18
Пятница. Третий урок. В кабинете английского стояла рабочая атмосфера: 11 «В» писал тест. Нелли Алексеевна сидела за своим столом, сосредоточенно проверяя работы другого класса. На ней был темно-синий строгий костюм, волосы собраны в безупречный узел — ничто не выдавало в ней девушку, которая еще несколько часов назад засыпала в объятиях своего ученика.
Только один человек в классе знал, что скрывается за этой маской. Гриша Ляхов сидел на последней парте, лениво вертя ручку в пальцах. Он уже закончил тест и теперь просто наблюдал за Нелли, ловя каждое её мимолетное движение. Между ними витало невидимое электричество, понятное только им двоим.
Тишину прервал резкий стук. Дверь распахнулась так сильно, что ручка ударилась о стену.
На пороге стоял Кирилл. Но это был уже не тот лощеный мужчина из парка. Галстук ослаблен, лицо перекошено от ярости и бессонницы. Он явно был не в себе.
— Кирилл? — Нелли медленно встала, её голос был пугающе спокойным. — Я же сказала тебе больше здесь не появляться.
— А я сказал, что мы не договорили! — выкрикнул он, игнорируя тридцать пар глаз, уставившихся на него. — Ты заблокировала меня везде? Думала, я просто так это оставлю? Семь лет, Нелли! Семь лет я вкладывал в тебя, а ты теперь строишь из себя неприступную королеву перед этими малолетками?
В классе воцарилась мертвая тишина. Никитин приоткрыл рот, девчонки вжались в парты. Гриша медленно выпрямился на своем стуле, его глаза превратились в узкие щели.
— Кирилл, выйди из класса. Сейчас же, — Нелли вышла из-за стола, её тон был ледяным. — Ты позоришь себя.
— Позорю? — он горько рассмеялся, делая шаг к ней. — Это ты позоришь нашу историю! Кто он? У тебя кто-то появился, да? Поэтому ты такая смелая? Нашла себе какого-нибудь папика или…
— Закрой рот, — прозвучал низкий, угрожающий голос с последней парты.
Кирилл обернулся и увидел Гришу. Тот стоял, опершись руками о парту, и в его позе было столько подавленной агрессии, что даже обезумевший от ревности Кирилл на секунду замялся.
— А, это ты, — Кирилл узнал парня, который «провожал» его в прошлый раз. — Защитник нашелся. Сядь на место, щегол, взрослые разговаривают.
Нелли поняла, что ситуация выходит из-под контроля. Если сейчас Гриша сорвется, его исключат, а её карьере придет конец. Она должна была взять всё на себя.
— В коридор. Сейчас же, — отчеканила она, подходя к Кириллу вплотную. Она выглядела такой маленькой по сравнению с ним, но в этот момент в ней было больше силы, чем во всех присутствующих. — Если ты скажешь еще хоть одно слово при детях, я напишу заявление о преследовании. И твой отец не поможет. Пошел. Вон.
Она буквально вытолкнула его в коридор и захлопнула дверь кабинета перед носом ошеломленного класса.
*
В коридоре было пусто, уроки еще шли. Нелли прижала Кирилла к противоположной стене, не давая ему опомниться.
— Ты совсем сошел с ума? — прошипела она. — Семь лет ты мне врал. Семь лет ты спал с другими, пока я ждала тебя дома. И ты смеешь приходить сюда и говорить о «вкладах»? Я для тебя не инвестиция, Кирилл. Я человек. И я больше не твоя.
— Нелли, я… я просто не могу тебя потерять, — его голос вдруг дрогнул, ярость сменилась жалкой мольбой. Он попытался схватить её за руки. — Я всё исправлю. Мы уедем, я куплю ту квартиру, которую ты хотела…
— Мне не нужна твоя квартира! — она вырвала руки. — Мне не нужен ты. Ты пустое место. Твои слова больше не значат ничего. Уходи и никогда, слышишь, никогда больше не приближайся ко мне или к моей школе. Между нами всё кончено. И нет, у меня никого нет, кроме собственного достоинства, которое ты пытался растоптать.
Она соврала про «никого нет», и сама удивилась, как легко эта ложь сорвалась с губ. Она защищала Гришу. Защищала их тайну.
— Ты пожалеешь, — Кирилл снова начал закипать, понимая, что его мольбы не действуют. — Ты останешься одна в своей жалкой школе. Ты… сучка холодная. Ты никогда никого не любила, кроме своих учебников!
— Если быть «сучкой» значит не давать вытирать об себя ноги такому ничтожеству, как ты — значит, я сучка. А теперь проваливай.
Кирилл злобно сплюнул под ноги, бросил на неё последний уничтожающий взгляд и зашагал к выходу. Нелли стояла, прислонившись к стене, пока звук его шагов не затих.
Она перевела дыхание, поправила пиджак и, нацепив маску абсолютного спокойствия, вернулась в класс.
Все взгляды были прикованы к ней. Гриша сидел на месте, его кулаки были сжаты так, что костяшки побелели. Нелли прошла к столу.
— Продолжаем тест. У вас осталось пятнадцать минут, — произнесла она ровным голосом.
Она села на стул и открыла журнал, делая вид, что пишет. Но под столом её колени мелко дрожали.
Через пять минут на её столе завибрировал телефон. Сообщение от «Неизвестного номера» (она знала, что это Гриша):
«Я бы его убил прямо там. Ты лучшая. Вечером я тебя жду. Никуда не отпущу».
Нелли Алексеевна едва заметно кивнула, не поднимая глаз. Она знала, что этот день еще не закончен, но главную победу она уже одержала. Прошлое ушло. Навсегда.
Продолжение следует...