До того, как ты скажешь «да» [Vlad Kuertov]

Влад

Я проснулся от резкой тишины. Дом дышал пустотой, как будто за ночь вымерла не только природа за окном, но и всё живое внутри.

Я уехал от нее вчера днем.

Я сидел в кресле, с недокуренной сигаретой в руке и каким-то пустым, почти мертвым чувством. Ни вины. Ни облегчения. Ни даже беспокойства. Просто пустота.

Наверное, так чувствуют себя собаки, которых выгнали из дома и они ещё не поняли — это навсегда.

На телефоне мигала иконка уведомления.
Привычным движением я разблокировал экран. Сначала — деловые письма, потом банковские уведомления, и внизу — одно сообщение без имени. Скрытый номер. Только текст:

«Ты проиграл. Забрали твою игрушку.»

Я прочитал.
Потом перечитал.
Потом телефон выскользнул из рук.

Секунду я просто сидел, не двигаясь, будто тело ещё не осознало, что происходит.
А потом началось.
В голове — рёв, как будто поезд мчится под кожей. Мелькание мыслей, имён, адресов, маршрутов. Я схватил телефон, открыл сообщения.

Саша.
Последнее — вчера, 21:34.
«Я дома. Все хорошо.»
Ни одного слова с тех пор.

Я позвонил.
Тишина.
Гудок. Второй. Третий.
Автоответчик.
И снова.
И снова.
Без ответа.

Сердце стучало в горле. Я вскочил, пошёл по дому, как зверь по клетке.
«Ты проиграл. Забрали твою игрушку.»

Это не угроза. Это не предупреждение. Это — демонстрация. Сигнал.
Кто-то знал, что она важна. Что она — не просто красивая женщина, не просто адвокат. Она — моя.
Значит, удар был прицельным.

Но кто?

Я зашёл в кабинет, открыл ноутбук.
VPN, смена IP, шифрование.
Подключился к наблюдательной системе — камеры в доме, в городе, на офисных входах.
Последний раз она была у офиса вчера. Вышла в 18:43, одна. Села в такси. Я пробил номер — обычный агрегатор. Машина доехала до её дома.
Но дальше — туман.

Я включил программу отслеживания, что поставил ещё месяц назад — не потому что не доверял, а потому что так делал всегда.
Метка в телефоне.
Местоположение: отключено. Или телефон выключен. Или выброшен.

Я ударил кулаком по столу.

Это была моя ошибка.
Моя.

Я впустил её слишком глубоко.
Позволил себе поверить, что можно просто ездить на выходные в лес, слушать джаз, засыпать рядом с ней, и всё остальное — исчезнет.
Но у прошлого своя память. Оно поднимается, когда ты забываешь, кто ты есть.

Я вернулся в гостиную. Поднял телефон. Набрал номер.

— Илья, — сказал я, когда услышал голос. — У нас проблема.

— Какая?

— Одна девушка... очень важная девушка исчезла. Кто-то её забрал.

— Когда?

— Вчера вечером. Сегодня с утра пришло сообщение. От скрытого номера.

— Ты уверен?

— Я не ошибаюсь в таких вещах.

Пауза.

— Что делать?

— Поднимай всех. Глянь по наружке, пробей таксиста, друзей, квартиру. Узнай, были ли взломы. Я даю тебе три часа, потом выезжаю сам.

Я отбросил телефон, и тишина снова накрыла дом.
Но теперь это была другая тишина.
Она звенела как прицел — когда ты наводишь оружие.

***

Прошло два с половиной часа.

Я ждал в машине, за рулём. Всё, что мог сделать удалённо — я уже сделал.
Теперь — только поле. Только улицы. Только старые контакты, от которых воняет смертью и страхом.

Зазвонил телефон.

— Говори, — отозвался я.

— Дверь не выбита, но замки вскрыты. Камеры в подъезде отключены. Никаких следов. Но в спальне — роза. Одна. На подушке. И открытка.

— Какая открытка?

— Белая. Внутри — написано: «Жди».

Я закрыл глаза.

Это был он.

Я знал.
Не полиция, не случайные идиоты, не конкуренты.
Это был человек из прошлого.
Тот, кого я однажды закопал.
Но, видимо, плохо.

Марк Чернов.

Бывший партнёр. Бывший друг.
А потом — тот, кто пытался меня продать.
Я думал, он уехал. Исчез.
В последний раз, когда я его видел — он стоял на коленях на бетонном полу и просил дать ему шанс.
Я ушёл.
Пожалел.

И теперь он вернулся.

***

Вечером я был в квартире Саши.
Пахло её духами и ещё чем-то — холодным, чужим.
На подушке — роза.
Я не тронул её. Только смотрел. Долго.

В ванной — всё на месте. Щётка, полотенце, её крем для лица, который пах почти невесомо.

Я сел на край кровати.
Поднял открытку.
Белая.
Пустая.
Только слово: «Жди».

Нет, Марк.
Ты не понял.
Я не тот, кто ждёт.

Я — тот, кто приходит.

***

Следующие дни слились в одну длинную дорогу. Я не спал. Не ел. Только искал.
Контакты в МВД. Старые связи в прокуратуре. Люди, которые обязаны мне. Люди, которым я платил, чтобы они забыли, что меня видели.

Никто не знал ничего.

А потом...
Один звонок.

— Влад. Есть наводка. Камеры в частном секторе на севере города засекли её. Не лицо — силуэт. Её пальто. Её походка. В сопровождении двоих. Один из них — Громов.

Громов.
Тоже из прошлого.
Работал на Марка. Был его правой рукой.

Значит — она жива.
Значит — у меня есть шанс.

***

Когда-то я думал, что могу построить жизнь заново. С чистого листа.
Что всё плохое — это просто багаж. Его можно оставить на вокзале и уйти.
Но я понял: прошлое — это не багаж.
Это мина.
И ты не знаешь, когда она рванёт.

Я стоял на балконе, курил, ветер дул в лицо, и думал о ней.

О том, как она поправляла волосы, когда нервничала.
О том, как прищуривалась, когда читала документы.
О том, как говорила: «Ты думаешь, ты всё контролируешь. Но со мной не получится».

Саша.
Ты была слишком настоящей.
А я был слишком глуп, чтобы понять, как быстро всё может закончиться.

Я достал пистолет.
Старый, с гравировкой.
Подарок. Напоминание. Судьба.

Я вычистил его.
Зарядил.