19
Пока адепты и адептки академии магии Эверлейн танцевали и веселились на иллюзорной поляне в Большом драконьем зале, Ева Шевер находилась в лесу, под серебром лунных лучей, что падали на снег сквозь ветви деревьев.
В одиночестве и в полной тишине, если не считать хлопанья птичьих крыльев.
Закутавшись в меховую накидку, девушка стояла по щиколотки в снегу перед каменным алтарем, который достала с большим трудом на «Змеях и Костях» — черном магическом рынке, где продавали всякое для запрещенного колдовства.
Сегодня Ева готовилась провести ритуал, о котором узнала в Алом гримуаре — книге ведьм.
Он попал ей в руки несколько лет назад через Альву — настоящую мать Эштана.
Ева не должна была даже касаться ее, но врожденная любознательность все же заставила девушку открыть первую страницу. А затем и вторую, и третью... И все остальные.
Еве всегда была интересна темная магия как явление, ее механизмы и процессы, а потому она не могла остановиться.
Интерес породил желание попробовать — а получится ли темная магия у нее? Ведь она всегда была лучшей во всем, в любой сфере, будь то уроки по домашнему возяйству, садоводству и вышиванию или же магические науки. Ева привыкла быть первой, а потому решила попробовать, чтобы убедиться, что ей действительно подвластно многое. В том числе и запретное волшебство.
Все равно ведь никто не узнает.
Не отследит.
У нее получалось — так, по мелочам. Вредить кому-то Ева не хотела — не потому, что была излишне доброй, а потому, что не видела необходимости для вреда кому-то использовать опасную темную магию.
Слишком много рисков, когда есть куда более простые пути для достижения своих целей.
Серьезно она взялась за темную магию, только когда поняла, что впервые в жизни не справляется с ситуацией.
И эта ситуация была связана с принцессой Виолеттой.
С человеком, который должен был стать ее супругой и возвести на престол.
Еве нужна была власть, и, еще будучи совсем юной, она мечтала, как однажды станет императрицей.
К тому же Виолетта всегда нравилась ей — высокая, уверенная, но при этом с уставшим взглядом, будто она всегда находилась глубоко в себе, даже когда широко улыбалась репортерам.
Еве казалось, что в ее взгляде есть тайна, а тайны она отгадывать очень любила. К тому же поговаривали, что принцесса не встречается с девушками дольше месяца — в ее сердце нет места любви.
Ева сделала все, чтобы принцесса начала проявлять к ней интерес, благо что они часто встречались во дворце.
Виолетта обратила на нее внимание и тоже заинтересовалась красивой и умной девушкой, которая смотрела на нее большими преданными глазами, — однако ее симпатия продлилась лишь несколько свиданий, а этого точно не хватило бы, чтобы стать супругой императрицы.
Почувствовав, что Виолетта охладевает к ней, Ева решилась на отчаянный шаг — приворот.
«Черная любовь» — так назывался этот древний зловещий ритуал в книге ведьм. Он способен был подчинить даже дракона, и суть его была проста и сложна одновременно. Нужно поймать демона, разделить его сущность на две половины, словно дождевого червя, и спрятать их в двух предметах. Один — носить с собой, второй — отдать тому, кого нужно приворожить.
Ева выбрала кольца из лунной стали, которую делали фэйри: одно — для себя, другое — для Виолетты.
Демона помог поймать Эштан, которого она упросила о помощи, пустив в ход женские чары, — по крови он братом ей никогда не был, о чем Ева знала от матери, дружившей с приемной матерью Эштана, сестрой императора. И знала, что Эштан неровно к ней дышит.
Даже подарила ему свой первый поцелуй когда-то, но целесообразно решила, что толку от него мало.
На престол ему не взойти.
Но все равно держала при себе, хотя нет-нет да и ловила себя на мысли, что это он ее при себе держит. Впрочем, тотчас ее отгоняла.
Она же сильнее его.
У Евы все получилось.
Приворотный ритуал подействовал, как только Виолетта приняла кольцо в подарок и разрешила ей надеть его на палец. Она подчинила дракона.
И заставила ее любить себя, хоть любовь эта была искусственной, мертвой.
Разумеется, вначале Ева боялась, что вскроется правда.
Однако никто ничего не заподозрил. Ни личная охрана принцессы, ни магическая охрана Дворца, которую возглавлял ее дядя.
Это уже потом Ева поняла, что дядя знал о «Черной любви», но молчал.
И ее приближенные знали тоже. Поняла, почему Эштан ей помогал, и узнала, что в сердце Дворца пробрались предатели, но отступить уже не могла.
Она стала пешкой в чужой игре, как и Эштан, и все, что могла, — играть по чужим правилам, вынашивая свой план.
Все шло относительно хорошо до тех пор, пока несколько дней назад Ева не узнала из письма Виолетты шокирующую новость: она должна жениться. И не на ней, а на какой-то посторонней девице, с которой ее связали брачной клятвой еще в детстве. Эта девица пропала, заставив ее забыть о себе, а теперь снова нашлась.
Если бы ее не отыскали до достижения Виолетты двадцати лет, брачную клятву можно было бы снять.
Однако этого не случилось.
Всех подробностей Ева не знала — знала лишь то, что, если принцесса официально скрепит союз не с той, что ей предназначена, магия брачной клятвы убьет ее.
То есть она должна либо жениться на той, которую выбрали ей родители еще в детстве, либо не жениться вообще.
Она может иметь любовниц, но императрицей станет лишь та, с которой ее скрепит брачный ритуал, проведенный в храме Эсфер¹⁹.
А еще Ева знала, что Изабелль Бертейл — ее невеста. И из-за нее приворот резко начал слабеть, а принцесса — выходить из-под контроля.
Ева решила, что это происходит из-за брачной клятвы.
Ее воздействие на Виолетту оказалось сильнее, чем воздействие темного приворотного ритуала.
И день за днем, нет, час за часом сила брачной клятвы уменьшала силу приворота, заставляя девушку сходить с ума от тревоги и страха.
Ведь так не должно было быть!
Ведь если Виолетта разлюбит ее, не видать ей дворца и трона, несмотря на все усилия, которые она приложила! На ее месте будет другая.
Сначала Ева даже не догадывалась, кто невеста Виолетты. Знала лишь то, что она одна из адепток, и присматривалась ко всем девушкам из Клуба.
А где еще может быть императорская невеста? Она явно высокородная.
Но Ева ошиблась: невестой оказалась обычная первокурсница.
Слабая, из простой семьи. Хорошенькая, конечно: золотистые волосы, зеленые глаза, симпатичное личико, но и только — таких в академии пруд пруди.
Ее звали Изабелль Бертейл.
И это имя стало для Евы синонимом соперничества и ненависти. Односторонней.
О Белль она узнала от Эштана.
Все началось с того, что Виолетта затащила ее в какую-то аудиторию, чтобы объясниться без посторонних глаз и ушей.
Она говорила, что Ева нужна ей, что она найдет способ не жениться, однако уже тогда Ева понимала: действовать придется самой, без нее.
Когда она плакала от обиды, уткнувшись ей в плечо, Виолетта заметила, что за ними подглядывают. И тихо велела Еве уходить, ведь их отношения были тайными. Она послушно сбежала, но на всякий случай моментально прислала двух подружек, готовых ради нее на все что угодно, дабы те проследили, кто же выйдет из аудитории.
К изумлению Евы, они рассказали ей, что из аудитории вышли Виолетта, Эштан и какая-то девчонка-стихийница с первого курса.
Пока подружки искали информацию о девчонке, Ева спешно встретилась с Эштаном, и тот в своей насмешливой манере рассказал ей о том, что Изабелль Бертейл, которая увидела их с Виолеттой, и есть ее невеста.
Только сама об этом не знает.
И Виолетта об этом не знает.
— А ты откуда знаешь? — с недоумением спросила тогда Ева, как обычно, пряча раздражение и гнев.
Ей все время приходилось себя сдерживать, чтобы никто не заподозрил у нее слабых мест. Железная леди — так говорили о ней за спиной, и ей это нравилось.
— Во дворце много чего можно узнать, — пожал тот плечами.
Для чего его вызывали во дворец, Эштан не говорил. Вокруг него вообще всегда было много тайн.
— Говоришь так, будто ты избранный, — фыркнула она.
— Как знать, — отозвался Эштан. — Можешь не верить. Мне все равно.
— Верю. Ты не тот, кто бросается словами, — ответила Ева, пытаясь понять, что ей теперь делать. — Я могу связаться с твоей матерью?
— Можешь. Она во дворце, — равнодушно ответил Эштан.
— С твоей настоящей матерью.
— Зачем?
— В темной магии наверняка есть способ избавиться от оков брачного ритуала. В конце концов, с приворотом она помогла. Наверняка ведь, даже если эта Изабелль Бертейл умрет, ничего не изменится.
— А ты уже собралась ее убить? — спросил Эштан.
Вместо любопытства в его голосе звучала настороженность, и уже тогда Ева заподозрила, что эта девчонка ему нравится.
Наверное, потому что она предназначена Виолетте. Между ними постоянно шла борьба, о которой принцесса не всегда догадывался.
— Я не собираюсь никого убивать. Я всего лишь хочу помочь нам с Виолеттой. Хочу разрушить магию брачной клятвы. И для этого мне нужны темная магия и твоя помощь.
— Помощь моей матери, — поправил ее Эштан и протянул в несколько раз сложенный листок. — Это для одноразовой связи. Напиши на нем все, что хочешь, она ответит тебе, и после листок сгорит. Кстати, на Белль стоит печать клятвы: ее высочество поставила. Говорю на всякий случай.
Он развернулся, чтобы уйти.
— Почему они всё скрывают? — напоследок спросила Ева. — И от Белль, и от Виолетты? Никто даже и не знал, что у принцессы есть невеста.
— Без понятия, — ответил Эштан.
— Кто она такая? Из какой семьи? Ее прятали все эти годы?
— Сказал же, не знаю.
С этими слова Эштан ушел, а Ева, пытавшаяся понять, что происходит, вдруг почувствовала, как кольцо сжимает палец.
И поняла, что связь между ней и принцессой резко ослабла.
Сила брачной клятвы начала вытеснять силу приворота.
Вдруг эта проклятая брачная клятва и вовсе заставит Виолетту испытывать к будущей невесте симпатию?
Такого не должно быть!
У Евы оставалось мало времени, но не зря ее считали умной.
Пока, по словам подружек, Белль была на экзамене, девушка составила целый план.
Она расскажет правду об их отношениях с Виолеттой газетчикам, чтобы, с одной стороны, заявить на нее свои права и рассказать миру о себе, а с другой — чтобы подставить Белль и заставить Виолетту заранее ее ненавидеть.
Пусть, когда правда раскроется, в ее сердце будет лишь лютая ненависть к невесте. Да и она должна ненавидеть Виолетту.
Их нужно стравить.
Сделать врагами.
Ева легко сняла с Белль печать клятвы — в библиотеке, специально столкнувшись с ней: темная магия научила ее многому.
И связалась с газетчиками.
А затем с Альвой — матерью Эштана.
Ведьма снова согласилась помочь Еве. Рассказала о старом темном ритуале, который использовали для того, чтобы разрушить любую клятву, даже самую серьезную.
Правда, взамен придется отдать чью-то душу — жертву темному богу.
Но это не страшно.
Доброволец всегда найдется.
Как оказалось, ритуал нужно было провести как можно скорее по двум причинам.
Во-первых, приворот становился все слабее и слабее. Ева прекрасно понимала: как только чувства Виолетты к ней погаснут, выйти за нее она не сможет, даже если освободит от брачной клятвы. Виолетта не захочет, а значит, все окажется напрасным.
Во-вторых, ритуал следовало проводить тогда, когда магические потоки были сильны, и Ночь зимнего свершения идеально для этого подходила.
Ева знала, что ночью будет объявлена невеста принцессы, но, если все получится, это уже не будет иметь никакого значения.
Любовь Виолетте к Еве станет прежней без влияния брачной клятвы, и она, поняв, что свободна, женится на ней. Просто нужно постараться и рассчитать время, силы и ненависть — взаимную ненависть Белль и Виолетты.
У Евы это получилось отлично — в интригах она была хороша как никто. Идеальная будущая императрица.
Она продумала все до мелочей.
И проиграла как по нотам, манипулируя людьми; особенно хорошо вышло с Хэлли, фамилию которой Ева не помнила, но которая так хотела попасть в Клуб, что согласилась предать Белль.
Ева умело настроила Клуб против невесты принцессы — да так, что глава Солнечной части Клуба, давно и безнадежно в нее влюбленный, выдал Белль Черную метку за то, чего она не делала.
Глупая Белль думала, что это Виолетта играет с ней, мстит за газетчиков, однако за всем стояла Ева, которая чувствовала себя кукловодом.
В другое время она бы ощущала от этого удовлетворение, но не сейчас. Ева была как на иголках из-за того, что Виолетта отдалялась от нее.
Она боялась, что ритуал не сработает. Или сработает, но не так, как надо.
И было страшно даже подумать, что все усилия пойдут прахом.
Еще и Эштан, который должен был помогать ей, вдруг воспылал к Белль чувствами. Еву это ужасно злило.
Что он в ней нашел?
Что они вообще в ней нашли?
Почему именно ее сделали невестой?
Но времени найти ответы на эти вопросы у Евы не оставалось.
Она просто должна провести этот эйхов ритуал и стать счастливой.
Стать императрицей.
Ева тяжело вздохнула и прикрыла глаза, все так же стоя в снегу перед каменным алтарем. Все необходимое для ритуала также было при ней.
В замке ее никто не хватится — Эштан создал ее иллюзию.
Долго иллюзия не продержится — часа два, не больше, — однако этого времени ей хватит, чтобы все закончить. Главное, дождаться полуночи — самого пика магических потоков. И провести ритуал.
Мать Эштана всему ее научила.
Она попросит у темного бога помощи.
Пообещает ему отдать в жертву душу.
Уйдет из леса, скрыв все следы.
Вернется на бал.
Посмотрит, как Белль объявят невестой принцессы.
Даст ей почувствовать вкус победы.
А затем заберет Виолетту себе.
А жертву найти будет не сложно.
Белль ни в чем не виновата.
Но не быть ей следующей императрицей.
Ева порядком замерзла, но ей было все равно. Взглянув на время, она медленно начала зажигать черные свечи, стоящие на алтаре, — несмотря на холод и небольшой ветер, пламя не гасло, было особым, бордовым, колдовским.
Цвет запекшейся крови, цвет темного бога.
Затем Ева вытащила из кармана малахитовый браслет — последнюю деталь ритуала.
Тот человек, который добровольно возьмет браслет и согласится сделать все что угодно ради нее, и станет жертвой для Кштари.
Темная магия не только сильна, но и хитра.
Следом Ева положила на алтарь две церемониальные куклы из соломы, символизирующие Белль и Виолетту. Они были связаны алой лентой, которую во время ритуала предстояло перерезать.
Приблизилась полночь.
Где-то загрохотали салюты.
Не обращая внимания на залпы, Ева зашептала слова призыва, чувствуя, как сердце ее бьется чаще, но не от предвкушения, а от страха.
Но закончить призыв она не успела.
Вдалеке девушка услышала странный звук: то ли вой, то ли лай, то ли человеческий голос. И звук этот был таким, что кровь леденела.
Девушка замерла. Прислушалась.
Кто-то приближается?
Нельзя допустить, чтобы ее заметили за ритуалом. Она, конечно, огородила себя пологом невидимости, однако осторожность не помешает.
Вдруг все же охрана принцессы что-то заподозрила? Как знать.
Лунный свет ярко освещал лес, отражаясь от снега, и краем глаза Ева заметила тень между деревьями. Ее сердце на мгновение остановилось, а после застучало еще чаще.
Ей кажется или там, за деревьями, пробежал лич — нечисть, живой мертвец, сильный, кростный и опасный? А следом за ним еще один...
Странных звуков становилось больше. Они приближались.
Лес наводнялся темными тварями, и Ева, поняв это, поспешно собрала вещи, закопала алтарь под снегом и под пологом невидимости двинулась в сторону замка.
Последнее, что слышала Ева, были мужские грубые голоса за заснеженными деревьями:
— Портал будет открыт еще несколько минут. Держи тварей под контролем.
— Понял. Атакуем по плану, когда не будут ждать. Все готово.
Ритуал Ева так и не провела — собственная жизнь оказалось дороже.
__________
¹⁹ Эсфер — богиня семьи и домашнего очага. Покровительница жен. Входит в Высший божественный круг.