — Тогда ты будешь его четвёртой женой.
—Тогда он разведётся со всеми в один день, если среди его жён окажусь я, — засмеялась я. — Не рушь чужие семьи. С моим характером ему не справиться.
Через два часа, поев в кафе и обойдя все магазины, мы подошли к остановке. Возле своей машины уже стоял Адам, ожидая меня. Тут же подъехала маршрутка Румисы, и, попрощавшись с нами, подруга уехала.
— Как дела, Самира?
— Хорошо, Адам. А у тебя?
— Хорошо, Самира. Что делаешь?
— С тобой стою, твою машину сторожу.
Адам засмеялся, а я лишь слегка улыбнулась.
— Говори, куда пойдём? — спросил Адам. — Хочешь свои любимые чуду с апельсиновым соком?
— Ой, нет, — отмахнулась я. — Мы уже поели с Румисой. Давай просто пройдёмся.
И мы углубились в сторону парка.
— Ты с кем приехала?
— Меня брат привёз. И мама с нами.
— С Виситой?
— Нет, с Масхудом.
— А мама где?
— В салоне, — объяснила я.
Лицо Адама странно передёрнулось, но он промолчал. Наверное, подумал, что у богатеньких свои причуды.
— Сколько у нас есть времени?
— Ну... Пока мама не закончит свои дела. В любой момент может прийтись уехать.
— Жаль, — расстроился парень, и его лицо стало серьёзным. — У меня к тебе, кстати, разговор.
Он слегка побледнел, а я остановилась. Мне немного стало не по себе.
— Что такое? — в голову полезли всякие неприятные мысли.
"Неужели хочет со мной расстаться?" — меня окатила волна страха.
— Ты чего так побледнела? — усмехнулся Адам. — Как будто я хочу тебе предложить банк ограбить.
— А что, нет?
— А ты согласна?
— Согласна, — сказала я, не задумываясь.
— Стать моей женой?
— Твоей? — не сразу дошёл до меня смысл его слов.
— Ну, а чьей ещё?
Я от волнения потеряла дар речи. Наконец-то я поняла, о чём речь.
— Ты шутишь? — с трудом проговорила я.
— Нет, конечно. — Адам стоял напротив меня и внимательно наблюдал за моей реакцией.
А я, смущаясь и краснея, не могла сосредоточиться.
Я уже хотела сказать, что согласна, как в голове всплыли воспоминания утреннего разговора Масхуда и мамы.
"Из нашего круга!" — любимая фраза мамы.
Конечно, она убьёт меня, если узнает про Адама, про его старую машину, простую одежду и работу, которой никто восхищаться не будет.
— Если ты не согласна, то так и скажи, — неожиданно издалека послышался голос Адама. — Только не томи своим молчанием.
Я подняла на парня глаза. Он внимательно смотрел на выражение моего лица. А в его зелёных глазах была такая печаль, что мне захотелось заплакать. Неужели он так же боится меня потерять, как и я его? Неужели я так же дорога ему, как и он мне?
— Я согласна, — только и смогла я произнести. — Как может быть иначе.
— Серьёзно? — привычное весёлое выражение лица вернулось к парню.
— А ты сомневался?
— Твоё молчание затянулось...
— Тут дело в другом, — не знала я, как правильно донести это до Адама.
— В чём?
Мы, конечно, образно представляли наше будущее. Но он до этого дня не делал мне предложения. Хотя я мечтала услышать заветные слова, но когда дождалась — возникли новые проблемы.
— Мои родители, — тихо ответила я, отводя взгляд в сторону.
— Я понимаю это, — пробормотал Адам. — И не осуждаю твоих родителей. Богатая семья, единственная дочь, и тут... Я — средний класс.
— Мне всё равно, какой ты класс, — добавила я на всякий случай. — Знаю, на что иду.
— Поэтому я и сделал тебе предложение, — объяснил Адам. — Не обещаю золотые горы. Но! Пока я жив и здоров, горы сверну ради жены и наших детей. А твои родители... Ну, им придётся со мной смириться.
Он подмигнул мне и пошёл вперёд, а я последовала следом.
Тут я вновь подумала о том, что папа должен меня понять и поддержать. Эта мысль успокоила мое сердце и я уже ни о чем не переживала.