26 глава
— Ев, у меня сейчас совещание с пацанами, — Валера подошел к ней и поправил выбившийся локон. — Можешь телек посмотреть или журналы доглядеть. В общем, отдыхай.
Ева кивнула и поудобнее устроилась на кожаном диване. Валера вышел, и в кабинете воцарилась тишина, нарушаемая только тихим гулом телевизора. Она щелкала каналы: «Поле чудес», «В мире животных», какие-то серые новости... Ничего не цепляло. Бессонная ночь и утренние потрясения дали о себе знать — веки стали тяжелыми, а звуки телепередач превратились в далекий белый шум. Ева и сама не заметила, как провалилась в глубокий, спокойный сон.
Прошло часа полтора. Дверь кабинета тихо скрипнула, и вошел Валера.
— Ева... — начал он, но тут же осекся, увидев спящую девушку. Она свернулась калачиком на диване, подложив ладошку под щеку.
Филатов замер, любуясь ею. Будить не стал — понимал, как она вымоталась. Он тихо прошел к своему столу и погрузился в работу. Через десять минут дверь буквально распахнулась.
— Валер, я тут хотел узнать... — громко начал ввалившийся Космос, но Валера мгновенно вскинул руку, призывая к тишине, и кивнул на диван.
Космос осекся, округлив глаза.
— Ой... Я не знал, — прошептал он, забавно прикрыв рот рукой.
— Че хотел-то? — так же шепотом спросил Валера, и они быстро обсудили дела.
Прошло еще три часа. Солнце в окнах кабинета начало клониться к закату. Валера уже закрыл почти все вопросы, когда понял, что пора закругляться. Он подошел к дивану и осторожно коснулся волос Евы.
— Ев, Ева... Вставай.
Ева открыла глаза, не сразу понимая, где находится.
— Я всё, — улыбнулся Валера. — Чем займемся?
Но не успел он договорить, как в кабинет заглянул Саша Белов.
— Валер, тут осталось кое-что доделать, подпиши и всё. О, привет, Ева!
— Привет... — сонно пробормотала она, потирая глаза.
— Подождешь еще немного? — Валера вопросительно взглянул на неё. Ева лишь кротко кивнула.
Работа затянулась еще на час. Когда стрелки часов приблизились к семи вечера, Филатов наконец сгреб бумаги в стопку.
— Фух. Теперь точно всё!
— Отлично! — Ева, уже окончательно проснувшаяся, поднялась с дивана и подошла к нему.
Валера сидел в своем массивном кресле. Ева, не задумываясь, села к нему на колени и обвила руками его шею. Она прижалась к нему, чувствуя его запах, и они начали целоваться — долго, жадно, пока дыхания не стало катастрофически не хватать. Валера перешел на поцелуи в щеку, спустился к шее, задерживаясь на ключицах.
— Все, всё, Валер... — прошептала она, запрокинув голову. — Сейчас следы оставишь, как я домой пойду?
— Понял, — усмехнулся он, но напоследок всё равно поцеловал её в губы. — Тебе повезло, сегодня я пораньше. Обычно я тут до ночи торчу.
— Я понимаю. Я рада, что ты всё равно находишь для меня время.
— Так не хочу, чтобы этот момент заканчивался, — признался Валера, прижимая её к себе.
— Ой, ты бы знал, как я не хочу... — выдохнула Ева. — Хочу, чтобы ты всегда был со мной. Был моей крепостью.
— Я буду, Ева. Ты чего? Я всегда рядом.
Она крепко обняла его. Когда Валера встал, чтобы идти к выходу, Ева так и осталась висеть у него на шее, а он крепко держал её, придерживая за бедра. Это было похоже на метафору: она навсегда повисла в его жизни, а он никогда её не отпустит.
— Мы куда сейчас? — спросила она, когда они вышли к машине.
— ПоЕдем поедИм. Я устал как собака и хочу есть.
— Я тоже...
В уютном ресторане, когда им принесли заказ, Валера решил сменить тему на более серьезную.
— Ну... Куда собираешься поступать? На кого? Врач? Юрист?
— Мимо, мимо, — улыбнулась Ева. — Я хочу на физический факультет.
Валера даже вилку отложил:
— Ого. Это мощно. Даже неожиданно. А куда именно?
— Думала в МГУ... Но, наверное, придется куда-то попроще. Откуда у меня деньги на учебу?
— А с чего ты решила, что не поступишь на бюджет?
— Ну, допустим, поступлю... Но взятку всё равно надо дать, сам знаешь, как сейчас.
—Решим всё, Ева. Ты об этом не думай. Забыла кто отец у Космоса? Думаешь, он не поможет? — отрезал он.
— Валер, ты не подумай... я не хочу тебя нагружать. Ты и так много работаешь. А вот Юрия Ростиславовича, точно беспокоить не нужно. Он в меня столько сил вложил, не хочу его расстраивать. Подумает, все зря.
— Ева, закрыли тему. Потом еще побеседуем.
Около десяти вечера они ехали по прохладной Москве. Город светился огнями, и в машине было по-особенному уютно.
— Завтра заеду за тобой в девять, если дома будет невмоготу, — сказал Валера, подъезжая к её дому.
— Валер, ты не обязан...
— В девять будь готова.
— Спасибо! — Ева осыпала его лицо поцелуями, и Филатов, который обычно был суров с подчиненными, сейчас просто светился от счастья.
— Ну что... приехали, — тихо сказал он.
Валера взял её лицо в ладони и нежно поцеловал. За этот короткий срок они действительно влюбились по уши.
— Я тебя люблю, Ева. И я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Веришь мне?
— Верю! — она быстро чмокнула его в губы.
— Не переживай, родители, думаю, уже успокоились. Всё будет нормально. Сама их сильно не рань, — напутствовал он.
— Ну, я пошла... Пока, — Ева нехотя открыла дверь.
— Пока, бусинка.
Она захлопнула дверь и пошла к подъезду.
А в окне квартиры, за занавеской, стояли родители. Весь день они пили валерьянку и не находили себе места. И теперь они видели всё: и этот долгий поцелуй, и то, как горели глаза их дочери, и как смотрел на неё этот опасный, но, очевидно, безнадежно влюбленный человек.
— Володя, она сейчас придет, — Олеся тихо положила руку на плечо мужа, не отрывая взгляда от окна. — Ты только не ругай её сильно, ладно? Она ведь и вправду влюбилась... Сама обожжется, если что, но мы должны быть рядом. Если сейчас надавим — потеряем её совсем.
Володя тяжело вздохнул, его кулаки на подоконнике медленно разжались.
— Олесь, я не обещаю... Но постараюсь, — глухо ответил он.
В коридоре послышался скрежет ключа в замке. Дверь тихо открылась, и в квартиру проскользнула Ева. Она начала разуваться, напевая под нос какую-то мелодию, всё еще находясь там, в салоне черного «Мерседеса». В коридор вышли родители. Вид у них был изможденный, лица серые от переживаний.
— Пришла... — только и смогла сказать мама, кутаясь в шаль.
Ева подняла голову. В её глазах еще плясали искорки счастья, и она сразу поняла, что сейчас может начаться «разбор полетов».
— Только не говорите мне ничего, — твердо пресекла она любые попытки начать разговор. — У меня сейчас такое хорошее настроение... Пожалуйста, не хочу, чтобы вы мне его портили.
Она быстро прошла мимо них в ванную. Родители переглянулись. Володя хотел что-то крикнуть вслед, но жена удержала его за локоть, покачав формой головы: «Не надо».
Шум воды заполнил квартиру. Ева стояла под горячими струями душа, закрыв глаза. Она всё еще чувствовала прикосновения Валеры, его сильные руки, его запах. Вода смывала усталость дня, но не могла смыть то невероятное чувство защищенности, которое он ей дарил.
Позже, уже лежа в своей постели в темноте, Ева долго смотрела в потолок. В голове, как на кинопленке, прокручивались моменты: его взгляд в кабинете, и тот финальный поцелуй у подъезда. Она поняла одну простую и одновременно пугающую вещь: обратной дороги нет. Она не просто влюблена — она врастает в него, в его жизнь, в его опасный и манящий мир.
«Бусинка...» — пронеслось у неё в мыслях, и с этой улыбкой на губах она провалилась в сон, зная, что завтра в девять утра её жизнь снова наполнится смыслом.