До того, как ты скажешь «да» [Vlad Kuertov]

Каролина буквально втащила меня в спальню, захлопнув за собой дверь.

— Быстро, пока он не передумал, — выпалила она, кидаясь к комоду.

— Кто? — я моргнула, всё ещё не отошедшая от происходящего в саду.

— Кто-кто? Наш нервный олигарх, кто ж ещё. Сейчас наденешь это — и он забудет, как его зовут. А ты — вспомнишь, кто ты вообще. Ты просто не видишь себя со стороны.

Она распахнула коробку — и я увидела платье.
Глубокий оттенок изумруда. Драпировка на груди. Открытая спина. Шелковая ткань, будто струилась между пальцами. Оно было почти неприлично красивым — и определённо созданным не для скромных выходов на веранду.

— Я не могу в таком выйти, — прошептала я.

Каролина подняла бровь:
— Можешь. Должна. И выйдешь. Потому что если ты ещё раз посмотрела бы на него с таким выражением лица — в купальнике — и осталась в том же виде, у нас тут был бы скандал вселенского масштаба.

Пока я пыталась сообразить, что ответить, она уже стянула с меня накидку и сунула в руки платье:

— Быстро.

Я надела его.
И замерла у зеркала.

Оно сидело... идеально. Будто кто-то сшил его именно под меня. Подчёркивало талию, оставляло плечи открытыми, дразнило вырезом на бедре и при этом не было вульгарным. Я выглядела... опасно.

Каролина уже стояла рядом с тушью и помадой.

— Не моргай. Сейчас превратим тебя из бежевого зайца в охотницу.

Пять минут — и я почти не узнавала себя. Волосы — слегка волной. Губы — тёмная слива. Взгляд — холодный, как лёд, и чуть опьянённый, как дорогое вино.

— Ты готова, Саша Романова, — сказала она театрально. — Пошли разносить.

Мы вышли на задний двор. Музыка уже играла громче. Где-то горели гирлянды, кто-то смеялся, кто-то танцевал прямо на каменных плитах у бассейна. Запах дыма от мангала смешивался с ароматами лета и алкоголя.

Я сделала пару шагов и почувствовала, как чей-то взгляд прожигает мне спину.

Я повернулась.
Он стоял у барной стойки.
С бокалом виски.
И когда увидел меня — реально, буквально — поперхнулся.

Каролина тихо прыснула у меня за спиной.
— Готово. Выстрел состоялся. Попадание в цель.

Я не могла сдержать полуулыбку. Влад быстро отвёл взгляд, сделал вид, что внимательно слушает Ермолаева, но тот, судя по выражению лица, говорил о чём-то совершенно бессмысленном. Влад уже не слышал его.

Он снова взглянул на меня.
И уже не отвёл глаз.

Я медленно подошла.
С каждым шагом ощущала, как напряжение между нами снова нарастает. Он почти прижал бокал к губам, но рука застыла на полпути.

— Красивое платье, правда?— спросила я с невинной интонацией.

— Вызывающее, — сказал он, не моргая.

— Каролина выбрала.

— Каролина хочет моей смерти.

Я чуть склонила голову.
— Так ты...ревнуешь?

Он сделал глоток. Потом ещё один.

— Я хочу посадить тебя в машину, увезти отсюда к чёрту, запереть в спальне и запретить выходить, пока ты не наденешь что-нибудь, что не заставляет половину персонала здесь пялиться на тебя, как идиотов. Но, видимо, это считается ревностью.

— Немного, — сказала я, едва заметно улыбаясь.

— Ты выглядишь... — он сглотнул. — ... слишком хорошо, чтобы оставаться в покое.

— Тогда иди и танцуй со мной, — ответила я. — Или наблюдай, как я танцую с кем-то другим. Выбор за тобой.

Я развернулась и пошла к девушкам.
Медленно, с умыслом, осознавая, как скользит по ногам разрез платья.

Позади я услышала, как Влад выругался сквозь зубы. Потом — стук бокала о барную стойку.
А потом — его шаги.
Уверенные. Тяжёлые. Прямо за моей спиной.

Он не выбирал.
Он пришёл за мной.

Музыка была медленной. Не томной — опасной. Сдержанно-хищной. Как сердце, замирающее перед ударом.

Я остановилась в центре танцпола, будто случайно.
Влад подошёл сзади, без слов. Не тронул. Просто встал рядом.
Я не обернулась. Знала, что он смотрит. Знала, что пальцы у него сжаты в кулаки, и в висках пульсирует злость, которую он старательно держит внутри.

Сделала шаг в сторону, скользя по плитке каблуками.
Развернулась — и наш взгляд встретился.

Я улыбнулась. Тонко. Почти невинно.
И начала танцевать.

Медленно, будто не замечая его. Двигаясь в ритме музыки, слегка покачивая бёдрами, я нарезала вокруг него круг.
Он не двигался. Следил.
Когда я оказалась у него за спиной, дразняще провела пальцами вдоль лопаток.
Его плечи чуть дрогнули.

Музыка набирала обороты.

Я обошла его снова — и на этот раз прижалась ближе, чтобы он почувствовал, как дышу.
Между нами не было воздуха.
Влад поднял руку, положил её мне на талию. Пальцы были горячими.

— Саша, — хрипло прошептал он, едва касаясь уха.

Я развернулась, глядя ему прямо в глаза.
Он держал меня крепко, почти властно, как будто мог в любой момент унести отсюда, не спрашивая.

Я положила руки ему на плечи, потом — скользнула ладонями вниз, к груди.
Его тело было напряжено, будто перед выстрелом.

— Ты же не танцуешь, — сказала я, обвивая его шею.
— Я и сейчас не танцую, — прошипел он, сжав пальцы на моей талии. — Я горю, чёрт побери.

Я засмеялась. По-настоящему. Легко, звонко, чуть пьяно. И ещё ближе прижалась, двигаясь в ритме. Терлась бёдром о его бедро. Лицо почти касалось его щеки. Платье струилось по ногам, скользило по его брюкам.

Он молчал. Только дышал всё тяжелее.

Когда песня подошла к концу, я отстранилась.
На секунду замерла. Посмотрела на него снизу вверх — и, прежде чем он успел что-то сказать, резко развернулась и исчезла.

— Это что сейчас было? — Каролина вытаращила на меня глаза, когда я вернулась к девочкам.
Кира с бокалом шампанского в руке не моргала.
Кая просто открыла рот.
Даже Аня выглядела так, будто у неё слов нет.

— Он же... — начала Кира.
— ...Никогда не танцует, — закончила Каролина. — Вообще. Он ненавидит танцы. На нашей свадьбе с Ильей он и то ушёл, как только заиграла музыка.

— А сейчас? — Кая нервно прыснула. — Он смотрел на неё, как будто... блин, как будто это не танец был, а прелюдия к похищению.

Я рассмеялась.
— Ну... я и правда слегка его... подразнила.

— Слегка?! — хором сказали все трое.

Аня не сказала ничего. Только посмотрела на меня. Долго. Внимательно. И тихо добавила:

— Он теряет голову. С тобой. Это... даже страшно немного.

Я не ответила.
Только сделала глоток вина.
Музыка сменилась, ритм стал быстрее. Кто-то снова затащил Каролину на импровизированный танцпол, Кая пошла за шампанским, а Кира осталась рядом, наблюдая за мной, будто хотела спросить, зачем я всё это делаю.

Но я и сама не знала.
Просто... хотела. Хотела видеть, как он теряет самообладание. Хотела чувствовать, что могу влиять. Что хоть что-то в этой жизни — в моих руках.

И пусть это всего лишь танец.
Но он остался с ожогом на коже.

— Пошли! — Каролина почти закричала мне в ухо, схватив за руку. — Срочно! У нас закончилась текила, но у Ильи в машине ещё осталась бутылка! Тебе точно надо попробовать!

— Каролина, я... — начала я смеясь, но не успела договорить.

Потому что в следующую секунду кто-то схватил меня за талию — крепко, уверенно. Всё закружилось, когда я оторвалась от земли и с глухим вздохом оказалась... у него на плече.

— Влад?! — я задохнулась от неожиданности и захохотала. — Ты что творишь?!

— Спасаю, — буркнул он. — От смертельной дозы алкоголя и от твоей собственной наглости.

— Я не пьяная!

— Ты ходишь в купальнике и танцуешь перед всеми. Этого достаточно.

— Я была в платье, между прочим...

— Была, — отрезал он.

Он шёл через гостиную, как будто меня не было. Как будто я не сопротивлялась, не возмущалась, не била его по спине кулаками.
За его спиной послышался чей-то свист, кто-то засмеялся.
Мне стало жарко.

Он прикрыл ногой дверь и поставил меня на ноги — но почти сразу же прижал к стене.

Я не успела ничего сказать — его рот нашёл мой.
Глухой, тяжёлый поцелуй. Без вопросов. Без пауз.
Тёплая ладонь сомкнулась на моей шее, вторая — на бедре. Я запуталась в его рубашке, не зная, куда деться от этого жара.

— Это... из-за танца? — прошептала я между вдохами, и он чуть отстранился.

Глаза его горели. Темно, жадно.

— Это из-за всего. Из-за того, как ты смотришь. Как улыбаешься. Как прикасаешься. Как убегаешь. Как возвращаешься. Я сойду с ума, Саша.

Он снова поцеловал меня. На этот раз жёстче. Дольше. Я сдалась. Целиком.

Рубашка с него слетела первой. Потом — моё платье. Он даже не стал его расстёгивать, просто ловко потянул вниз.
Где-то в коридоре я осталась босиком. Каблуки остались позади.
Он расстегнул ремень, всё на ходу, не глядя. Смеялся. Да, он смеялся — тихо, низко, будто не верил, что всё это происходит.

— Подожди, — прошептала я, когда он потянул меня к спальне.

— Ни секунды, — ответил он и поднял меня на руки.

Я обвила его ногами, зарываясь лицом в его шею.
Кожа пахла дымом, деревом, виски и... чем-то его. Тем самым запахом, от которого меня бросало в дрожь с самой первой встречи.

Он толкнул дверь спальни плечом.
Занавески колыхались от сквозняка, на полу лежали отброшенные подушки, мягкий полумрак обволакивал всё, будто мы были в отдельном мире.

— Влад... — выдохнула я.

Он опустил меня на кровать и задержал взгляд.

— Ты хотела играть. А теперь... теперь будь добра выдержать всё до конца.

Пальцы снова нашли мою кожу. Я больше не сопротивлялась.
Я и не хотела.