Chapter 12
Оптимус нырнул в воду, его серебристо-лазурная чешуя блестела в лучах утреннего солнца. Арси и Элита уже ждали его немного ниже, прячась в тенях корабля.
Они молча наблюдали, как судно медленно удаляется, разрезая гладь моря широким килем. Паруса наполнялись ветром, а силуэт Мегатрона еще какое-то время оставался видимым на борту.
Арси первой нарушила тишину:
— Он действительно хочет снять наше проклятие?
Оптимус не сразу ответил. Его пальцы бессознательно коснулись губ, где все еще оставалось ощущение поцелуя.
— Да, — наконец сказал он. — И я ему верю.
Элита задумчиво сложила руки.
— Странно. Каонцы веками нас ненавидели, а теперь один из них хочет нас спасти.
— Он не такой, как другие, — мягко сказал Оптимус.
Арси вздохнула, закатив глаза, но в ее голосе не было прежнего насмешливого тона.
— Ладно, давай позже поговорим о твоем любимом. Нам нужно возвращаться, пока никто не заметил нашего отсутствия.
Оптимус еще раз взглянул вверх, на след, который оставил корабль на поверхности воды, и только после этого развернулся.
— Да... Поплыли домой.
Они разрезали воду грациозными движениями, оставляя за собой едва заметные потоки пузырьков. Дорога назад была долгой, но каждый из них думал об одном и том же:
Действительно ли есть надежда на то, что проклятие можно снять?
Оптимус осторожно закрыл дверь в покои сестер, стараясь не разбудить их. Арси и Элита сладко спали, закутанные в перламутровые одеяла. Их хвосты мерцали в свете лунных лучей, которые проникали через водорослевые занавески.
Вздохнув с облегчением, что ему удалось вернуться незамеченным, он поплыл по темному коридору. Но не успел он сделать и несколько взмахов хвостом, как перед ним возникла знакомая фигура.
— Оптимус.
Русал вздрогнул, но сразу расслабился, узнав голос. Перед ним стоял Бамблби — его единственный друг детства.
Светловолосый русал имел короткие, взъерошенные волосы, которые напоминали лучи солнца, и игривое выражение лица, хотя сейчас в его золотых глазах читалась настороженность.
— Куда это ты ночами плаваешь? — спросил он, скрестив руки на груди.
Оптимус нахмурился.
— Как давно ты это заметил?
Бамблби вздохнул и провел рукой по своим волосам.
— Уже две ночи подряд. Я не сказал об этом отцу, потому что подумал, что это что-то важное. Но... ты же знаешь, что сейчас опасно выходить за пределы дворца.
Оптимус пожал плечами, стараясь выглядеть небрежно.
— Мы просто плавали... любовались ночным морем.
Бамблби скептически сузил глаза.
— Вместе с твоими сестрами? О да, если бы я не знал вас, то поверил бы. Но ты не из тех, кто просто бродит без причины. Что на самом деле происходит?
Оптимус отводил взгляд.
— Это не то, что тебе стоит знать.
Бамблби закатил глаза, но в его голосе не было злости, только забота.
— Оптимус, я твой друг. Если ты в опасности, я должен знать.
Русал молчал. Он не хотел вовлекать Бамблби в эту историю. Тот был сыном главного генерала, а значит, если Солус и Альфа Трион узнают, что он что-то знает, ему не поздоровится.
Бамблби внимательно смотрел на него, а потом вздохнул.
— Ладно, если не хочешь говорить, я не буду давить. Но если тебе понадобится помощь... я здесь.
Оптимус едва заметно улыбнулся.
— Спасибо, Бамблби.
Русал поплыл дальше, оставляя друга позади. Но даже когда он уже скрывался в своих покоях, в глубине души он знал — Бамблби не оставит это так.
***
Оптимус провел целый день в старейшей библиотеке дворца, поглощённый древними манускриптами. Он перелистывал хрупкие страницы, полные старинных легенд, заклинаний и историй, пытаясь найти хоть намёк на то, как снять проклятие русалей.
Свет коралловых фонарей мерцал, отбрасывая причудливые тени на стены из ракушек и перламутра.
Оптимус так увлёкся поисками, что не заметил, как одна из книг, качнувшись, полетела вниз прямо ему на голову.
Но вместо удара он услышал тихий звук ловли.
— Ты совсем о себе не заботишься, принц.
Оптимус поднял голову и увидел перед собой улыбающегося Бамблби, который держал книгу в руках.
— Ты следишь за мной? — поддразнил Оптимус, скрестив руки на груди.
Бамблби смутился, но не отведя взгляда.
— Я просто... случайно здесь оказался, — пробормотал он, но быстро добавил: — Что ты ищешь?
Оптимус задумался, стоит ли говорить, но потом решил быть честным.
— Я ищу ответ на наше проклятие. Как его снять.
Бамблби удивлённо моргнул, его золотые глаза расширились.
— Ты... серьёзно? Ты думаешь, что это возможно?
Оптимус кивнул.
— Я не знаю, но должен узнать. Если есть хотя бы шанс... я не могу просто сидеть и ждать.
Бамблби осторожно положил книгу на стол и сел напротив друга.
— Ты знаешь, что если это станет известно твоим родителям...
— Они не должны узнать, пока я не найду хотя бы какую-то зацепку, — перебил его Оптимус.
Русал опустил взгляд на раскрытые книги перед собой, а Бамблби вздохнул, немного смущённый.
— Если тебе нужна помощь... я рядом.
Оптимус удивлённо поднял взгляд, а на его губах появилась лёгкая улыбка.
— Спасибо, Бамблби.
Друг кивнул и протянул ему книгу.
— Ну что, будем искать вместе?
Оптимус и Бамблби вместе плавали между высокими полками библиотеки, разыскивая старые свитки и книги. Вода вокруг них была спокойной, только время от времени волнистые волосы Оптимуса создавали лёгкие потоки, когда он двигался.
Но что-то было не так.
Бамблби не мог не заметить, что его друг ведёт себя необычно.
Сначала это казалось мелочами: Оптимус начал напевать мелодию, которую Бамблби раньше никогда не слышал. Потом он стал крутиться вокруг себя, лёгкий блеск радости читался в его глазах, а волосы, которые обычно играли разными оттенками дня и ночи, вдруг начали вспыхивать ярко-красным светом.
А хвост... хвост Оптимуса метался из стороны в сторону, разрезая волны, как будто он не мог найти себе места.
Бамблби прищурился, внимательно наблюдая.
— Ты ведёшь себя странно, — наконец сказал он, скрестив руки.
Оптимус только вздохнул и вытащил ещё одну книгу с полки.
— Просто много мыслей.
— Ты стал рассеянным, весёлым и... романтичным? — Бамблби подплыл ближе, подозрительно прищурив глаза. — Что с тобой случилось, принц?
Оптимус замер, а потом вздохнул, проведя пальцами по страницам старого фолианта.
— Если я тебе расскажу... ты не расскажешь отцу?
— Клянусь своей чешуей, — серьёзно сказал Бамблби. — Но я хочу знать, куда ты исчезаешь каждую ночь.
Оптимус на мгновение замешкался, но потом поднял на друга свои сверкающие глаза.
— Я... познакомился с Мегатроном.
Бамблби замер.
Несколько секунд в воде стояла тишина.
— С кем?! — наконец прошептал он, округлив глаза.
— Лордом Каона.
Бамблби открыл рот, потом закрыл, потом снова открыл.
— Океан меня забери, ты... ты не шутишь?
Оптимус слабо улыбнулся, сворачивая свиток.
— Он не такой, как все говорят, Бамблби. Он... он хороший. Со мной.
Бамблби растерянно потер лоб, а потом резко повернулся к принцу.
— Ты же понимаешь, что если кто-то узнает...
— Я знаю. Но я ему доверяю, — уверенно ответил Оптимус.
Бамблби вздохнул, проводя рукой по лицу.
— Ты ужасно упрям, Оптимус.
Русал лишь тихо засмеялся в ответ.
Оптимус молча посмотрел на Бамблби, размышляя, стоит ли показывать ему то, что он так тщательно скрывал все эти дни. Его хвост мягко покачивался в воде, создавая мерцающие волны на поверхности.
Затем, вздохнув, он протянул руку под ремень, который обвязывал его талию, и вытащил маленький символ.
Фиолетовый знак мерцал в свете подводных ламп.
Бамблби сразу узнал его.
Его глаза расширились.
— Это...
Оптимус не успел ничего сказать, так как друг вырвал символ из его пальцев, прижимая его к груди, как будто это был раскаленный металл.
— Где ты это взял?!
— Мегатрон мне его дал, спокойно ответил Оптимус.
Бамблби сжал зубы, его плавники напряженно поднялись.
— Ты хотя бы знаешь, что это?!
Принц покачал головой.
— Я знаю, что это его родовой знак.
Бамблби презрительно фыркнул и ринулся к книжной полке, быстро перелистывая свитки и старые книги. Его хвост нервно дергался, чешуя поднималась от волнения.
— Я слышал об этом от отца... Вот!
Он вытащил пожелтевшую страницу и развернул перед Оптимусом.
На рисунке были две фигуры: один трансформер с мечом, другой — русал, который тонул в волнах. Над ними бушевала буря, а в самом верху красовался тот же знак, что сейчас лежал в руке Оптимуса.
— Это история о том, как нас прокляли, Оптимус!
Принц снова взглянул на фиолетовый символ.
Бамблби продолжил, его голос дрожал от гнева:
— Этот знак носили предки Мегатрона. Это они когда-то наложили на нас проклятие! Они вырвали нас с суши, они сделали нас такими, какие мы есть! Ты понимаешь?!
Оптимус сжал пальцы на символе, но не отдал его обратно другу.
— Это не может быть правдой...
— Это правда, Оптимус! Мегатрон — потомок тех, кто нас проклял! Через его род мы до сих пор страдаем!
Русал поднял голову, и его глаза встретились с глазами друга.
— Нет, Бамблби. Это прошлое. Я не позволю ему определять мое будущее.
Бамблби выглядел потрясенным.
— Ты что, даже не собираешься это признать?
— Я не собираюсь осуждать его за грехи предков, тихо ответил Оптимус.
Настала тишина.
Бамблби опустил голову.
— Ты влюблен в него... Правда?
Оптимус ничего не ответил.
Но в его глазах уже был дан ответ. Оптимус почувствовал, как сильные руки Бамблби обвили его. Друг просто обнял его, крепко и тепло, как это было еще в детстве, когда они прятались от уроков или просто плавали среди коралловых рифов, забывая о королевских обязанностях.
— Я всегда буду рядом, прошептал Бамблби. — Всегда буду на твоей стороне, что бы ты ни решил.
Оптимус вздрогнул, чувствуя, как волна тепла накрывает его сердце.
— Но, Оптимус... — голос Бамблби стал тише, но напряженнее. — Прошу тебя... Не делай так, чтобы из-за этой глупости кто-то погиб. Ни из русалей. Ни из каонцев.
Принц посмотрел ему в глаза.
— Я никогда не позволю этого.
— Хорошо.
Бамблби наконец отпустил его, но перед тем как уйти, коснулся его плеча.
— И еще одно... Береги свое сердце.
С этими словами он поплыл прочь, оставляя Оптимуса одного среди тишины библиотеки, с фиолетовым знаком в руках и еще большим грузом в душе.
***
Бамблби тихо плыв по коридору дворца, звуки его хвоста едва слышно рассеивались по воде. На этот раз он не спешил. Он решил, что должен узнать больше. Все оказалось гораздо сложнее, чем он думал, а принц... принц стал еще загадочнее.
Когда он подошел к дверям, они были чуть приоткрыты. Бамблби увидел край хвоста Оптимуса, который мягко отражался на свете, когда тот плывал к окну. Как всегда, у него был четкий курс — и это было понятно, потому что чувство уверенности в его движении было таким же ярким, как и сила, исходившая от каждого взмаха его хвоста.
— Куда ты идешь, Оптимус? — прошептал Бамблби себе под нос, все еще стоя у двери.
Он схватился за свой меч, держа его поближе к себе, и почти незаметно нырнул в воду. Бамблби решил, что на этот раз он не остановится. Если Оптимус не хочет говорить, если его сердце скрывает больше, чем он готов признаться, то Бамблби разберется.
Он отправился за ним.
Его следы едва заметны среди подводных течений. Иногда он останавливался, чтобы не привлечь внимание, но всегда возвращался к одному следу, который вел к окну — туда, где хвост Оптимуса ограничивал доступ к его сердцу.
— Я должен знать, — думал Бамблби. — Что ты делаешь, и правда ли все так просто, как ты хочешь это показать?
Подплыв к укрытию, он увидел, как Оптимус, не оборачиваясь, продолжил свой путь вверх, в сторону лестницы, ведущей к морю. Бамблби снова задержался, но его сердце билось быстрее. Он знал, что нужно быть осторожным, чтобы не попасться. И снова поплыл.
Он начал задавать вопросы.
— Оптимус, что происходит? Почему ты постоянно плывешь туда? — спрашивал он себя, задерживая движение, чтобы его не заметили.
Он не видел, куда именно направляется принц, но чувствовал в своем сердце, что это не просто обычный ночной визит. Что-то глубже этого.
Бамблби не мог объяснить, почему, но это было важно. Глава: Тень сомнения
Оптимус выплыл на поверхность, мягкие волны касались его плеч, а звездная вода отражала серебристый месяц. Его взгляд был прикован к одинокому кораблю, который покачивался на воде. Там был его возлюбленный.
Его сердце учащенно забилось.
— Чего я жду? Почему не плыву дальше?
Он чувствовал, что должен двигаться, что снова хочет увидеть Мегатрона, но... что-то заставляло его колебаться.
Чуть в стороне вынырнул Бамблби. Его желтая чешуя тускло мерцала в лучах месяца, и он пытался оставаться незамеченным. Бамблби видел, как Оптимус замер, его хвост едва шевелился в воде, как будто он сомневался, стоит ли продолжать.
И тогда Бамблби увидел причину.
На борту корабля стояли две фигуры. Их силуэты четко выделялись на фоне парусов. Одного он сразу узнал — это был Мегатрон, высокий и гордый, как всегда. А другой...
Оптимус напрягся.
Бамблби почувствовал его замешательство. Знал ли он этого человека? Почему он так смотрел на них?
Фигуры что-то обсуждали, а затем незнакомец ушел вглубь корабля, исчезая за парусами. Мегатрон еще мгновение стоял, глядя в море, а потом развернулся и также исчез в темноте палубы.
Оптимус опустил голову, его волосы плавно колыхались в воде.
— Почему...? — шептал он сам себе.
Бамблби видел, как принц сомневался, как его хвост замер в воде, как будто он собирался развернуться и поплыть назад.
Но затем Оптимус решительно взмахнул хвостом и нырнул под воду, быстро приближаясь к кораблю.
Бамблби сжал губы.
— Оптимус... во что ты себя втянул?
Он сделал глубокий вдох и погрузился следом.
Глава: Тайное письмо
Оптимус подплыл поближе, чувствуя, как его сердце бьется быстрее. Он вдохнул морской воздух, наполненный запахом древесины и металла, и тихо позвал:
— Мегатрон...
Знакомая фигура в серебряном костюме обернулась. Глаза, что казались отражением звезд, мягко светились в полутемноте. Он улыбнулся, и эта улыбка заставила волны вокруг Оптимуса казаться теплее.
— Ты пришел.
Оптимус подтянулся, легко ухватившись хвостом за край корабля. Мегатрон протянул ему руку, но русал только хихикнул и сам поднялся, обвив хвостом поручни. Его волосы слегка сверкали в лунном свете, отливая красноватыми оттенками.
Немного в стороне, прячась за складками тени, оставался настороженным Бамблби. Его глаза внимательно следили за каждым движением.
Мегатрон наклонился ближе и что-то тихо прошептал Оптимусу на ухо. Его голос был мягким, почти певучим, и принц не смог сдержать дрожащий вздох.
— Что? — удивился он, но Мегатрон лишь загадочно улыбнулся.
Затем он протянул ему рулон бумаги, закрепленный золотой нитью.
Оптимус взглянул на него с интересом, пальцами аккуратно провел по блестящей завязке.
— Что это?
— Ответы, которые ты ищешь, принц, — сказал Мегатрон, глядя прямо в его глаза. — Или начало еще большей загадки.
Оптимус сглотнул, чувствуя, как в груди разливается волнение.
Бамблби незаметно сжал рукоять меча. Он чувствовал, что этот момент может изменить всё.
Лунный свет отражался на лезвии меча, когда Бамблби стремительно вырвался из воды, взмывая в воздух на несколько метров. Его золотистый хвост разрезал ночную тьму, а глаза горели яростью.
Оптимус вскрикнул и в последний момент вцепился когтями в перила корабля, чтобы не упасть в воду. Мегатрон резко отступил, и клинок лишь рассек воздух, не коснувшись его.
Бамблби, обвив хвостом перила, повис перед ними и зашипел, как морской хищник, готовясь к атаке. Его дыхание было глубоким, а плечи дрожали от напряжения.
— Ты... — его голос был полон ненависти. — Ты даже не представляешь, сколько страданий принес твой род нашим предкам. Мы живем под водой из-за вас! Мы прячемся, потому что вы сделали нас проклятыми! И теперь ты... ты так спокойно стоишь перед ним, Оптимус?!
Оптимус широко раскрыл глаза, чувствуя, как его сердце сжалось от боли.
— Бамблби, прошу... — он протянул руку, но друг резко отстранился, словно его прикосновение могло обжечь.
— Нет! Не смей меня успокаивать! Ты даже не задумывался, что он может тебе лгать?! Что это ловушка?!
Мегатрон молча смотрел на Бамблби. В его взгляде не было ни страха, ни злости, только задумчивая холодная серьезность.
— Меня не интересуют ошибки моих предков, — наконец заговорил он глубоким, ровным голосом. — Я не жил в те времена и не принимал решений, ставших проклятием для вас. Но если ты ищешь виновного — бей меня. Если тебе так станет легче.
Бамблби сжал рукоять меча, его глаза горели.
— Не смей играть в благородство!
Оптимус внезапно встал между ними, крепко взяв друга за запястье.
— Хватит! Я не позволю вам драться!
Его голос был твердым, как коралловый камень, и даже Бамблби на мгновение остановился.
— Если ты мой друг, Бамблби... — тихо добавил Оптимус. — То доверься мне. Я знаю, что делаю.
Бамблби тяжело дышал, его глаза дрожали от смешанных чувств. Он перевел взгляд на Оптимуса, потом на Мегатрона... и наконец разжал пальцы, опуская меч.
— Если ты ошибешься, — прошептал он, — я первым скажу тебе об этом.
Бамблби вздохнул, его плечи дрожали от ярости. Глаза пылали, отражая лунный свет.
— Ты... — он смотрел на Оптимуса так, как будто больше не узнавал его. — Ты предаешь свой народ, свой род... ты становишься предателем, Оптимус!
Эти слова, как волна, ударили по сердцу принца. Оптимус сжал перила, не в силах ответить.
Бамблби резко развернулся и, не глянув больше ни на него, ни на Мегатрона, стремительно нырнул в воду. Его золотой хвост сверкнул в лунном свете, прежде чем волны скрыли его навсегда.
— Бамблби! — Оптимус протянул руку, но было поздно. Друг уже исчез в темноте океана.
Он ещё несколько секунд всматривался в глубины, будто надеясь, что Бамблби передумает и вернется. Но этого не случилось.
— Он тебя не поймет, — тихо сказал Мегатрон, нарушив тишину.
Оптимус опустил голову.
— Он мой друг... я не хотел, чтобы он отвернулся от меня...
Мегатрон коснулся его руки.
— Ты выбрал трудный путь, принц, — говорил он спокойно, но его взгляд был серьезным. — Но некоторые битвы приходится вести в одиночку. Иногда даже против тех, кто был рядом с самого начала.
Оптимус посмотрел на свиток, который лежал в его руках, золотистая нить мягко сверкала в лунном свете.
— Это...
— Ответ на твой вопрос, — объяснил Мегатрон. — В этом рулоне лежит ключ к вашему проклятию. Но... цена за него может быть не такой, как ты ожидаешь.
Принц сжал свиток, чувствуя, как его сердце бьется всё быстрее.
Ему предстоит сделать выбор. И этот выбор изменит всё. Оптимус вернулся домой, но его сердце было тяжёлым, как камень, тянущий на дно.
Следующие дни прошли в молчании. Бамблби не появлялся рядом, не звал его, не говорил ничего, даже когда они случайно пересекались в коридорах дворца.
Оптимус несколько раз пытался заговорить, но Бамблби просто проходил мимо, даже не взглянув на него.
Это было больно.
Даже когда принц сидел в библиотеке, бессмысленно перелистывая древние свитки, его мысли снова и снова возвращались к их последней встрече. Как сверкнуло лезвие в лунном свете. Как его друг, тот, кто был рядом с самого детства, назвал его предателем.
Сёстры тоже заметили, что что-то не так. Арси несколько раз спрашивала, что случилось, но Оптимус не хотел говорить. Элиза лишь молча смотрела на него, понимая больше, чем говорила вслух.
Мегатрон был прав. Некоторые битвы приходится вести в одиночку.
Но почему же это чувствовалось так одиноко? Оптимус больше не мог терпеть это молчание.
Он перехватил Бамблби в коридоре, схватил его за руку и резко потянул в свою комнату, закрыв дверь.
— Хватит этого, — тихо, но настойчиво сказал принц, уставившись в глаза другу. — Почему ты избегаю меня?
Бамблби вырвал руку, но не сделал ни шагу назад. Его глаза не выражали ни злости, ни боли, ни растерянности. Лишь холодное спокойствие.
— Потому что пока ты встречаешься с Мегатроном, нам нечего обсуждать, — просто ответил он.
Оптимус напрягся. Его пальцы невольно сжались в кулак.
— Это всё? — его голос дрогнул, хотя он пытался говорить ровно. — Ты действительно готов выбросить нашу дружбу из-за этого?
— Нет, Оптимус, — Бамблби вздохнул, потирая виски. — Это не я её выбрасываю. Это ты решил влюбиться в кого-то, кто несет на себе проклятие всего твоего народа. Это ты рискуешь всем ради него.
Оптимус не ответил. Потому что не знал, что сказать.