4 часть
Обстановка в квартире накаляется. Вика жалостно смотрит на Адель, в её глазах можно увидеть безразличие. Она совсем себя не бережет.
— Ты же понимаешь, что вся эта ситуация могла бы закончиться по-другому? — Вика злится, не на Адель, а на то, что та ведет себя как ребёнок, который думает, что в этом мире всё сходит с рук. — То, что я была рядом, — это просто повезло.
— Да понимаю я.
— Не понимаешь, — Николаева прерывает её. — Адель, я много лет занимаюсь боксом, я знаю, каково это — когда тебя отпинали как дворового пса, и ты лежишь, не можешь пошевелиться.
— Вик, я бы сама разобралась. — Шайбакова смотрела ей прямо в глаза, пытаясь отыскать поддержку, а не чтобы её сейчас отчитывали.
Вика тяжело вздохнула, плечи её опустились, а взгляд забегал по лицу девушки. В этот момент ей стало жаль Адель. Она пытается быть сильной, хочет показать, что справится со всем сама.
— Давай смотреть правде в глаза. Если бы я не пришла, ты бы сейчас лежала либо в больнице, либо где-то под забором.
— Я не просила тебя помогать мне, —
Вика замерла, не сразу осознавая, что только что услышала. Что-то внутри неприятно сжалось. Она медленно отвела взгляд, будто стало не на что смотреть.
— Ясно, — тихо сказала она.
— В следующий раз справляйся сама.
Адель будто только сейчас осознала, что сказала. Ком застыл в горле, ей хотелось обнять Николаеву, поблагодарить, что та вообще помогла ей, но руки не слушались. Пальцы едва заметно дрогнули — и тут же бессильно сжались в кулак.
Зазвонил телефон. Адель быстро нащупала его в кармане штанов. На экране высветился контакт «отец». Она неохотно подняла трубку и моментально убавила громкость до минимума.
— Ты где опять шляешься? Тебе мало досталось сегодня? — он не говорил, он орал в трубку своим мерзким голосом. По его тону можно было заметить — мужчина пьян.
— Скоро буду. — Она швырнула телефон куда-то в подушку.
Адель заметила на себе тревожный взгляд Николаевой. Было заметно, как её челюсть сжалась.
Шайбакова не хотела при Вике сейчас с ним спорить и продолжать диалог, сейчас её это вовсе не волновало.
— Мне нужно идти. — Девушка с ноющей болью по всему телу начала аккуратно слезать с кровати.
Несмотря на свою обиду на Адель, Вика всё-таки протянула ей руку помощи снова.
Выйдя из подъезда, девушка ощутила лёгкость. С каждым вдохом свежего воздуха её мозг будто очищался. Она достала из кармана пачку «Чапмана» и зажигалку. Ей необходимо успокоиться после этого странного и неприятного диалога.
Сидя на лавочке, она увидела, как знакомый ей мужчина подошёл к подъезду. Он откровенно пялился на неё, еле удерживая равновесие.
— Снова ты? Я же велел Диме не связываться с тобой! — мужчина харкнул на асфальт и начал приближаться к Адель. — Из-за твоего папаши я потерял работу. Из-за него меня уволили. — Глаза его пылали, наполняясь яростью.
Руки Адель задрожали, сердце застучало быстрее, дыхание стало резким. Она поняла, что нужно принимать решение мгновенно. Девушка отошла от него, быстрыми шагами начала отдаляться. Когда он плюнул на это дело и зашёл в подъезд, Шайбакова выдохнула.
Пройдя совсем немного, она не смогла нащупать телефон в кармане джинсов. Воспоминания постепенно возвращались в голову. Она вспомнила, что оставила телефон у Вики в комнате.
— Сука, за что мне это... — выдохнула она, разворачиваясь и быстрым шагом направляясь обратно к дому Николаевой.
Поднявшись по ступенькам и почти дойдя до дверей, она услышала крик. Голос был женский, резкий и отдалённо знакомый.
— Вика?! — Адель замерла на месте, пытаясь прислушаться.
Сердце бешено стучало, ладони вспотели. Девушка бросилась к двери, в голове уже мелькали самые плохие мысли. Она дернула ручку, и дверь распахнулась. Из комнаты девушки доносились крики.
Войдя, Адель увидела, что пьяное тело отца зажало Николаеву на кровати. Он всем весом навалился на неё, не давая возможности отбиться. Она не стала долго думать — взгляд пробежался по комнате, и её глаза остановились на деревянной бите в углу. Не раздумывая, Адель схватила её и резким движением ударила мужчину по спине. Раздался крик, который эхом отозвался в стенах квартиры. Адель быстро схватила Вику за руку, попутно забирая телефон, который лежал на тумбочке.
Они выбежали из подъезда, дыхание тяжёлое, руки дрожали, но адреналин держал их в движении. На улице вечерний ветер бил по лицу, смывая капли пота и страха. Адель крепче сжала Вику за руку.
Николева отдергивает руку, вырываясь из хватки Адель. Она сдерживает слёзы и становится серьёзнее. Руки дрожат сильнее обычного, ком в горле душит, не давая нормально дышать.
— Уходи, — голос дрожал, но Вика пыталась заставить себя говорить ровно, стараясь не показать, насколько ей страшно и больно. — Ты это не видела, — грубо, будто с наездом, произнесла черноволосая.
— Вик...
— Адель, уходи. — Одна слеза скатилась по щеке и упала на холодный асфальт. Николаева стояла спиной, сжала кулаки, но по голосу было ясно: ещё пара слов — и она сорвётся.
Адель осталась на месте, сердце стучало как безумное. Она смотрела, как Вика медленно разворачивается, сжимая кулаки. Руки девушки дрожали, а губы были плотно сжаты — но она выглядела холодной и недосягаемой.
⸻
Дома Шайбакова была совершенно одна. Бутылка пива скрасила этот неприятный вечер. Она устроилась за ноутбуком, листая страничку Вики, и в голове мелькали обрывки воспоминаний из квартиры — крики, адреналин, холодный асфальт... Всё это словно вновь оживало перед глазами.
Вдруг на экране зазвенел звонок. Она подскочила, удивлённо глядя на уведомление: это была Аля.
— Привет! — раздался радостный голос. — Слушай, я завтра приезжаю! Не могу больше без тебя, скучаю ужасно!
Адель улыбнулась, тепло разлилось внутри. Вечер только что стал немного ярче, и мысль о том, что завтра она увидит кого-то родного, добавила сил и надежды.
— Господи, наконец-то... — выдохнула она, улыбка была сквозь боль, через усталость и синяки.
— А что у тебя с лицом? — голос подруги звучал тревожно.
— Да меня там гопники какие-то отпиздили, — Адель с горькой улыбкой пожала плечами. — Мою жопу Вика спасла.
— Та самая?
— Да... — Адель замялась, чуть сжав кулаки. — Но, кажется, мы сильно поссорились.
— Из-за чего? — голос подруги прозвучал мягче, с ноткой беспокойства.
— Давай завтра об этом поговорим. Я ночью пересплю с этой ситуацией и завтра расскажу всё при встрече, — попытка Адель звучала чуть нервно, но в голосе сквозила решимость.
— Ну хорошо, — согласилась подруга.
— Кстати, Денис на своей хате устраивает вписку, как раз завтра, — Шайбакова вздохнула с лёгкой улыбкой. — Так что считай, что день завтра удастся. Как раз отпразднуем твой приезд.
— Как же ахуенно вовремя приезжать, — подруга рассмеялась. — Но самое хуевое, что учеба через неделю начнётся.
Адель снова улыбнулась, её глаза блестели: радость и усталость смешались, сердце чуть теплее сжалось от предвкушения. Впереди — встреча с другом, вписка, а значит, хоть немного можно было забыть про всё остальное.
извиняюсь за короткую главу, следующая будет длиннее.
мой ткг: https://t.me/jabiks_riv