9.
Я уже успела привести себя в порядок — душ смыл весь холод с кожи, оставшийся после того ужасного утра. Я натянула чистую, сухую одежду — джинсовые шорты, рубашку и носки. Волосы ещё немного влажные, но уже почти высохли. В зеркале отражалась усталая, но спокойная я.
Внизу, на кухне, сидели Яна, Егор, Аслан и Саня. Они болтали, переговаривались — атмосфера уже была почти спокойная, хотя внутри у меня всё ещё дрожала тонкая нить тревоги. Но они держали это место тёплым. И своим. Яна как будто почувствовала, что мне нужно быть не одной — и предложила остаться с ней и Егором на ночёвку. Чтобы не накручивала себя из-за Макса.
Я собрала кое-что из вещей в спортивную сумку, накинула кожаную куртку, взяла всё и спустилась вниз по лестнице. Мы с Яной переглянулись, и она сразу поняла, что я готова.
— Мы прогуляемся, хорошо? — сказала Яна Егору, подходя к нему ближе.
Он оторвался от разговора с Асланом и кивнул.
— Позвоните, если что. Сразу.
— Ну да, конечно. Не как в прошлый раз. — подколол Саня, и мы обе фыркнули в ответ.
Яна кинула рюкзак себе за спину, и мы вышли из студии.
Свежий воздух, прохладный, уже вечерний, чуть трепал нам волосы. Мы шли по улице — неспешно, в ритме затянувшегося дня. Вокруг шумели машины, но мы были как в отдельном пузыре.
— Слушай… — начала Яна, поглядывая на меня сбоку.
— М? — я знала этот тон.
— А Макс тебе… ну, нравится? — в её голосе была эта улыбка, будто она уже знала ответ.
Я закатила глаза, но улыбнулась.
— Да я не знаю… Он мне симпатизирует. У нас легко разговор идёт. Он добрый. Ну, наверное…
Пауза.
— Мне кажется, что всё.
— Что всё?
— Ну… сердце так подсказывает. Что типа — вот он.
Яна усмехнулась.
— Ну да, ты когда с ним, глаза у тебя не просто блестят — они как рождественская гирлянда.
Я рассмеялась.
— Да ладно, не начинай. Он просто… настоящий. И сегодня, то, что он сделал…
— Да. Он тебя любит. Пусть сам пока не осознаёт. Но это видно. — сказала Яна мягко.
Мы свернули с дороги в сторону парка, шли мимо деревьев. Лампы уличного освещения слегка освещали наши лица. Было тепло, почти по-сестрински. И тихо.
И тут — вибрация телефона. Я автоматически достала его из кармана. Уведомление. Номер неизвестный. Яна посмотрела на меня.
— Кто это?
Я открыла сообщение. И… замерла.
Там была фотография. Грубая, зернистая. Снятая издалека. Мы с Яной. Сейчас. На ней мы шли по улице. Я смотрела на экран телефона. Яна — на меня.
Фото сделано буквально минуту назад.
— Что там? — спросила Яна, а я просто показала ей экран.
Её лицо побледнело.
— Это кто?.. — тихо спросила Яна, не сводя глаз с телефона.
Я вдохнула, но выдохнулась тяжело, будто воздух в груди сжал чьи-то руки.
— Это… бывший мой, — прошептала я. Голос дрогнул. — Он мне в последнее время угрожает.
Яна резко повернулась ко мне.
— Ты серьёзно?..
Я кивнула.
— Подожди, — её голос стал твёрже, как будто внутри неё включился режим защиты. — А почему ты Егору не скажешь об этом?
— Я боюсь, — ответила я, глядя в асфальт. — Я правда боюсь. Он может сорваться, пойти что-то делать. Или ещё хуже — втянется, пострадает. А я не хочу, чтобы из-за меня у него были проблемы. Или у Макса. Или у кого-то вообще. Я просто хочу, чтобы этот псих исчез.
Яна остановилась прямо передо мной, уставилась в глаза. В её взгляде было и сочувствие, и злость.
— Милена… Егор — твой брат. Он должен тебя защищать. Это не просто «мальчик», это человек, который за тебя горой. И он бы никогда не позволил, чтобы ты это всё переживала одна. Ты понимаешь это?
Я молчала. Просто кивнула. Грудь снова сжалась — от слёз, которые уже не могли выйти, и от облегчения, что кто-то услышал.
— Давай быстро домой пойдём, — сказала Яна уверенно. — Пока ничего ещё не произошло. Пока всё под контролем. Мы расскажем Егору. Вместе. Хорошо?
— Хорошо, — прошептала я.
Мы медленно развернулись, и пошли обратно по той же дороге, по которой шли, только теперь с другим настроем.
Внутри всё было тревожно, но Яна держала меня за руку — крепко.
Я чувствовала, что теперь я не одна.
И теперь всё будет иначе.
Квартира у Яны и Егора была действительно большой — светлая, с высокими потолками, окнами в пол и мягким светом, падающим из больших ламп над гостиной. Просторная кухня плавно переходила в уютную зону с диванами и пледом, лежащим небрежно сбоку, будто только что кто-то здесь сидел, пил чай и смотрел сериал.
Как только мы зашли, Яна сняла кроссовки, скинула куртку и повернулась ко мне:
— Так. Никаких бывших. Всё. Сегодняшний вечер — это только мы, чай, пледы и тонна тупых, но уютных фильмов. Всё, поняла?
Она улыбнулась, но в голосе было железо. Та самая Яна, которая не даст тронуть ни подругу, ни брата. Умница, защитница, своя.
Я попыталась улыбнуться в ответ и уже открыла рот, чтобы сказать что-то… Может, согласиться. Может, как-то разрядить обстановку. Но вместо слов я почувствовала, как меня резко скрутило изнутри. Волна подступила к горлу почти без предупреждения — словно холодной рукой сжало живот, и в груди стало жгуче тяжело.
Точно так же было в тот вечер в ресторане. Тогда я списала это на нервы.
Сейчас — не было никаких нервов, было просто тепло и безопасность.
А меня тошнило.
Яна заметила, как я побледнела, как резко осела на месте.
— Эй, ты чего? — насторожилась она и тут же подхватила меня под локоть. — Пошли, быстро, в ванную. Не стой, пошли.
Она провела меня в просторную светлую ванную комнату, аккуратно опустила на пол. Холодная плитка будто ударила по коленям, но я почти не чувствовала — перед глазами темнело, и вот уже всё вырвалось наружу. Вся тяжесть, вся мутная тревога.
— Милен… — тихо сказала Яна, опускаясь рядом и убирая мои волосы за ухо. — Эй, ты чего… Что это с тобой?
Я вытерла рот тыльной стороной руки и прошептала, почти не веря себе:
— Я… я не знаю… что со мной…
Голос дрожал.
Я действительно не знала.
Но в груди что-то жгло — не просто тревога, а ощущение, что всё только начинается.
Я долго сидела на холодном кафеле, пока дыхание не выровнялось. Голова гудела, в горле стоял горький привкус, но постепенно становилось легче. Я осторожно поднялась, подошла к раковине и открыла кран. Холодная вода стекала по ладоням, я плеснула её на лицо, смыла следы слабости, ту резкую минутную панику, как будто хотела смыть и саму тревогу. Посмотрела на себя в зеркало — бледная, уставшая, но уже собравшаяся. Вытерлась полотенцем, глубоко вдохнула и вышла обратно в гостиную.
— Всё нормально, не переживай, — сказала я, проходя мимо Яны, стараясь звучать убедительно, почти с улыбкой. — Наверное, что-то не то съела. Или просто накопилось.
Яна стояла в дверях, руки скрещены, прищурилась и молчала пару секунд.
— Ты точно уверена? — осторожно спросила она. — А то ты выглядела... ну, не как человек, у которого просто живот прихватило.
Я покачала головой:
— Всё, правда. Всё хорошо, не накручивай. Давай лучше чай сделаем?
Она, всё ещё глядя на меня в упор, нехотя кивнула:
— Ладно. Но если тебе опять станет плохо — я тебя к врачу притащу за волосы, поняла?
— Принято, командир, — хмыкнула я.
Мы заварили чай — Яна выбрала свой фирменный с малиной и мятой, как она говорила: «чтоб согреться и мозги отдохнули». Я села с кружкой у окна, завернувшись в плед, а она устроилась на диване напротив, с ногами и подушкой на коленях. Несколько минут мы пили молча. Было тихо. Почти уютно.
— Знаешь, — вдруг сказала Яна, — Макс хороший. Вот правда. Он, может, не самый болтливый, но он из тех, кто не бросит. Видела ведь? Он же прыгнул за тобой в бассейн, зная про свою аллергию… Честно, я сначала подумала, что он просто прикольный, ну, знаешь, «свой парень». А теперь я смотрю на него по-другому.
Я склонила голову на бок, устало улыбаясь.
— Ян, ну хватит уже. — Я закатила глаза, сделала глоток чая. — Ты как моя бабушка сейчас звучишь. «Вот хороший мальчик, посмотри, какой заботливый, а не то, что твой этот с пирсингом»…
— Ну извини, — Яна фыркнула. — Но он тебе явно нравится. Хоть бы раз честно это признала, а?
Я усмехнулась и прикусила губу.
— Не знаю… Просто я... — я на секунду замолчала, уставившись в кружку. — Мне страшно. После всего. Я не хочу снова привязываться к кому-то, а потом собирать себя по частям.
Яна мягко улыбнулась.
— Ты не обязана ни к кому привязываться. Но знаешь… есть такие люди, к которым и хочется тянуться. Даже если страшно.
— Ты сейчас специально включила «старшую сестру»? — хихикнула я.
— Может быть, — она пожала плечами. — Но кто, если не я, а?
И в этот момент всё и правда казалось немного легче. Тепло в груди, мягкий голос Яны, горячий чай и ощущение, что я не одна.