Убитый любовью

Арси и Элита, увидев, как Оптимус плывет по коридору, решили узнать больше. Взгляд каждой из них был внимателен, когда они начали следить за его движениями. Как только он исчез за поворотом, они посмотрели друг на друга и быстро поплыли в направлении его комнаты.

— Что это было? — спросила Арси, её голос был полон интереса и некоторого беспокойства. — Он выглядел таким... отстранённым. И этот взгляд... он что-то скрывает.

Элита кивнула, её золотистые глаза не отрывались от силуэта брата, исчезающего в темноте. — Он всегда был таким — загадочным, — сказала она, но её тон тоже был полон тихого сомнения. — Но в этот раз в нём есть что-то другое. Ему не хватает чего-то... или кого-то.

И хотя они шли в направлении комнаты Оптимуса, обе знали, что сейчас не было времени на пустые вопросы. Казалось, что разговоры на «позже» уже не помогут, но одно было очевидно: что бы ни случилось, они должны понять, что произошло с их братом.

Когда они достигли дверей, Арси спросила, наклонившись к сестре: — Как ты думаешь, где он был этой ночью?

Элита остановилась и посмотрела в глаза Арси. — Не знаю, но я уверена, что это связано с Мегатроном. Вчера я слышала, как он пел что-то... очень похожее на ту песню, которую он всегда поет только когда думает о нём.

Эти слова оставались в воздухе тяжёлым намёком, когда они начали ступать в внутренний двор, где находился брат. Они были немного сбиты с толку, но, не останавливаясь, нажали на двери.

Пройдя внутренние комнаты, они не могли не заметить, как помещение отличается от обычного состояния: всё было тихо, но в то же время как-то особенное, когда Оптимус был там. Этот самий спокойный присутствие, которое делало всё ещё более глубоким, полным воспоминаний.

Когда они вошли в его комнату, они увидели его сидящим, тихо выбирающим свои мысли. Близко к нему стоял цветок, но выглядел он не так, как все остальные.

— Оптимус, — начала Арси, она не могла скрыть некоторого беспокойства в голосе. — Ты где был? И почему ты выглядишь таким задумчивым?

Оптимус поднял глаза, встретившись с взглядами сестёр, и улыбнулся, но эта улыбка была не такой, как обычно. Она была нежной, но в то же время ускользающей.

— Ночь была спокойной, — ответил он, его голос был мягким, но и тяжёлым одновременно. — Я просто... на минуту был на поверхности, смотрел на звезды. Они всегда успокаивают меня.

Элита не поверила ему полностью, подошла ближе. — Но ты не сказал нам, где именно ты был. Ты помнишь, что тебя ждали здесь. Потому что есть много чего, о чём мы должны поговорить.

Оптимус не ответил сразу. Он не был готов рассказать ещё. Но, поняв, что они не отступят, он тихо сказал:

— Я был... у берега.

Эти слова привели к короткой паузе. Арси посмотрела на свою сестру, а та, кажется, понимала больше, чем она. Тихо, но решительно, Элита спросила:

— Ты был с Мегатроном, не так?

Оптимус вздохнул, его взгляд стал глубоким, а сердце будто невольно встревожилось. Он никогда не признавался в этом даже себе, но знал — это было то, что ему нужно было сказать.

— Да, — тихо подтвердил он. — Я... был с ним. Мы говорили, пели. Это было больше, чем просто встреча.

Арси и Элита остались на мгновение потрясёнными. Они поняли: эта связь между братом и Мегатроном была глубже, чем кто-либо из них мог предположить. И хотя они не могли понять этого полностью, они знали, что это был важный шаг для их брата, даже если он не совпадал с их представлениями.

— И что теперь? — спросила Арси. — Что будет дальше?

— Мы решим это вместе, — сказал Оптимус, его голос был спокойным, но твёрдым. — Всё, что я делаю, я делаю для всех нас.

Они стояли молча, а в воздухе оставалась мелодия, которую Оптимус напевал в тот вечер. Она была бесконечно далёкой, как глубина океана, но одновременно такой близкой.

***

Вода тихо волновалась под каменными мостами дворца, когда вдруг по коридорам пронеслись стражи. Они несли с собой важную весть, которая не могла оставить равнодушным никого из присутствующих. Все остановились, когда один из стражей громко выкрикнул, сообщая новость.

— Великое королевское судно выходит в море! С Мегатроном на борту!

И хотя слова стража не были чем-то новым для жителей подводного дворца, на этот раз они имели другой смысл. Сердце Оптимуса забилось быстрее, и он не смог скрыть радостной улыбки. Весть о Мегатроне принесла ему на мгновение ощущение, что все его заботы и сомнения могут исчезнуть, а вместе с ними и все, что мучило его в последние дни. Он, как слепец, который находит свет, чувствовал, как тёплое понимание Мегатрона пробивает тьму его собственных мыслей.

Но он быстро сдержал себя, зная, что сейчас не время для эмоций.

Альфа Трион, услышав новость, немедленно напомнил о том, что им следует быть осторожными. Он подошел к сыну, его лицо было серьёзным, а голос твёрдым.

— Все должны держаться подальше от корабля, Оптимус, — сказал он, не отрывая взгляда от сына. — Это слишком опасно. Ты знаешь правила.

Оптимус на мгновение задумался. Он понимал, что отец прав. Однако сердце подсказывало ему другое, и эта встреча с Мегатроном была больше, чем просто желанием. Это был момент, которого он ждал.

Однако, не успел он сделать шаг в сторону своих покоев, как его остановила Арси.

— Оптимус, — она подошла ближе, её глаза были полны решимости. — Ты не можешь оставить нас здесь. Возьми нас с Элитой. Мы хотим поплыть к Мегатрону вместе. Нам очень понравился лорд. Мы хотим увидеть его снова.

Эти слова заставили Оптимуса замереть. Он понимал, что сестер манит это удивительное, таинственное существование, которое они наблюдали с самого начала. И хотя ему было тяжело представить, как всё это закончится, он понимал, что отказать им будет трудно. Они были частью его жизни, частью его мира.

Задумавшись на мгновение, он посмотрел на своих сестер и тихо пообещал:

— Мы поплывём вместе, — сказал он, стараясь передать им всё то, что чувствовал. — Я буду рад, что вы присоединитесь. Это важно для меня.

Элита, с улыбкой, которая светилась в её глазах, посмотрела на него. — Мы будем с тобой, брат.

Оптимус, повернувшись, направился в свою комнату, чтобы быстро подготовиться к ночной встрече. Однако на этот раз он не чувствовал страха или сомнений, а только ощущение того, что он наконец готов двигаться вперёд, ради себя и ради тех, кто рядом.

Собравшись, он взглянул на цветок, который Мегатрон подарил ему этой ночью. И хотя он ещё не знал, как именно всё будет, он чувствовал, что эта ночь станет переломным моментом для всех них.

Когда они отправятся вместе, это будет больше, чем просто путешествие. Это будет путь, который определит их будущее.

***

Холодные лучи месяца скользили по воде, отражаясь в серебристых волнах, когда Оптимус и его сестры, словно тени, выскользнули из дворца.

Оборона вокруг стала значительно плотнее, чем обычно. Стражи следили за каждым проходом, и даже морские течения, казалось, шептали о их приближении. Но русалки были ловкими. Они прятались за коралловыми стенами, ныряли глубже, когда кто-то приближался, и двигались так, словно были частью самой воды.

Оптимус возглавил их, уверенно ведя через препятствия. Когда последний коридор остался позади, и они вынырнули на открытое пространство, все трое одновременно выдохнули с облегчением.

Задача еще не была завершена.

Добравшись до поверхности, Оптимус выдержал несколько секунд, позволяя глазам привыкнуть к свету. Он начал внимательно осматриваться в поисках судна.

Он видел корабли вблизи, когда был на суше. Теперь ему нужно было только найти знакомые очертания.

Вода колыхалась под ними, спокойно унося волнами ночь. Оптимус сосредоточился.

И вдруг, из-за скалистого выступа, в ночном тумане вынырнул длинный нос корабля с высокими, темными парусами. Судно медленно двигалось, словно ища что-то в темноте.

Это был он.

Оптимус почувствовал, как сердце забилось быстрее. Его лазурные глаза вспыхнули блеском, и он повернулся к сестрам.

— Это он, — прошептал он, едва слышно в шуме волн.

Арси и Элита синхронно кивнули. Они ждали этого момента так же сильно, как и он.

— Ну что ж, — с улыбкой сказала Арси, — давай посмотрим, рад ли он нас видеть.

Оптимус улыбнулся в ответ, прежде чем все трое плавно ринулись вперед, направляясь к кораблю, который ждал их в ночной тьме.

Тьма ночи окутывала корабль, который тихо плыв по воде, словно ища ответы в глубинах моря. Ветер наполнял паруса, заставляя судно двигаться плавно, как привидение среди волн.

Оптимус, вместе с сестрами, осторожно подплыл к корпусу. Вода была спокойной, только время от времени она шлепала об борт. Русалка замерла, ища глазами того, кого больше всего желала увидеть.

И он нашел его.

На самом остром носу корабля сидела знакомая фигура, беззаботно свесив одну ногу вниз. Его сильные плечи были расслаблены, а взгляд направлен на бескрайнее море.

Оптимус почувствовал, как у него перехватило дыхание.

Он подплыл немного ближе и тихо позвал:

— Мегатрон...

Вода вокруг него тихо всплеснулась. Он немного опустился в воду, чтобы оставаться незамеченным для других, но не сводил глаз с фигуры наверху.

Мегатрон, услышав знакомый голос, наклонил голову.

Мгновение — и его губы растянулись в знакомой хитрой улыбке. Его глаза вспыхнули приятным удивлением, когда он разглядел не только Оптимуса, но и двух русалок рядом.

— Ты пришел, — сказал он, и в его голосе звучала настоящая радость.

Оптимус не мог не улыбнуться в ответ.

— Конечно. Ты меня ждал?

Мегатрон наклонился немного вперед, опираясь руками на металлический нос корабля.

— Всегда, — ответил он, а затем лукаво добавил: — Хотя сегодня появились еще две знакомые тени.

Арси хитро прищурила глаза.

— О, да, лорд Мегатрон, мы не могли пропустить такую возможность!

Элита молча улыбнулась, оценивая выражение лица мужчины на борту.

Мегатрон засмеялся. Это был тот смех, который заставлял Оптимуса чувствовать, что вокруг становится теплее.

— Поднимайтесь. Здесь ветер, но зрелище красивое.

Оптимус на мгновение задумался. Конечно, они не могли просто так выбраться наверх. Но Мегатрон, похоже, уже знал об этом. Он встал, бросил взгляд на воду, а затем наклонился, протянув руку.

— Позволь мне помочь тебе.

Оптимус посмотрел на его руку, затем на его глаза.

Эта ночь становилась все более интересной.

Оптимус потянулся вперед, и Мегатрон легко подхватил его, посадив на край корабля. Русал почув, как теплые руки лорда крепко держат его, а затем отпускают, позволяя ему самому найти равновесие.

Оптимус схватился за деревянные перила, его длинный хвост, покрытый сияющей чешуей, едва касался воды. Но ему еще нужно было поднять сестер.

Размахнувшись, он мощно взмахнул хвостом, создавая брызги вокруг, и подкинул Арси и Элиту вверх.

Арси приземлилась первой, ловко зацепившись когтями за край палубы. Она подняла голову, ее ярко-голубые глаза сверкали от восторга.

Элита, приземлившись рядом, улыбнулась, ощущая под собой крепкую деревянную поверхность.

Русалки на корабле.

Арси, не раздумывая, уперлась хвостом в дерево и поднялась немного выше, цепляясь острыми когтями за перила. Она наклонилась к Мегатрону, внимательно его рассматривая.

— Ну что, лорд, ты выглядишь не хуже, чем в моих воспоминаниях, — заметила она с лукавой улыбкой.

Мегатрон скрестил руки на груди и взглянул на нее сверху вниз, хмыкнув.

— А ты все такая же бесстыдная, как и твой брат.

Оптимус тихо засмеялся, наблюдая за этой сценой.

— О, не переживай, — Арси пожала плечами, — если ты нравишься мне, значит, ты достоин Оптимуса.

Мегатрон поднял бровь.

— Хм. И что мне делать с такой честью?

Элита спокойно улыбнулась.

— Просто не разочаруй нас.

Оптимус, все еще опираясь на перила, наблюдал за обменом репликами с легкой улыбкой. Он повернул голову к Мегатрону, его лазурные глаза сияли в лунном свете.

— Мы не помешаем? — спросил он тихо, но с лукавым оттенком в голосе.

Мегатрон лишь улыбнулся и сделал шаг ближе.

— Оптимус, ты — единственный, кого я ждал этой ночью.

Мегатрон удобно устроился на борту корабля, опершись локтем на деревянную поверхность, и посмотрел на Оптимуса. Его взгляд был мягким, расслабленным — совсем не таким, как у лорда, который командует армиями.

Русал провел пальцами по перилам, ощущая текстуру дерева, и, наконец, нарушил тишину:

— Как долго ты пробудешь здесь?

Мегатрон немного задумался, прежде чем ответить.

— Три дня.

Оптимус поднял на него глаза.

— Три дня?

— Да, — подтвердил Мегатрон, расслабленно провел рукой по своему колену. — Потом мы снова отправимся в плавание. Но эти дни я планирую провести здесь... — он перевел взгляд прямо на Оптимуса, — вместе с тобой.

Оптимус почувствовал, как его сердце замерло на мгновение, а затем забилось быстрее. Он опустил взгляд, пытаясь скрыть улыбку.

— Это звучит... хорошо.

— Не просто хорошо. Чудесно, — уточнил Мегатрон, наклонившись немного ближе.

Арси перехватила их взгляд и тихо хихикнула, толкнув локтем Элиту.

— Значит, у тебя есть целых три дня, братец, чтобы... повеселиться.

— Арси, — вздохнул Оптимус, хотя в его голосе не было никакой строгости.

Элита улыбнулась, осматривая корабль.

— Это действительно красивое судно. Твое, Мегатрон?

Лорд кивнул.

— Да. Но на этот раз я здесь не ради него.

Он снова перевел взгляд на Оптимуса.

Русал улыбнулся и поднял взгляд на ночное небо, где луна рассыпала серебро на воду.

— Три дня, — прошептал он, больше для себя, чем для кого-то другого.

Это были три дня, которые он не собирался тратить зря.

***

На горизонте уже начинало пробуждаться солнце, окрашивая небо в нежно-розовые и золотистые оттенки. Оптимус, почувствовав первые проблески утреннего света, вздохнул и повернулся к сестрам.

— Нам нужно вернуться. Скоро начнется движение кораблей, и нас могут заметить.

Арси скривилась и сложила руки на груди.

— Я не хочу.

Элита вздохнула:

— Арси...

— Нет, серьезно, — Арси резко повернулась к Оптимусу, её выражение лица сменилось с игривого на серьёзное. — Сколько ещё? Сколько мы будем жить, прячась под водой, пока ты единственный из нас можешь выходить на сушу?

Оптимус напрягся, встретив её взгляд.

— Арси... ты знаешь, что проклятие...

— Когда оно спадет? — перебила она. Её глаза горели вызовом.

Мегатрон, который до сих пор спокойно наблюдал за ними, слегка приподнял бровь, но не вмешивался.

— Я не знаю, — тихо ответил Оптимус.

Арси сжала челюсти.

— Ты же ходил на сушу. Ты общался с каонцами. Ты мог найти ответ!

— Я не искал его, Арси, — признался Оптимус, и в его голосе появилась тень вины. — Потому что боялся, что мне не понравится то, что я найду.

Наступила тишина. Арси отвела взгляд, её пальцы впились в влажное дерево корабля.

Мегатрон заговорил спокойно, но твёрдо:

— Возможно, ответ ближе, чем вы думаете.

Оптимус посмотрел на него, но Мегатрон не объяснил больше ничего.

Русал понял одно: эти три дня могут принести не только счастье, но и новые вопросы.

Оптимус помог сестрам опуститься в воду, а затем сам приготовился нырнуть. Но когда он уже собирался оттолкнуться от борта, сильная рука остановила его.

— Подожди, — тихо произнёс Мегатрон.

Оптимус обернулся, его лазурные глаза встретили тёмный, задумчивый взгляд лорда.

— Что такое?

Мегатрон немного наклонил голову, как будто раздумывая, прежде чем заговорить.

— Я не просто путешествую. В этом путешествии я ищу ответы.

Оптимус нахмурился.

— Ответы? На что?

Мегатрон улыбнулся, но его улыбка была почти незаметной.

— На то, возможно ли снять ваше проклятие.

Наступила тишина. Оптимус почувствовал, как в груди что-то сжалось. Его хвост, всё ещё расслабленно свисающий с борта корабля, замер.

— Ты серьёзно? — спросил он, вглядываясь в знакомое лицо.

— Как никогда, — ответил Мегатрон. — Если есть способ сделать так, чтобы ты и твои сестры больше не должны были прятаться в воде... я его найду.

Оптимус почувствовал, как его горло сжалось.

— Почему ты это делаешь?

Мегатрон коснулся его подбородка, заставив русала поднять голову.

— Потому что ты важен для меня.

Русал хотел что-то сказать, но не успел.

Мегатрон наклонился ближе и поцеловал его.

Прикосновение было сначала осторожным, но потом стало более глубоким, тёплым, таким, от которого Оптимусу захотелось закрыть глаза и забыть обо всём. Его пальцы бессознательно сжали край перил.

Когда они отстранились, Оптимус слегка задрожал.

— Вернись скорее, — прошептал он, не открывая глаз.

— Обязательно, — ответил Мегатрон, улыбаясь.

Оптимус в последний раз взглянул на него, а затем прыгнул в воду, исчезнув среди волн.