Глава 63.
После окончания курса обучения Фан Муян стал истинным безработным молодым человеком, что дало ему много времени на изготовление мебели.
Он сказал Фэй Ни, что хочет сделать новую кровать. Фэй Ни не согласилась, мотивируя это тем, что их комната слишком мала, а двухъярусная кровать более практична: на ней можно не только спать, но и хранить вещи. Но причина отказа заключалась не только в этом. Фэй Ни не сказала еще одну вещь: если поставить новую кровать, ей придется спать с Фан Муяном каждый день. А когда двое лежат вместе, трудно ограничиться одним лишь сном. Иногда она ложилась в постель уже очень уставшая и хотела бы сразу же заснуть, но как только Фан Муян целовал ее, сонливость как рукой снимало. Однако их обстоятельства не позволяли им заниматься этим каждую ночь, и дело было не только в контрацепции.
Каждый раз на следующий день после этого, Ван Сяомань смотрела на нее с каким-то сложным выражением лица, и хотя Фэй Ни внешне оставалась спокойной, в душе ей было немного неловко. Шум, который создавала Ван Сяомань, длился недолго, в то время как Фан Муян мог не давать ей спать большую часть ночи. В сумме шум за эти несколько ночей по продолжительности почти что сравнивался с шумом, который соседи создавали в течение нескольких месяцев. Только после этого она поняла, почему они выбрали именно субботний вечер: это самое удобное время, ведь даже если вечером их шум мешает другим, те могут выспаться в воскресенье. Кроме того, кожа у нее была нежнее, чем у большинства людей, и Фан Муян легко оставлял на ней следы. Хотя это не причиняло боли, и следы исчезали через день-два, она не могла посещать общие душевые, пока они не пропадут.
В общем, ни один из этих аргументов не являлся весомым доводом в пользу того, чтобы она меняла кровать. Однако самым очевидным из них было то, что на двухъярусной кровати можно было хотя бы хранить вещи.
Фан Муян, словно предвидя, что она так скажет, сразу же предложил более практичный вариант. Ранее, прогуливаясь по магазинам, он специально полистал зарубежные журналы по интерьеру, и этот вариант был вдохновлен именно ими: кровать останется сверху, но пространство под ней будет заменено шкафом и письменным столом.
Поскольку гости неизбежно будут приходить к ним домой, им по-прежнему нужен был отдельный обеденный стол. Два стула у них уже было, а сундук из камфорного дерева, если придвинуть его к стене и добавить сверху подушку, тоже вполне сошел бы за дополнительное сиденье.
Таким образом, отпала бы необходимость в комоде. Низкий комод, стоявший у стены, состоял из двух соединенных между собой частей: одну можно продать, а другую поставить в прихожей, чтобы хранить там кастрюли и сковородки. У большинства соседей у входа в дом стояли буфеты и угольные печи для приготовления еды, однако у входа в их дом было пусто. Из-за этого кто-то недавно захотел устроить угольные брикеты у их двери, но Фэй Ни отказала, сказав, что ей тоже нужно хранить кое-какие вещи у своей двери. Раз уж она так сказала, было бы неправильно не сделать этого.
Фэй Ни согласилась с предложением Фан Муяна.
Но она сказала:
— Поговорим насчет изготовления мебели после Нового года, — хотя у них еще оставались некоторые древесные материалы для этого, создание мебели все равно было сопряжено с множеством других расходов.
Текущий доход Фан Муяна полностью зависел от авторских отчислений, которые, в отличие от зарплаты, были очень непредсказуемы.
Сейчас было важнее накопить немного денег на «черный день».
Фан Муян заметил беспокойство Фэй Ни и сказал:
— Не беспокойся насчет денег, у меня ведь сейчас есть гонорар.
— Я не волнуюсь, — поскольку Фан Муян был в ожидании трудоустройства и не имел стабильной работы, Фэй Ни особенно бережно относилась к его самолюбию и даже стала относиться к нему еще мягче, чем раньше.
Фан Муян упорно продолжал заниматься мебелью, и Фэй Ни не препятствовала ему в этом.
По вечерам Фан Муян больше не приставал к ней, сосредоточившись вместо этого на рисовании, а днем он занимался созданием мебели внизу.
Если молодой человек не ходит на работу в будни и целыми днями делает мебель, то это может означать только одно: у него нет работы.
Все жильцы дома были коллегами Фэй Ни, и уже через несколько дней все на фабрике узнали, что муж ее остался без работы, и стали смотреть на нее с долей сочувствия.
Такая красивая девушка связалась с мужчиной, у которого нет постоянной работы и который живет в выделенном ей доме — как ни крути, это явно потеря.
Фан Муян не обращал внимания на эти взгляды, совершенно спокойно продолжая свою столярную работу внизу.
Он не стал сразу же собирать кровать, а сделал еще один диван. Для начала он хотел обменять диван в комиссионке на небольшое количество денег.
Ван Сяомань, вернувшись с работы домой, увидела диван, который Фан Муян, безработный и сидящий дома, почти закончил мастерить, и не смогла удержаться от того, чтобы не полюбоваться им подольше.
В прошлый раз Фан Муян делал диван ночью, а днем его накрывал, поэтому мало кто видел его истинный вид.
Ван Сяомань впервые увидела сделанный Фан Муяном диван. У нее дома была пара старых диванов, но они не шли ни в какое сравнение с этим.
Она спросила Фан Муяна:
— Сяо Фан, где ты взял этот дизайн дивана?
Фан Муян назвал мастерскую деревянных изделий.
Ван Сяомань вспомнила, что когда она только выходила замуж, ходила смотреть мебель в тот государственный магазин деревянных изделий: диван, похожий на этот, стоил почти двести юаней — столько же, сколько девятидюймовый телевизор.
— Это ты для вас делаешь?
Фан Муян, конечно, не мог сказать, что делает его на продажу, поэтому ответил:
— Для родни.
— И за сколько ты его отдашь? — если это окажется недорого, то Ван Сяомань тоже хотела бы заказать себе такой диван. Хотя большинство столяров в те дни были приезжающими из сельских районов на окраинах города, Ван Сяомань подумала, что если Фан Муян так и не найдет работу, то рано или поздно ему придется зарабатывать на жизнь изготовлением мебели.
— Пока еще не решил.
Услышав эти его слова, Ван Сяомань почувствовала облегчение. Она догадывалась, что это не будет стоить много, ведь, судя по ее опыту, если б так оно и было, он обязательно бы об этом сказал. Она решила дождаться того дня, когда Фан Муян не сможет больше прожить на свои средства и начнет зарабатывать, создавая мебель.
Сестра Лю тоже слышала о том, что у Фан Муяна нет работы. Хотя она знала, что муж Фэй Ни был художником, который даже публиковал комиксы и получал гонорары, отсутствие у него стабильной работы все равно вызывало беспокойство. Поскольку Фэй Ни вновь связала ей пару красивых перчаток, в знак благодарности сестра Лю попросила своего мужа, работающего на мясокомбинате, подумать, как бы помочь мужу Фэй Ни найти работу. Муж сестры Лю, столь же эффективный, как и сама сестра Лю, очень скоро нашел для мужа Фэй Ни вакансию в убойном цехе.
Сестра Лю рассказала об этом Фэй Ни как о радостном событии, и Фэй Ни, будучи очень благодарной за ее доброту, не знала, как ей отказать.
В период дефицита мяса работа в убойном цехе, без сомнения, была желанной для всех. По словам сестры Лю, одна девушка по фамилии Ван благодаря этой престижной работе смогла выйти замуж за красивого молодого человека с густыми бровями и большими глазами из театральной труппы, хотя сама она была далеко не красавицей. Именно потому, что она не была красавицей, эта работа казалась еще более привлекательной.
Если бы у Фан Муяна не было авторского гонорара, Фэй Ни, не задумываясь, дала бы свое согласие от его лица; но теперь, когда он получал отчисления, Фэй Ни казалось, что его руки больше подходят для живописи, а работу по забою скота лучше оставить другим.
Однако, поскольку сестра Лю любезно нашла Фан Муяну работу, Фэй Ни не могла просто сказать ей, что Фан Муян ищет другую работу и предпочел бы остаться дома безработным, чем идти на мясокомбинат. В конце концов, по мнению сестры Лю, работа на мясокомбинате считалась высококлассной.
Фэй Ни могла лишь сказать, что Фан Муян сейчас очень занят рукописями и у него нет времени ни на что, кроме живописи.
Сестра Лю, всегда прямолинейная, парировала:
— Но я слышала, что твой сяо Фан целыми днями мастерит мебель внизу. Это он тебе сказал, что у него множество поступающих рукописей, верно? Мужчины дорожат своей честью, он может говорить, что у него их много, а на деле это может быть не так. Многие хотят получить эту работу, но не могут. Тебе следует хорошенько все обдумать.
Фэй Ни пришлось продолжить лгать:
— Днем он делает мебель, а ночами практически не спит из-за рисования, — хотя Фан Муян и рисовал по ночам, но все же до того, чтобы совсем не спать, никогда не доходило.
— Тогда тебе бы позаботиться о здоровье сяо Фана, ведь мебель можно изготовить в любое время, а здоровье — это залог успеха*.
Фэй Ни согласно улыбнулась, а в полдень специально заказала в столовой мясное блюдо для сестры Лю.
Сестра Лю улыбнулась и подвинула блюдо обратно к Фэй Ни:
— Мой муж работает на мясокомбинате, я ем такое каждый день, а вот ты... Какая же ты худенькая, именно тебе нужно есть побольше мяса.
Видя, что Фэй Ни по-прежнему с ней крайне учтива, сестра Лю вновь сказала:
— Сяо Фэй, получать гонорары, конечно, хорошо, но я не боюсь сказать тебе то, что тебе может не понравиться: гонорары могут быть сегодня, но это не значит, что так будет всегда. Найти нормальную работу — вот что действительно важно. Работа на мясокомбинате же просто мечта, это же можно есть мясо хоть каждый день. Смотрю я на тебя, и такая ты худенькая, что у меня просто сердце сжимается от боли.
Фан Муян даже не догадывался, что добрая сестра Лю нашла для него такую замечательную работу. Закончив с диваном, он одолжил у кого-то тележку и отвез его в комиссионный магазин, чтобы продать.
Куда уж там изготовлению мебели и заработку на столярных работах по сравнению с продажей диванов, даже если это был подержанный диван.
Продав его, у Фан Муяна вновь появились деньги, ведь он никогда не был склонен к накоплениям. Он разделил полученную сумму пополам: одну половину он собирался отдать Фэй Ни, а на вторую решил купить материалы для изготовления кровати и подержанный проигрыватель.
Было бы жаль не иметь возможности слушать пластинки, которые хранились в его шкатулке.
Примечания:
1* 身体是革命的本钱 (shēntǐ shì gémìng de běnqián) — букв. «здоровье — это уставный капитал революции», обр. «хорошее здоровье — необходимое условие для работы» (изречение Мао Цзэдуна)