Любовь по расчету

POV (МАРИНА)

УТРО
Через несколько часов я снова окажусь в городе, где прожила большую часть своей сознательной жизни. Внутри разгоралось чувство непреодолимого страха. Когда-то я решила для себя, что не вернусь в Санкт-Петербург, но сейчас у меня просто нет выхода.
С Питером у меня связаны все теплые воспоминания — семья, друзья, любимые и родные места… Всю эту любовь к родному городу рушат воспоминания связанные с одним единственным днем — 29 июля — день, разделивший мою жизнь на до и после.
Если бы не мама, меня давно бы уже не было…

Покрутившись, последний раз перед зеркалом, наконец, справляюсь с самой нижней пуговицей на темно-сером зимнем пальто. Накинув капюшон, я уже выходила, но меня остановили, в тот момент, когда я открывала дверь.

— Миронова! — внезапно дал о себе знать Лазарев.

— Чего тебе? Я опаздываю.

Я развернулась к нему. Он как всегда стоял в одних спортивных штанах, впрочем, ничего нового.
Обойдя меня, парень встал, прям перед дверью, загораживая выход.

— Не пущу. — коротко отвечает он с совершенно серьезным лицом.

— Мне не до игр, отойди… — устало прошу я.
И хотя бы он с места он сдвинулся? Нет.

Я попыталась обойти, но он постоянно перегораживал путь, вставая передо мной.

— Ну, ты дурак, нет? Я опаздываю. Ты бля понимаешь? — меня уже начинало все бесить.

— А ты бля понимаешь, что я болен. А если я умру?

— Лазарев, приди в себя! У тебя нет уже такой высокой температуры. По работе нужно срочно. — надеюсь он верит моим сказкам.

— А я? — он по-детски надул губки. Ребенку скоро 32 года.

— С каких это пор ты перестал без меня обходиться? — удивленно спрашиваю я, приподняв бровь.

— С тех пор, когда я узнал, что из тебя вполне неплохая сиделка, да и как уборщица ты меня вполне устраиваешь, правда готовишь так себе, но в целом ты бы могла посоревноваться за звание лучшей домработницы. Вот как мне 2 дня пережить? — скрестив руки, отвечает он.

— Ты бы мог посоревноваться за звание главного мозгоеба мира, победа твоя. Все, дай пройти.

— Ой, ой, боюсь конкуренции в твоем лице.

Аллилуйя, он отошел. Облегченно вздохнув, я хотела уходить, но снова меня тормознули.
— Ты нормальная?

— Ну что еще? — я уже была готова его убить.
Он подошел к шкафу в прихожей, что-то доставая. Это был черный вязаный шарф.

— Я вокруг тебя бегать, сопли подтирать не собираюсь. — он собирался надеть его на меня, но я отошла.

— Не нужен мне твой шарф, он не подходит.
Да все подходит, надо повыеживаться, — говорило мое внутреннее Я.

— Нужен. — твердо отвечает он, снова пытаясь надеть через голову.

— Не нужен, — я снова увернулась и так до тех пор, пока он не прижал меня к себе, собирая руки в замок. — Да отпусти… — не выдержала и рассмеялась я.

— Да фу, — я подошла к зеркалу. — Не очень.

—Котенок, шарф тут не причем. — ехидничает он.

— Хамло.

— Бля, да иди ты уже. Хватит мое время задерживать.

— Тварюга.
Захватив ключи, которые я чуть не оставила я была уверена, что уйду.

Нет. Это никогда не закончится.
— Эй, а поцеловать на прощание любимого друга?

— А ты не обнаглел?

— Нет. Целуй. — он подставил щеку.
Я прекрасно понимала, спорить бесполезно. Приподнявшись на носочки, мои губы невесомо коснулись небритой щеки. Я ничего не успела сообразить, как он повернулся лицом, так что мои губы оказались прямо на его. Воспользовавшись моим замешательством, он углубляет поцелуй, прижимая меня как можно ближе. Мое тело, словно онемело, и я не могла сделать единого движения. Сердце бешено заколотилось. Казалось, прямо сейчас они выпрыгнет.
Почему мне показалось, что он это делал искренне?
Хотелось бесконечно находиться в его крепких мужских объятьях… Его пальцы быстро и уверенно расстегивали пуговицы пальто, не разрывая поцелуя.
Осознание пришло слишком быстро.

— Отпусти, мне нужно идти. — оперившись руками в его грудь, шепчу я из-за сбившегося дыхания.
Не ответив, он снова тянется к губам, не обращая внимания на мои слова.
— Да какого хрена ты творишь? — я отвернулась.

— Я не могу поцеловать свою подругу на прощание? — спрашивает Лазарев, вопросительно приподнимая бровь.

— До хрена позволяешь себе.

На этот раз он не стал мне препятствовать. Покинув, наконец, квартиру, первым делом я зашла в лифт. Нажав «1», я параллельно застегивала пуговицы.
В голове был какой-то хаос, который я не способна разобрать. С одной стороны, мне так хотелось вернуться к нему, а с другой убежать подальше. Я не знаю, как мне реагировать. Для чего он все это опять начинает? Решили же остаться друзьями.
Прижавшись к стене лифта, я съехала вниз, закрывая лицо руками.
Надоело все.

POV (АВТОР)

Снова пустая квартира. Снова один.
В прихожей, перед дверью стоял парень, задумчиво смотря на слегка распахнутую дверь. Еще минуту назад в его объятьях была синеглазая брюнетка. Они целовались. Лазарев пытался осознать то, что сделал.
Все слишком сложно. Вот уже месяц он пытался сделать первый шаг, но каждый раз его что-то останавливало.
Певец не мог разобраться в своих чувствах. Она влекла, притягивала его к себе своей милой искренней улыбкой, заразительным смехом, то, как она каждый раз старалась скрыть свои чувства к нему, что получалось не очень, и еще больше умиляла.
Любовь? Влюбленность? Или очередное желание владеть кем-то словно игрушкой?
Не хотелось делать ей больно — пожалуй, то, что останавливало его.
Но именно сегодня он решился сделать этот шаг, попробовать, может что-то и получится? Правда он планировал просто разговор для начала, но все зашло слишком далеко.
Из глубоких раздумий, его вырвал рингтон телефона. Посмотрев на дисплей гаджета, певец лишь закатил глаза.

— Я слушаю.
— Сереж, мне страшно. Я так давно тебя не видела.
— Юль, не еби мозг. Прошу.
Я был у тебя не так давно.
— Ты издеваешься? Это было чуть ли не неделю назад.
— И?
— Мне нельзя нервничать. Не забывай, я ношу под сердцем нашего ребенка. Если ты не хочешь, то…
— Я все понял. Пока.

Судорожно сбросив вызов, Лазарев со всей силы откидывает телефон в стену, при этом ногой толкнув вблизи стоявший стул. Накинув на себя верхнюю одежду, он покидает квартиру.

***

Снова Питер. Миронова радостно разглядывала пейзажи родного города, когда их самолет готовился к посадке. Никита, который сидел рядом, не мог сдержать улыбки, наблюдая, как девушка радуется, словно ребенок у которого исполнилась самая заветная мечта.
В аэропорту их ждала мама Никиты — Мария Антоновна Нечаева. Увидев сына, ее лицо озарила радостная улыбка. Как только он подошел ближе, женщина одарила парня недоуменным взглядом, заметя женский силуэт прячущийся за его спиной.

— Мамуль, у меня сюрприз… — загадочно улыбнулся он.

— Сын, не томи.
Девушка расцепляет руки, скрепленные в замок на животе парня и медленно появляется из-за спины.

— Мариночка! — радостно воскликнула женщина. — Наконец-то! — она тут же забирает в своих объятьях Миронову.

Она обнимает ее так словно родную дочь. Ведь за тот месяц с небольшим, она успела полюбить ее. Главное она сразу заметила интерес своего сына к ней, еще задолго до момента, как он привел ее всю заплаканную к ним домой. В тот момент, как он посвятил ее в непростую судьбу Мироновой, как он рассказывал, описывал ее… Она впервые видела сына таким счастливым.
1 час троице понадобилось, чтобы добраться до квартиры.
Все так же. Ничего не изменилось. Все те же чистота и порядок. Здесь все так же тепло и уютно.
За обедом Никита и Марина посвятили Марию Антоновну в цель приезда. Та конечно пыталась отговорить, но в один момент поняла, что это бесполезно. Это его работа. Она всегда старалась относиться с пониманием к службе сына, а тут еще и Марина…

— Мариш, может, по городу прогуляемся? А завтра к Орлову? — внезапно предложил голубоглазый.

— Никит, я не знаю… Я так устала после самолета. — усталым тоном отвечает Миронова.

— Да, да. Вам стоит прогуляться, побыть вдвоем. — влезла хозяйка квартиры, за что тут же получила неодобрительный взгляд сына. — Мариночка, может тебе поспать?

— Да, пожалуй, пойду.

Добравшись до комнаты, девушка буквально падает на нее, уткнувшись лицом в матрас. Голова жутко раскалывалась.
Из-за перелета… — пронеслось в голове Мироновой.

Мысли о Лазареве не давали ей покоя. Хоть бы позвонил. Узнал, как долетела. Похуист. Самый настоящий.
Перевернувшись на спину, ее взгляд устремился в потолок. Словно и не было этих 7 месяцев, что она была вдалеке от родного города. Даже эта комната нисколько не изменилась.
Нечаевы жили не так богато, учитывая зарплату Никиту и пенсию его мамы. 4 комнатной квартиры им хватало. 2 просторных спальни, кухня, зал.
Ник, как мистер благородство уступал Мироновой свою комнату, как и сейчас.
Брюнетка вертела айфон в своей руке, стараясь набраться смелости и позвонить Лазареву. Только она решается нажать кнопку «вызов», как телефон завибрировал, а на экране появилось «Кейт».

— Привет, Катюш.

— Мэр, ты ахринела не звонить?

— Времени не было. А сейчас я в Питере у Никиты.

— Что? Ты там чо забыла?

— Потом все объясню. Мы же 8 встретимся?

— Естественно. Кстати, чо там у тебя с покорителем сердца твоего?

— Екатерина, будь Вы сейчас рядом, я бы Вас отьебонила веником.

— Ой, как я напугалась. Так чо там?

— Не знаю, я запуталась… Он сказал, что они давно расстались.

— И ты веришь?

— Так. Ты же сама его защищала?

— А как же поцелуй их? Главное чтобы ты верила.

— Не знаю. Я люблю его. Я уже сейчас по нему скучаю.

— Чего?! Ну, ты даешь подруга. Действуй, давай!

— Я не знаю, что делать. Это он мне нужен, а не я ему. Он знает, что люблю и пользуется.

— Так бля. Приедешь, разберемся. Все Мариш, бежать пора. Я на работе.

— Пока, в общем, до 8?

— До 8. Все, целую.

Подруга сбросила вызов. Миронова перевернулась на бок, подкладывая под голову подушку и тут же отключилась.

Поняв, что девушка уснула, женщина все это время подслушавшая телефонный разговор, прикрыв дверь, осторожно прошла обратно на кухню.
— Мам, что с тобой? — спрашивает Нечаев, заметя радостную, но в тоже время растерянную физиономию своей матери.

— Сынок, наконец-то… — женщина села рядом. — Наконец-то она поняла! — женщина не могла уже сдерживать улыбку.

— Кто? Что поняла? — недоуменно спрашивал парень, держа в руках кружку с чаем.

— Марина! — воскликнула она, но тут же оглянулась назад, надеясь, что кроме них никто не слышит. — Марина, — уже тише сказала она, — Она сама только, что по телефону сказала, что любит тебя, но не знает, как сделать первый шаг.

— Увы, мама, но это не про меня… — грустно отвечает он.

— Да как не про тебя?! Она имя твое назвала. Думаешь, она бы осталась у нас, если бы не хотела дать тебе шанс! — не унималась женщина.

— Не думаю.

— Никита! Неужели ты хочешь ее потерять?! Ты должен быть настойчивее. Пригласи ее сегодня куда-нибудь.

— Мам, хватит. Сам разберусь.

Данная ситуация окончательно взбесила парня, что тот схватив куртку выбежал из квартиры. Вдохнув в себя дым сигареты, он облегченно выдыхает. Как долго ему еще так жить? Она рядом. Она с ним. Но он может лишь обнять ее по дружески, не больше.
Он понял, что любит, еще тогда, когда увидел ее сидящей на лавочке накрытой пледом, она была такая бедная, беззащитная, словно маленький брошенный котенок. Но он всегда боялся действовать. Боялся, что навсегда потеряет ее. А что теперь? Теперь ее сердце не свободно…

***

— Сереж, когда все узнают о нашем малыше? Брось уже ее. Я мать твоего ребенка. — всеми силами Юлия пыталась хоть как-то избавится от конкурентки.

— Я сам решу, что мне делать. Как только я найду выход, сообщу тебя. — Лазарев сидел на диване в гостиной, зависая в своем телефоне.

Девушка сидела за столом, жадно пожирая фрукты, только что привезенные ей.

Ей хотелось как можно быстрее избавиться от Мироновой, что последнее время стала занимать все мысли Сергея.
На протяжении всех отношений с ним она видела в ней свою конкурентку, несмотря на то, что между ними лишь контракт. Она боялась, что рано или поздно он уйдет от нее к Мироновой. Каждый раз в ее голове созревал какой-то план, чтобы избавиться от нее, но она понимала, что это может причинить вред и Лазареву.

— Когда у тебя следующая консультация? — спрашивает Сергей.

— Чер… Через 3 дня. — еле выговорила рыжеволосая с полным набитым ртом.

— Не подавись… — рассмеялся брюнет. — Я с тобой пойду.

— Ага.

— Может тебе еще чего-то надо? — предложил Лазарев, удивленно наблюдая за тем, как девушка жадно пожирала яблоко с шоколадом, запивая все это томатным соком.

— Не…

— Юль, а тебе плохо не будет?

— Нет, знаешь, как вкусно?

— Не знаю и знать не хочу. — снова рассмеялся он.

— Может, прогуляемся? — предложила Юля, окончательно опустошив стакан.

— Нет, извини, если нас заметят… Сама понимаешь. Я надеюсь, о ребенке посторонний никто не знает?

— Нет, конечно. Но как я теперь буду в колледж ходить? Когда у меня живот появится?

— На заочное переведешься пока. Я еще не решил, как разобраться со всем этим. Нельзя просто так покончить с этим контрактом. Нужно действовать аккуратно. Если все узнают, что у нас с Мариной лишь контракт, тогда пострадает моя репутация.

Еще несколько часов и Сергей покинул квартиру. Все. Теперь он окончательно запутался. Он не может бросить своего ребенка, но и расставаться с Мироновой он не готов. Должен же быть выход…
Позвонив своему давнему другу, они договорились встретиться у него же в ресторане.

— Я не знаю, что мне делать… — певец опустил голову на сложенные руки.

— Ваше кофе, Дмитрий Сергеевич. — в разговор вмешалась официантка. Поставив кофе по обе стороны стола, она удалилась.

— Что тут думать? — брюнет напротив сделал глоток напитка. — Ты же не хочешь, чтобы твой ребенок, как и ты, остался без отца?

— Не хочу. Представь, что начнется, если все узнают, что между нами был контракт, и тут появится беременная Юля. А что подумает мама, Паша… Они же реально думают, что мы с Мироновой вместе, даже якобы у нас свадьба скоро. Я идиот… — истерический рассмеялся он, закрывая лицо руками.

— В этом никто не сомневался. Но рано или поздно про ребенка узнают. Ты же не собираешься его прятать? Тебе придется пожертвовать своей Мироновой.

— Нет, так я тоже не хочу.

— О, ясно. Очередная интрижка? — почему-то его друг совсем не удивлен. — А как же «Ничего особенного, очередная пустышка, было бы на что смотреть»? — ехидно спрашивает он, передав слова друга.

— Ой, ты не поймешь. — отмахнувшись певец приступил к поглощению напитка.

И вправду, еще несколько месяцев назад, она была ему совсем не интересна. Ничего собой не представляла. А что сейчас? Сейчас он уже не представляет свою жизнь без нее. Как они практически каждый вечер смотрят какой-то фильм, когда он не в туре. Как они готовят, что-то вместе, чтобы не сдохнуть с голода. А эта их привычка — кто последний в душ, тот и готовит, осталась до сих пор.
Да и как он проживет без их взаимных подъебов и вечных стычек.
Вспоминая утренний перепалку Лазарев, невольно улыбнулся, смотря куда-то в одну точку.

Дмитрий поворачивается, назад надеясь найти причину глупой улыбки друга, но кроме стены и свободного столика с вазой цветов, там ничего не оказывается.

— Серег ты как? — пощелкал он пальцами перед лицом Лазарева. — Ты с нами, нет?

— А? Да я с вами, я тут. — очухавшись он как не в чем не бывало, продолжает пить кофе.

Еще полчаса разговора и Лазарев решает уехать.

— Ладно, я поехал, — пожав руку друга, он берет телефон со стола, — Я, конечно, знал, что путного ты мне не посоветуешь… Но надежда была. Все, пока.

Окончательно попрощавшись, он выходит из ресторана и сев в свою машину отправляется в студию. Тут они с его командой всегда отрабатывают их номера к шоу. Он проходит вглубь огромной комнаты, включив минус своей новой песни «Весна», он полностью погружается в нее. Музыка всегда была для него, каким-то антидепрессантом. Погружаясь в ее мир, он чувствовал себя где-то вдалеке от внешних проблем и забот… И сейчас, ему нужно время. Время, чтобы подумать, все осмыслить и найти самое правильное решение.

***

— Кто-нибудь! Помогите! — кричит девушка, выбегая на дорогу.

Она бежит прямо по встречке, надеясь, что таким образом кто-то остановится. Но именно сейчас, не одной машины, не одной живой души…
Внезапно, она обо что-то спотыкается и она падает.

— Ну что, добегалась? — раздается голос сзади.

Брюнетка осторожно поворачивается и снова видит его.

— Хватит! — что есть силы, кричит она. — Оставь меня уже в покое!

— Нет… Я всегда буду с тобой.

Его жуткий голос пробирает до дрожи. А его взгляд от чувства страха, заставляет биться сердце в миллионы раз быстрее.
Схватившись за горло, от нехватки кислорода, Марина резко садится на кровати, хватая ртом воздух. Отдышавшись, она опускает голову на согнутые руки в локтях.

— Когда все это закончится… — тихо шепчет она.

Встав с кровати, она подходит к зеркалу. Размазанная тушь, мокрые от слез глаза… Прекрасный вид. Приведя себя в порядок, она выходит из комнаты.
В гостиной сидел Никита, листая каналы телевизора. Он был какой-то нервный. Марина впервые видела его таким. Словно это был не он.

— Никит, пошли, прогуляемся. — предложила Миронова садясь рядом.

— Пойдем. — коротко отвечает он и выходит из комнаты.

Сейчас они уже гуляют по центральному парку Питера. Тишина. Лишь какие-то комплименты в сторону любимого города, разбавляли разговор. Нечаев, практически все время молчал, лишь изредка отвечал на вопросы Мироновой. Уже темнело, на небе появлялись первые звезды…

— Март и чистое звездное небо в Питере?! — девушка изобразила самое настоящее удивление. — Да ладно? Шок. Да, Никит?

— Ага. — бесцветно отвечает парень.

— Да твою мать! — Миронова окончательно выходит из себя. — Ник, что с тобой? Почему ты так себя ведешь со мной? — отцепив свою руку от него, начинает кричать она.

— Почему? Ты действительно хочешь знать причину? — в том же тоне спрашивает парень.

— Потрудитесь объяснить. — отвечает она, скрещивая руки.

— А как мне себя вести, когда еще несколько дней назад, ты сама поцеловала меня, а сейчас делаешь вид, что ничего не было?

— Никит, это было ошибкой. Я тупанула. Прости…

— Прости?! Я всегда любил тебя, и ты знала. Я взял к себе жить совершенно чужого человека. Я единственный кто согласился продолжать расследование. И это твоя благодарность? — схватив девушку за руку, он тянет ее на себя, так что второй она упирается ему в грудь. — Все из-за денег? Почему ты выбрала его? Почему не я?

Между ними остаются считанные сантиметры. Глазами он прожигает ее взгляд полный непонимания. Один момент и он накрывает ее губы своими. Но поцелуй не длится долго, с первых же секунд девушка, приложив усилия, отталкивает его.

— Не думала я, что ты такой… — разочарованно отвечает она и уходит в противоположную сторону.

Парень остался стоять на том же месте, растерянно смотря на удаляющийся силуэт. Только сейчас он осознал, что натворил. Никита хотел бежать за ней, но она скрылась из поля зрения.

Придя домой, девушка хватает сумку и не попрощавшись с Марией Антоновной покидает квартиру.
Поиски ночлега не проходят долго, она поселяется в ближайшем отеле.

***

Приняв душ, она заворачивается в белое мягкое полотенце и выходит из комнаты. Плюхнувшись на кровать, первым делом берет в руки телефон.
46 пропущенных, 37 из них от Никиты и 2 от Лазарева? Шок.

Забыв об остальных, да и вообще обо все на свете она перезванивает последнему.
Гудки… Бесконечные пиликанья…

— Что, уже соскучилась? — ехидно спрашивает Лазарев. — А я вот нет.

Прикрыв глаза, брюнетка не сдерживает улыбку от наконец-то услышанного родного голоса.

— Да столько бы еще тебя не видела и не слышала. — иронично отвечает она, в тон певцу.

— Да да да. Вот впаривай кому хочешь, но не мне. Как о таком красавце вообще можно не думать? Никак. Я сам о себе даже думаю, иногда.

— Господи, скромняга ты моя, ты когда-нибудь успокоишься, нет?

— Нет. Как можно успокоиться, когда ты такой красивый мужик?

— Да все, заткнись.

Он замолчал и это ещё больше бесило.

— И чо ты молчишь?

— Еба, у тебя логика железная. То заткнись, то чего молчишь… Я надеюсь, ты про завтрашнюю фотосессию не забыла? Чтобы в обед в Москве уже была.

— Нет, конечно не забыла. — конечно забыла.

— Что делала?

— Весь день в работе, на показ сегодня ходили. Сейчас только пришла, из душа вышла, смотрю ты звонил.

— Опа, вот это уже интересно. Это ты чо сейчас голая?

— Дурак. Нет. На мне полотенце.

— Но в душе ты была без него.

— Нет блядь. Люди душ принимают в шубе обычно. Не беси, прошу.

— Да тихо, тихо… Истеричка. — рассмеялся он

И так больше часа они разговаривали о какой-то фигне, обсуждаю все подряд. Несколько раз поссорились и сбрасывали вызов, в основном это делала Миронова, после очередной похабной шутки ее собеседника, но потом сама же перезванивала. Логика.

После телефонного разговора, девушка решила хоть как-то отвлечься от мыслей о завтрашней встрече и посмотреть телевизор. Ее уже значительно клонило в сон, но в этот момент ее отвлекло уведомление ее телефона.

@lazarevsergey сделал новую публикацию
А почему бы и нет в 1-м часу то ночи. Открыв фото, единственную эмоцию которую вызвало фото это фейспалм. Это было селфи, с грустной моськой в кровати. Обязательно надо же сфоткаться полуголым, чтобы у самых впечатлительных фанаток был приступ. Закатив глаза, она пролистала дальше «When в постельке без @mirosha» — так оно было подписано.
В ответ девушка сделала такое же селфи, только уже с радостным выражением лица, подписав «When хоть один день вдалеке от @lazarevsergey».

Со спокойной душой, она легла спать. Почти уснула. На телефоне снова раздался звук уведомления. Сообщение.

С.Л. «Бессмертная?» — к сообщению он прикрепил скрин селфи сделанного девушкой.

М.М. «Да. Лазарев, тебя сегодня слишком много. Оставь меня в покое.»

С.Л. «Даже не рассчитывай на это)))»

Отключив звук, она откинула телефон подальше и наконец-то уснула.

***

Темный кафельный пол, панорамные окна, что открывали вид на Питер с 42-го этажа. Ничего не изменилось. Та же суматоха вокруг. Выйдя из лифта, Миронова замирает на месте. Что-то ее останавливало. Нет, она не боялась Артема, она боялась лишь того, что подозрения Никиты окажутся правдой.
Глубоко вдохнув в себя воздух, она наконец решается. Ускоряя с каждой секундой шаг, она буквально сносит расфуфыренную секретаршу, что кричала ей, якобы сейчас к Артему Николаевичу нельзя.

ГОД НАЗАД

Офис имени А. С. Миронова находился в одном из небоскребов Санкт-Петербурга. Прямо сейчас здесь творилась какая-то суматоха.

— Привет. — холодно приветствует брюнетка своего парня, легонько касаясь его губ своими.

— Привет, ты к отцу?

— Да, проводишь?

Преодолев кучу работников, они подошли к кабинету.

— Ты точно все решила? — предостерегая, спрашивает парень.

— Артем, хватит. Наши отношения с самого начала не имели смысла.

Брюнет хочет ее остановить, но поздно. Девушка уже стоит в кабинете.
Несмело она пробирается в глубь комнаты.

— Вы ничего не получите! Я не собираюсь продавать то, что я создавал годами! — внезапно раздался крик ее отца.

Девушке уже становилось неловко и она решила дать о себе знать.
— Пап, все нормально? — осторожно задается она.

— Мэр, что ты тут делаешь? — скорее со злости спрашивает он. — Извини, проходи… — тут же меняется в лице мужчина.

— Пап, я должна тебе кое-что сказать… Это касается Артема. — несмело начала она.

— Ах, да. Подготовка к свадьбе уже идет.

— Какая еще подготовка? Мы не собиралась жениться. И, я как раз таки пришла для того, чтобы объявить тебе — мы расстались с ним.

— Что?! — начал вскипать мужчина. — Я для тебя все делаю. Я спас твою репутацию, после твоих фотосессий, а что ты?! — в конце он вскочил со стула.

— Хватит! — закричала она. — Хватит, контролировать меня во всем!

— Не ори на меня! Опять будешь, как шлюха? Натурой торговать?! Артем мне как сын, как ты можешь с ним так поступать!

— Что ты несешь… — ошарашено спрашивает брюнетка.
Глаза жгло от подступающих слез, но она не давала волю им.

За черным кожаным креслом, спиной к ней сидел знакомый силуэт.

— Артем! — окликнула девушка, стараясь не сорваться.

Помахав рукой перед собой, она хоть немного освежает воздух вокруг себя заполненный алкоголем и запахом никотина.

Парень медленно поворачивается, вытаскивая сигарету изо рта. Он тут же меняется в лице, узнав знакомую фигуру.

— Марина? — нервно вскакивает с кресла.
Она была той, кого он сейчас точно не ожидал увидеть.

— Какого хрена ты творишь? — с ходу начала кричать Миронова, что эхом отдавалось в кабинете. — Я отписала все это на тебя, чтобы ты все продал за копейки неизвестно кому?

— Вообще-то нет… — он чего-то боялся, это было понятно по его дрожащему голосу. — Что произошло?

— А произошло, то, что ты собрался продавать всю компанию отца. Я для этого все тебе отписала?! —уперлась руками о прозрачный стол.

— Так нужно. Поверь. — кратко отвечает он.

— Кому нужно, Артем?! Отец годами все это строил. Он любил тебя, больше, чем меня. Он дал тебе все. Это твоя благодарность.

— Успокойся! Я не обязан отчитываться перед тобой.

— Какая же ты тварь, Смирнов…

— Если это все, то выход там. — указал на дверь.

— Я не дам тебе, это сделать. Понял?!

В ответ последовал смешок, после чего Марина окончательно вскипев, быстрым шагом покинула кабинет.

— Ну что? — на выходе меня ждал Ник.

Тебя для полного счастья не хватало…
Метнув на него полный гнева взгляд, девушка вернулась в такси.

— Едем обратно? — спрашивает таксист.

— Нет. Едем в Пулково.

Спустя немного времени, Миронова уже была в аэропорту. Достав авиабилет, она уже стояла в очереди на регистрацию.
В момент когда остался один человек, в сумке раздается мелодия звонка. Мысленно проматерив того, кто так настырно старался дозвониться, Миронова все-таки ответила на вызов не смотря на экран.

— Я слушаю.

Придерживая плечом телефон, она отдает паспорт и авиабилет.

— Марина, здравствуй!

Услышав этот голос, девушка, забыв обо всем, отходит в сторону, в надежде услышать что-то хорошее.

— Андрей Васильевич, что?

— Ваша мама, еще вчера, наконец, пришла в себя. Я пытался Вам дозвониться.

Дар речи окончательно покинул ее. Пришла в себя…