Нить судьбы

Утро перед дорогой

Я проснулась рано, но чувствовала себя так, будто не спала вовсе.

Всю ночь в голове крутились одни и те же мысли, и главная из них...

Дамиан.

Его поцелуй.

Его голос, шёпотом спрашивающий: "Теперь веришь?"

Я сжала пальцы на тонком покрывале, чувствуя, как щёки снова заливает жар.

"Как мне теперь с ним разговаривать?"

"Как смотреть в глаза, как делать вид, что ничего не изменилось?"

Проклятье.

Я вскочила с кровати, прогоняя ненужные мысли, быстро оделась, заплела волосы и собрала вещи для дороги.

Поездка в Уэльс не сулила ничего хорошего, и я не знала, чего ждать.

Но если я чему-то и научилась во дворце, так это не спорить с Дамианом, когда он что-то решает.

Поэтому я быстро собралась, взяла тёплую накидку и направилась во двор, где нас уже ждала повозка,а рядом несколько стражников, готовых сопровождать короля.

Но самого короля пока не было.

Я замерла у кареты, обхватив себя руками, то ли от утреннего холода, то ли от напряжения.

"Что теперь?"

"Как мне себя с ним вести?"

"Я просто сяду в повозку и буду молчать?"

Я вздохнула, качая головой:

— Али, ты ведёшь себя как глупая девчонка, — пробормотала я себе под нос, разозлившись на собственное смущение.

— Неужели так сложно просто забыть о том, что произошло?

Но...

"Разве я могу забыть?"

Я бессознательно прикоснулась пальцами к губам, вспоминая его прикосновение, его тепло, его твёрдую уверенность.

"Ты действительно думаешь, что я мог поцеловать кого-то, кроме тебя?"

Я быстро убрала руку, будто боялась, что кто-то заметит мои мысли.

И в этот момент раздались шаги.

Я почувствовала его присутствие ещё до того, как обернулась.

Дамиан.

Он вышел в сопровождении Авеля, одетый в тёмный плащ, с мечом на поясе, с той же бесстрастной маской на лице.

Но когда он посмотрел на меня — его тёмные глаза зацепились за моё лицо, — я почувствовала, как внутри всё сжалось.

"А он ведёт себя так, будто ничего не произошло."

Я встретилась с ним взглядом, надеясь понять, что он чувствует.

Но он ничего не сказал, не отвёл глаз, но и не подал ни единого признака смущения.

Просто спокойно подошёл, остановился рядом и кивнул в сторону повозки:

— Садись, Али. Пора ехать.

Я моргнула, пытаясь понять, почему меня так злит его спокойствие.

"Как можно быть таким невозмутимым?!"

Но ничего не сказав, быстро забралась в повозку, стараясь не смотреть на него, пока он садился рядом.

"Чёрт, эта поездка будет долгой."

*********

Повозка мягко покачивалась на ухабистой дороге, лошади ровно стучали копытами, и с каждой минутой мы отдалялись всё дальше от дворца, приближаясь к Уэльсу.

Но главное...

Внутри было слишком тихо.

Я сидела напротив Дамиана, опустив взгляд в свои руки, чувствуя его присутствие каждой клеточкой кожи.

Почему он молчит?

Он смотрит в окно, скрестив руки на груди, полностью расслабленный, будто находится не в повозке с девушкой, которую недавно целовал, а на очередном совете с придворными.

"Как можно быть таким спокойным?!"

Я уставилась на него исподлобья, сжимая губы, но он даже не повернул головы.

"Отлично. Если он не собирается говорить, то и я не буду!"

Прошло ещё несколько минут молчания.

Повозка плавно двигалась вперёд, а я не могла усидеть на месте.

"Чёрт, я так не выдержу!"

Я резко села ровнее, выпрямляя спину, и бросила на него взгляд:

— Вы всегда так молчаливы в дороге?

Дамиан медленно перевёл на меня взгляд, его тёмные глаза сверкнули, но на лице не отразилось ни тени эмоций:

— Обычно я путешествую один, — спокойно ответил он.

Я приподняла бровь:

— Значит, мне выпала великая честь сопровождать Ваше Величество в столь необычном деле?

Он едва заметно усмехнулся, но ничего не сказал.

Я вздохнула, закатив глаза:

— Вы специально меня игнорируете?

— Нет.

— Но и разговаривать не собираетесь?

— А ты хочешь поговорить? — он склонил голову набок, изучая меня с ленивым интересом.

Я отвернулась, устремляя взгляд за окно, но внутри закипала злость.

"Что за человек?!"

"Сначала он говорит, что я ему нужна, потом целует, а теперь ведёт себя так, будто ничего не было?!"

Я тихо фыркнула, снова бросая на него взгляд:

— Ну, раз уж мне всё равно придётся ехать с вами в Уэльс, может, хоть расскажете, что меня там ждёт?

Он наконец-то убрал руку с подлокотника и сел ровнее, его взгляд стал более серьёзным.

— Мы поедем во дворец к моей матери.

Я почувствовала, как внутри что-то сжалось.

"Мать."

"Та самая, которая ненавидит его."

— И вы решили наведаться к ней в гости? — мои слова прозвучали с лёгкой насмешкой, но внутри было не до шуток.

Дамиан спокойно посмотрел на меня:

— Мне нужно узнать, насколько она вовлечена в происходящее.

Я сжала губы:

— То есть узнать, действительно ли она хотела вас убить?

Он не моргнул, не вздрогнул, даже не отвёл взгляд:

— Да.

Я тихо выдохнула, чувствуя, как пальцы сами сжимаются в кулак.

"Как можно говорить об этом так спокойно?"

"Она твоя мать."

"А ты говоришь об её предательстве, будто это просто очередная интрига при дворе."

Но я не стала говорить вслух, потому что знала — ему давно не больно. Он привык.

И от этого становилось ещё тяжелее на душе.

Мы снова замолчали, и я устремила взгляд за окно, глядя, как поля сменяются лесами, а дороги становятся уже и неровнее.

********

Прибытие во дворец Уэльса

Дорога казалась бесконечной.

Повозка плавно покачивалась на ухабах, лошади устало фыркали, а я ощущала, как внутри нарастает напряжение.

Мы пересекли границу владений Уэльского короля, и я чувствовала себя странно.

Я ведь сама живу при дворе Уэльса, но сейчас я вернулась как спутница Дамиана.

Как будто совсем в другом статусе.

Как будто теперь я чужая.

Когда впереди показались массивные стены замка, я задержала дыхание.

Высокие башни, тёмный камень, узкие окна — всё здесь было мне знакомо, но в этот раз крепость выглядела иначе. Грозно. Напряжённо.

Когда ворота начали открываться с тяжёлым скрипом, я ощутила на себе взгляды стражников.

Они приветствовали короля Англии, но в их глазах читалась настороженность.

"Они его боятся?"

"Или боятся того, что может случиться?"

Как только повозка остановилась, один из слуг поспешил открыть дверь.

Дамиан вышел первым, высокий, уверенный, с ледяным спокойствием на лице.

Я задержалась на секунду, собираясь с мыслями, прежде чем спуститься следом.

Я вернулась домой. Но почему мне кажется, что это уже не мой дом?

Я вздохнула, быстро шагнув ближе к нему, пока никто не мог нас подслушать:

— Дамиан, можно спросить?

Он перевёл на меня тёмный взгляд, молча ожидая.

Я сжала пальцы, понимая, что это может быть моя единственная возможность:

—На обратном пути... можем ли мы заехать к моей семье?

Он просто посмотрел на меня пару секунд, затем кивнул:

— Если всё пройдёт гладко, то заедем.

Я тихо выдохнула:

— Спасибо.

Но прежде чем я успела сказать что-то ещё, из дверей замка вышел человек — один из приближённых Уэльского короля:

— Ваше Величество, ваша мать ждёт вас.

Я почувствовала, как воздух вокруг стал холоднее.

Дамиан не ответил, только коротко кивнул и двинулся вперёд.

Я замерла на секунду, глядя ему в спину, а затем торопливо пошла следом.

"Я вернулась в Уэльс."

"Но всё ли здесь осталось прежним?"

********

Стражники почтительно склоняли головы, слуги торопливо расступались перед королём Англии, а я чувствовала, как их взгляды скользят по мне с любопытством и недоверием.

Дамиан шёл уверенно, с ледяным спокойствием, которое, казалось, могло пронзить стены замка.

Но я знала, что внутри него кипит напряжение.

Он шёл на встречу с собственной матерью.

Женщиной, которая его ненавидит.

Когда мы вошли в главный зал, на возвышении, в окружении приближённых, сидела она.

Мать Дамиана.

Высокая, с гордой осанкой, с надменной улыбкой, скрывающей что-то более тёмное.

Её глаза были цепкими, холодными, но когда они остановились на Дамиане...

В них мелькнула вспышка эмоции.

Но не радость.

И уж точно не материнская любовь.

Скорее торжество.

Как будто она ждала его. Как будто знала, что он придёт:

— Мой сын... — её голос был мягким, почти ласковым, но в нём чувствовалась сталь. — Ты всё же решил посетить свою мать? Как неожиданно.

Дамиан остановился перед ней, не кланяясь, не показывая ни единого признака уважения.

Его тёмные глаза были бездонными, словно он видел её насквозь:

— Мы оба знаем, что в этом нет ничего неожиданного, мать.

Его голос был спокойным, но я чувствовала — за этой внешней холодностью скрывается нечто большее.

— Разве? — она наклонила голову, её улыбка стала шире. — Я думала, ты слишком горд, чтобы снова ступить на земли Уэльса.

— Я пришёл не из-за гордости. — Его голос стал ещё тише, но от этого только опаснее.

Я сжала пальцы в кулак, ощущая, как моё сердце колотится.

"Зачем она играет с ним?"

"Зачем этот фарс?"

Но самый главный вопрос — как далеко она готова зайти?

И что Дамиан сделает, если она действительно причастна ко всему, что произошло?

— Не из-за гордости? — его мать медленно поднялась с трона, её платье из тёмного бархата мягко скользило по полу. — Тогда из-за чего же?

Дамиан не моргнул, не дрогнул ни единой мышцей:

— Я пришёл за правдой.

Она насмешливо изогнула бровь:

— Правдой?

Она медленно спустилась с возвышения, останавливаясь всего в нескольких шагах от него:

— И что же за правда интересует тебя, дитя моё?

Дамиан спокойно смотрел на неё, его тёмные глаза оставались бесстрастными, но я чувствовала напряжение, которое витало в воздухе:

— Покушение.

Он произнес это слово так тихо, но в то же время с такой силой, что в зале повисла мёртвая тишина.

Я замерла, наблюдая за выражением лица его матери.

Она не удивилась.

Не сделала вид, что не понимает, о чём он говорит.

Наоборот...

Её губы тронула тень довольной улыбки:

— Покушение... — повторила она, словно пробуя это слово на вкус. — Какое громкое обвинение. И ты пришёл, чтобы бросить его мне в лицо?

— Я пришёл услышать правду из твоих уст.

Она медленно шагнула ближе, её взгляд скользнул по его лицу с чем-то похожим на любопытство... или даже гордость:

— Ты действительно думаешь, что твоя собственная мать могла желать тебе смерти?

Дамиан не ответил сразу.

Вместо этого он долго смотрел ей в глаза, будто искал там что-то, чего не мог найти.

И затем тихо, холодно произнёс:

— Я знаю, что ты никогда не желала мне жизни.

Я вздрогнула от его слов.

В зале повисла напряжённая тишина.

Но его мать не выглядела потрясённой.

Наоборот.

Она рассмеялась:

— Какой же ты жестокий, сын мой, — её голос был полон яда и насмешки. — Ты говоришь так, будто я тебя ненавижу.

Дамиан не отвёл взгляда:

— Разве это не так?

Она прекратила смеяться, её глаза сверкнули тёмным огнём:

— Я ненавижу не тебя.

Она наклонилась чуть ближе, её голос стал тише, но ещё опаснее:

— Я ненавижу, что ты занял место, которое должно было принадлежать мне.

Я почувствовала, как внутри всё похолодело.

"Она даже не скрывает этого."

"Она даже не притворяется."

"Она говорит это прямо ему в лицо."

Дамиан просто кивнул, будто уже давно знал этот ответ:

— Вот и правда.

— Но скажи мне, — его мать вдруг наклонила голову, её взгляд резко переместился на меня, и я замерла, чувствуя, как её глаза буквально прожигают меня насквозь. — Ты пришёл за правдой... или чтобы похвастаться своей новой игрушкой?

Я напряглась, мои пальцы инстинктивно сжались в кулак.

Она говорит обо мне?

Дамиан не дрогнул, но я почувствовала, как в воздухе стало ещё холоднее.

Он медленно повернул голову, его тёмные глаза встретились с её взглядом, и его голос прозвучал как удар клинка:

— Осторожнее со словами, мать.

В зале воцарилась полная тишина.

Я чувствовала, как воздух между ними искрит от напряжения.

Но его мать только улыбнулась, как будто этот ответ её позабавил:

— Какой ты всё-таки стал интересный, мой мальчик...

Я не знала, чем закончится этот разговор.

Яд в каждом слове.

Мать Дамиана медленно обошла его, её взгляд был пронзительным, цепким, оценивающим.

Но теперь он был направлен не на него.

А на меня.

— Дочь чиновника, — её голос был наполнен презрением, словно она уже давно оценила меня и вынесла вердикт.

Я сжала пальцы, но не отвела взгляд.

— Ты привёл в этот замок простую девчонку из Уэльса, словно она достойна чего-то большего, чем служить тебе?

Дамиан не ответил сразу, его глаза оставались холодными и безразличными.

Но я видела, как он внимательно наблюдает за ней, словно ожидая, насколько далеко она зайдёт.

— Какая глупость, мой сын. — Она покачала головой, сложив руки на груди.

— Если уж тебе нужна жена, то почему ты не смотришь в сторону достойных союзов? Почему не выбрал принцессу?

Я почувствовала, как меня пронзила ледяная игла боли, но я не подала виду.

Она продолжила, с каждым словом ударяя всё сильнее:

— Дочь короля Шотландии, например, была бы идеальным вариантом.

Она перевела взгляд на меня, её губы скривились в усмешке:

— А ты выбрал её? Простую дочь чиновника?

Я сжала кулаки, но молчала.

"Я не позволю ей увидеть, что мне больно."

Дамиан всё ещё молчал, но я чувствовала, как напряжение в нём растёт.

Она заметила это, и её усмешка стала шире:

— Ты не можешь быть настолько глуп, чтобы думать, что этот брак принесёт тебе пользу?

Я сжала зубы, стараясь не дать ей увидеть хоть каплю неуверенности во мне.

Но прежде чем я успела ответить, Дамиан заговорил:

— Довольно.

Его голос был тихим, но в нём звучала сталь.

Его мать отступила на шаг, не сводя с него взгляда:

— Ты настолько ослеплён, что готов перечить мне из-за неё?

Он спокойно посмотрел на неё, его тёмные глаза были холодны, как зимний лёд:

— Я готов перечить тебе из-за любой твоей лжи.

Она замерла, а затем усмехнулась:

— Тогда посмотрим, сколько ещё продлится этот твой каприз.

Она развернулась и двинулась обратно к трону, а я почувствовала, как внутри меня разрываются эмоции — злость, унижение, боль...

Но я не дам ей удовольствия увидеть это.

"Она думает, что я недостойна? Ну и пусть."
"Но я не позволю ей уничтожить меня."

Опасная игра.

После её слов тишина в зале стала почти осязаемой.

Я чувствовала, как внутри меня всё кипит от злости и унижения, но я не позволяла себе показать это.

Дамиан медленно выпрямился, его тёмные глаза сверкнули, как осколки ночи:

— Перестань.

Его голос был ровным, но в нём звучала угроза:

— Сколько бы ты ни пыталась, тебе не удастся занять мой трон.

Его мать медленно развернулась, её платье мягко зашуршало о пол:

— Это мы ещё посмотрим, мой сын.

Она сказала это с ленивой уверенностью, но в её глазах сверкнуло нечто опасное.

Я чувствовала, что в этой игре они слишком давно знают друг друга.

Словно это не их первая битва... и, скорее всего, не последняя.

Дамиан не ответил сразу, его взгляд остался холодным, почти равнодушным.

Но я видела, что под этой маской скрывается нечто большее.

Он посмотрел на неё последний раз, затем развернулся и, не говоря больше ни слова, направился к выходу.

Я молча последовала за ним, чувствуя, как её взгляд буквально впивается мне в спину.

Когда двери за нами закрылись, я наконец глубоко вдохнула, словно только что выбралась из холодной воды:

— Что это было? — выдохнула я, шагая рядом с ним по коридору.

— Это была игра, — спокойно ответил он.

Я оглянулась на него, но он шёл, даже не замедляя шаг:

— И чем она закончится?

Дамиан наконец посмотрел на меня, его взгляд был бесстрастным, но я видела в нём что-то... тёмное, скрытое глубоко внутри:

— Я никогда не проигрываю.

И я поняла, что эта борьба между ним и его матерью только начинается.

********

Дорога к моей семье

Мы вышли из замка, и я всё ещё чувствовала, как напряжение тяжёлым грузом давит на плечи.

Этот разговор... этот поединок взглядов... это было больше, чем просто встреча сына и матери.

Это была война.

Но я не успела долго размышлять об этом, потому что мы подошли к повозке, и я вспомнила, что впереди меня ждёт не менее сложная встреча.

Моя семья.

Дамиан спокойно сел в повозку, а я устроилась напротив, всё ещё ощущая тревогу в груди.

Лошади тронулись с места, и мы направились к дому, где я выросла.

— Ты напряжена, — Дамиан не спрашивал, он просто констатировал факт.

Я пожала плечами, глядя в окно:

— А как ещё я должна себя чувствовать? Отец точно будет недоволен.

Он медленно кивнул, не сводя с меня глаз:

— Ты его дочь. Он беспокоится о тебе.

Я фыркнула, усмехнувшись:

— О, это он проявляет свою любовь через ругань? Значит, он просто обожает меня.

Дамиан чуть приподнял уголок губ, но промолчал.

Спустя несколько минут мы подъехали к дому, и я почувствовала, как внутри всё сжалось.

"Ну что ж, Али, ты хотела увидеть семью? Вот и увидишь."

Встреча с родителями

Как только мы вошли внутрь, первым, кого я увидела, был отец.

Он стоял у стола, сложив руки на груди, и его лицо сразу приняло недовольное выражение:

— Вот ты где! — его голос был резким, недовольным, но в нём не было настоящего гнева — скорее усталость и разочарование. — Ты хоть понимаешь, сколько времени прошло с тех пор, как ты уехала?!

Я виновато опустила голову:

— Отец, я...

— Я не хочу слышать оправданий! — он махнул рукой, будто обрывая меня на полуслове. — Ты и так достаточно натворила! Та ваза... До сих пор не могу поверить, что ты додумалась до такого!

Я закатила глаза, чувствуя, как раздражение поднимается внутри:

— Отец, мы это уже обсуждали. Я работаю, я...

— Работаешь? — он фыркнул, недоверчиво покачав головой. — Это всё хорошо, но ты не можешь вечно быть служанкой во дворце Лондона! У тебя есть долг перед семьёй, перед Уэльсом!

Я зажмурилась, понимая, к чему он ведёт.

"О нет, только не это."

— Майкл ждёт твоего согласия, — отец заговорил тоном, не терпящим возражений. — Этот брак поможет укрепить союз между Уэльсом и Шотландией!

Я разжала кулаки, стараясь сохранять спокойствие:

— Отец, я уже говорила...

— Ты будешь делать то, что нужно для всех, а не только для себя!

Я уже открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент раздался голос, от которого в комнате словно стало холоднее.

— Она не выйдет за Майкла.

Я резко обернулась.

Дамиан.

Он спокойно стоял рядом, но его тёмные глаза были суровыми, непоколебимыми.

Отец впервые за весь разговор замер, внимательно посмотрев на него:

— И почему же? — спросил он медленно, оценивая короля Англии с головы до ног.

Дамиан сделал шаг вперёд, его голос был твёрдым, бескомпромиссным:

— Потому что она уже моя.

Я вздрогнула, чувствуя, как сердце пропустило удар.

"Что он только что сказал?!"

Отец сурово прищурился:

— Ты хочешь сказать, что собираешься жениться на моей дочери?

Дамиан не отвёл взгляда, его голос прозвучал как приговор:

— Именно.

В комнате повисла напряжённая тишина.

Я стояла, широко распахнув глаза, не в силах поверить в то, что только что услышала.

Отец смотрел на Дамиана так, словно пытался решить, верить ли ему.

А я просто не могла дышать.

"Что, чёрт возьми, сейчас произошло?!"

Решение отца

После слов Дамиана в комнате повисла напряжённая тишина.

Отец смотрел на него прищуренно, его лицо не выдавало эмоций, но я знала — он сейчас обдумывает каждое слово, каждый возможный исход.

Я не смела даже дышать, пока он медленно перевёл взгляд на меня:

— Это правда? — его голос был низким, настороженным.

Я открыла рот, но не знала, что сказать.

"Это правда?"

"Я его будущая жена?"

"Он действительно решил так?!"

Я оглянулась на Дамиана, но он по-прежнему был спокоен, его лицо не выражало ни капли сомнения:

— Да, это правда, — он говорил так твёрдо, что даже у меня не осталось сомнений.

Отец нахмурился:

— Но ты король Англии. Зачем тебе моя дочь?

"Спасибо, отец."

Дамиан сделал шаг вперёд, его голос остался ровным, но в нём появилась угроза:

— Я не привык объяснять свои решения.

Отец снова замолчал, а затем вдруг усмехнулся, качая головой:

— Я даже не знаю, что сказать.

Он снова посмотрел на меня, его взгляд был пристальным, испытующим:

— Ты действительно хочешь этого?

Я замерла.

Я хочу?

Я не знала, что ответить.

Я не могла сказать «нет», когда Дамиан стоял здесь, рядом, говоря, что я принадлежу ему.

Но могла ли я сказать «да»?

Я не знала.

— Ты сама решаешь, Али, но знай: этот брак изменит всё.

"Как будто моя жизнь и так не изменилась после встречи с Дамианом."

Я глубоко вдохнула и, не глядя на короля, тихо произнесла:

— Да.

Отец медленно выдохнул, затем повернулся к Дамиану:

— Если ты действительно намерен жениться на моей дочери, то я хочу быть уверен, что это не просто игра.

Дамиан чуть наклонил голову:

— Это не игра.

Отец ещё немного колебался, но затем тяжело кивнул:

— Хорошо. Пусть будет так.

Я чувствовала, как сердце бешено колотится в груди.

"Я не верю, что он согласился."

"Я не верю, что это происходит."

Отец тяжело вздохнул, затем бросил на меня строгий взгляд:

— Но ты всё равно останешься для меня бестолочью.

Я закатила глаза:

— Спасибо, отец.

Отец лишь фыркнул и вышел из комнаты, оставляя меня и Дамиана наедине.

Я осталась стоять, всё ещё не в силах поверить в то, что произошло.

Я медленно повернулась к нему, встретившись с его тёмными глазами:

— Ты что-то хотел этим сказать? — мои слова прозвучали почти шёпотом.

Он медленно наклонился ко мне, его голос стал низким и бархатистым:

— Я сказал правду.

Я попыталась что-то сказать, но он уже отвернулся, направляясь к выходу:

— Пора возвращаться.

Я осталась стоять, чувствуя, как всё внутри переворачивается.

"Он сказал правду."

"Что мне теперь делать?!"