Сестричка Конан

- Я могу одолжить тебе свою футболку, – сказал Сасори, и я посмотрела на него.

- Буду признательна, – ответила я.

Он кивнул и направился в свою комнату.

- А ты, – обратилась я к Конан, – дай, пожалуйста, полотенце, я хочу принять душ.

Конан недовольно пошла за полотенцем, а я вздохнула.

Сасори вернулся с футболкой и протянул ее мне. Когда наши пальцы соприкоснулись, мы не отстранились, но я все же взяла футболку. Когда Конан вернулась, я забрала у нее полотенце и пошла в душ.

Я провела в душе около получаса. Всё тело болело, и бинты намокли, но это не беда, они высохнут. Я помылась, вышла из душа, раскрыла полотенце, достала мой старый лифчик и надела его. Сверху натянула футболку Сасори, которая идеально сидела на мне, не обтягивая. Мне нравилось, как она на мне смотрится. Посмотрев на полотенце, я увидела шорты. Моя старшая сестра всегда заботилась обо мне.

- Конан! – крикнула я из душа, и она пришла через пару минут.

- Ты чего? – спросила сестра за дверью.

- Принеси, пожалуйста, мои штаны, если они есть.

- Так я же тебе шорты положила.

- Мне нужны штаны.

Конан цыкнула и принесла мне штаны. Я надела их, а шорты отдала ей, и она ушла. Накинув полотенце на себя, я вышла из душа и выключила свет. Свет горел только на кухне, и я прошла туда. Все уже были там и что-то бурно обсуждали.

- С лёгким душем! – сказали они.

- Вас тут что, хору обучают? — спросила я, и они улыбнулись, даже самый серьёзный из них.

- Дождь пойдёт, — сказала

- да Итачка -сказала я.

- Кто? — спросил он, посмотрев на меня.

- Итачака, — повторила я, пройдя и облокотившись на стену.

- Тебе жить надоело? — спросил Итачи.

- Давно — спросила я.

Конан грозно на меня посмотрела.

- Конан, ты в ней дыру просверлишь, — сказал Сасори.

- Ничего страшного, я привыкла, — ответила я.

Они удивились, но спрашивать не стали. Вскоре я захотела спать и пошла наверх. К этому времени Пейн уже работал у себя в кабинете. Я постучалась и, услышав разрешение, вошла.

- С лёгким душем! Ты чего не спишь? — спросил он.

- Эй, я тоже хотела это спросить.

- Ну так отвечай.

- Вот только собиралась, а твой кабинет напротив комнаты Конан.

- Аа...

Я села на диван.

- Аптечка у тебя? — спросила я, посмотрев на него. Он кивнул.

- Что-то случилось?

- Я когда в душе была, намочила бинты.

Он подошел ко мне и присел на корточки.

- Можно? — спросил он.

Я кивнула. Пейн задернул край футболки, посмотрел на бинт, встал, прошел до аптечки, достал бинт и, подойдя ко мне, перевязал меня по новой. Выкинув мокрый бинт, он сел обратно. Я смотрела, как он работает, перекладывая документы.

- Что-то ещё? — сказал он неожиданно, и я вздрогнула.

- Ай, да нет, наверное.

- Что-то случилось, кто-то обидел?

- Нет, всё хорошо.

- Точно?

Я кивнула, но через несколько минут начала говорить.

- Помнишь, ты спрашивал у меня, почему Конан обо мне так печётся? Не догадался ещё?

Пейн поднял на меня свой взгляд.

- Ну есть догадка, но пока доказательств нет, я не могу быть уверен в этом.

Я смотрела в пол.

- Что он интереснее меня? — спросил он.

- Что? Почему ты так решил?

- Ну ты на него смотришь, хотя явно не с ним разговариваешь.

Я потерла шею.

- Конан... — начала я.

- Конан мне сестра.

- То-то она о тебе так беспокоится.

- Да не сказать, что сильно она обо мне беспокоится.

- Все знаю, что Конан тебе сестра?

- Нет, ты один пока, я с ней сегодня поговорю на этот счёт. А тебя попрошу пока никому об этом не говорить.

Пейн кивнул, а я пошла на выход.

- Не засиживайся долго за компом и за бумагами, зрение ослабнет, а тебе как опытному носителю Риннегана надо об этом помнить.

Сказала я и вышла из его кабинета. Пройдя в комнату, я завалилась на кровать. Вскоре пришла Конан и легла рядом.

- Конан, я рассказала Пейну, что мы сестры, — сказала я.

Она посмотрела на меня.

- Ты уверена?

Я кивнула.

- Я хочу об этом всем Акацуки рассказать.

- Хорошо, но только завтра, — возразила сестра.

Я кивнула, и мы уснули. Меня разбудила Конан на обед.

- Ты чего так долго спишь? Обычно ты спишь до семи максимум до десяти, но уже обед.

- Ну тебе что, жалко?

- Мне нет, но обед уже раз двадцать остыл.

Я простонала и пошла умываться, а потом спустилась на кухню. Там было. Все что-то бурно обсуждали. Конан мне подала стакан чая и пригласила присесть.

- Сейчас я проснусь и сяду, — сказала я, отпив чай.

- Давай я тебя в холодную воду отпущу, — сказал Кисамэ, прищурив глаза и посмотрев на меня.

- Я тебя утоплю в ней, блин, тебя же не утопить, ты же акула.

- А ну не нарывайся.

Я улыбнулась и отпила чай, а Конан посмотрела на меня, мол, кто будет говорить. Я вздохнула, сжав в руке горячий чай, и посмотрела на ребят.

- Кисамэ, — сказала я резко, так что у него ложка выпала.

- Слушай, дай поесть, — сказал он.

Я посмотрела на него и продолжила:

- Помнишь ты спрашивал, кто мне Конан?

Он посмотрел на меня, а я посмотрела на всех ребят. Конан подошла ко мне.

- Конан мне...

- Жена? — перебил меня Какуза.

- Ага, дочь не хочешь?

- А ты рожала? — спросил Хидан, посмотрев на меня.

- Блять, да сестра она мне.