Там, где легче. | Адель Шайбакова

Ксюша проснулась раньше будильника.

Глаза открывать не хотелось. Она лежала, уткнувшись лицом в подушку, и пыталась удержать это странное, хрупкое ощущение внутри. Вчерашний вечер не рассыпался на куски, как это обычно бывало со всеми хорошими моментами. Он остался. Настоящий.

Она медленно вдохнула.

Это было не через записки, не через слова на бумаге, не через догадки. Она действительно стояла, обнимала и смотрела. Настоящая. Адель.

Ксюша прикрыла глаза еще сильнее, будто боялась, что это окажется сном и всё исчезнет. Но не исчезло. Тело помнило слишком хорошо. Плечи, руки до сих пор отдавало жаром от чужих прикосновений. В голове был её голос, немного хриплый, но нежный и успокаивающий.

И от этого становилось одновременно легче и тяжелее. Потому что теперь не нужно было думать о том, кто она и встретятся ли они. Теперь они уже вместе. Но не надолго.

Ксюша резко села, провела ладонью по лицу и встала. Думать об этом дальше было невозможно.

...

В университете всё выглядело так же. Те же коридоры, тот же шум, те же люди. Кто-то снова обсуждал психолога, кто-то косился, кто-то делал вид, что ничего не произошло.

Но это всё не имело значения. Ксюша шла, почти не вслушиваясь. Она сама не сразу поняла, что вглядывается в толпу, оборачивается и сердце быстро бьется. Словно она уже могла уйти, ничего не сказав.

Чернова остановилась. Адель. Она стояла у окна, как и вчера. В той же компании, но будто отдельно от неё. Плечи чуть напряжены, пальцы сжаты.

Шайбакова подняла взгляд. Их глаза встретились. И в этот раз никто не отвернулся сразу. Это длилось всего пару секунд, но внутри уже что-то перевернулось.

Ксюша уже хотела подойти, но кто-то прошёл между ними, загородив обзор. Когда она снова посмотрела, то Адель уже отвернулась. Она выдохнула и прошла мимо.

Чернова зашла в аудиторию и села за парту. Она сжала руки, прижав нижнюю губу до металлического вкуса во рту. Было не по себе. Ощущение, будто ей нельзя терять ни секунды.

...

После пары Ксюша не спеша шла в следующую аудиторию. Она вступила на первую ступень лестницы и сердце почему-то екнуло. Девушка остановилась, медленно поднимая взгляд.

Тело словно среагировало быстрее, чем она успела посмотреть. Напротив неё стояла Адель, спрятав руки в карманы.

— Привет, — промямлила Ксюша.

— Привет.

Пауза повисла между ними. Непривычная. Не такая, как раньше.

— Ты как? — спросила Ксюша, и сама же поняла, насколько это глупо звучит.

Адель чуть усмехнулась.

— Нормально.

Они обе знали, что это не так.

Ксюша кивнула, сжав губы. Хотелось сказать что-то ещё или спросить, или просто остаться с ней. Но слова не складывались.

— Ладно... — выдохнула она.

— Да...

И всё. Они разошлись.

В груди что-то сдавило. Ксюша обернулась. Адель медленно отдалялась. Хотелось что-то крикнуть, остановить, предложить сбежать с пар, но... Не сказала. Отвернулась и стала подниматься дальше.

...

Вечер наступил быстрее, чем хотелось.

Ксюша сама не знала, зачем сюда пришла. Она сидела на скамейке, под тусклым фонарем, поджав колени к груди. Чернова не писала ей, не предлагала встретится. Внутри что-то твердило, что ей нужно быть здесь.

Можно было уйти. Можно было не ждать. Если уйдёт, то ничего не изменится. Всё останется там, где было. Без риска. Без этой странной тяжести внутри.

Ксюша медленно выдохнула, но теперь это было не так просто. Потому что знала, что она придет. Рано или поздно, но придет. И знала, что сама не уйдет. Не позволит себе.

Шаги она услышала сразу. Сначала уверенные, потом чуть тише, а затем кто-то сел рядом с ней. Их плечи сразу соприкоснулись, но никто из них не отодвинулся. Ксюша смотрела вперед, в груди что-то продолжало давить, ощущение, будто у неё забрали весь кислород.

— Я знала, что ты тут, — спокойно сказала Адель.

— Я знала, что ты придешь, — ответила Ксюша.

Шайбакова улыбнулась и кивнула. Наверное, Чернова попала в точку.

Снова тишина. Но теперь она казалась другой: спокойной, теплой. Как будто можно просто сидеть и этого достаточно.

Ксюша достала сигарету, щёлкнула зажигалкой. Сделала затяжку и протянула ей. Адель взяла и их пальцы на секунду соприкоснулись. Слишком коротко, но хватило, чтобы внутри что-то екнуло. Это испугало.

— Я сегодня почти не слушала лекции, — вдруг сказала Ксюша.

— Я тоже.

— Пыталась читать одно и то же три раза.

Адель тихо усмехнулась.

— У меня так же.

Ксюша посмотрела на неё впервые. Профиль, нос, губы... Слишком красиво. Хотелось запомнить то, как она сидит, как держит сигарету, как смотрит чуть в сторону. Как будто потом это придётся доставать из памяти. Она отвернулась, делая вид, что ничего не произошло.

— Ты собираешь вещи? — спросила она, не глядя.

Адель кивнула.

— Да. Почти всё.

— Быстро...

— У меня не так много.

Ксюша кивнула.

Слова снова закончились.

— Ты правда уедешь? — тихо спросила она.

Адель не ответила сразу, но Ксюша заметила, как она сжала руки в кулаки.

— Да, — ответила она просто и спокойно. Как факт.

Ксюша сжала пальцы сильнее, чем нужно было. Она знала это. С самого начала. С записки. С первых слов. И зачем-то продолжила. Услышать это вслух оказалось слишком тяжело. Гораздо.

Она выдохнула и опустила голову.

Адель придвинулась чуть ближе. Их плечи соприкоснулись сильнее. Шайбакова протянула свою руку, чуть согнув пальцы, будто ожидая ответа. Внутри всё перевернулось. Ксюша медленно перевела взгляд на её лицо, которое оставалось спокойным. Девушка медленно вложила свою руку в её, чувствуя, как быстро стучит её сердце. Кудрявая сжала её ладонь. И в этот момент время словно остановилось. 

Каждая движется с осторожностью, чтобы не испугать этот хрупкий момент, словно боятся, что он может исчезнуть. Их руки остаются в этом нежном объятии.

Время перестало ощущаться. Осталось только это тепло, дыхание рядом и понимание, что это заканчивается. И впервые за всё время ей стало по-настоящему страшно не за себя. А за момент. Потому что время нельзя остановить.

Она смотрела вперёд, не фокусируясь ни на чём конкретном.

— Завтра будет хуже, да? — тихо сказала Ксюша.

Адель не ответила. Лишь слегка опустила голову вниз. Этого было достаточно. Ксюша слабо усмехнулась и опустила взгляд. Значит, что да.

— Я не знаю, как это делается, — прошептала она.

— Что?

— Прощаться.

Ксюша сжала ладонь, в которой держала руку Адель.

— И не уверена, что хочу узнать.

Адель чуть повернула голову в её сторону, но ничего не сказала.

Они снова замолчали. Фонари светили тускло. Воздух становился холоднее. Людей становилось меньше.

Ксюша подняла взгляд на небо. Ей впервые не хотелось, чтобы наступало утро.

Прошу простите, что очень поздно выкладываю. С учебой вообще времени ни на что нет  
Ну, как вам?