Нить судьбы

Два года счастья

Жизнь стала похожа на бесконечную весну, наполненную лёгкостью, смехом и тихими вечерами у камина. Два года пролетели, как одно мгновение, но каждое из этих мгновений было особенным.

Мы жили между королевскими обязанностями и нашими личными радостями, и даже среди всех забот я чувствовала себя самой счастливой женщиной на земле.

Каждое утро начиналось с аромата свежесваренного кофе и поцелуев. Я всегда просыпалась раньше, чем хотелось, потому что Дамиан не давал мне нежиться в постели.

— Проснись, Али, солнце уже высоко.

— Но я хочу ещё немного...

— Ты всегда этого хочешь.

— Конечно, потому что я счастлива в твоих объятиях.

Он улыбался, прижимая меня к себе, а потом сам не выпускал ещё несколько минут.

Мы завтракали в саду, иногда беседуя, иногда просто молча наслаждаясь моментом.

— Я видел, как ты вчера убегала из библиотеки. Опять сбежала от занятий по истории?

— Разве я не имею права немного погулять?

— И снова напугала Авеля, устроив скачки по двору?

— Ну, он должен был меня догнать, если хотел отругать!

Дамиан качал головой, но в его глазах всегда светилась нежность.

После завтрака мы расходились по делам: он занимался государственными вопросами, я помогала с организацией приёмов, заботилась об Эйрин, изучала документы в архиве. Иногда я ходила на рынок, чтобы просто побродить среди людей, узнать, как живёт королевство.

— Ты могла бы отправить за этим слуг, — говорил Дамиан.

— Но мне нравится самой выбирать фрукты и слушать истории простых людей, — отвечала я.

Он лишь целовал меня в макушку и позволял делать, как мне хочется.

Конечно, не всё было идеально. Мы ссорились. Чаще всего из-за меня.

— Ты слишком упрямая, Али.

— А ты слишком серьёзный, Дамиан!

— Это потому что я король!

— Но ты ещё и мой муж, и иногда тебе нужно расслабляться!

Но какой бы ни была причина ссоры, она никогда не длилась долго. Потому что однажды он сказал:

— Я не могу долго злиться на тебя. Ты слишком дорога мне.

После каждой ссоры он приходил ко мне, обнимал со спины и тихо говорил:

— Прости, я не хотел тебя расстраивать.

Или, если виновата была я, я подходила к нему, обвивая руками его шею, и шептала:

— Ты же знаешь, что я всё равно тебя люблю, даже когда спорю с тобой?

— Знаю, Али.

— Ты простишь меня?

— Всегда.

И всегда всё заканчивалось нежными поцелуями и тихим смехом.

Любовь, которая не угасала.

Через два года после свадьбы мы были такими же влюблёнными, как и в первый день.

Каждый день был как медовый месяц. Мы находили время друг для друга, смеялись, гуляли по дворцу, устраивали ночные разговоры при свете свечей.

Когда Дамиан был уставшим, я тянула его за руку и уводила в сад.

— Ты работаешь слишком много, — говорила я, кладя голову ему на плечо.

— А ты всегда это замечаешь, — он гладил меня по волосам.

— Потому что люблю тебя.

Он всегда находил способ показать свою любовь — то шпилькой, то неожиданным букетом ирисов, то просто взглядом, от которого у меня дрожали колени.

"Мы прожили два года, словно в сказке."

"И я верила, что это будет вечно."

*********

День начался, как и всегда. Мы завтракали на террасе, Дамиан пил свой травяной отвар, а я пыталась уговорить его попробовать свежие ягоды с мёдом:

— Они сладкие, попробуй хотя бы одну.

— Ты знаешь, что я не люблю сладкое.

— Но тебе понравится, обещаю!

Он уступил, взял одну ягоду и съел, а потом молча посмотрел на меня:

— Ну и как? — с надеждой спросила я.

— Слишком сладко.

Я рассмеялась, уже зная, что он так скажет.

Но всё изменилось, когда во дворец прибыл посыльный.

Он вошёл в зал, низко поклонился и протянул Дамиану свиток с печатью. Я заметила, как его лицо стало серьёзным, и внутри у меня что-то сжалось.

Дамиан развернул письмо, пробежал глазами по строчкам, затем молча сжал челюсти.

— Что случилось? — спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Он поднял на меня взгляд, и я уже знала ответ:

— Мне нужно ехать. На границах проблемы.

Мир сразу стал серым, холодным, невыносимо пустым:

— Как надолго?

Он вздохнул, отложил письмо и встал:

— Я не знаю.

Я замерла, с трудом справляясь с эмоциями.

"Я не знаю" — самые страшные слова, которые он мог сказать.

— Я поеду с тобой, — резко сказала я.

Он подошёл ближе, обхватил моё лицо ладонями и мягко ответил:

— Нет, Али. Это опасно.

— Но я... я не хочу оставаться здесь одна.

— Ты не будешь одна. Авель и Риан останутся во дворце, Эйрин будет рядом.

Я покачала головой, глядя на него в отчаянии:

— Я не хочу, чтобы ты уезжал...

Он гладил мои волосы, его руки были тёплыми, надёжными, но в этом жесте уже было прощание:

— Ты ведь знала, что это когда-нибудь случится, верно? — его голос был мягким, но в глазах читалась боль.

Я с трудом сглотнула:

— Я знала... Но от этого не легче.

Он наклонился ближе, его губы коснулись моего лба:

— Я вернусь.

Я обняла его, уткнувшись лицом в его плечо:

— Обещай мне.

— Обещаю.

Но внутри меня всё сжалось от дурного предчувствия.

Мы стояли так долго, не желая отпускать друг друга, потому что знали: как только он сядет в седло, всё изменится.

Когда он ушёл собираться, я смотрела ему вслед, чувствуя, как сердце разрывается на части.

"Почему у меня такое чувство, что я вижу его в последний раз?"

Я стояла посреди опустевшего зала, слушая, как в коридорах гремят шаги стражников, как седлают лошадей, как звенят доспехи. Всё это казалось таким далёким, словно происходило не со мной.

"Я должна быть сильной."

"Я должна верить, что он вернётся."

Но где-то глубоко внутри тлело что-то холодное и болезненное, что-то, от чего хотелось бежать, но невозможно было избавиться.

Я никогда раньше не боялась будущего. Всегда знала, что даже если мы ссоримся, даже если я злюсь на него, даже если время разлучает нас — он всегда возвращается ко мне.

"Но что, если на этот раз всё иначе?"

Что, если эта поездка изменит всё?

Что, если его больше не будет рядом, и я останусь одна?

Я закусила губу, пытаясь успокоиться.

"Это просто глупые мысли. Он обещал вернуться."

Но обещания так легко ломаются, когда речь идёт о войне, о границах, о смертельной опасности.

"Почему внутри меня так холодно?"

Я вспомнила, как он целовал меня перед уходом, как тёплыми пальцами проводил по моей щеке, как смотрел на меня с любовью, с нежностью, с какой-то... прощальной мягкостью.

"Нет, нет, нет, Али, перестань."

Но в груди всё равно что-то разрывалось, и, сколько бы я ни убеждала себя, что это просто тревога, просто страх разлуки — что-то внутри шептало, что я не ошибаюсь.

"Я боюсь..."

"Я боюсь, что он не вернётся."

********

Первый день.

Весь день казался серым и пустым.

Я бродила по дворцу, не находя себе места. Всё казалось неправильным — даже солнечный свет, падающий на мраморные полы, даже лёгкий ветерок, игравший с занавесками в окнах.

На завтрак я почти ничего не съела. Авель и Риан сидели за столом, переглядываясь, но ничего не говорили. Эйрин пыталась развеселить меня, болтая о чём-то весёлом, но я слышала её голос, словно сквозь воду.

"Дамиана нет."

"Его нет рядом."

Я знала, что он вернётся, что так должно было быть, что это его долг, но от этого легче не становилось.

Я отправилась в сад, но даже там было тоскливо. Цветы, которые он любил, казались тусклыми, листья шелестели слишком громко, словно насмехаясь над моим одиночеством.

Вечером я сидела в библиотеке, перебирая книги, но так и не смогла выбрать ни одной. Мои пальцы скользили по страницам, но буквы перед глазами теряли смысл.

Когда ночь опустилась на дворец, я долго лежала в постели, глядя в потолок. Его половина кровати была пуста, холодна.

"Я скучаю."

Второй день.

С утра Авель нашёл меня и насильно вытащил на прогулку:

— Ты не можешь сидеть взаперти, Али.

Я только молча пожала плечами.

— Дамиан не хотел бы, чтобы ты мучила себя ожиданием, — сказал он мягко, но твёрдо.

"Он прав."

Мы прогулялись по площади, посмотрели на рынок, и я даже немного отвлеклась, выбирая сладости для Эйрин.

Но как только я вернулась во дворец, одиночество снова сжало сердце.

Я пошла в комнату нашу комнату , хотя знала, что не стоит.

Здесь всё пахло им.

Его мантия висела на спинке кресла, на столе лежали бумаги, на полке — его флейта.

Я взяла её в руки, провела пальцами по гладкому дереву.

"Если бы ты был здесь, ты бы сейчас играл."

Я села на край кровати, обхватив флейту ладонями.

"Когда ты вернёшься?"

Третий день.

Я начала находить себе занятие, лишь бы не сойти с ума.

С утра помогала в архиве — хотя теперь мне не нужно было работать, я всё равно приходила туда, разбирая старые бумаги.

После обеда сидела с Эйрин в саду, читала ей книги, рассказывала истории. Она смеялась, а я улыбалась, но только наполовину.

Вечером Риан предложил потренироваться с мечами, и я согласилась. Намеренно загнала себя до усталости, лишь бы ночью быстрее заснуть.

Но когда я легла в постель, снова пришла тишина.

И снова его место было пустым.

"Только три дня."

"Но кажется, будто прошла вечность."

Прошла неделя.

Сначала каждый день я надеялась на весточку. Ждала, что кто-то войдёт в зал, в мои покои, в сад — и скажет, что он написал письмо, что всё хорошо, что он скоро вернётся.

Но дни шли, а известий не было.

Я чувствовала, как с каждым днём что-то внутри меня сжимается всё сильнее. Ожидание превращалось в страх. Тревога подкрадывалась ночью и не отпускала даже днём.

Как я себя чувствую?

Я не могу есть. За неделю я почти не прикоснулась к пище, и хотя Эйрин, Авель и Риан пытались меня уговорить, в горле стоял ком.

Я не могу спать. По ночам я просто лежу, глядя в потолок. В голове крутятся его последние слова: «Я вернусь».

Но что, если нет?

Что, если я действительно видела его в последний раз?

Мои мысли..

"Что, если его больше нет?"

"Что, если он погиб, а я даже не знаю?"

"Почему никто ничего не говорит? Почему нет вестей?"

"А если они знают, но скрывают от меня?"

Эти мысли сводят с ума. Я пытаюсь их отгонять, но не могу.

Каждое утро я встаю, надеясь, что сегодня придут новости.

Каждый вечер ложусь с болью в груди, потому что их так и нет.

Я чувствую себя потерянной.

Дворец кажется пустым, каким-то чужим. Даже Эйрин, даже Авель и Риан — они рядом, но это не помогает.

"Я больше не могу ждать."

"Я должна что-то сделать."

********

Прошло две недели.

Ожидание стало пыткой. С каждой минутой я чувствовала, как надежда тает, но отказывалась верить в худшее.

И наконец, стражники вернулись.

Но не все.

И среди них не было Дамиана.

Я сорвалась с места, не дожидаясь, пока они зайдут во дворец. Бежала навстречу, пока сердце не забилось в ребра так, что дышать стало трудно:

— Где он? — мой голос дрожал, но я старалась держаться. — Где король?

Стражники переглянулись. В их глазах я увидела то, что заставило кровь в жилах застыть.

— Говорите! — я повысила голос, но внутри уже знала, что ответ мне не понравится.

Марик, капитан стражи, сделал шаг вперёд:

— Ваше Величество... Мы... Мы не смогли его найти.

Я моргнула:

— Что?..

— На королевскую карету было совершено нападение...

Я замерла.

— Её подорвали.

"Нет."

— Всё сгорело. От кареты почти ничего не осталось...

"Нет, нет, нет!"

— Мы искали его... Днями искали, но...

— НЕТ! — мой крик пронёсся по двору, оглушая даже саму меня.

Я схватила Марика за доспехи, вцепившись в него, как в последнюю надежду:

— Ты лжёшь! Он не мог... Он не мог погибнуть!

— Мы нашли тела... но не его.

Я резко замолчала:

— Что?..

— Тела сгорели до неузнаваемости. Мы не знаем, был ли он среди них или нет.

— Но это значит, что он мог спастись? — мой голос сорвался, и я сама не поняла, то ли это был вопрос, то ли надежда, за которую я цеплялась изо всех сил.

Марик отвёл взгляд:

— Мы не знаем.

"Не знают..."

"Но это значит, что он жив! Должен быть жив!"

— Это была засада, — добавил Марик, его голос был тихим, но твёрдым. — Кто-то из Уэльса... Кто-то из их людей.

Я покачала головой, отступая назад:

— Нет...

— Ваше Величество...

— Нет! — я не могла дышать. Вся эта боль, страх, неуверенность — они обрушились на меня с такой силой, что я не смогла стоять на месте.

Я развернулась и, не слыша криков позади, побежала прочь.

"Он обещал вернуться."

"И пока я не увижу его тело, я не поверю в его смерть."

*********

Прошло ещё несколько дней, но казалось, что прошла целая вечность.

Я жила словно во сне, но этот сон был кошмаром. Дамиана нет. Его тело не нашли. Это значило, что он мог быть мёртв, но мог и быть жив. Однако никто, кроме меня, не хотел в это верить.

А вокруг царила гнетущая тишина, полная напряжения.

Я чувствовала, как меня оценивают взглядами. Когда проходила по коридорам, слуги отводили глаза, а некоторые шептались за спиной. Даже те, кто раньше приветливо улыбался, теперь смотрели на меня настороженно.

"Ведь я тоже из Уэльса."

"А убийцы были из Уэльса."

"И теперь я враг?"

Я не хотела это признавать, но каждый раз, когда ловила чей-то взгляд, в них читалось одно и то же.
Подозрение. Неприязнь. Иногда — ненависть.

А потом пришёл приказ: собрать совет.

И я знала, что он будет не просто жестоким. Он будет страшным.

Зал был заполнен до отказа. Советники, военачальники, приближённые — все были здесь. Все ждали.

Я вошла, стараясь держаться прямо, но внутри меня сжималось сердце. Здесь царила тяжёлая атмосфера, похожая на грозу, готовую разразиться в любой момент.

Как только я села на своё место, раздался первый голос.

— Мы не можем больше молчать! — проговорил один из советников, высокий мужчина с седыми волосами.

— Две недели прошло, а новостей нет! Наш король мёртв, а виновные ещё не наказаны!

— Он не мёртв! — мгновенно выпалила я, чувствуя, как пламя гнева поднимается внутри.

— Вы не можете этого знать! — грубо бросил другой советник. — Его тело не нашли! Оно могло сгореть вместе с каретой!

— А могло и не сгореть! — мой голос звенел в тишине. — Пока нет доказательств его смерти, вы не имеете права считать его мёртвым!

— И это говорит убийца?!

В зале поднялся гул. Кто-то ударил по столу кулаком, кто-то встал, крича одновременно с другими.

— Её место не здесь! Она из Уэльса!

— Если нападение организовали в Уэльсе, как мы можем доверять ей?!

— Кто может доказать, что она не была замешана в заговоре?!

— Хватит! — громко выкрикнул Авель, вставая. Его голос прозвучал громом среди хаоса. — Вы все сошли с ума?! Это королева! Вы хотите обвинить её без доказательств?!

— А что если это и есть доказательства? — проговорил кто-то с холодной злобой. — Посмотрите на неё. Как удобно, что она осталась в живых, а король нет.

Я сжала кулаки, ногти больно впились в ладони:

— Вы действительно верите, что я могла предать его? — тихо сказала я, но в голосе звучала сталь.

— А почему мы должны верить в обратное?

— Дамиан доверял мне.

— И где он теперь?!

Эти слова ударили сильнее, чем меч в сердце. Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри всё пылает:

— Я не виновата, — прошипела я, глядя на того, кто это сказал. — И если кто-то из вас осмелится ещё раз сомневаться в моей верности королю, я лично вышвырну вас из этого совета.

Зал замер.

Но я видела — этого недостаточно. Недоверие никуда не исчезло. Оно было здесь. Оно росло.

"Они хотят крови."

"И возможно, моей."

********

После того совета стало только хуже.

Я надеялась, что люди успокоятся, что со временем их злость угаснет, но всё вышло иначе.
Каждый раз, когда я выходила во двор, в коридоры дворца, на рынок — везде меня сопровождали взгляды.
Жёсткие, холодные, полные подозрения. Если раньше меня приветствовали улыбками, то теперь либо отворачивались, либо смотрели так, будто я прокажённая.

Первый случай произошёл, когда я попыталась пройтись по площади.

Женщина, что торговала хлебом, при виде меня поджала губы и отвернулась, будто я была грязью под её ногами.

Я хотела купить несколько фруктов, но торговец лишь бросил на меня злобный взгляд и ничего не сказал, даже когда я спросила цену.

— Королева, — процедил он наконец, — а платишь чем? Предательством?

Я застыла:

— Что?..

— Не смейте тут появляться! — внезапно выкрикнула другая женщина, стоявшая рядом. — Из-за вас наш король погиб!

Толпа ожила. Кто-то выкрикнул что-то ещё, кто-то сплюнул на землю у меня под ногами:

— Как она вообще смеет ходить среди нас?!

— Предательница!

— Она знала, что его убьют! Конечно, знала! Она ведь из Уэльса!

Я не могла поверить в то, что слышала.

Вчера эти люди улыбались мне. Вчера их дети бежали ко мне с радостью. Вчера они смотрели на меня с уважением.

Но всё изменилось.

"Они ненавидят меня."

"Они винят меня."

Я развернулась и ушла.

Я не позволю им видеть мои слёзы.

*********

Я не думала, что может быть хуже...
Но это было до тех пор, пока во дворец не вошла она.

Королева Уэльса.

Её приход был подобен яду, растекающемуся по венам города.

Она пришла с людьми. Стражники, приближённые, шпионы — кого она привела с собой, я не знала, но одно было ясно: она пришла не просто так.

Я вышла во двор, услышав шум. Слишком громкие голоса. Слишком много людей.

Когда я увидела её, моё сердце дрогнуло.

Она стояла перед толпой, возвышаясь над всеми, с надменной улыбкой на лице. Её взгляд скользнул по мне, и в уголках губ появилась холодная усмешка.

"Что ты задумала?"

— Люди Лондона! — её голос был звучным, проникал в самую глубину. — Мы все знаем, кто виноват в смерти вашего короля.

Толпа загудела.

Я почувствовала, как кровь стынет в жилах.

— Они говорят, что его не нашли, но разве это что-то меняет? Он мёртв. Его карета сгорела дотла. И кто был ближе всех к нему? Кто мог его предать? Кто пришёл из страны, что всегда была врагом Лондона?

Её глаза впились в меня, и я знала, что следующая фраза станет решающей.

— Его жена.

Толпа заорала:

— Она убила его!

— Предательница!

— Смерть ей!

Я сделала шаг назад, но земля будто уходила из-под ног.

Это был суд. Суд без права на защиту.

Королева Уэльса стояла и смотрела на меня, улыбаясь.

"Ты знала."

"Ты спланировала это."

"Ты пришла, чтобы меня уничтожить."

Я вдохнула, стараясь удержаться на месте, стараясь не выдать дрожь в руках.

Если я покажу страх — я проиграю.

Но что делать, когда целый город хочет твоей крови?

Толпа взревела. Злость, ненависть, осуждение — они заполняли улицы, перекрывали воздух, делали его тяжёлым, будто я тонула в нём.

"Мне нельзя здесь оставаться."

"Они разорвут меня."

Я больше не думала. Я просто действовала.

Рывком развернувшись, я бросилась к ближайшей привязанной лошади. Сердце колотилось в груди, но в голове звучала лишь одна мысль:

"Уехать. Уехать сейчас же!"

— Держите её! — раздался чей-то голос, но было уже поздно.

Я вскочила в седло, ударила пятками по бокам коня, и он сорвался с места.

Люди шарахнулись в стороны, кто-то схватился за вилы, кто-то крикнул, чтобы меня остановили, но я уже неслась вперёд, мимо рынка, мимо дворцовых стен, прочь из этого проклятого города.

Ветер бил в лицо, волосы развевались позади, но я не оглядывалась.

"Они хотят моей крови."

"Они никогда не простят меня."

"Они верят ей."

"А я осталась одна."

Я ехала, пока не увидела вдали знакомые очертания.

Храм.

Святое место, где никто не сможет причинить мне вреда.

Лошадь остановилась у самого входа, тяжело дыша. Я спрыгнула, бросила поводья и пошла внутрь, дрожащими руками толкнув тяжёлые двери.

Как только за мной сомкнулись створки, я обессиленно прислонилась к ним, закрывая глаза.

Тишина.

Здесь не было криков, не было обвинений.

Здесь я могла хотя бы на мгновение забыть, что мир только что обрушился на меня.

"Но что дальше?"

В тихом полумраке храма я опустилась на холодный каменный пол, чувствуя, как силы покидают меня. Слёзы текли по щекам, капая на руки, сжатые в кулаки.

"Без Дамиана моя жизнь потеряла смысл."

Воспоминания о нём заполнили сознание: его улыбка, тёплый взгляд, прикосновения. Боль утраты стала невыносимой.

"Знаешь...я тебя очень люблю, Дамиан.
Так сильно люблю, что не могу больше слушать, меня обвиняют в своей смерти. Мне только горестно, что я так мало говорила тебе о том, как сильно люблю тебя. Я бы хотела, чтобы нас похоронили в одной могиле, но ты там, а я здесь...
Надеюсь, ты ждёшь меня у врат преисподней, надеюсь, не ступил в круг перерождения без меня, потому что я уже иду к тебе"

Решимость окутала меня, придавая странное спокойствие. Я встала на колени, выпрямив спину, и медленно вынула меч из ножен. Лезвие блеснуло в тусклом свете свечей.

"Скоро мы будем вместе."

Держа меч обеими руками, я направила острие к своему сердцу. Глубокий вдох, последний взгляд на мир вокруг.

Собрав всю оставшуюся силу, я решительно вонзила лезвие в грудь. Острая боль пронзила тело, дыхание сбилось, кровь хлынула из раны, окрашивая одежду в алый цвет.

Слабость быстро накрыла меня, и я почувствовала, как жизнь уходит. Пальцы разжались, меч выпал из рук, звеня о каменный пол.

Падая назад, я ощутила холод пола спиной. Взгляд затуманивался, но в сознании всплыл образ Дамиана.

— Мы скоро встретимся, любимый, — прошептала я, чувствуя, как последние силы покидают меня.

Тишина храма окутала меня, и с последним выдохом я ушла, надеясь найти покой рядом с ним.