Глава 2
Чёрный лимузин плавно остановился перед высоким, сверкающим зданием, в котором уже собралось множество высокопоставленных лиц: министры, дипломаты, представители ООН. Все они знали, что сегодня Ваканда откроется миру. Но никто, кроме немногих членов службы безопасности, не был предупреждён о том, кто будет сопровождать королевскую семью.
Дверь автомобиля открылась. Первым вышел король Т'Чака — величественный, спокойный, сдержанный, как всегда. Следом появился Т'Чала, чьё лицо было скрыто за маской королевского достоинства, но в глазах таилась внимательность. И последней, шаг за шагом, появилась Мэй.
Она двигалась, как тень, — плавно, чётко, уверенно. Её чёрный капюшон отбрасывал густую тень на лицо, а высокий каблук боевых сапог, скрытых под длинной тканью плаща, придавал ей внушительный рост — почти 178 сантиметров. Величественная осанка, руки, сцепленные за спиной, и стальной взгляд из-под капюшона — всё в ней кричало о дисциплине и опасности. И хотя ни одно слово о ней не было сказано вслух, её присутствие ощущалось, как удар током.
Министры, собравшиеся у входа, перестали разговаривать. Их взгляды скользнули по Мэй с лёгкой тревогой. Некоторые переглянулись. Внутренние службы безопасности, получившие ранние инструкции, знали только одно: «Амазония». Остальное — засекречено. Даже название страны было запрещено к обсуждению на открытых каналах.
Один из охранников не удержался — он провёл рукой по шее, будто отгоняя холод. Девушка, сопровождающая Т'Чаку, выглядела слишком спокойно... слишком грозно. И это пугало.
Мэй не обращала внимания. Она знала, как на неё смотрят. Знала, что вызывает тревогу. Но это было частью её роли. Телохранитель не должен быть понят. Он должен быть угрозой.
Т'Чака шел спокойно, а Т'Чала, замыкая трио, раз за разом оглядывался на неё и, уловив мельчайшие жесты, позволял себе еле заметную улыбку. Он знал Мэй с детства. Видел, как она тренировалась с копьём, как сжимала кулаки при каждой несправедливости. Он знал, что под капюшоном — не просто воина. Там была часть его прошлого. Его дружба.
Внутри переговорной залы всё было готово. Длинный стол, флаги, камеры, журналисты — всё жаждало великого события. Когда вошёл король Ваканды, все встали. Мэй, как положено, заняла место по правую руку от Т'Чаки. Она не села. Осталась стоять — как страж, как стена.
Т'Чала занял место по левую руку от отца, взгляд его был устремлён вперёд, но глаза периодически возвращались к ней. Он ловил на себе чужие взгляды, следящие за Мэй, и внутри него что-то сжималось. Она стояла там, гордая и одинокая, под прицелами внимания, но не позволяла себе дрогнуть.
Прошло 15 минут...
Мэй стояла неподвижно, словно высеченная из тёмного камня. Её глаза, скрытые в тени капюшона, медленно скользили по помещению, отслеживая каждое движение, каждое лицо. Холодный внутренний голос подсказывал ей — здесь что-то не так. Воздух был слишком напряжённый, взгляды — слишком скользкие. Она не чувствовала опасности, она её знала. Её инстинкты кричали.
Она обвела взглядом окна — огромные, панорамные, как открытая цель. Прошла по стенам, отметила охранников, просканировала лица. Большинство были обычными дипломатами — нервные, но без угрозы. Однако её внимание ненадолго задержалось на одной сцене: Т'Чала стоял немного в стороне от основного стола, и разговаривал с женщиной в тёмно-синем костюме. Она была низкой, с рыжими волосами, собранными в хвост, и хищной улыбкой. Мэй нахмурилась. Эта девушка казалась опасной. Не оружием — намерением. И в то же время... оба явно наслаждались беседой.
Мэй отвела взгляд. Это не её дело.
Она снова осмотрела помещение. Всё казалось под контролем, но сердце било тревогу.
В этот момент загорелись основные лампы, и переговоры официально начались. В центре зазвучал голос короля Т'Чаки, ровный и глубокий. Все слушали его с уважением. Мэй скользнула чуть ближе, напряглась.
И тут...
ВЗРЫВ.
Оглушающий грохот пронёсся по залу. Панорамное окно с треском разлетелось. Стекло полетело в разные стороны, люди попадали со своих мест, кто-то закричал. Стол взлетел вверх, а ударная волна снесла всё на своём пути.
Мэй среагировала инстинктивно, но слишком поздно — она не успела заслонить Т'Чаку. Её тело отшвырнуло в сторону, она ударилась спиной о стену, но тут же поднялась. Гул в ушах, в глазах пульсирующий свет. Она повернулась и увидела, как король лежит без движения, а Т'Чала, в дыму, тянется к нему.
Всё внутри Мэй сжалось. Время замедлилось.
Куски стекла ещё осыпались с карниза. Сквозь обломки панорамного окна виднелся город. И где-то там... где-то среди этих улиц прятался убийца.
Мэй резко подбежала к обломкам, оценила расстояние. Пять этажей. Каменные плиты внизу. Ни секунды сомнений. Она оттолкнулась.
Плащ взметнулся в воздухе, как крылья. Её тело, выпрямленное и собранное, скользило вниз в полном безмолвии. Она приземлилась мягко, на оба колена, перекатилась вперёд, как это делала тысячу раз в тренировках, и в тот же миг встала.
Ни боли. Ни страха.
Она подняла голову. Ветер шевелил капюшон. Мэй закрыла глаза на долю секунды и сосредоточилась. Вдох. И выдох. На земле остались свежие следы. Обугленные фрагменты ботинка. Запах взрывчатки. Движение в переулке.
Она сорвалась с места. Молча. Без колебаний. Без приказов.
В этот момент она больше не была принцессой. Она была охотницей. И её цель — тот, кто посмел тронуть её союзника.
Прошел ровно час с момента взрыва. Солнце, затянутое дымом и пылью, словно застыло над городом. Мэй вернулась. Ни крови, ни признаков битвы — но по её лицу было ясно: она искала до последнего. И не нашла. Ни тени убийцы, ни следа, который могла бы предъявить.
Она подошла к Т'Чале медленно, словно сомневаясь в своём праве на приближение. Он стоял у разрушенного зала, слегка опершись о колонну, разговаривая с Шури по телефону. Но, заметив Мэй, сразу положил трубку.
— Я не смогла, — глухо сказала она, остановившись перед ним. — Он ушёл. Я не догнала.
Он не ответил. Просто шагнул ближе и заключил её в объятия. Она не сопротивлялась. Он был её другом, её братом по духу, единственным, кто знал, каково это — нести груз обязанностей на плечах. Она закрыла глаза. Хоть на секунду — почувствовать, что не одна.
— Ты сделала всё, что могла, — мягко сказал Т'Чала.
И тут к ним подошёл голос, мягкий, с лёгкой насмешкой:
— У вас сильная охрана, принц. Почти неуловимая.
Мэй чуть отпрянула, её тело напряглось, но не показало ни капли раздражения. Она повернулась к источнику голоса — и снова увидела ту девушку. Низенькая, но уверенная в себе. Рыжие волосы сейчас были собраны в небрежный узел, на губах — лёгкая, дежурная улыбка.
— Агент Наташа Романофф, — представилась она, протягивая руку.
Мэй не ответила на жест. Лишь едва кивнула.
— Мэй, — коротко произнёс Т'Чала, — она со мной.
— Конечно, — сухо сказала амазонка.
Но взгляд её оставался внимательным. Слишком внимательным.
Наташа шагнула ближе. Казалось, её интерес был искренним, но Мэй уже чувствовала: в этом голосе и теле скрывалось больше, чем она показывала. Она двигается как охотник. Каждое движение — просчитано. Она улыбается, но её глаза не улыбаются вовсе. И хотя Наташа не выказывала угрозы, Мэй знала таких женщин. Таких, как она сама.
— Я слышала о вашем прыжке, — продолжила Романофф. — Ловкость... необычная. Ваша страна, случайно, не находится в джунглях, как Ваканда?
— Случайно — нет, — ровно ответила Мэй, не отвлекая взгляда.
— Тайны всегда заводят меня в восторг, — усмехнулась Наташа.
Мэй не ответила. Внутренне она уже просчитала все: рост, вес, стойку, характер движений, скрытые ножи под курткой. Эта женщина не просто агент. Она разведчица. Возможно, шпионка. А может быть — и союзник. Но доверять ей пока рано.
— Где вы научились так двигаться? — продолжала Наташа.
— В детстве, — спокойно ответила Мэй. — У нас рано начинают тренироваться.
— Где это — «у вас»?
Мэй смотрела ей прямо в глаза. На лице её не дрогнуло ни одной мышцы.
— Далеко.
Наташа усмехнулась, и на секунду между ними проскользнула искра. Не вражды. Не дружбы. Но признания: ты — как я.
— Надеюсь, ещё увидимся, — сказала Наташа и, кивнув Т'Чале, ушла, растворяясь в дымке разговаривающих агентов.
Мэй осталась молча рядом с другом, но внутри неё пульс бился быстрее.
Этот день только начинался.