22
Эштан мягко держал мою ладонь в своей, заведя вторую руку за спину, и неторопливо вел меня в танце под неспешную музыку. Расстояние между нами было таким, что никто не смог бы назвать его неприличным.
Моя рука покоилась на его плече, и, наверное, я должна была смотреть ему в лицо, но не могла.
Смотрела куда-то в район его груди, чувствуя сотни взглядов, острых, словно иглы.
Они кололи затылок и спину.
И, если бы могли, пронзили насквозь.
Мы танцевали и не разговаривали, ведь я, если честно, даже не знала, что ему сказать.
И до сих пор не могла отойти от шока.
Наследница Черного дракона.
Императорская невеста.
Ни в то ни в другое я не могла поверить до сих пор.
Серьезно? Я невеста этой овцы?
Еще пару часов назад я и думать не могла, что стану чьей-либо невестой. Я просто хотела любви, романтики, отношений. Чтобы были звонкие поцелуи, тайная переписка, прогулки под луной — или где там еще влюбленные гуляют?
Чтобы все было как у других!
А выходить замуж, тем более за того, кто хотел испортить мне жизнь, я не собиралась!
Не знаю, как я вообще согласилась на это, — наверное, только из-за императрицы, перед которой даже дышать было страшно.
Она сказала, и я сделала, и только потом поняла, что сделала. Но разве могла я перечить ее величеству?
— Белль, посмотри на меня, — попросил вдруг Эштан, продолжая вести меня в медленном танце.
Хорошо, что на этот раз танцы свободные и не нужно переживать, что я как-то не так сделала очередную фигуру.
Я подняла голову и грустно улыбнулась.
— Прости.
— За что? — поднял он бровь.
— За все это. Не знаю, как так вышло. Это какая-то чудовищная ошибка. Я невеста овц... принцессы? Смешно.
— Нет, это не ошибка, Белль. По ошибке в императорскую семью никто не входит, — ответил Эштан. — Это закон. Такой же незыблемый, как и их власть. Малышенко на троне уже пять веков.
Он сказал это так, будто сам не был их частью.
— Ничего не понимаю. Это какой-то сон. Сейчас я проснусь, и все будет хорошо, да? — Уже в который раз я прикусила язык, чтобы проснуться, но снова почувствовала боль.
Нет, не сон. Проклятая явь!
— Все уже хорошо, — ответил он. — Разве плохо быть невестой наследной принцессы? Миллионы девушек на твоем месте кричали бы от восторга.
— Мне тоже хочется кричать, — созналась я. — Но от ужаса. Мне не по себе от всех этих взглядов.
Я украдкой посмотрела в сторону — все всё так же продолжали пялиться на нас и переговариваться. Но никто больше не смел выкрикивать обидные слова. Напротив, я видела в чужих глазах непонимание и даже страх.
— Теперь никто не посмеет тебя обидеть, Белль. Ты их будущая императрица.
— Не говори так. Мне это не нравится.
— Мне тоже. Но... кто я такой, чтобы спорить с решением императора? — Легкая улыбка тронула губы Эштана.
Мимо нас проплыла пара — высокородные парень и девушка. Заметив мой взгляд, они вдруг широко заулыбались и почтительно склонили головы.
Мне стало смешно.
Еще недавно эта девица была среди тех, кто смеялся надо мной, — я запомнила ее лицо.
А теперь она склоняет передо мной голову. Великолепно!
Музыка затихла — очередной круг завершился. Небольшой перерыв, и снова начнутся танцы, а пока пусть звенят бокалы и раздаются тосты в честь Ночи зимнего свершения.
Мы отошли в сторону, но я продолжала чувствовать на себя взгляды.
— Спасибо за танец, он был чудесен, — поблагодарил Эштан и поцеловал мою руку, заставив смутиться и порозоветь. Его губы были прохладными и неожиданно мягкими, а дыхание теплым. — Идем обратно, Белль.
— Не хочу, — вздохнула я. — Давай просто посидим вместе где-нибудь? Подальше от людей.
— Прости, я должен отдать тебя жене.
Голос Эштана был спокоен, как и его взгляд, однако мне все равно было не по себе.
Появилось болезненное ощущение, будто я предаю его. Согласилась прийти на бал с ним, а ухожу с другой.
— Знаешь, я не думала, что все будет так, — выдохнула я обреченно.
— Я тоже, — коротко ответил он. — Идем. Твоя жена ждет тебя.
— Но...
— Неприлично будет, если мы заставим ее ждать. Принцесса этого не любит.
Теперь в его голосе прозвучала тоска, и мне стало не по себе еще больше.
Я как-то вдруг отчаянно поняла, что хочу быть с Эштаном.
Рядом с ним мне тепло и... так хочется, чтобы он поцеловал не руку, а губы.
Нужно встретиться с императрицей и поговорить с ней.
Объяснить, что это какая-то ошибка.
Что я не наследница чего-то там.
Мои бабушка и тетя подтвердят!
— Императорская семья тоже умеет ошибаться, — сказала я Эштану и коснулась его пальцев словно невзначай.
Он удивленно на меня взглянул, но промолчал.
Мы направились обратно к шатру, и мне снова то и дело приходилось отвечать на поздравления, которые доносились со всех сторон.
В какой-то момент наперерез нам кинулись какие-то разодетые девицы, улыбаясь так широко, что я испугалась даже: вдруг у них рты треснут?
— Привет, Белль! — раздались их голоса. — Ты такая красивая сегодня! Просто невероятная! Замечательный наряд! И прическа! И туфли!
Они обступили нас, улыбались мне как лучшей подруге. Я опешила.
Это еще кто такие?
В академии училось слишком много народа, чтобы запомнить всех.
Они наперебой принялись поздравлять меня, да так искренне, что я почти поверила. Однако вскоре всех оттеснила высокая блондинка с бронзовой кожей, пышными формами и глазами разных цветов: один — карий, второй — фиолетовый.
Судя по вязи на ее коже, в ней текла не только человеческая кровь, но и кровь демонитов, народа, который, по легендам, произошел от союзов человеческих женщин и демонов.
Не знаю, правда это была или ложь, но демониты по уровню коварства и жестокости порою превосходили темных эльфов.
Всему миру были известны темные картели демонитов-наемников, которые выполняли самые разные поручения — от воровства до убийств.
— Меня зовут Шиа, — сказала блондинка. — И я рада познакомиться с тобой, принцесса.
— Еще не принцесса, — заметила я.
— Какая разница, уже все решено, — махнула она рукой. — Короче, я с тобой.
Эштан, стоящий рядом, хмыкнул.
А Шиа продолжала:
— Кстати, помнишь ту девку, которая обвинила тебя в поджоге плятья? Или ту, которая заявила, что ты у нее украла серьи? Хочешь, я прямо сейчас их к тебе приволоку. Поставим на колени. Заставим плакать кровавыми слезками. Как тебе?
Сказать, что в опешила, — ничего не сказать.
— Ты только скажи, мы устроим ей веселую жизнь, — подмигнула Шиа.
— Не думаю, что это хорошая идея, — ответила я. — Приятно было познакомиться, мне пора.
— До встречи, принцесса. Красавчик. — Подмигнув Эштану, Шиа удалилась, девицы помчались следом за ней.
— Светлая Тэйла, что это было? — спросила я изумленно: не у темного, а скорее сама у себя.
— Привыкай, — весело отозвался тот. — Вокруг тебя теперь будет много, очень много людей. Кстати, Шиа Лиас неплохой союзник. Говорят, ее отец: один из боссов в Северном картеле²⁰.
— Думаю, даже и привыкать не нужно будет, — задумчиво ответила я, отчего-то уверенная в том, что женой Виолетты я не стану.
Светлая Тэйла, это совершенно невозможно.
Нужно просто поговорить с императрицей.
Объяснить ей все.
Рассказать про Виолетту, про то, какая она настоящая.
Я наивно верила, что все обойдется.
Эштан привел меня к шатру, окруженному гвардейцами и магами, и почему-то вздрогнул. Обернулся. Обвел взглядом Большой драконий зал. Склонил голову набок. Прищурился.
— Что такое? — удивленно спросила я.
— Будь ближе к Виолетте, — вдруг сказал Эштан.
— В смысле? — не поняла я.
— Что-то не так, — прошептал он, хмурясь. — Что-то совсем не так. Не понимаю что. Держись рядом с принцессой. — Повторив это, он завел меня в шатер, где находилась Виолетта.
С бокалом в руке та сидела в кресле и задумчиво созерцала собственный ботинок. За ее спиной стоял серый дроу. Увидев меня, он почтительно склонил голову, хотя в его раскосых глазах блеснуло веселье.
В ответ я тоже склонила голову.
— Натанцевались? — спокойно спросила Виолетта и встала, засунув руку в карман и рассматривая нас с непонятной усмешкой.
— Да, благодарю, что любезно одолжила свою невесту, — вежливо ответил Эштан.
— Ну что ты, не благодари. Ты бы в любом случае забрал ее, — заметила принцесса, едва скрывая раздражение.
— Я уже говорил тебе. Белль не игрушка, чтобы кто-то мог забирать ее, когда вздумается, — холодно заметил Эштан. — Сложно запомнить?
— А я никогда и не считала кого-то своей игрушкой. В отличие от тебя, — парировала принцесса.
— Особенно никогда не устраивала травлю неугодных, — себе под нос сказала я.
Дроу, не сдержавшись, тихо фыркнул.
Виолетта гневно уставилась на меня. На ее лице появилась неприятная улыбка.
— Если ты еще ничего не поняла, это только твои проблемы.
— Что я должна была понять? — мгновенно загорелась я.
— Например, то, что я ничего не устраивала. Потому что такие, как ты, меня не интересуют. — Виолетта отпила из бокала.
— «Такие» это какие? Низкородные? Все меришь окружающих по чистоте их крови? — спросила я, снова чувствуя, как горит сердце от ненависти.
Принцесса смерила меня неприятным взглядом.
— Такие глупые, — свысока бросила она мне. — Терпеть не могу глупость.
— Как же тогда ты переносишь сама себя? — невинным тоном спросила я.
— Не хами, — велела Виолетта.
— Это был всего лишь закономерный вопрос, ваше высочество.
Мы стояли друг напротив друга, обе рассерженные и обе готовые ругаться дальше.
— Перестаньте, — негромко сказал Эштан. — Другие не должны быть свидетелями ваших ссор.
— Я не ссорюсь с теми, кто стоит на низшей ступени развития, — тихо вырвалось у меня, и я вовремя прикрыла рот.
Кому я это говорю?
Хоть Виолетта и идиотка, но она все-таки еще принцесса.
Вдруг ее личная охрана снова решит покрошить меня в требуху?
Но нет, серый дроу даже не посмотрел на меня, хотя мне показалось, что уголок его губ дрогнул в улыбке.
Виолетта меня не услышала.
Она повернулась к Эштану.
— Ты еще здесь? Уходи и больше к ней не приближайся, — предупредила она брата.
— Ревнуешь? — спросил тот с интересом.
Виолетта со стуком поставила бокал на стол.
— Ревность — это когда есть чувства. У меня к ней чувств, кроме жалости, нет. Запутавшаяся бедная девочка, которая ни эйха не понимает в том, что происходит.
— Ну так помоги ей понять, что происходит, — ответил Эштан. — Если сможешь, конечно.
Он попрощался со мной и ушел. Скрылся в толпе, а я прикусила губу. Кажется, я только что лишилась последнего оплота безопасности.
— Нравится? — раздался надо мной ровный голос Виолетты.
Она подошла слишком близко и стояла за моей спиной. Я вздрогнула.
— Ты о чем? — спросила я, обняв себя руками.
— Он тебе нравится? Вижу, что да.
— Какая тебе разница?
— Да никакой. Всего лишь предупреждаю: захочешь изменять делай это так, чтобы никто не знал. Иначе тебя заживо сожрут — не дворец, а подданные. В народе не любят измен. Императорская семья — пример добродетели и верности. — В ее голосе проскользнула горькая насмешка.
— Ты так уверена, что я войду в твою семью? — улыбнулась я. — Это ошибка. Или фарс. Или все вместе. Сегодня я согласилась на все это безумие только из-за императрицы. Но я поговорю с ней и все объясню...
— Ты серьезно думаешь, что это так легко? — хрипло рассмеялась Виолетта. — Изабелль Бертейл или как там тебя действительно зовут, приди в себя.
Она снова села в кресло, откинулась на спинку и устало прикрыла глаза.
Я стояла в стороне, скрестив на груди руки и кусая губы.
Хотелось сбежать и найти подруг, однако сделать этого я не могла.
Не выпустят.
О странных словах Эштана я забыла.
— Все готово, ваше высочество, — спустя пару минут заглянул в шатер один из магов, сопровождающих принцессу. — Дирижабль ждет. Можем отправляться во дворец.
Виолетта встала и молча кивнула.
Однако во дворец мы не попали.
В следующее мгновение в Большом драконьем зале стало темно — погас свет. Весь, разом. И подсветка, и ель, и гирлянды. Каждый огонек. Даже звезды на небе-потолке потухли. Наступила тишина, дрожащая и нервная. Потянуло холодом и гнилью, едва заметной и мерзкой.
После такой тишины должно было наступить что-то плохое.
Я чувствовала это. Знала.
Меня схватили за руку, и я не сразу поняла, что это Виолетта.
— Не отходи от меня, — велела она, крепко стискивая пальцами мое запястье.
Впрочем, отходить от нее я и не собиралась.
Страх сковал меня по рукам и ногам.
— Что это? Что происходит? — прошептала я, вслушиваясь в тишину: теперь были слышны лишь быстрые шаги гвардейцев, которые, видимо, занимали какие-то позиции.
А еще я слышала, как с тихим звоном обнажились клинки Кэлла, оказавшегося перед нами.
Он готов был защищать принцессу до последней капли крови.
— Не знаю, — отрывисто ответила Виолетта. — Не бойся, шатер защищен магическим полем. Просто так в него не попасть.
И тут же раздался звук бьющегося стекла и дикие крики.
Рычание. Визг. Смех, от которого стыла кровь в жилах.
Свет частично восстановился — в Большом драконьем зале воцарилась мерцающая полутьма.
И... началось настоящее сумасшествие.
Бегали и кричали люди.
Летали заклятья, искря и оставляя в воздухе следы.
А самое главное — сновали туда-сюда тени, уродливые и похожие на чудовищ. Они появлялись отовсюду и нападали на людей.
Кто-то давал отпор, особенно адепты-старшекурсники, но кто-то цепенел от одного вида этих теней.
Все так же не отпуская меня, Виолетта дала команду гвардейцам, и часть из них бросилась защищать адептов. Часть осталась охранять шатер снаружи.
— С ума сошла? — прошипел Кэлл, чьи острые тонкие клинки, покрытые вязью, мерцали во всполохах магии. — Это твоя охрана! Зачем отослала их?
— Другие в помощи нуждаются больше, — возразила Виолетта. Ее глаза метались от тени к тени. — А я себя защищу. Да и ты рядом.
Я видела, что ей самой хотелось броситься вперед, выбежать за пределы шатра, куда никто не мог попасть, но что-то ее останавливало.
— Мать во дворце? — все так же отрывисто спросила Виолетта.
— Во дворце. Уходим через аварийный портал. Немедленно.
Я вдруг заметила, как из темноты неподалеку от шатра вынырнул лич — такой же получеловек-полузверь, какой напал на мою учительницу в родном городке.
Беззвучно ползя на четвереньках, он подбирался к застывшей девушке в сиреневом платье, а та с ужасом смотрела на него и даже пошевелиться не могла.
Я готова была запустить в него фаерболом, однако меня опередила Виолетта — не знаю, какой силы магией она обладала, но поток голубой энергии, сорвавшейся с ее пальцев, достиг лича и разорвал на куски. Девушка, прижав руки к вискам, закричала и побежала прочь.
— Вил, ты сама поле пробьешь, не надо! Уходи с девчонкой через портал!
— Сам уходи с ней, я останусь, вызову дракона и...
— Ты не можешь этого сделать. Ты знаешь последствия! Быстро, Вил! Уходи! Эйховых отродий все больше!
Ты должна попасть в безопасное место! — яростно закричал Кэлл, видя, что шатер начали атаковать новые тени: другие, большие, мощные.
Я чувствовала исходящую от них темную силу, и меня будто изнутри щекотало.
Хотелось броситься к ним, выпустив когти, словно разъяренная кошка.
И разорвать на куски.
Странное желание, прорывающееся через мой страх и панику.
Как будто чужое.
Гвардейцы и маги давали отпор, однако теней становилось все больше и больше, и магическое поле начало трещать.
Я слышала это и видела, как в воздухе пробегают фиолетовые искры.
Кто бы ни напал на нас, им явно хотелось познакомиться с принцессой. Люди Виолетты отбивались умело, но эти проклятые тени сыпались словно из воздуха.
Виолетта с отчаянием глянула на Кэлла, словно все еще решая, остаться или нет, после перевела взгляд на меня и что-то прошептала.
В ее руках материализовался малиновый шар, в котором клубился густой туман.
Должно быть, какой-то редкий и сильный портал, раз им можно воспользоваться даже на территории академии, где перемещение через порталы невозможно из-за магического заслона — защиты первого класса.
Почти невозможно, как выяснилось.
— Не отпускай мою руку, что бы ни случилось, — хрипло предупредила меня Виолетта и разбила шар.
Нас медленно окутал пахнущий дождем и розовым садом туман — с ног до головы.
Мы исчезли ровно в тот момент, когда поле, защищающее шатер, все-таки пало. И твари хлынули внутрь, на Кэлла, который начал умело отбиваться.
Последнее, что я видела, прежде чем исчезнуть с принцессой в этом колдовском тумане, был окровавленный Арт с мечом наперевес.
Он не собирался бросать Кэлла.
___________
²⁰ Северный картель — один из пяти преступных картелей Вечной империи.