Любовь с первого взгляда
Квартира Петра
Я приехал домой злой как собака. Настроения не было вообще. С этой упрямицей не виделись неделю, но меня к ней словно тянуло магнитом. Неважно, сколько я старался выкинуть её из головы, ничего не выходило.
Я позвонил Ширяеву, чтобы он пришёл ко мне. Жил он недалеко, буквально в двух дворах. Сейчас мне хотелось выпить. Точнее, напиться.
Через десять минут Саня уже был у меня. Мы открыли бутылку коньяка и благополучно принялись его уничтожать. Я успел сделать пару глотков, когда раздался звонок телефона. Я раздражённо выдохнул, встал и подошёл к трубке.
— Слушаю, — коротко бросил я, приложив трубку к уху.
— Пётр, это Трофим, — раздался спокойный, но загадочный голос. — У меня сейчас Калистратова с подругой. Она тут рвёт и мечет, дело будет к тебе, но просьба не от неё, а от меня.
Я нахмурился, сжимая трубку крепче.
— Какое дело? — спросил я, чтобы сразу понять, насколько всё серьёзно.
— К Лере один из моих лез, в любви признался, мол, жить без неё не сможет. Ну, она его, сам понимаешь, отшила. Упрямая до ужаса. А этот упырь сегодня устроил ей шоу — двух мужиков за ней послал. Говорила, крепкие на вид, но, как оказалось, хрупкие, — уверенно рассказывал Трофим.
Я сжал челюсти. После его слов про то, что кто-то решил клеиться к Лере, внутри всё закипело. Я начал впитывать каждую деталь, словно губка.
— Одного она резанула, нож в ногу, по самую рукоять, — продолжал Трофим. — Второй оказался ссыклом. Позвонила мне потом, злая как собака. Даже я поднапрягся от её тона. Говорила так, будто держит всю Москву под контролем. Но, Пётр, я не хочу, чтобы она в это влезала. Хватит с неё того, что ножом машет. Прошу, чтобы ты помог.
Слова Трофима довели меня до точки кипения. Кто-то посмел тронуть её? Внутри всё уже горело от злости. Я был готов убить каждого, кто осмелился причинить вред тому, что застряло у меня в голове.
— Кто? — зло и кратко спросил я.
— Вижу, ты настроен серьёзно, — спокойно ответил Трофим. — Миронов Дмитрий Валерьевич. Надеюсь, ты сделаешь всё как нужно.
Связь оборвалась.
Я медленно опустил трубку на стол. Голова уже была полна планов.
— Что за дела? — спросил Ширяев, наливая себе очередную порцию.
— Один упырь решил тронуть Леру. Фамилия Миронов, — зло ответил я, хватая свой плащ.
— Ну что, работаем? — спокойно спросил он, мгновенно собираясь.
— Работать будем жёстко, Саня, — ответил я, направляясь к двери. — Чтобы ни один урод даже не подумал тронуть то, что я считаю своим.
Миронов ещё не знал, что его ждёт.
Дом Трофима
Я кипела от злости. Вокруг меня царил полный хаос: мысли путались, эмоции накрывали с головой. Единственное, что удерживало меня от взрыва, — это присутствие Фомы. И, как ни странно, мысль о Петре. Да, я думала о нём. Этот человек вызывал во мне то странное, что одновременно тянуло и отталкивало. Я злилась на него, ненавидела за его слова, но меня продолжало захватывать любопытство.
— Фома, сходи покури, я с Николаевной перетру. Личное, — выделил последнее слово Трофим.
Фома, умная девочка, сразу всё поняла. Она знала, что я здесь не просто так, и, кивнув, вышла из комнаты.
Трофим налил виски в два стакана и протянул мне один.
— Лер, ты мне как дочь, сама знаешь. Я не хочу тебе плохого. Ты всё время одна, никого вокруг не подпускаешь, — начал он спокойно, делая глоток. — Выпей немного, приди в себя. Я серьёзно хочу поговорить. Ты никогда не задумывалась о Петре?
— Ты опять начинаешь? — я нахмурилась, взяв стакан в руку.
— Нет, — он поднял ладонь, призывая меня успокоиться. — Я серьёзно. Он не плохой парень. Ты знаешь, он о тебе спрашивал не раз. После той встречи у него в квартире он даже подъезжал к твоему дому. Просто чтобы увидеть тебя. Поплыл он ещё после вашей первой встречи в клубе, когда ты ему с три короба наплела.
Я смотрела на него, не веря своим ушам.
— Что ты имеешь в виду? — прямо спросила я, чувствуя, как внутри всё закипает.
— А не любовь ли это с первого взгляда? — спросил он спокойно, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Я рассмеялась.
— Любовь? Любви нет ни у него, ни у меня! — заявила я с уверенностью, но Трофим отрицательно покачал головой.
— Давай так, — начал он, опираясь локтями на стол. — Я помогаю тебе решить проблему с Мироновым, а ты идёшь на ужин с Петром.
От его слов мои глаза округлились.
— Что-то дорого твой Миронов мне обходится, — усмехнулась я. — У меня с ним сейчас контры. Он мне такое ляпнул, что я его видеть не хочу, не то что на ужин идти.
Трофим нахмурился, его лицо стало серьёзным.
— Подробней можно? — спросил он, явно не понимая, о чём я говорю.
Я вздохнула, опустив взгляд на стакан.
— Он сказал, что я истеричка. И что такой я останусь одна до конца жизни.
Трофим замолчал, его взгляд стал тяжёлым, задумчивым.
— Ты знаешь, что мне эти слова когда-то сказал отец. Они меня сильно задели. Я не хочу ничего с Петром, кроме дела на счёт убийства Жигалина, — добавила я, проводя пальцем по горлышку стакана. Затем сделала глоток, чувствуя, как виски обжигает горло.
Трофим вздохнул, допивая свой стакан.
— Лер, он сглупил. Но, поверь, этот парень не просто так. Он держится за тебя.
— Трофим, я не готова, — коротко ответила я, подняв на него взгляд.
Он снова налил виски и, задумавшись, добавил:
— Смотри сама. Но с Мироновым мы разберёмся. А вот насчёт Петра... подумай.
Я кивнула, не зная, что ответить.
Трофиму позвонили. Он ушёл разговаривать, это было связано что-то с поставкой товара в Москву, я же осталась сидеть и обдумывать наш с ним разговор.
Петя не плохой парень, он меня зацепил, но чтобы быть с ним нужно время, мы очень мало знаем друг о друге. Я думаю это мимолётная интрижка, и наш интерес к друг другу пропадёт. Может быть.
От лица Петра
Я ехал, не зная куда. Не хотел сейчас видеться с упрямицей. Не хотел, чтобы она видела меня таким. Но выбора не было — нужно было ехать к Трофиму, где она, собственно, и сидела.
Саня оживился, как только я упомянул, что там будет её подруга. Кажется, эта девчонка ему приглянулась.
— Ну, что ты такой хмурый? — спросил он, наблюдая за мной, пока я вёл машину. — Увидишь её, поговоришь. Всё не так плохо, как тебе кажется.
Я промолчал. У меня было странное чувство: смесь злости, беспокойства и ожидания. Мы подъехали к дому Трофима, и я остановился.
— Ладно, пошли, — бросил я, глубоко вдохнув.
Я знал, что нужно набраться смелости, чтобы встретиться с её глазами.
Мы поднялись на этаж, и я сразу услышал её голос. Она говорила громко, с характерной для неё уверенной интонацией. Голос Леры нельзя было спутать ни с чьим другим.
Трофим открыл дверь.
— Пётр, заходи, — сказал он, кивнув в сторону кухни.
Я вошёл, и сразу встретился с её взглядом. Она замолчала, как только увидела меня.
— Что он здесь делает? — холодно спросила она, переводя взгляд на Трофима.
— У него дело. К тебе, между прочим, — спокойно ответил Трофим. — И хватит уже строить из себя айсберг, Николаевна.
— Я не для разговоров с ним сюда пришла, — ответила она, поднимаясь из-за стола.
— Сядь, — твёрдо сказал Трофим, пристально глядя на неё.
Она остановилась, посмотрела на него, потом на меня, и всё-таки вернулась на своё место.
— Говори, — бросила она, глядя прямо на меня.
— Ты с ума сошла? — начал я, резко сев напротив неё. — Кто тебя просил лезть с ножом на этих уродов?
— А что мне надо было сделать? — в её голосе послышалась злость. — Стоять и ждать, пока они меня в машину затолкают?
— Нет, но... — я замолчал, не зная, как продолжить. Её слова задели меня.
— Вот именно, Пётр. Ты меня не знаешь. Ты не понимаешь, как я живу. Так что не пытайся учить меня, что делать.
Я почувствовал, как внутри закипает злость, но Трофим резко перебил нас:
— Хватит. Оба.
Мы оба замолчали, глядя на него.
— Сначала решим вопрос с Мироновым, а потом разбирайтесь, что у вас там. Понятно?
Я стиснул зубы, кивнул. Лера лишь бросила взгляд в мою сторону, полных эмоций, и отвернулась.
Этот разговор явно был только началом.
Трофим налил себе виски, выдержал паузу и начал говорить:
— Миронов — это не просто паренёк, который заигрался. Он наглец, который считает, что ему всё сойдёт с рук. Но я хочу, чтобы он понял, что ошибается. И вы оба мне в этом поможете.
— Мы? — одновременно переспросили мы с Лерой, переглянувшись.
— Именно. Вы, — повторил Трофим, пристально посмотрев на меня. — Пётр, твоя задача — разобраться с ним так, как считаешь нужным.
— А я что? — Лера нахмурилась, скрестив руки на груди.
— Ты остаёшься в стороне. Сиди тихо и не вмешивайся.
— Да ты издеваешься, — взорвалась она. — Это моя проблема, и я сама могу её решить.
— Лера, — спокойно, но твёрдо перебил её Трофим, — если бы ты могла решить её сама, то не звонила бы мне, угрожая порвать его на части.
Она замолчала, бросив в его сторону злой взгляд, но спорить не стала.
— Отлично, — продолжил Трофим. — Пётр, ты его знаешь. Этот Миронов всегда был слишком самоуверенным, но сейчас он перешёл все границы. Я хочу, чтобы он понял: так больше нельзя.
— Я всё сделаю, — коротко сказал я, даже не раздумывая.
— А Лера? — с вызовом спросила она, уставившись на меня. — Её в этом всём вообще никто не спрашивает?
— Лера, — я повернулся к ней, стараясь говорить спокойно, — ты уже сделала своё дело. Этих двоих уродов, которых он на тебя послал, ты поставила на место. Теперь моя очередь.
— Твоя очередь? — она прищурилась, в её голосе звучал сарказм. — Ты думаешь, я тебе доверяю?
Я стиснул зубы, но не дал себе сорваться.
— Не важно, доверяешь ты мне или нет. Важно, чтобы этот Миронов понял, что такие вещи не проходят бесследно.
Она не ответила, но в её взгляде читался протест.
— Всё. Разговор окончен, — жёстко сказал Трофим. — Лера, я попрошу тебя не вмешиваться. Пётр разберётся.
Она резко встала, бросив на нас обоих испепеляющий взгляд, и вышла из комнаты.
— Упрямица, — пробормотал я себе под нос, глядя ей вслед.
— Такая уж она, — хмыкнул Трофим. — Но ты, Пётр, будь начеку. Она не из тех, кто будет сидеть сложа руки.
Я кивнул. Лера была упряма до безумия, но от этого она только сильнее цепляла меня. Я был готов разобраться с Мироновым.