Часть 3
Вот такие разговоры с памятью и случались у Бихтер. Сегодня времени оказалось слишком много и разговор получился длинным. Бихтер так увлеклась, что и не заметила, как закончился дождь, что за окном началось движение, и даже вздрогнула, когда услышала, что объявили ее рейс. И вот спустя какое-то время другой самолет нес Бихтер туда, где ее ждала любимая работа, новые знакомства,... И старые истории ее прошлой жизни. Она летела в Стамбул.
В аэропорту ее встречал представитель компании Синанер-групп, чему она искренне удивилась, ведь она опоздала на приличное время.
--Мне так жаль, что вам пришлось долго ждать... напрасно так беспокоились. Я бы и в такси по адресу нашла детский центр. Вы уж простите мне такую задержку.
--Ну что вы, госпожа Бирхан. Я ведь просто водитель, я на работе и делаю то, что приказывают. Да мне не было тяжело ждать... посидел, вздремнул немного.
--А господин Синанер ждет меня в центре?
--Да, госпожа, мне приказано привезти вас сначала туда. Они ждут вас там.
--Они? Там будет кто-то еще?
--Ну а как же. Господин Бурак с партнерами, директор центра госпожа Савджи. Вероятно людей будет много. Работы-то там сколько! И все хотят успеть сделать до начала нового учебного года. Чтобы детишкам было удобно... Простите... говорили, что ваш проект самый лучший из всех... У вас есть свои детки?
Бихтер улыбнулась, вспомнив сонную мордашку своего маленького мужчины и гордо ответила:
--Да, у меня есть сын... но только он еще очень маленький.
--Ну тогда понятно...
--Что понятно?
--Понятно, почему у вас все так замечательно получилось... Госпожа Савджи про вашу работу сказала, что ее делал человек с огромной любовью к детям.
Бихтер улыбнулась своим мыслям. Несмотря на такое грустное и суматошное утро, сейчас у нее было прекрасное настроение. Может это от простого и доброго разговора с обычным человеком - водителем, который наверняка очень любил поговорить. А может потому, что она ехала по знакомым местам и ее сердце слегка сжималось, трепетно стучало, а иногда замирало. За семь лет и Стамбул заметно изменился, как впрочем и все живое, что живет и дышит. А город тоже своего рода живой организм - каждый со своим характером, лицом и настроением. Но временами Бихтер ощущала холодную тревогу где-то глубоко внутри, в самом потаенном уголочке своего сердца... Она знала, кто там был, кого она туда поселила и спрятала ото всех. Там была ее любовь... ее прошлая, но не забытая любовь, которая сейчас страдала и боялась неизвестности, боялась, что ей снова здесь смогут сделать больно. Но Бихтер обещала себе, что не допустит этого и мысленно успокаивала то нежное и хрупкое чувство, которое доверилось новой Бихтер и осталось с ней, в ее раненом, но теперь таком крепком сердце.
Когда автомобиль въехал на территорию центра, Бихтер просто открыла рот от изумления. Пространство было огромным, столько готовых корпусов, школа, спортивный зал и спортивные площадки... А детский городок для малышей со всевозможными горками, лестницами, турниками, кольцами, батутами и прочей атрибутикой для игр и развлечений Бихтер просто потряс. За корпусами были два бассейна, теннисный корт, футбольная, волейбольная и баскетбольная площадки, велотрек и пиком ее удивления стал картодром с настоящими автомобилями. Увидеть все вместе в одном месте она ни как не ожидала, а потому еще некоторое время переваривала увиденное. Автомобиль остановился возле одного из зданий с широкой лестницей. Пока Бихтер выходила из машины и осматривалась вокруг , на ступеньках появилась женщина и прямиком направилась к Бихтер.
--А вот и наша гостья! Добрый день, госпожа Бирхан. Я Санем Савджи, директор этого центра... мы с вами говорили по телефону, — она мило и приветливо улыбалась, но в то же время внимательно разглядывала Бихтер.
А Бихтер, слегка смутившись от такого внимания, просто протянула руку.
--Добрый день, госпожа Савджи... Я Бихтер Бирхан... У вас здесь очень красиво.
--Это правда, красиво. А потом будет еще красивее, когда мы воплотим в жизнь все ваши идеи, от которых мы, кстати, в необыкновенном восторге.
--Спасибо... я не знаю... ну это не было так уж сложно. Для детей все придумывается само собой... с ними легко, потому что они умеют быть благодарными, им все нравится... Просто нужно немного забыть, что ты сам уже взрослый... и все. Госпожа Савджи... пожалуйста, зовите меня просто Бихтер.
--Ну хорошо... а знаете, Бихтер, я вас представляла немного другой.
--Правда? ...
--Мне казалось, что вы старше... а вы такая молоденькая, но с таким опытом. Это хорошо.
--Что хорошо? Что с опытом... или... что молоденькая? — Бихтер засмеялась. Ей нравились комплименты госпожи Савджи... ну приятно же, что в твои 34 года тебе не дают их.
А выглядела Бихтер и правда намного моложе своих лет. Она сумела сохранить в лице детскую непосредственность и дорогой лоск красавицы. Она оставалась такой же тоненькой и хрупкой. Правда если быть объективным и очень внимательным, то не ускользали от взгляда очаровательная женственность, сдержанность, уверенность, а в прекрасных фиалковых глазах легкая грусть и таинственность. Вот такую ее увидел Бурак Синанер, молодой бизнесмен, владелец огромной компании и этого детского центра. Он подошел неслышно, и стоя в проеме дверей тихо слушал разговор двух женщин. Он с восхищением наблюдал за молодой девушкой, за тем как ветер развивал ее красивые волосы, как она немного суетилась со своим багажом, видимо не очень привыкшая к такому обильному вниманию. Молодой мужчина спустился вниз и поздоровался.
--Доброе утро, госпожа. Я Бурак Синанер. Добро пожаловать в наш милый дом.
Бихтер застыла в изумлении... Господин Синанер? ... Вот этот молодой красавчик и есть господин Синанер? Да еще такой простой, как утренний ветерок... Вот так запросто вышел на улицу, чтобы с ней поздороваться? Голова немного закружилась от таких мыслей и Бихтер слегка покачнулась, но тут же была придержана под локоть Синанером.
--Госпожа, вам плохо? Что случилось?
--Нет-нет... простите... Это наверное из-за перелета... я семь лет не садилась в самолет... Да и еще эта задержка в аэропорту... простите, пожалуйста.
--Ну что вы! Госпожа Санем, давайте сейчас же проводим нашу гостью в ее комнату... пусть она немного отдохнет, а совещание перенесем на пару часов... думаю, что не страшно, все равно оно не началось в назначенное время... госпожа..
Но Бихтер его перебила:
--Со мной все в порядке, нет причин так беспокоиться... И пожалуйста, господин Синанер, называйте меня просто Бихтер... и совещание пусть будет...
--Нет! Я согласен только с одним пунктом, — он улыбнулся такой очаровательной улыбкой, что и Бихтер стало как-то веселее, — я согласен называть вас Бихтер... Но все остальное ... Нет! Я уже решил. Вы сначала отдохнете, а потом мы будем заниматься делами... Госпожа Санем, там все готово?
-- Разумеется, господин Бурак. Мы приготовили для Бихтер домик, который находится сразу за офисным зданием... Давайте я вас провожу, Бихтер.
Она заботливо взяла под руку Бихтер и они пошли по тенистой аллее. Весна в этом году была ранняя и молодая листва уже набрала достаточно сил, чтобы создавать небольшую тень. Сразу за этим зданием стояли несколько небольших коттеджей, как поняла Бихтер, они были построены специально для персонала центра. В одном из таких маленьких домиков и поселили Бихтер. Ничего необычного - две небольшие комнаты, кухня-гостиная, ванная, туалет, маленькая гардеробная и большая терраса. Все было совершенно новым и в домике еще сохранился запах краски и новой мебели. На столе в кухне стояли цветы - ее любимые белые лилии. Бихтер еще подумала, что какое удачное совпадение... А это и правда было совпадение, потому что, когда готовили домик к приезду нового дизайнера, то спросили, какие цветы поставить. Бурак пожал плечами и обратился к своему партнеру и заместителю:
--Как думаешь, "борода", женщина говорят молодая, какие цветы поставить ей в комнату.
Но его партнер безразлично пожал плечами и ответил:
--Поставь лилии.
— Вот так банально?... А какие лилии?
--Белые...
--Так, ну все понятно, у нас снова "весеннее обострение", да? ... белые... никакой фантазии, а может лучше розы?
--Поставь розы... что у меня то спрашиваешь, если сам знаешь... И вообще... откуда столько внимания к той особе?
--Эх, "борода", говорю же тебе, молодая женщина, прекрасный дизайнер, ты же сам сказал, что ее работа самая лучшая... Послушай, а вот чем тебе она показалась самой лучшей и не похожей на все остальные?
--Не знаю... что-то в ней родное, такое милое, ну то, что должно нравиться детям... А еще... в ней много радуги... люблю радугу...
--Согласен... когда все сделаем... получится необыкновенно... К ак и хотела Бану... Ладно, пусть будут белые лилии.
Вот и все совпадение... Хотя очень приятное. Пока Бихтер умывалась и переодевалась, госпожа Санем быстро приготовила кофе и бутерброды, считая, что Бихтер нужно обязательно подкрепиться перед долгим днем, наполненным встречами, разговорами и обыденной рабочей рутиной.
Бихтер вышла из комнаты и удивилась тому, что стол уже накрыт и в чашках дымится настоящий турецкий кофе, распространяя свой восхитительный аромат.
--Как пахнет! Это вы сами приготовили кофе?
--Присаживайся, Бихтер, поговорим немного...ты не против?...Да, кофе варила я, надеюсь получился...
Бихтер присела за стол и пригубила ароматный горячий напиток.
--Очень вкусно... я так не умею...
--Да я тоже не умела... Это меня наш "борода" научил.
--Кто? Что за "борода"?
--Это друг и заместитель нашего господина Бурака... Неплохой парень... но замкнутый, почти всегда хмурый, вернее не хмурый... а как бы сказать... грустный что ли... молчит и что-то ищет... где-то в себе ищет. Оживает, только когда с детворой бегает, играет с ними... Да я мало что о нем знаю... Неудобно лезть в душу, которая на замке.
--Да... странно... А я еще подумала... если он такой... то как же он с детьми общается?
--Вот в этом-то и загадка... Но дети его обожают... Я его мало знаю, а Бурак с ним близок... У них настоящая мужская дружба... А настоящая - это когда знаешь и молчишь...ну я так думаю.
--Скажите, госпожа Санем, а почему центр называется "БАНУ" ?
--А это, Бихтер, еще одна печальная история. Бану была сестрой Бурака, но только по отцу. Такой центр очень хотела построить она... Это была ее мечта... она хотела иметь ребенка... но что-то там случилось, не знаю... а потом эта трагедия... Бану погибла. Ее мать передала все управление компанией Бураку и их партнеру Джану Катманоглу, а сама уехала в Америку. Но и там она построила такой же центр для детей-сирот. А этот начали строить, потом приостановили, ну а потом все же решили достроить. Так назвал его Бурак... Он очень любил сестру. Ведь она была единственным родным человеком у него. Потом во главе компании Бурак остался один, Джан разорвал партнерство, но они все равно остались добрыми друзьями. Сейчас в компании дела идут хорошо, развиваются очень быстро, вот и решили закончить когда-то начатое. Бурак с таким рвением взялся за этот центр, что теперь его не остановить. Оно и правильно... молодой... не женатый... куда ему свою энергию девать. А это дело хорошее, да будет доволен ими Аллах...
--Ими? Кто-то еще занимается центром?
--Ну конечно! Столько работы... разве он со всем один бы справился? И его партнеры, и друзья... не поверишь, в последнее время даже спонсоры появились, хотя в них Бурак не нуждался. Но отказываться не стал, раз люди от души хотят помочь. Дети - что может быть дороже их?
--Да, вы правы... ради одной слезинки своего малыша можно перевернуть весь мир... а здесь детки без родителей... так жалко их.
--Своего малыша, говоришь? И у тебя есть такой малыш?
Бихтер снова мило улыбнулась, а в ее глазах засветилась необыкновенная нежность.
--Есть, госпожа Санем. У меня есть маленький сын... он моя жизнь... он лучшее, что случилось в моей жизни, хвала Аллаху.
--Сколько ему? Как зовут?
--Ему... шесть лет. А имя у него самое красивое и нежное - Халиль.
--И правда... красивое имя... и он наверное красивый? На тебя похож?
Бихтер взяла свой телефон и нашла фотку сына.
--Вот он, смотрите, похож на меня?
--Ой! Какой же красавчик! Бихтер, он и правда такой милый... но не похож... точно... не на тебя он похож... и волосы... и глазки... ну может немного что-то есть конечно... он наверное в папу? Малыш дома с папой остался?
--Нет... с няней... мы живем вдвоем... вот такая у нас маленькая семья...
Бихтер вздохнула, как-то замкнулась, и госпожа Санем поняла, что с каким восторгом девушка говорила о своем сыне, с такой же неохотой и даже грустью ответила про его отца. Но в душу тактично лезть не стала и тут же перевела разговор на тему о работе и центре. Они еще немного поговорили и госпожа Савджи ушла в офис, пожелав Бихтер приятного отдыха.
А Бихтер позвонила домой, поговорила с сыном, с няней, убедилась, что у них все хорошо, и только потом со спокойной душой прилегла отдохнуть и собрать все мысли в кучу. Пол ночи и утро и правда выдались очень насыщенными, а впереди еще день, где она будет в центре внимания, и Бихтер очень хотелось произвести хорошее впечатление. Откуда же ей было знать, что некоторое впечатление о ней уже сложилось...по крайней мере у троих людей - у водителя Саита, который и правда очень любил поговорить, и Бихтер покорила его своей простотой и непринужденной беседой. Она очень понравилась госпоже Савджи своим зрелым умом, тонким вкусом, профессионализмом и добрым отношением к детям. А еще к ней не остался равнодушным, если не сказать больше — Бурак Синанер. Молодой мужчина был сражен этой необыкновенно красивой девушкой с шелковыми волосами и удивительными глазами, в которых расплескались самые красивые цвета, смешав небо, воды Босфора и вечерние сумерки. А еще там он видел тайную грусть, которая блестела где-то в самой глубине не пролитыми слезами. Он даже пытался вспомнить, где он еще видел такой же взгляд, с застывшей печалью... но не вспомнил. Да и какая разница теперь, когда рядом были эти удивительные глаза-озера. Ему очень хотелось поделиться своими ощущениями с другом, который немного задерживался. Он решил позвонить.
--Алло! Здорово, дружище! Ну... и где тебя носит до сих пор? Как дела? С поставщиками поговорил?... Только не говори, что ты их убил, прошу тебя...
--Привет, Бурак... С поставщиками все нормально... извинились, как и должно быть. Я уже в дороге. А у вас совещание началось? Встретили дизайнера?
--Ой, брат! Даже не знаю, как и сказать... короче, приезжай. Поговорим... совещание отложили на два часа... девушке надо отдохнуть.
--Не понял, какой девушке?
--Ну какой? Нашему дизайнеру... оказалось, что госпожа Бирхан, то есть наш дизайнер, молодая девушка... Но какая!!! ... Послушай... я таких еще не видел... у меня аж дыхание остановилось, когда увидел ее... давай, приезжай скорее... ты должен ее увидеть!
--А не боишься? Если она молодая... красивая..., — и он засмеялся, —не боишься, брат?
--Да ладно тебе, ты же как дикарь, не стриженный, не бритый... нет! Не боюсь... у тебя нет никаких шансов... кто на тебя посмотрит!, — и тоже рассмеялся в ответ, — я жду тебя, дружище, приезжай скорее.
Бихтер отдохнула и в новом костюме выглядела просто потрясающе. Перед зеркалом последний штрих - немного блеска на губы и пару капель своих любимых духов на запястья и в волосы. Она не спешила, была сосредоточена и собрана. Что говорить на совещании, она знала, даже если будут какие-то вопросы, была уверенна, что с легкостью ответит на все и всё понятно и доступно объяснит. Ей было даже самой интересно, что не испытывала никакого волнения. Может ее успокоил такой радушный прием, да и осознание того, что нет ничего страшного в этом городе. Ну кто ее здесь будет вспоминать и искать - в детском центре. Конечно же, те нелепые страхи быстро улетучились. Бихтер не спеша шла по той же аллее к зданию, где должно было пройти совещание и презентация ее проекта. Она только повернула за угол , и увидела, как какой-то мужчина быстро сбегал по ступенькам к джипу, припаркованному тут же. Он резко дернул дверь и тряхнул длинными светлыми волосами. Бихтер видела его со спины — высокий, по спортивному сложенный, с широкими плечами, в рваных джинсах и синей толстовке... ... и с бородкой. Это она успела увидеть, когда он сбегал по лестнице. Бихтер замедлила шаг и пыталась рассмотреть отъезжавшего бородача. Что-то непонятное промелькнуло в его образе. Вдруг в левой груди она почувствовала, как мелкие иголочки, легкие уколы. Ну что могло ее смутить в этом незнакомом мужчине? Его борода, которую она толком-то и рассмотреть не смогла? Его высокий рост? Так и господин Бурак был не ниже. Длинные светлые волосы? Это что? Первый мужчина блондин, которого она видела? И в его одежде не было ничего необычного - джинсы, толстовка, куртка, небрежно брошенная на сидение, которое рядом. Ну и что?
Бихтер глубоко вздохнула, прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться и вдруг замерла... Она поняла, что знакомое увидела в этом незнакомце. То, как он садился в машину, как закрыл дверь, как рванул с места... Все это было до боли знакомо и никогда не забывалось... Но все же решила, что это просто нервы и она зря паникует. Ну разве он может оказаться здесь - в детском центре? Глупости какие-то. Где детский центр - и где ОН?
Вот так успокоив себя, Бихтер уверенно сделала еще один твердый шаг в своей новой жизни. У нее была цель. А значит, нужно сделать все, чтобы ее достичь. Она обещала. А слово она держит.
До совещания еще был добрый час, когда в своей приемной Бурак услышал знакомый голос и твердые громкие шаги друга. Дверь распахнулась. Ну конечно это он. Этот никогда не осторожничает и не стучит.
--Здорово, брат! Ну что? Где твоя красавица? Заинтриговал...
--Да ну тебя. Она в домике, отдыхает.
--Ну пошли, будем знакомиться!
--Ты с ума сошел? Куда пошли? Послушай, у тебя точно весеннее обострение... ну да, середина апреля... все как всегда...
--А в чем проблема?
--Ну куда мы пойдем? А вдруг девушка занята... ну... ванну принимает... или еще что?
--Ванну говоришь?, — он на минуту задумался, как будто что-то вспоминал. Его глаза при этом светились яркими искорками наслаждения.
--Что, дружище? Приятные воспоминания? У тебя аж глаза загорелись.
--Да уж... еще какие приятные, — он улыбнулся и облизнул губы, — ох... как же это было давно... но как красиво... я чуть не лишился сознания...Послушай, Бурак, ты когда нибудь видел, как Афродита выходит из пены?... А я видел... и знаешь... она была такая... такая... да куда той Афродите, да она бы сгорела со стыда рядом с ней....
--С кем - с ней?
--Ни с кем... Да не слушай ты меня... ну что, идем к девушке?
--Нет, не идем. Скоро она сама сюда придет. Вот и познакомитесь.
--Ну ладно... а кофе меня угостишь? Я вообще голодный, как волк, с утра на ногах.
Им принесли кофе с какими-то пирожными. Но вдруг зазвонил телефон. Звонили с головного офиса компании и кому-то срочно нужно было приехать.
--Брат, выручай! Пожалуйста! Я должен сегодня остаться здесь, в центре. Ты сам все там решишь... Даже лучше меня... договорились?
Ну как откажешь такой непосредственности?
--Ладно, брат, встречай свою госпожу Бирхан. Кстати... пригласи ее завтра на ужин.
--Ну я попробую... спасибо, братишка. Ты настоящий друг!
Бурак проводил друга, на которого мог всегда положиться, благодарным взглядом, а тот слетел по лестнице, как ураган, раздраженно бросил куртку на сидение своего джипа, прыгнул в машину и рванул с места... как всегда любил это делать.
Все прошло, как Бихтер и предполагала. Обстановка доброжелательная, люди радушные, начальство не строгое, местами даже слишком заботливое. После совещания все вместе прошлись по территории центра, зашли в корпуса, где уже живут ребятишки, и туда , где еще идут работы. Бихтер сделала для себя несколько пометок, что нужно переделать, что-то добавить, а что-то просто убрать. Обратила внимание на материалы , особенно для внутренней отделки помещений. Некоторыми осталась совершенно не довольна, объясняя это тем, что для детей это может быть вредно. Ее замечания были учтены. А в целом пока все было нормально. Уже под вечер она шла в тот маленький домик, куда ее поселили. Бурак Синанер ее провожал. Возле дома он галантно поцеловал ей руку, пожелал спокойной ночи... и сказал, что утром ее разбудит. Бихтер засмеялась.
--Я не знаю, во сколько у вас начинается утро, господин Бурак, но я встаю рано. Я люблю бегать по утрам и стараюсь своим привычкам не изменять. Правда сегодня не бегала... в аэропорту это было не очень удобно, а на улице был настоящий потоп.
--Тогда встретимся на пробежке... договорились. Я раньше тоже не пропускал свои утренние тренировки... правда в последнее время... ну чтобы быть честным — лень-матушка. А вот мой друг, тот как заводной, только с ним и не интересно бегать...
--Почему не интересно?
--Да ну его... молчит, не разговаривает, бежит быстро... как будто от кого-то убегает... только не говорит от кого.
--А может от себя?
--Даже не знаю... я дружу с ним уже пять лет, даже немного больше... он всегда такой. Жаль, не удалось его с вами познакомить. Он же мой заместитель... сегодня срочно нужно было одному из нас быть в компании... Почему потом не приехал, не знаю. Ой, госпожа Бихтер, заболтал я вас совсем... просто не хочется расставаться.
--Спокойной ночи, господин Бурак, — тактично прервала его Бихтер, — вы же знаете, что нужно делать не то, что хочется, а то что надо.
--Вы правы... спокойной ночи.
Утром на пробежке ей позвонила няня Халиля и поздравила с днем рождения, отчиталась, как всегда, успокоив тем, что все у них хорошо, пообещав, что с сыном она сможет поговорить позже. Потом звонила мама, Пейкер... они помнили о ее дне рождения... но то, что она в Стамбуле, Бихтер не сказала. Решила, что скажет потом, летом, когда приедет сюда работать... Если ничего не изменится. Конечно же обещанной встречи с Бураком на пробежке не случилось, чему Бихтер была даже рада. Она заметила, что старший босс проявляет к ней гораздо больше внимания и объясняла это просто. Скорее всего, она ему понравилась, мужчина молодой, как заметила госпожа Савджи - не женатый. Вот и увлекся, а может даже чего-то там себе нафантазировал. Но Бихтер знала, как себя вести, чтобы и не обидеть, и не дать надежду на что-то большее. Вот это самое "что-то большее" ей как раз было совершенно не нужно, даже с таким симпатичным боссом. И не потому что он ей не нравился... Просто до сих пор Бихтер не была готова впустить кого-то в свое сердце, которое почти целиком было занято одним человеком — ее сыном. А как же " она себе не лгала"? Да, не лгала... Вот поэтому и говорила себе, что почти все, а не абсолютно все. Значит был уголочек, в котором оставался еще один человек? Которого не смогла забыть и выбросить из сердца. Но тут уже Бихтер спорила... Что это не человек, хотя забыть не смогла... Это ее любовь там осталась... или ее способность любить, ее желание любить, ее потребность дарить свою любовь. Но к этому Бихтер была не готова... Она даже не представляла, что когда-то сможет отдать ее другому человеку... не ЕМУ, а другому... А отдать ему нельзя. Бихтер усмехнулась своим мыслям "Глупая ты, Бихтер, кому ты собралась что-то отдать... его нет рядом уже семь лет...Да он уже небось и имя твое забыл, а ты про любовь толкуешь. Ну и хорошо, если забыл... Может и я забуду... Может... Да... Забуду, как же..."
продолжение следует...