Глава 50.
Рано утром во вторник Фан Муян сказала Фэй Ни, что ей не нужно идти в столовую после работы, так как на ужин у них будут крабы.
В редакции Фан Муян столкнулся с Лин И. Лин И, обычно с меланхоличным выражением лица, не изменилась даже после поступления в университет и начала работы, но сегодня она излучала радость. Лин И тихо призналась Фан Муяну, что ее отец, возможно, вернется на работу, а затем поинтересовалась его родителями. Фан Муян ответил, что знает об этом очень мало. Несколько дней назад он отправил родителям по почте немного лекарств, а сегодня утром получил в ответ письмо с напутствием усердно работать. Они редко переписывались, а в тех немногих письмах, которыми они обменивались, его просто поощряли быть усердным винтиком в механизме, не затрагивая никаких других тем.
Лин И пригласила Фан Муяна к себе домой на ужин. Она получила от кого-то корзинку с крабами, и именно эта корзинка заставила Лин И почувствовать перемену: впервые за много лет кто-то сам пришел к ней домой с подарком. Это был очень хороший знак.
До этого она была на стадии сближения с молодым человеком из Бюро обслуживания, но из-за этого знака она полностью потеряла интерес к дальнейшему общению с ним.
Когда ей больше не нужно было беспокоиться о выживании, она заново открыла для себя достоинства Фан Муяна.
Фан Муян поблагодарил Лин И за ее доброту, но объяснил, что на этот вечер у него запланирован ужин с Фэй Ни, и он заглянет к ней в гости в другой день.
Радость на лице Лин И исчезла, она выдавила из себя улыбку и сказала: «Вот оно как?»
Она изо всех сил старалась сдержать эмоции и относительно естественным тоном спросила Фан Муяна:
— И вы с ней находите общий язык? — она была настроена скептически. Как могли два человека из разных слоев общества и с разным жизненным опытом иметь что-то общее? Она понимала, почему Фан Муян женился на Фэй Ни: та происходила из уважаемой семьи, была красива — даже если ей не нравилась Фэй Ни, она должна была признать, что та была не безлика — и у нее была стабильная работа. Хотя ей было жаль Фан Муяна, она должна была признать, что с чисто практической точки зрения брак с Фэй Ни был для него разумным выбором. Чего она не могла понять, так это почему Фэй Ни согласилась выйти замуж за Фан Муяна. Его единственным заметным достоинством была его живопись, которая когда-нибудь могла принести ощутимую выгоду, но на момент их брака этой выгоды и в помине не было. У него даже не было нормальной работы.
Но если бы, подумала она, если бы только родители Фан Муяна смогли вернуться к работе, ситуация бы кардинально изменилась.
Фан Муян ответил, улыбаясь:
— Я не окончил среднюю школу, а она окончила старшую. Сейчас я усердно работаю над улучшением своих образовательных навыков, чтобы общаться с ней. Спасибо, что напомнила мне об этом.
Фэй Ни после работы сразу же бросилась в душевую; если бы она опоздала, ей пришлось бы ждать следующей очереди. Каждый раз в душевой Фэй Ни могла узнать все последние новости о больших и малых делах на фабрике, а также получить советы по образу жизни — от важных новостей, таких как смена руководства в головном офисе, до мелких вопросов, таких как заготовка молодой редьки. Зима приближалась быстро, а овощи были в дефиците. В наличии оставалась только капуста, которую можно было заготовить на зиму, и несколько других видов зелени. Чтобы обеспечить большее разнообразие в холодные месяцы, все прибегали к изобретательным методам, одним из которых было консервирование купленных на рынке овощей путем маринования. Естественно, при небольшом количестве незамужних женщин разговор неизбежно сводился и к шуткам на тему любви.
Фэй Ни обычно старалась как можно быстрее принять душ, чтобы избежать подобных шуток. Но сегодня она задержалась в душевой чуть дольше обычного, немного опасаясь встречи с Фан Муяном. У нее закончились месячные, и она понятия не имела, как ей быть, если Фан Муян продолжит к ней лезть. Она пыталась придумать эффективный способ отказа, но тут вспомнила о шуме из соседней квартиры. По опыту прошлой субботы, одеяла обеспечивали лишь ограниченную звукоизоляцию, они могли заглушить радио, но не могли помешать скрипу кровати Ван Сяомань доноситься до ее ушей.
Фэй Ни не только долго принимала душ, но и ходила медленнее обычного. Внизу она увидела их низкий шкафчик, уже собранный и покрытый лаком, который сушился на улице.
Как только она вошла, до нее донесся голос Фан Муяна:
— Почему ты сегодня так поздно?
Фэй Ни небрежно ответила:
— Возникли кое-какие дела на фабрике.
Ее взгляд был прикован к Фан Муяну, и она просто не могла поверить своим глазам.
Фан Муян сидел за пианино с открытой крышкой и настраивал инструмент.
Фэй Ни всегда казалось, что пианино расстроено, но поскольку это было ее первое пианино, она была очень снисходительна к его недостаткам.
Умение Фан Муяна изготавливать мебель, готовить лапшу с морскими ушками и яичный крем на пару удивило ее по-своему, но ничто не могло сравниться с тем, что она видела сейчас. Еще позавчера он играл на пианино, согнув пальцы страннейшим образом — никогда и ни у кого больше она не видела такой позы для игры, кроме него. Всякий раз, когда она позволяла себе проявить хотя бы намек на раздражение, Фан Муян, глядя ей прямо в глаза, спрашивал, считает ли она его глупым, не хочет ли она прекратить его учить? Конечно, она отвечала «нет» и даже становилась к нему более терпеливой.
Но теперь этот парень, который даже не мог правильно сидеть за инструментом, настраивал ее пианино.
— Разве ты не говорил, что не умеешь играть на пианино?
Фан Муян очень слезно ответил:
— Хотел бы я ничего не знать, тогда мог бы проводить с тобой больше времени. Даже малейшее знание создает проблемы, потому что я боюсь, что не смогу убедительно притвориться, и ты все узнаешь, а это будет означать упущенную возможность узнать тебя получше.
Он говорил так жалобно, что Фэй Ни не смогла его упрекнуть.
— Я знаю, что моя игра не убедительна, но ты была достаточно добра, чтобы не разоблачать меня. Я кажусь тебе совершенно нелепым, да?
Фэй Ни почувствовала необходимость исправить его мнение:
— Нет, я никогда не считала тебя смешным.
— Я хотел купить тебе новое пианино, но из-за ограниченных средств пока могу позволить себе только подержанное. Пока пользуйся им, а позже я заменю его на новое.
Фэй Ни быстро сказала:
— Это пианино уже очень хорошее. — Она наблюдала за Фан Муяном и, немного постояв рядом, не удержалась от вопроса: — Где ты научился настраивать его?
Вполне вероятно, что он научился делать мебель, живя и работая в сельской общине, но его умение настраивать инструмент превзошло все ее ожидания.
Фан Муян улыбнулся:
— Раньше я настраивал только скрипку. Что касается пианино, то я научился этому всего несколько дней назад, найдя в пункте приема утильсырья книгу по настройке пианино. Но уверяю тебя, хуже, чем раньше, уже точно не будет. — Он купил инструменты некоторое время назад, несколько дней изучал руководство и несколько раз мысленно настраивал инструмент, прежде чем сегодня решился попробовать это сделать.
— Когда ты успевал ее читать? — в последнее время он не только работал, но еще и был занят мебелью и каждый день готовил ей яичный крем. Она просто не могла представить, что у него оставалось время для чтения.
— Угадай.
В такой момент он еще и предложил догадаться ей самой, что одновременно разозлило и позабавило Фэй Ни. Она не знала, что ему ответить.
Фан Муян вспомнил, что крабы еще не приготовлены, и сказал Фэй Ни:
— Подожди немного, сначала займусь крабами.
Фэй Ни, увидев полностью подготовленных к варке крабов в тазике, сказала:
— Не нужно, оставь это мне. Только включи для меня горелку.
К тому времени, как Фан Муян закончил настраивать инструмент, крабы уже были готовы.
Фан Муян купил не только крабов, но и шаосинское рисовое вино и пакетик вяленых слив.
Он поставил вино в воду, чтобы оно подогрелось. Не спросив Фэй Ни, хочет ли она, он просто налил ей небольшую порцию в полчашки.
— Попробуй, если не понравится, я допью.
Фэй Ни сделала глоток. Раз уж он потратил столько денег, она не могла сказать, что вино плохое, и вообще не хотела оставлять ему остатки своей порции.
Во время чистки крабов Фэй Ни, отвлекшись, случайно поранила палец. Фан Муян заметил это и притянул его к себе, нежно поглаживая. Фэй Ни отшатнулась, как будто ее ударило током, но он продолжал крепко удерживать ее. Только убедившись, что с ее пальцем действительно все в порядке, он отпустил его.
Фан Муян, взглянув ей в глаза, сказал:
— Оставь это. Если правда хочешь чем-то помочь, иди лучше сыграй что-нибудь на пианино. Крабов для тебя я очищу сам.