Глава 13
Чонгук
Я и сам не понял, зачем это сделал. Словно тело не подчинялось разуму и действовало против моей воли. Возможно, это было очередное воздействие Лалисы на меня какими-нибудь привораживающими заклинаниями, потому что поцелуй оказался очень приятным, разжигающим во мне бурю эмоций и желания.
В моей жизни были разные девушки, но ни с одной из них не было ничего серьезного. Так, лишь плотские утехи, чтобы выпустить пар и удовлетворить физиологическую потребность. Но ни с одной из них я не испытывал того, что сейчас с Лисой. Я понимал, что ненормально чувствовать что-то такое с неистинной, а значит, вмешательство магии было неоспоримым фактом. Но, даже понимая противоестественность этих чувств, я продолжал целовать ее, испытывая неподдельное наслаждение.
— Что? Что ты делаешь? — задыхаясь, прошептала Лалиса, глядя на меня потерянным взглядом.
— Целую, — ответил, не понимая ее замешательства.
— Я же попросила тебя снять с меня платье, — дрожащим голосом ответила она, вновь крепко потянув за воротник.
— Нет, я сниму его, конечно. Но как же прелюдия?
— Какая еще прелюдия?! Да сделай ты уже что-нибудь! — прорычала она, яростно оттягивая бретели своего платья, будто пыталась их разорвать.
— Ладно, ладно, зачем платье-то портить? На нем же молния есть, — ошарашенно ответил, поворачивая Лису к себе спиной.
— Там молния заела! — прокричала она, но я и так это уже успел понять. — Разрывай платье, не жалей! Что хочешь делай, только скорее сними с меня его!
Ну что ж, раз дама просит разорвать на ней платье, так и сделаю. Может, она от этого удовольствие какое-то получает. Резким рывком потянул платье в разные стороны на стыке молнии, и оно тотчас с треском разорвалось. Лалиса, не дожидаясь моей помощи, вмиг сбросила с себя одежду и вопреки моим ожиданиям рванула в ванную комнату.
— Ну ладно, помойся, раз так надо, — изумленно пролепетал я, наблюдая за ее странными действиями.
Даже не прикрыв дверь и не раздеваясь, Лиса буквально запрыгнула в ванну, схватила душевую лейку и стала поливать себя.
— Ты чего это? — в очередной раз удивился я и шагнул к ванной комнате, желая прикрыть дверь, и совершенно случайно заметил на ее теле красные пятна с жуткими волдырями. — Лалиса, что это?!
— Пролила настой жгучей розы, — всхлипывая, проговорила она.
— Чего же ты сразу не сказала?! — только сейчас я наконец понял смысл фразы «сними с меня платье» и страшно разозлился на себя за тот неуместный поцелуй.
Лалиса ничего не ответила, а лишь расплакалась пуще прежнего.
— Сейчас помогу, — зайдя в ванную комнату, я подошел к Лисе и протянул руку к ее ранам, чтобы залечить, но ничего не произошло. — Что за черт?
Непонимающе взглянул на Лалису, потом на свою руку, и вновь попытался применить магию, но снова безрезультатно.
— Магия не работает, я уже пыталась, — почти шепотом ответила она, поняв мое недоумение.
— Так, ну-ка, присядь, — осторожно усадил ее в ванну, чтобы ненароком не упала и не расшибла голову. — Потерпи немного, я сейчас!
Пулей выскочил из своей комнаты и побежал на поиски комнаты лекаря. Я не знал, куда бежать, но на удачу столкнулся с группой магов в коридоре.
— Как найти лекаря? — своей интонацией я не на шутку перепугал их, потому что в следующую же секунду они побежали вдоль коридоров, указывая путь.
Похоже, они решили, что это вопрос жизни и смерти, раз я так всполошился. К счастью, у Лалисы был не тот случай, однако ее раны выглядели настолько ужасающе, что мне даже трудно было представить, насколько ей сейчас больно. Мне было искренне ее жаль, и очень хотелось поскорее облегчить ее страдания. А еще я боялся надолго оставлять ее одну.
— Вам сюда! — пропыхтел один из магов и указал мне на дверь. Я нетерпеливо постучался.
— Ну кто там еще? — раздался за дверью недовольный голос пожилой дамы, а следом отворилась дверь.
— Я очень прошу прощения за поздний визит, но моей невесте очень нужна помощь, — второпях проговорил я и удивился тому, что слово «невеста» само сорвалось с моих губ без каких-либо раздумий.
— Что у нее? — поинтересовалась дама.
— Она пролила на себя настой жгучей розы, и в тех местах, куда он попал, образовались сильные раны.
— А драконы что, лечить разучились? — зло усмехнулась она.
— Какой-то сбой произошел. Магия не работает, — без лишних слов ответил ей, хотя на языке крутились колкости, но времени не было.
— Вот оно что, — снисходительно ответила женщина. — Сейчас дам мазь.
Она, не торопясь, поплелась вглубь своей комнаты. Достала из шкафчика небольшую склянку и так же медленно вернулась обратно:
— Держите. Смазывайте поврежденные участки пять раз в день, пока не устранят сбой магии и вы сами не сможете ее вылечить.
— Я? Смазывать? — изумился я, но все же взял баночку.
— А кто? Я, что ли? — хохотнула женщина. — Я лекарь, а не сиделка. А вы жених, так вот и занимайтесь своей невестой! Вам с ней еще жить! — выпалила напоследок и захлопнула дверь у меня перед носом.
Ну и нахальная же дама! Тряхнув головой, я помчался обратно. Мысль о том, что Лалису придется лечить мне, никак не радовала, но и других вариантов не было. Не оставлять же ее одну!
Когда я зашел в свою комнату, Лиса по-прежнему сидела в ванной с прикрытыми глазами.
— Я вернулся, — оповестил ее, взяв полотенце.
— Гукки, ты пришел, — на измученном лице появилась легкая улыбка.
— А куда ж я от тебя денусь, — усмехнулся и осторожно подхватил Лалису на руки, чтобы не задеть поврежденную кожу. — От тебя так просто не избавишься.
Отнес обмякшую Лису на кровать, открыл баночку и зачерпнул пальцем мазь. Едва успел дотронуться до кожи, как она тут же дернулась от боли.
— Потерпи еще немного. Я смажу твои раны мазью, и они скоро пройдут, — пытался успокоить ее.
— Гук, не бросай меня. Ты мне нужен, — пробормотала она в бреду.
— Не волнуйся, я буду рядом. Никуда не уйду.
— Ты хороший. Я уже жалею о том, что сделала.
— О чем ты жалеешь? — непонимающе переспросил я, но она не ответила, окончательно отключившись.
Мне оставалось лишь догадываться, что она хотела сказать. Наверное, имела в виду свое неосторожное обращение с реагентом. Когда со смазыванием ран было покончено, я сообразил, что Лалиса лежит в промокшем белье на уже мокрой кровати. Оставлять ее так было нельзя, поэтому пришлось собственноручно перестелить половину кровати, полностью раздеть Лису и переложить ее на сухую сторону.
Даже с этими жуткими ранами ее тело было просто божественным. В забвении я бесстыдно разглядывал ее формы и не мог налюбоваться. Но потом, конечно, отругал себя за то, что воспользовался беспомощным положением и подглядывал. Осторожно прикрыл ее обнаженное тело легкой простыней и устало рухнул в кресло.