Часть 30
Бихтер, в удивлении замерла в дверях, и широко раскрытыми глазами рассматривала неожиданного позднего гостя. Она даже открыла рот...но все слова застыли вместе с ней, и не дождавшись банального приветствия, парень с улыбкой поздоровался:
--Привет, Бихтер! Это я... Бюлент... ты меня не узнала?
Бихтер вслушивалась в незнакомый низкий тембр юноши и все еще не могла поверить своим глазам.
--Бюлент... ты откуда взялся?
Парень засмеялся, покачал головой, понимая, что его визит, мягко говоря, удивил молодую женщину. А именно такой ее и увидел Бюлент. Молодой, очень красивой, необычайно женственной и очаровательно трогательной в майке Бехлюля и... с заплаканными глазами.
--Откуда? Прямо с аэропорта... прилетел в гости... войти то можно?
Бихтер встряхнула головой, немного приходя в себя и понимая, что это не мираж, а на самом деле Бюлент. Их малыш Бюлент... которого она не видела больше семи лет.
--Да-да... конечно... о, Аллах! что же это я? Проходи, пожалуйста... проходи... а ты... — Бихтер заметила, как Бюлент снял с плеча рюкзак, — ты еще не был дома? Сразу к нам? А как ты нас нашел?... и вообще... дай я хоть дотронусь до тебя... не могу поверить, что это ты... мы же только утром говорили по телефону... и вот ты здесь... невероятно...
Бихтер несмело протянула руки для объятия и была приятно удивлена, что Бюлент, ни грамма не смущаясь, обнял ее... как в детстве... и поцеловал в обе щеки...
--Бихтер... ты такая же как и раньше... худенькая, вкусно пахнешь... и очень красивая, но только немного бледная... я тебя напугал?
--Нет... не напугал, что ты... просто удивил... я спросила - ты дома не был еще?
--Не был... я туда и не собираюсь... я не к ним прилетел, а к вам... мне Бехлюль дал ваш адрес... кстати... узнаю своего брата... квартира и правда очень хорошая...
Бюлент осмотрелся вокруг и плюхнулся на диван.
--Бихтер, Халиль же в больнице... ты к нему завтра собираешься?
--Нет, сегодня... А почему ты не заехал домой?
--Понимаешь... я уже большой мальчик и у меня есть своя личная жизнь, которую с упорством намереваются контролировать отец и госпожа Дениз... да что там... даже Нихал, и то иногда проявляет интереса больше, чем положено... Если появлюсь дома, то дядя Сулейман сразу же позвонит отцу, начнутся бесконечные звонки и расспросы. Я все равно не на долго... ты сказала о Бехлюле... я места себе не находил... а еще ты плакала... говорила, что тебе плохо... я еще раньше хотел прилететь, на новогодние праздники... но не получилось...
--Но ты же куда-то летал на Новый год. Бехлюль передавал привет от тебя, говорил, что ты в аэропорту.
--Да... летал... мы летали домой к одной девушке...
--Да ты что?... Девушке?
--Да... ее зовут Элин . Мы учимся вместе...
--Она англичанка?
--Нет, она француженка... живет в Марселе... вот туда мы и летали... к ее родителям.
--Ого! К родителям?... А отец знает?
--Нет... никто не знает... только Бехлюль... я ему потом звонил.
--Ты смотри... да у вас, оказывается, есть от меня тайны?
--Есть немного... но это же не тайна... вот видишь, я и тебе рассказал... потом и отцу расскажу...
--А почему молчишь до сих пор... ох, Бюлент... послушай меня... что-то мне подсказывает, что Аднан не очень любит тайны в семье. И если девушка тебе дорога, то лучше расскажи все как есть. Ты взрослый парень, молодой мужчина, конечно же ты сделаешь все, как сам захочешь... но не делай из этого тайн...
--Вы с Бехлюлем, как сговорились. Он тоже самое мне сказал... как под копирку.
--И правильно сказал... это наверное потому, что тайн в нашей жизни было слишком много.
--Наверное... Бихтер, расскажи поподробнее, что и как произошло, почему Бехлюля арестовали... а я потом тебе тоже кое-что расскажу... ну о той группе в интернете... ну понимаешь, о чем я? Группа "Халиль, мы с тобой"... и о Халиле расскажи... как он сейчас?
Бихтер кивнула головой.
--Расскажу... только ... ты же с дороги... давай я тебя покормлю... правда еще не знаю чем... но что нибудь найду...
--Нет-нет! я не хочу есть. В самолете неплохо перекусил... а вот кофе выпил бы с удовольствием.
Бихтер поднялась и остановилась.
--Кофе... я так и не научилась варить такой вкусный кофе, как это делает Бехлюль. Будем пить мой обыкновенный, хорошо?
--Давай обыкновенный... Бехлюль нам завтра сварит... надеюсь...
--Я тоже надеюсь...
Она ушла на кухню, по пути крикнув Бюленту, чтобы он не стеснялся и осматривал квартиру. Потом они сидели в гостиной и пили кофе. Бихтер подробно рассказала ему о том инциденте с журналистом, о походе в полицию, о своем решении бороться за то, чтобы Бехлюля освободили, сняв при этом все обвинения. Рассказала она и о Халиле. Показывала бесконечное множество фотографий и видео-роликов, где они втроем в Риве, на баскетбольном матче, на празднике в центре... где их сын такой счастливый и веселый... потому что рядом его любящие родители, потому что сбывались его нехитрые мечты, потому что он отчаянно боролся своими детскими силами со страшной болезнью. Бюлент смотрел очень внимательно, не перебивая слушал рассказы Бихтер, и иногда только кивал головой или задерживал взгляд на каком нибудь фото. А ролик, который Бехлюль скачал из интернета с баскетбольного матча, пересмотрели аж два раза.
--А знаешь Бихтер. Я этот ролик тоже видел, как только он вышел в эфир на нашем телевидении... кажется канал "D" его показывал, ну это же они вели тогда трансляцию этого матча. Вот после этого ролика и возникла идея создать группу " Халиль, мы с тобой". Это моя Элин предложила. Спросила - не против ли я? Я не знал, что сказать. А почему мне быть против... хотя... я хотел посоветоваться с вами. А потом Элин рассказала, что от этой самой болезни умер ее старший брат. Он был старше на пять лет. Может поэтому и она родилась... но только поздно. Ее брат не дождался... так жаль... А денег на полноценное лечение у семьи не было. Она и в университете учится, потому что ей дали грант на обучение за отличные успехи. И на нашем факультете она лучшая. Но она не "ботан", ты не думай. Она нормальная современная девушка, очень веселая и общительная. Вокруг нее всегда столько приятелей. У нее такое чувство юмора! С ней никогда не бывает скучно. А хорошо учится наверное потому - что ей легко дается обучение. И вообще она классная!
--Я тебя поняла, Бюлент. Ты так подробно описал ее характер... вот бы еще фотку увидеть... есть в телефоне?
--Конечно, — пробубнил баском довольный Бюлент и открыл изображение на телефоне, — вот она, смотри... правда красивая?
Бихтер внимательно рассматривала фотографию улыбающейся девушки с красивыми каштановыми локонами ниже плеч.
--А какого цвета у нее глаза?
Бюлент немного промедлил с ответом.
--У нее глаза, как у тебя... зеленовато-серые... как будто сумерки на лугу... и очень теплые. Понравилась?
--Очень... правда очень красивая девушка...
--Она ростом как ты... я правда уже забыл, какого ты роста... помню, что не очень высокого... а сегодня понял... вы с ней одного роста... понял, когда обнял тебя... и у нее волосы приятно пахнут какими-то цветами...
--А ты, Бюлент, настоящий брат своего Бехлюля... "волосы пахнут цветами"... придумаешь же такое!... такой же романтик...
--Я не придумываю... это так и есть.
--Ну хорошо... так что там с этой группой? Почему тот журналист кричал, будто мы так денег себе зарабатываем?
--Не знаю, с чего он это взял... но в группе и правда создан такой фонд. Вот только там так мудрено открыт счет, что снять оттуда наличность не получится ни при каком раскладе. Можно только переводить по безналичному расчету на какую либо клинику. Даже частному лицу нельзя перевести деньги. Только подтвержденной организации с лицензией и определенным статусом. Вот вчера, как я видел по распечатке, деньги перевели на счет этой клиники... это легко можно отследить по транзакциям. А тем более у вас, как говорил Бехлюль деньги на лечение есть. Но ведь сколько семей с такой же бедой один на один, без помощи и поддержки.
--Ты прав. И в клинике, где лечится Халиль такие есть. Иногда у людей хватает денег на операцию... а потом нужна реабилитация... а это не один месяц. Здесь, в Турции тоже есть благотворительные фонды, помогают конечно... но если брать в масштабе страны... сам понимаешь... а по поводу твоей девушки.. .ее родили для брата, ты говорил. Ну в смысле, что бы она стала донором... и не успели. Бюлент... ты даже не представляешь, как я этого боюсь... больше всего на свете боюсь. А если и мы не успеем?
Бихтер опустила голову и волосы прикрыли ее лицо. Бюлент не видел ее глаз, не видел, как большие слезинки скатывались по бледным щекам... он заметил их только тогда, когда они каплями разбивались об ее руки, сложенные на коленях.
--Бихтер... прости меня... я тебя расстроил... ну не плачь, пожалуйста. Вы успеете... все закончится хорошо... вот увидишь... я так этого хочу... честно... очень хочу. Ваш Халиль останется с вами, он поправится... и мы с ним еще сразимся на баскетбольной площадке... Нет, я буду с ним в паре... мы тогда точно обыграем Бехлюля... он же никогда не давал мне шанса... никогда не поддавался...
Бихтер вытерла слезы, улыбнулась таким светлым мечтам Бюлента.
--Теперь он поддается... так незаметно научился это делать... чтобы дети не догадывались. А Халиль его сразу раскусил... но ему это понравилось в нем... его вообще дети любят в нашем центре. Называют "брат Бехлюль", и просто вешаются на шею. В последнее время он бывает там немного реже... ну из-за болезни Халиля... но все равно находит пару часов, чтобы заскочить туда. Говорит, что не может их бросить, они же ждут и скучают... а за то, что бросаешь кого-то на пол пути жизнь всегда наказывает. Вот так...
Бихтер замолчала, устремив взгляд куда-то вдаль. Бюлент не сказав ни слова, только смотрел на ее грустное лицо, на ее большие печальные глаза и на губы, еще сохранявшие остатки улыбки, с которой она рассказывала о своем Бехлюле... о своем любимом Бехлюле. Бюлент подумал, как все таки мало можно сказать, чтобы показать свою любовь... и как это, на самом деле, много...
Уже наступил вечер и Бихтер засуетилась.
--Бюлент, мне пора ехать... ты как, останешься отдыхать?
--Еще чего. Я поеду с тобой. Мне просто не терпится познакомиться с вашим сыном. Я же его только на фото видел, мне Бехлюль показывал. Ну и в том ролике. Бехлюль рассказывал, какой он чудесный мальчишка. Я в принципе готов ехать... сейчас только возьму с собой кое-какие бумаги... нужно отдать их вашему доктору... как его? Али Туран...
--А зачем тебе доктор Али? Точно не помню... но кажется, что как раз у него ночное дежурство. Днем его не было в больнице.
--Я же говорю... привез некоторые документы. Это касается как раз той группы, финансовых перечислений.
--А ему это зачем? Он же финансами больницы не занимается. Он лечит детей. А для этого есть отдел бухгалтерии, я так думаю.
--Ну все равно... отдам ему, а он передаст куда нужно. Здесь, кстати, в двух экземплярах, я специально попросил Элин так сделать... вдруг нужно будет доказать в полиции, что вы никакого отношения к этой группе не имеете. Мало ли что?
--Тогда понятно... поехали... Халиль меня ждет... волнуется маленький... сейчас снова будет спрашивать о Бехлюле.
--Ты ему сказала?
--Да, сказала... однажды Бехлюль сказал, что у него не будет секретов с сыном... поэтому я рассказала, почему сейчас нет папы, где он и за что... и знаешь... сын поддержал своего отца... это его любимое ... " Yes, папа! " Хотя... этого следовало ожидать.Он сын своего отца!
--Так это же здорово, Бихтер. Мне помнится... я тоже всегда хотел быть похожим на своего старшего брата... так переживал, что еще маленький... думал ничего не успею...
--А сейчас? Успел?
--А то! Уже много чего успел... но... столько еще впереди... надеюсь...
--Ну вот и славно... только не повторяй ошибок старшего брата.
--Ах, Бихтер... Разве ваша любовь — это ошибка?
--Наша ошибка — это тайна о ней, а не сама любовь... Вот и ты не держи свою любовь в тайне... расскажи семье... легче будет.
--Не переживай... скоро расскажу... ну, поехали? А то мы с тобой снова заболтались.
Халиль ждал маму и немного волновался, почему она задержалась. Но когда она вошла в палату с высоким парнем, мальчик удивился. Он посмотрел на улыбающуюся мать, и понял, что это кто-то знакомый. А парень уверенно подошел к Халилю, присел на край кровати и с улыбкой протянул ему свою ладонь.
--Привет, Халиль! Я Бюлент!
Халиль раскрыл удивленно глаза и протягивая свою маленькую ладошку, недоверчиво переспросил:
--Бюлент? Ты младший брат моего папы?
--Да... я его брат. Он тебе рассказывал обо мне?
--Конечно... привет... Бюлент... ты прилетел из Англии? из Лондона?
--Да... очень хотелось с тобой познакомиться... как дела?
--Нормально... только папы нет... ты знаешь почему?
--Знаю... мне Бихтер... ну твоя мама, рассказала... но это временно... его обязательно отпустят... вот разберутся — и отпустят.
--Правильно... и я это маме говорю... а она расстраивается.
--Ну и зря. И ты не переживай, — Бюлент взял в руки планшет Халиля и с удивлением посмотрел, — так, что ты здесь смотришь? Или ты в игре сейчас?
--Нет... я смотрю фильм... про собаку. Называется " Счастливчик Флюк"... фильм уже не новый... но мне очень нравится... ты его смотрел?
Бюлент грустно усмехнулся... Этот фильм не просто про собаку. Это фильм про отца и сына... а вернее про единство сердец...
--Да... я смотрел его... давно правда. Но мне он тоже нравится... хороший.
--Правда хороший... только я не все понял там... Бюлент... а почему Флюк потом убежал? Он же любил своего сына, хоть его душа и вселилась в собаку... почему?
--Понимаешь, братишка, для любящего сердца самое главное знать, что тот, кого ты любишь, кто дороже тебе самой жизни — счастлив. Флюк это увидел. Он увидел, что в новой семье мальчика очень любят, что семья настоящая, крепкая и дружная... именно такая, какую он хотел дать своему сыну. Он ушел со спокойной душой, зная, что малышу хорошо. Он продолжил свой путь тем, кем его создал Всевышний. Ну как-то так... если ты понял меня.
Халиль немного подумал... Его ответ поразил и Бюлента, и Бихтер.
--Я понял... он поступил, как самый любящий отец... А знаешь... я однажды тоже слышал, как папа шептал молитву... а потом сказал, что хочет отдать мне часть своей жизни... ну чтобы я жил... он тоже меня любит.
Бихтер подошла и погладила сына по голове.
--Любит... очень любит... даже не сомневайся в этом.
Бюлент еще немного посидел с Халилем. Он расспрашивал мальчика о его увлечениях, об его баскетбольной команде, о друзьях... и сам рассказывал о своей взрослой студенческой жизни, правда иногда в своих рассказах он отправлялся в свое детство, рассказывая о своей любви к брату, о своей привязанности к нему, о своих детских восторгах.
За разговорами они и не заметили, как пролетело время. На улице стемнело, звуки в больнице стихли. Маленькие пациенты и их родители, кто был с ними, постепенно готовились к ночи... еще одной ночи, которая кому-то подарит "завтра", кому-то подарит хорошие известия... а кому-то... Нет! Об этом Бихтер не хотела и думать... слишком тяжело. Даже знать и молчать тяжело... а уж говорить о том, что не каждый пациент этого отделения может дожить до следующего утра, вообще невыносимо. Бихтер обратилась к Бюленту:
--Бюлент... ты хотел отдать какие-то бумаги доктору Али. Его кабинет прямо по коридору. Мы пока с Халилем умоемся, почистим зубки, да, мой хороший?... Пора спать...
--Тогда я вас оставлю не надолго, — ответил Бюлент, и прихватив папку с бумагами, вышел, — Халиль, если ты заснешь, до того, как я вернусь — тогда спокойной ночи... и до завтра! Мы завтра приедем с мамой!
--И тебе спокойной ночи, Бюлент... и еще... я и забыл совсем... спасибо тебе за радугу.
--А! Ты об этом? Хорошо, что у вас получилось... я рад! Но ее придумал не я. Я просто рассказал твоему папе, как это сделать. Ее придумала одна очень хорошая девушка. Я передам ей, что тебе понравилось.
--Это твоя девушка? А как ее зовут?
--Ее зовут Элин... ну все... пока!
--Пока... — Халиль улыбнулся своей маме, — правда красивое имя, мама... Элин... такое нежное... наверное она красивая...
--Очень красивая... мне Бюлент показывал ее фото... и кажется, он ее любит...
--Ну и правильно... что любит... видишь... она еще и умная... придумала, как сделать радугу... я бы не догадался...
--Это потому, что ты еще маленький... они же взрослые, вот заканчивают университет... а у тебя это все еще впереди.
Бихтер обняла своего сынишку, поцеловала его глазки, щечки, взяла в руки маленькую ладошку и оставила свое дыхание в самой серединке:
--Ты только выздоравливай... хорошо? Обязательно выздоравливай...
--Я выздоровею, мама... я знаю, что выздоровею... мне папа сказал, что все будет хорошо... я ему верю...
--Я тоже, мой родной... тоже верю.
Бихтер нежно гладила ручку сына и он засыпал. А она прикрыла глаза и про себя прочитала молитву. Бихтер просила Бога помочь ее маленькому сыну победить болезнь, просила дать ему силы жить и бороться. Еще просила, чтобы малыш, которого она носит под сердцем был здоров... последние ее мысли были о Бехлюле... о любимом мужчине. О том, который жил в ее сердце, заставлял его биться, останавливал ее дыхание, смешивая со своим, в горячих и страстных поцелуях ,... о том, кто всегда был ее миром, ее единственной любовью... ее жизнью.
Тихонько открыв дверь, в палату вошел Бюлент.
--Он спит?
--Да, заснул... он быстро засыпает... это лекарства... обезболивающее. Бюлент, возьми ключи и езжай домой. Дорогу-то помнишь? Если что, включи навигатор. Ты ведь давно не был в Стамбуле... да и был еще ребенком?
--Нет, я был еще прошлым летом... недолго правда... Ты не переживай, доеду... а когда тебя забрать?
--Приезжай пораньше... заедем домой, я переоденусь и поедем в участок. Мне звонил адвокат... Бехлюль там будет ближе к обеду... надеюсь, что его отпустят.
--Отпустят... не переживай. Ты знаешь... так и хочется сказать... как в детстве ..."это же Бехлюль... как нибудь выкрутится"... пусть это будет так.
--Хорошо бы... все, пока. До завтра, Бюлент... спасибо, что приехал... я очень рада... и Бехлюль обрадуется. Спокойной ночи!
--Спокойной ночи, Бихтер!
Бюлент попрощался и вышел. А Бихтер поднялась, подошла к окну и долго смотрела на ночной город, вспоминая, как несколько месяцев назад она ехала по знакомой дороге из аэропорта Ататюрк в свое неизвестное будущее. Тогда она и не подозревала, что город детства преподнесет ей такие сюрпризы, волнения, переживания... вернет ее любовь и больно ранит материнское сердце. Но Бихтер все равно любила свой Стамбул... город своего детства, город, подаривший ей счастье любить и быть любимой.
