До того, как ты скажешь «да» [Vlad Kuertov]

Дом был другим.

Я узнала его — тот самый загородный, из стекла и дерева, где когда-то впервые почувствовала себя не гостьей, а кем-то, кому можно доверять. Там всё казалось красивым, ненастоящим, будто снятым с обложки. Тогда, месяц назад, я сидела на диване и думала о том, что хочу, чтобы он меня поцеловал.

Теперь я вернулась сюда разбитой, сломанной. И всё вокруг казалось чужим.

Влад сидел рядом со мной, пока я лежала на диване в пледе. Он не задавал вопросов. Просто держал мою ладонь, иногда убирая выпавшую прядь с моего лба. В его взгляде не было паники — только сосредоточенная, страшная тишина.

Мы молчали.

Сколько часов прошло — не знаю. Иногда я засыпала на несколько минут, потом снова просыпалась. Тело дрожало от простого прикосновения к ткани. Шрамы были не только на коже — в голове гуляло эхо тех шагов, запахов, голосов.

Я не могла есть. Влад наливал мне чай. Я делала вид, что пью. Я не хотела, чтобы он чувствовал вину. Хотя знала — он всё равно чувствует. И вина была действительно исключительно его.

Вечер наступил незаметно.

Первые звуки — машина на гравии. Потом вторая. Я сразу напряглась. Сердце сжалось, будто кто-то вжал его в кулак.

— Свои, — сказал Влад, как только я взглянула на него.

Я кивнула, не совсем понимая, что он имеет в виду. Вскоре в коридоре послышались шаги, мужские голоса — приглушённые, но я узнала в них силу. Они не были похожи на тех, что слышала в плену. Эти — тяжёлые, уверенные.

Один из голосов был даже немного знакомым.

Я попыталась встать — и не смогла. Ноги не слушались. Влад подхватил меня, помог сесть, поправил плед на плечах. Он выглядел спокойным, но я чувствовала — внутри у него всё натянуто до предела. Он ждал этой встречи.

Дверь в гостиную открылась.

Первым вошёл Илья. Тот самый, кто забирал меня оттуда. Я опустила глаза — кивнула в знак благодарности.

Следом вошли ещё четверо мужчин. Кто-то с лёгкой хромотой, кто-то с порезом на щеке. В голосах — напряжение. Кто-то что-то сказал Владу, они переговаривались коротко, жестами, будто не в первый раз действуют в экстремальных ситуациях.

И тут я увидела лицо.

Второй справа.

Лицо.

Я застыла.

Сначала мозг не хотел верить. Потом подкинул кадры. Улыбки. Тосты. Летние платья и кофе на вынос. Аня. И он — её муж.

Лёша.

Муж Ани.

Муж моей подруги.

Мир вокруг словно рассыпался на пиксели.

Я вскочила.

— Нет... — голос сорвался. — Это... Нет. Ты... ты...

Лёша замер. Остальные тоже.

— Саша, — начал Влад, но я уже отступала.

— Это... ты? — я смотрела на Лёшу, но как будто видела через него. — Ты... ты муж Ани. Аня. Моя... Она... Господи!

Я не чувствовала ног. Воздух стал липким. Внутри всё закрутилось.

— Она знала?! — я сорвалась на крик. — Она знала, кто ты? Кто ВЫ?

Лёша сделал шаг вперёд, но я взвизгнула:

— Не подходи! Не смей! Ты...

Грудь сдавило. Я задыхалась. Слёзы были, но я не чувствовала их. Только горечь во рту. Это было хуже боли. Предательство. Подмена. Ложь.

Аня...

Я повернулась к Владу.

— Это всё было... это была постановка?

Он молчал. Глаза его были тёмными.

— Отвечай! — Я ударила его кулаками в грудь. — Скажи, что ты не знал. Что это... что ты... что мы...

— Саша... — прошептал он. — Я должен был тебя найти.

— Нашёл?! — я отшатнулась. — Это был спектакль? Суд, обвинение, я — адвокат, ты — клиент? Это ты всё придумал?

Он не ответил. Только сжал челюсть. На долю секунды. Этого хватило.

— Значит, да, — прошептала я. — Ты всё спланировал.

В голове стучало. Я слышала только собственное дыхание. Лёша отвернулся. Остальные отступили, давая нам пространство.

— Ты использовал меня. Всё время.

— Нет, — сказал Влад. — С самого начала — да. Но потом... всё стало другим.

— Что стало другим?! — Я сорвалась. — Мои чувства? Моя вера тебе? Твоё враньё?! Аня — она знала?! Она тоже играла?

— Она должна была просто свести вас, — сказал Лёша хрипло. — А потом... она не смогла. Она привязалась к тебе. Всё пошло не по плану.

— Какой, к чёрту, план?!

— Ты была нужна Владу, — сказал Илья тихо.

Я стояла, покачиваясь, будто меня били словами. Мир опять рушился. Только теперь — изнутри.

— Мне нужно... — Я шагнула назад. — Мне нужно уйти отсюда.

— Саша, — Влад сделал шаг. — Пожалуйста, останься.

— Зачем? Чтобы ты продолжил свою игру?

Он смотрел на меня. Ничего не говорил.

И в этот момент я поняла: он не лгал сейчас. Он не играл. Он действительно боялся, что потеряет меня. Но всё уже произошло.

Я отвернулась. Подошла к лестнице, держась за перила.

— Я останусь на ночь. Потому что мне некуда идти. Но утром... не хочу видеть никого из вас.

И пошла наверх.

Слёзы текли сами.

Не потому, что я чувствовала себя жертвой.

Потому что была влюблена.

И всё это, возможно, с самого начала было ложью.