Стокгольм в голове

- Теперь, я тебя внимательно слушаю, - мужчина облокотился на стол, сидя напротив девушки. Его взгляд наблюдал за ее действиями. Полицейский не торопил ее. Дал время успокоиться и собраться с мыслями. – Не беспокойся, все будет хорошо. Тут ты точно в безопасности, - мужчина постарался улыбнуться, вдруг этот жест подействует положительно, и тогда девушка быстрее начнет рассказ. Он видел, она хочет рассказать многое и важное, но что – то мешает.

- Спасибо, что согласились уделить мне время, - начала твоя сестра, крепче сжимая стакан с чаем, словно хотела согреться. На языке крутились слова, но не знала с чего начать. В итоге выпалила, что пришло в голову первое. – Вы должны арестовать моего брата! – это было сказано очень уверенно и с ноткой настойчивости. Полицейский даже удивился такому заявлению. В его взгляде сразу мелькнуло удивление и доля непонимания. Девушка уловила это, поэтому продолжила уже без дрожи в голосе. Что-то ей придало уверенности сейчас (взгляд мужчины, который хотел пояснения, наверное это). – Это все по его вине. Он все подстроил. Все по его гребанному плану! Вы понимаете? – с надеждой посмотрела она на собеседника.

- Вы сейчас обвиняете своего родного брата, который недавно был в больнице с огнестрельным ранением? Он дал нам показания, также предоставил запись с камеры возле входа в дом.

- Да, черт возьми! Этот поганец все сделал. Не один, конечно… Я…Я знаю, что он дал показания вам. Знаю, что наплел очередную ересь!

- Тише. Голос сорвете. Я вас слышу.

- Простите, просто …просто я сама не верю в происходящее. Это все так не вяжется, - сбавила тон девушка и смотрела на чай.

- Ваш брат уверяет, что ваша сестра все подстроила. По ее же вине случилось все. Подскажите, у нее были трудности с деньгами или ссора с родителями может?

- Что? Нет! Боже. Вы меня слышите? Она пустила ему пулю, когда все узнала. Мой брат выложил все ей и не отрицал своей вины. Все происходило у нас дома. Он с детства был тем еще говнюком и хотел, чтобы все происходило по его. Он хотел быть всегда лучшим. Твою мать, это все из – за гребаных денег и наследства. Лучше бы его пристрелили вместо мамы, - она шмыгнула носом.

- Откуда вы знаете, что было в тот момент в доме? Ваш брат говорил, что тогда были только двое в помещение: он и ваша сестра. Он уверенно ответил, что вас дома не было. Вы были у подруги.

- Ах, это. Нет, я была дома. Да, я хотела немного сменить обстановку и договорилась с подругой. Она должна была заехать за мной, чтобы отвезти к себе. Мы хотели устроить мини-девичник. Это и сообщила брату, когда он уезжал в больницу к отцу. Он еще сказал, что это хорошая идея. Это меня немного перезагрузит. Однако подруга…у нее случился форс мажор – ее вызвали на смену, можете проверить мои слова, я могу предоставить контакты. Поэтому я осталась дома. Брату не стала говорить. Зачем?

- Придя домой, он не стал проверять, дома вы или нет? Занялся своими делами?

- Да. Я не из тех, кто постоянно врет. Он всегда верил на слово мне. К тому же, я сидела тихо в комнате.

- Вы услышали шум? Как вы поняли, что внизу что – то происходит?

- Да. Услышала громкие голоса. Решила не шуметь и тихо вышла из комнаты, спряталась за стеной и наблюдала аккуратно. Пусть я и не видела происходящего, но точно слышала все и знала, кто там. Диалог был ужасен и…, - девушка сделала глубокий вздох и отпила немного чая. Он был уже весь холодный.

- И? – мужчина ожидал продолжения рассказа – истории.

- Знаете, я давно хорошо знаю сестру и брата…Их поведение и эмоции…В тот момент я не узнавала свою сестру. Кто – то словно вселился в нее. Знаю, звучит бредово, но… Моя сестра говорила страшные вещи, а брат был по – настоящему напуган. В тот момент мне стало страшно. Потом сестра убежала…приехала полиция, скорая. Я также тихо ушла в комнату словно меня и не было. Дальше уже брат написал, что он в больнице. Я прибыла на место…все. Потом отвезла его домой, тк он не хотел оставаться в больнице, устроил там скандал….не буду объяснять все. Дальше позвонила вам и попросила о встрече, брат не знает. Думает, я в городе за продуктами уехала….все.

- Хм, звучит правдоподобно. Складно.

- Это все, что вы можете сказать? Твою мать… я хочу найти сестру и посадить этого ублюдка.

- Я понимаю, и верю тебе. Я верю в твои слова.

- Правда? Вы поможете?

- К сожалению, твоих слов будет не достаточно. К тому же, извини меня, но ты на лечении. Ты проходишь лечение и принимаешь таблетки. Твои слова будут ставиться под сомнение. Твой брат же…у него алиби и черт знает, какие есть козыри в рукаве. Нужно действовать аккуратно.

- Серьезно? Моя сестра на грани смерти, возможно мертва уже. Мой брат может убить и меня или упечь в психушку. Аккуратно? Уже не осталось времени на аккуратность! Спасибо за чай, - девушка встала из -за стола и покинула кабинет, не слушая слов мужчины. Он хотел ее задержать и закончить диалог нормально, но вот девушка уже все решила.

***

«Снова эта холодная вода под ногами. Снова эта гребаная темнота и пустота вокруг. Где – то всплески воды словно кто – то плескается. Ты делала пару шагов вперед и осмотрелась. Обняв себя руками, пошла вперед, надеясь в этот раз найти выход. К сожалению, его не было.

Услышала, что к тебе навстречу кто – то идет. Ты не видела, кто это. Однако хорошего не ждала.

- Маленькая сука, - этот голос. Такой знакомый и ненавистный. Ты смогла теперь разглядеть своего брата. Он был в костюме, весь мокрый. – Посмотри, какой беспорядок ты сеешь! Как всегда. Все твои решения приносят хаос! Если ты сдохнешь, то сделаешь одолжение этому ебаному миру!

- Нет, - ты покачала головой и сделала шаг назад. – Это сон…тебя нет тут.

- Сделай одолжение, сестренка, сдохни. Ну же, не делай больше глупостей, которые могут иметь необратимые последствия.

- Что? – ты почувствовала, как в твоей руке появилось что – то увесистое. Это был револьвер. Как он оказался тут? Ты посмотрела на руку и приподняла оружие, чтобы рассмотреть. – Выбор? – твой взгляд снова метнулся к брату, который улыбнулся (правда больше было похоже на оскал, безумный оскал).

- Выбор, сестренка. Прострели себе башку. Избавь всех от мучений и проблем! Давай! Стреляй! – он разразился истеричным хохотом. Его образ стал таким отвратительным и безобразным. Хотелось выстрелить в него, но рука не поднималась в его сторону. – Давай, мать твою! – рука непроизвольно стала подниматься к твоей голове, к виску. Ты не могла остановиться, тело не слушалось тебя. В голове нарастала паника и ужас. Чувствовала, как дуло прислонилось к виску. – Ну!

- Тише, мышь, - твои глаза накрыли рукой, ты больше не видела брата. Руку с пистолетом также накрыла другая, чужая, рука. Выстрела не произошло, тебе помешали совершить самоубийство. – Убить тебя могу только я, я же дал тебе обещание. Не стоит отбирать у меня этот шанс.»

Ты резко открываешь глаза, о чем немного жалеешь. Перед глазами мутно все. Ты закрываешь их медленно и снова открываешь. Пытаешься хоть на чем – то сфокусироваться. После нескольких попыток, получается сделать задуманное. Память начинает восстанавливаться, а мыли загудели шумно в голове. Ты вспомнила, что произошло и шумно выдохнула. Поняла, что дел натворила, хотя они как капля в море в данной ситуации.

- Твою мать, - шумно выдохнула ты и приняла попытки встать.

- Легче, тише, - где – то рядом раздался голос. Ты повернула в его сторону голову и удивленно похлопала глазками. Только сейчас поняла, что лежишь головой на коленях Маски. Ты вспомнила, как задремала после дури в такой позе. Он смотрел на тебя сверху, не отводя ехидного взгляда. – Не надо резких движений. Не думаю, что ты часто такие посиделки устраивала. Мой совет, пока приходи в себя, - кажется он вообще не ложился. Неужели сидел все это время, пока ты спала? – Что за испуганный взгляд? Расслабься, ты вырубилась не на долго. Решил не будить и дать перезагрузиться тебе. Как состояние?

- Дерьмо. До этого было лучше. Как ты …как, блять, ты держишься? – это единственное, что ты смогла сформировать (ну, или первое, что пришло в голову).

- Пф, - сдержал смешок Тим, - серьезно? Боже, посмотри на меня. У меня уже иммунитет, блять. Раньше был как говно, как ты прямо сейчас.

- Отлично. Именно это я хотела услышать. Лучше бы не велась на твое предложение.

- Я не заставлял.

- Завали, - больше не хотелось что – либо слышать от него. Ты медленно встала, держась за спинку дивана. Попытки обвенчались успехом. Необходимо было умыться, может поможет. Еще было бы неплохо узнать дальнейшие действия, хотя они уже не имели смысла. Было немного плевать на то, что ждет в будущем тебя.

На дрожащих ногах отправилась в ванную комнату. На раковине были бинты и маленькая аптечка. Вспомнила про Худи. Недавно он обрабатывал свои раны. Точно! Наверное, все хорошо, раз он не говорил об этом, да и вообще не твое дело. Прохладная вода окатила лицо. Капли стекали по лицу к подбородку. Снова умылась и прополоскала рот. Наконец, пропала эта сухость во рту. О чем только думала, когда вчера решила пойти на такой шаг? Скорее всего сподвигнули на этот шаг эмоции. Чего гадать, уже все сделано.

После водных процедур ты вернулась в зал. Пока сидела в комнате с Маски, то не замечала этого (ведь сама сидела и дымила тоже). Сейчас, выйдя из другой «комнаты», ты ощутила весь шлейф. Сидеть больше тут не захотелось. Тихо протопала босыми ногами (видимо вчера успела избавиться от обуви, главное сегодня найти), скрылась за дверью в спальню. Интересно, Маски уснул или продолжил оперетивчик? Было ли столь это важно? Наверное, нет.

В спальне было тихо и свежо из -за открытой форточки. Ты бегло осмотрела комнату, на кровати никого, лишь скомкано покрывало и помята подушка. Толстовка желтого цвета висела на кресле, на котором никого и ничего не было кроме этой вещи. Ты сделала шаг вглубь комнаты. Раздался шорох и щелчок. Ты резко обернулась на звук и увидела его. Худи сидел в углу комнаты и собирал пистолет, а рядом лежал тот револьвер из отцовского стола. В ушах раздался звук того выстрела. Он сейчас казался таким громким, а тогда – мед для ушей. От этих мыслей передернуло внутри.

- Что случилось, мышка? – худи поднял взгляд на тебя, не прекращая занятие. Он казался расслабленным и спокойным. – Ловишь отходняки? – ты же смотрела на него и не говорила ни слова. Худи усмехнулся и отложил оружие, закончив дело. – Так и будешь молчать? Вчера ты была разговорчивее, а смелости и решимости было хоть отбавляй. Куда это все делось? – он достал сигарету и пытался закурить, поджечь ее. Зажигалка упорно отказывалась это делать. Парень недовольно цокнул. Ему явно не было по – душе твое молчание.

- Не спится. Маски чувствует себя намного лучше, чем я, - ты приблизилась к парню и села возле его ног, обняв свои колени. Худи смерил тебя взглядом и отложил свое занятие.

Худи продолжил мучить зажигалку. Первый раз — щелк, вспышка, но пламя гаснет. Второй раз — снова лишь искра и все. Худи замер на секунду и сделал глубокий вздох. На третий раз огонь наконец загорается ровным желтым язычком. Он делает глубокую затяжку, выпускает струйку дыма в застоявшийся воздух, положив зажигалку на пол. Дым идет плавно в твою сторону. Парень осмотрел тебя (соизволил обратить внимание, а нужно ли оно тебе) – босая (куда дела тапки?), кофта в темных пятнах и пыли, волосы собраны в небрежный хвост. Молча, присела так рядом. Поза твоя была не вызывающей, а покорной или смиренной, почти что-то детское в этом жесте — устроиться у ног более сильного. В мыслях это вызвало улыбку даже.

Не глядя, не спрашивая (вот так в молчание), ты потянулась к его руке с сигаретой, аккуратно взяла ее и сделала глубокую, «опытную» затяжку. Кашлять уже не приходилось. Легкие привыкли (потребовалось не так много времени).

- Забери всё. Все, что есть, - произнесла ты, выдыхая дым. Голос тихий, ровный, без интонаций. Сейчас показ эмоций был лишним. – Мой дом, деньги, счета, все. Мне всё равно, — ты сделала еще одну затяжку, передавая сигарету обратно, подвинувшись чуть ближе. — Только дай убить его. А потом... убей меня, - пожала ты плечами (так было тебе плевать сейчас на свою шкуру). – Оставьте в живых отца с сестрой. Пусть думают, что я просто... исчезла. Сошла с пути. Им будет тяжело… но они справятся.

- Это и есть твой итог? – произнес он ответ. Голос был низким и без оценки. Худи взял сигарету из твоих пальцев. - Всё продать, чтобы купить два трупа? Это глупо. Это не похоже на тебя. Нет, ты можешь подумать лучше.

- Это единственное, что имеет смысл сейчас для меня. Я уже мертва. Ты это прекрасно видишь. Просто еще дышу. Это ведь временное явление, - с твоих уст сорвался горький смешок. - Дай моей смерти смысл, пожалуйста. Дай ей стать... чистой работой, - неужели ты уже смирилась со своей судьбой так быстро?

- Чистоты не бывает в нашем мире. Мы уже с тобой говорили об этом, - на его лице мелькнула ухмылка. - Всегда остаются... последствия. Воспоминания. Призраки. Не получится уйти тебе как бездомный, - он снова затянулся. Дым клубился над ними, как призрак.

«Мышка, боже мой. Она уже говорит, как мы. Думает категориями сделок и чистоты работы. Интересно, как далеко она могла бы зайти, если бы... Нет. Никаких если бы…»

Его свободная рука сама потянулась к тебе. Ты не шелохнулась даже, а зачем? Ты не чувствовала угрозы с его стороны. Пальцы коснулись твоих волос, выбившихся прядей. Провел по ним, ощущая текстуру. Потом кончики пальцев опустились на шею, большой палец провел по линии плеча. Ты не вздрогнула. Не отстранилась. Была как холодный мрамор (ожидала следующего шага, как в тот раз?).

«Что будет, когда ее не станет? Пустота. Много ли людей будет скучать? С ней было весело. Развлечение на эти дни, разнообразие. Кто-то должен был составлять компанию в этом бессмысленном ожидании.»

- Смерть — это не решение, - словно вердикт вынес Худи. - Это конец решений. Ты уверена, что хочешь лишить себя всех вариантов? Даже плохих?

- У меня больше нет вариантов. Все варианты уже были исчерпаны, - пожала ты плечами. - Только этот. Ты дал мне его тогда, в ванной. Я просто... принимаю условия.

Он смотрит на тебя. Видит не жертву, не мстительницу. Видит инструмент, который сам просится в руки и просит, чтобы его сломали после использования. Это было одновременно и удобно, и... раздражало своей окончательностью. Его пальцы все еще лежали на твоей шее. Худи чувствовал под кожей ровный, спокойный пульс. Ты уже смирилась и все решила для себя.

- Я приму к сведенью твои слова, - кивнул он головой. Он не сказал «да». Оставил лазейку? Зачем? Хочет услышать другие варианты от тебя? Ты молча встала и вышла, оставив парня одного с оружием и призраком просьбы от тебя, витавшим в прокуренном воздухе спальни.

СМС – переписка:

«Пора заканчивать. Жду результатов!»

«Придерживаться плана?»

«Да. Заберите то, что нам обещали. В случае непредвиденности – решения за вами.»

«Поняли.»

- Вставай, - тебя тряхнули за плечо. Ты не помнила, как снова задремала. На этот раз на кровати. Сонные глазки сфокусировали свое внимание на парнях. Тим складывал какие – то вещи в небольшую сумку, а Худи будил. – Доброе… хоть еще и не утро. Что же, удача пока с тобой. Вставай.

- Дорога?

- На этот раз, последнее путешествие, - он подмигнул и направился в зал. Не стал ждать, когда ты встанешь. Парень знал, что ты сейчас придешь.

«Выстрел! Снова выстрел и снова в цель. Третья банка слетела с пенька. Ты довольна была своим результатом. Сзади услышала одобрительный свист. Ты резко обернулась и увидела брата, который сидел на траве и довольно улыбался. Интересно, как давно наблюдает за тобой тут?

- Завидуешь? – подмигнула ты, вскинув револьвер. На лице была довольная улыбка.

- Чему? Новичкам везет, - махнул он руками, смешно нахмурив брови.

- Эй! Это я в твой адрес могу такое только сказать, - пробурчала ты.

- Конечно. Ты уже давно тут, мама попросила узнать – все ли хорошо.

- Стрельбы помогает расслабиться и снять ненужные эмоции, выплеснуть.

- Это ненормально. Наша сестра рисует картины – снимает стресс. А ты…не верю, что так можно это сделать.

- Никогда не знаешь, какой навык тебе может пригодиться в жизни, - подмигнула ты брату и сбила еще одну банку. Брат захлопал в ладоши и предложил вернуться домой, потому что на горизонте намечалась тучка.»

Ты подходишь к входной двери родительского дома и застываешь на месте. Чего-то ожидаешь? Может, стало страшно? Пару минут назад в тебе было много решимости, а сейчас? Пальцы рук похолодели, а в животе запорхали бабочки, но не от счастья (какое уж тут!). Взгляд так и впился в эту сраную железную дверь, за которой — прошлая жизнь, которую ты сейчас предашь огню.

Тут до тебя донеслись почти неслышные шаги. Это был Маски. Он оценивающе посмотрел на данную сцену — на твою замершую фигуру, на напряженные плечи — и усмехнулся, скалясь (жаль, за маской ничего не видно). Решил помочь с дальнейшими действиями – перед твоими глазами он потряс маленькой связкой ключей, которые поймали слабый свет уличного фонаря.

Твои глаза расширились от удивления, смешанного с леденящим ужасом. Это были твои ключи. Они стащили их тогда, в первые дни, и оставили до лучшего времени? Какой расчетливый, долгий план... Будь другое время или ситуация, потребовала бы ответов, но не сейчас. Ты, нахмурившись, почти вырвала связку из его пальцев и аккуратно, с дрожью в руках, вставила ключ в замок. Он так легко вошел в замочную скважину, словно его там ждали. Ты давно самостоятельно не открывала родительский дом – всегда стучалась, всегда ждала, что тебе откроют. Дверь тихо открылась, и ты толкнула ее. Перед тобой открыта теперь дорога, на которой нет пути назад. Ты уже не сможешь свернуть.

В доме были слышны приглушенные звуки телевизора на первом этаже. В гостиной кто-то был. Ты надеялась, что это брат. И отчаянно надеялась, что сестры нет в доме – пусть будет в гостях у подруги, пусть что угодно, только не здесь.

Маски жестом показал, что поднимется наверх, чтобы проверить комнаты. Они не хотели незваных свидетелей. Парень почти бесшумно скользнул по лестнице, и ты впервые заметила, какая поступь у этого гаденыша — мягкая, как у кошки. Худи шел рядом с тобой в той же манере, его дыхание было ровным, спокойным, будто он пришел в гости.

Ты прошла вперед, уже с ложной уверенностью, прямо в гостиную. Там, развалясь на диване, сидел брат. По телевизору шла какая-то развлекательная передача, заполняющая комнату пустым весельем. Брат не повернулся к тебе, увлеченный экраном. Обошла диван и увидела, что он задремал, рот приоткрыт, лицо расслаблено. Наверное, шла очень интересная передача или фильм. Ты взяла пульт и выключила телевизор. Резкая тишина ударила по ушам. Хочется все сделать в тишине.

Брат вздрогнул, приоткрыл глаза и сонно, не понимая, посмотрел на тебя. Он не верил, что ты снова тут. Поморгал пару раз и потер глаза рукой, смахивая остатки сонливости. Ты же ждала, пока он проснется, не хотела начинать, пока он спит.

— С добрым утром, — произнесла ты спокойно, продолжая стоять недалеко от дивана. Пульт кинула на кресло. — Надеюсь, не прервала пикантный сон.

— Так ты, действительно, снова тут, — прошипел брат, сев поудобнее на диване. Его лицо постепенно очищалось от сна, наполняясь злобой и недоумением. — Как ты попала сюда? Я все двери закрыл, чтобы избежать незваных гостей, как в тот раз.

— Какая жалость, они все же пришли, — раздался ровный голос Худи. Он возник позади дивана, как призрак, и приставил дуло пистолета к его затылку. — Дернешься — я выпущу пулю. Стреляю я намного лучше, чем твоя милая сестренка. Не советую проверять. — Его лицо было скрыто маской с грустным смайлом, но ты отчетливо представила, как растянулась холодная ухмылка на его лице.

— Что происходит? Мы так не договаривались, кажется, — старался сохранить ровный тон и спокойствие твой брат, но по его спине пробежала судорога страха.

— Нам сказали, что мы можем действовать по обстоятельствам, — парировал Худи, его палец лежал на спусковом крючке.

— Что за нахер, — выругался брат. Его уверенность начала трещать по швам, обнажая панику.

— Уж простите, — раздался громче голос Маски, который вошел в комнату. На его руках была твоя сестра, ее голова безвольно запрокинулась, глаза закрыты. Ты надеялась, что она спит. Сердце упало, и ты сделала порывистое движение к ней. — Тише. Она спит. С ней все хорошо, не считая той легкой дозы, которой пришлось ее угостить, — с почти нежностью уложил девушку в глубокое кресло, поправил ей волосы и остался стоять рядом, как злой джинн при своей спящей принцессе. — Кажется, я прервал милую беседу, — усмехнулся он, его взгляд скользнул с брата на тебя, полный ожидания спектакля.

Худи посмотрел на тебя, кивком указал на брата потом. Хватит диалогов, пришло время финального действия. Чувствовала дрожь в коленях, которую хотелось унять по щелчку пальца. Ты подошла ближе к брату. Маски встал с боку от тебя и протянул тебе револьвер. Тот самый, который ты прихватила с собой в тот раз из кабинета отца. Рука сама потянулась за ним. Тебе казалось, что все это совершаешь не ты, а кто – то другой. Ты лишь наблюдатель. Брат наблюдал за тобой и твоими действиями, а его глаза наполнялись медленно ужасом.

— Стой! Подожди... подожди... это же я... Какого хера ты делаешь? — его голос был полон отчаяния, ты прекрасно это слышала.

- Хочу пустить тебе пулю в лоб, - спокойно ответила ему, наставив револьвер на него. – Пора заканчивать этот ебанный спектакль, который ты устроил. Я не хочу, чтобы кто – то еще пострадал от твоих рук. Вдруг ты потом приложишь руку к ней, - кивнула в сторону спящей сестры. – Ты разрушил меня, но ее мир останется целым, - сказала так словно вынесла вердикт. Парень видел, что ты не отступишься от задуманного. Он только сейчас понял, что это конец.

- Остановись, прошу…

Ты уже не слышала эти мольбы и просьбы. Ты видела не его. Ты видела предательство. Боль. Унижение. Дни ада. Лицо отца в больнице. Ты подняла револьвер на уровень головы брата. Рука не дрогнула. В мире остались только ты, он и ебаный револьвер.

«Это уже не я. Это тот, кем они меня сделали. Они все приложили к этому руку. Нужно сделать последний шаг, чтобы закончить игру. Чтобы защитить единорогов.»

Раздался глухой, утробный хлопок в доме. Пуля вошла аккуратно в центр лба родного человека. Его голова откинулась на спинку дивана, на лице застыла маска вечного удивления и ужаса.

Ты стояла, не двигаясь, так и держала оружие в сторону брата. Запах пороха, сладковатый и едкий, ударил в нос. В ушах звенела тишина, громче любого звука. Ты только что переступила последнюю черту. Обратной дороги не было. Дальше остается лишь принять последствия. Внутри не было страха или дрожи.

—Чистая работа, - Маски свистнул тихо, кажется, в этом жесте была доля восхищения.

Худи молча наблюдал, опустив свой пистолет. Жаль, не было видно его глаз. В них было не одобрение, не осуждение (только не это), а финальный интерес. Он увидел полное и окончательное падение когда – то хрупкой и немного наивной девочки. Худи подошел к тебе. Его движения были плавными, экономичными. Он взял у тебя из оцепеневших пальцев револьвер. Ты же продолжала смотреть на труп брата, как его кровь пачкала диван. Вспомнилось, как мама ругала вас, если вы пачкали его обивку. Видела бы она сейчас происходящее.

—Желание исполнено. Все было красиво, — произнес тихо Худи, почти лаконично, наклонившись к твоему уху. Его голос отозвался эхом в твоей голове. Ты посмотрела на него уже. Так близко. Нос уловил уже родной запах. Ты сделала глубокий вдох, а парень, отошел от тебя. – Эй! Забираем то, что наше и валим. Заебал этот цирк уже. Нам там уже настрочили кучу поручений, - Маски стал напевать себе что – то под нос, направляясь за своим (ранее ты дала точные инструкции, где и что лежит). Ты посмотрела на Худи и на то, как удаляется Маски из комнаты. В этот момент Худи поднял руку с пистолетом в твою сторону. Ты не успела что-то сказать, лишь почувствовала резкий, жгучий удар в грудь. Не больно. Сначала просто шок, словно тебя сильно толкнули. Ты посмотрела вниз — на светлой кофте уже расползалось алое пятно. Так быстро. Ты подняла на Худи взгляд. — Спи, зайка, — тихо сказал он. — Ты хорошо себя вела и сделала правильно все.

Твое тело стало ватным, ноги подкосились. Ты не падаешь, а проваливаешься куда-то вниз, в мягкую, нарастающую темноту. Она так долго тебя ждала, а ты убегала. Звон в ушах сменяется нарастающим гулом, как будто тебя погружают в воду. Свет гаснет перед глазами, звуки пропадают. Последнее, что ты чувствуешь — это холод пола под щекой и звук удаляющихся шагов.

Теперь не нужно ни о чем волноваться. Ты верила, что они не тронут твою сестру (она ведь не видела даже их). Откуда такая уверенность?

Вскоре ты окончательно погрузилась в эту тьму.

«Прости меня, папа…»