35 глава
Вероника
Комната, которую Денис показал мне, была на втором этаже, в конце узкого коридора, пахнущего старой краской и стиральным порошком. Я шла за ним босиком по скрипучим половицам, чувствуя, как холод поднимается от дерева к ногам, и куталась в его кожаную куртку, которая висела на мне как плащ великана. Стены здесь были обшарпанными, с пузырящейся краской и трещинами, похожими на вены под старой кожей. На потолке висела голая лампочка на скрученном проводе - тусклая, жёлтая, она отбрасывала длинные тени на стены, делая коридор похожим на тоннель, ведущий в никуда.
- Вот, - Денис открыл дверь и пропустил меня вперёд. - Здесь будешь жить.
Комната была маленькой, метра три на три, но чистой. В отличие от каморки в доме Майкла, здесь было окно - занавешенное старой тюлью, сквозь которую пробивался серый утренний свет. На подоконнике стояла герань в глиняном горшке - ярко-красная, живучая, как та, что росла у Корнелиуса. Стены были выкрашены в бледно-голубой - краска кое-где облупилась, но это не выглядело страшно. Пол деревянный, крашеный коричневым, с потёртостями у порога и под кроватью.
Кровать стояла у стены - железная, с панцирной сеткой, покрытая клетчатым пледом и двумя подушками в белых наволочках. Плед был тёплым, шерстяным, с бахромой - я провела по нему рукой, чувствуя, как ворс щекочет ладонь. Рядом - старый письменный стол, заваленный книгами. Я не разбирала названия - только видела корешки: потрёпанные, с потёртостями, некоторые - в суперобложках, некоторые - без. На стене висело зеркало в деревянной раме - потускневшее, в мелких пятнышках, но целое. В углу стоял платяной шкаф - дубовый, тяжёлый, с резными ручками.
- Ванная в конце коридора, - Денис указал рукой, пряча ладонь в карман джинсов. Он стоял в дверях, не заходя внутрь, как будто боялся спугнуть меня - дикую, забитую, чужую. - Туалет тоже там. Горячая вода бывает не всегда, но я предупрежу, когда будет. Если что - кипяти чайник на кухне.
- Спасибо, - сказала я. Голос прозвучал глухо, как из бочки.
- Тебе нужно поспать, - он посмотрел на мои босые ноги, на тонкое платье, на синяки на запястьях. В его глазах было беспокойство - не праздное любопытство, не жалость, а что-то другое. Может быть, сочувствие. Может быть, понимание того, что я пережила что-то, о чём не говорят вслух. - Выглядишь как смерть. Извини.
- Я привыкла, - сказала я, и это было правдой.
- Это плохо, - он покачал головой. - Привыкать к такому не должны. Отдыхай. Вечером поговорим.
Он вышел, прикрыв за собой дверь. Я слышала, как его шаги удаляются по коридору - медленные, тяжёлые, как у человека, который несёт на плечах невидимый груз.
Я стояла посреди комнаты, сжимая в руках край его куртки, и чувствовала, как внутри меня поднимается что-то огромное, тёплое, сдавливающее грудь. Я не плакала - просто стояла и дышала. Глубоко, медленно. Воздух здесь пах иначе - не бетоном, не сыростью, не страхом. Он пах деревом, старыми книгами и геранью.
Я подошла к окну. За стеклом был двор - засыпанный жёлтыми листьями, с ржавыми качелями и старой скамейкой под берёзой. Двор был пуст, только воробьи копошились в луже, купаясь в холодной воде. Небо было серым, низким, но не давило. Я смотрела на этот двор, на берёзу, на качели, и чувствовала, как время замедляется. Как мир перестаёт вращаться с бешеной скоростью. Как сердце успокаивается.
Я легла на кровать. Плед был тёплым, шерстяным - он пах стиральным порошком и чем-то ещё, может быть, тем самым домом, которого у меня никогда не было. Я закрыла глаза и провалилась в сон.
Разбудил меня стук в дверь. Вечер, за окном темно - только уличный фонарь отбрасывал жёлтый свет на потолок, рисуя на нём узоры из теней. Я не поняла сначала, где я. В голове была пустота - ни мыслей, ни страха, ни боли. Просто тишина.
- Вероника, - голос Дениса. - Выходи. Познакомлю тебя с ребятами. И поговорить надо.
Я села. На мне была всё та же форма горничной - чёрное платье, белый фартук, кружевная повязка. Я забыла снять её перед сном. Платье помялось, фартук сбился набок. Я пригладила волосы, поправила воротник, встала. Ноги всё ещё были босыми - я не нашла обуви.
На кухне, куда я вошла следом за Денисом, было шумно. За большим деревянным столом сидели четверо мужчин - но то, что я увидела, заставило меня замереть на пороге. Двое из них - здоровяк с бритой головой и добрыми, чуть навыкате глазами, и худой, жилистый мужчина с пронзительными серыми глазами и полуприкрытыми веками - сидели с девушками на коленях.
Девушки были полураздеты. Короткие юбки, кружевные топы, сквозь которые просвечивала кожа. Туфли на невероятно высоких каблуках валялись на полу у порога. Одна из них - блондинка с длинными волосами и ярко-накрашенными губами - сидела на коленях у лысого здоровяка, обвив его шею руками. Она целовала его грудь - медленно, с явным удовольствием, касаясь губами ключиц, спускаясь ниже к животу. Её руки гладили его плечи, скользили по мощной спине. А он - крупный, с широкими ладонями - шлёпал её по заднице, громко, смачно, так, что по телу девушки пробегала дрожь, и она прижималась к нему ещё сильнее.
Вторая - рыжеволосая, с короткой стрижкой и веснушками на лице, точёной фигурой - сидела на коленях у худого. Она целовала его шею, покусывая кожу, проводила языком по ключицам. Его руки сжимали её грудь - нежно, почти собственнически, пальцы мяли кружево топа. Девушка выгибалась, прижимаясь к нему теснее, тихо постанывала, запрокинув голову. Он улыбался - спокойно, уверенно, как человек, который привык получать то, что хочет, и знает, как это делается.
Остальные двое - молодой парень с взъерошенными каштановыми волосами и веснушками на переносице, и мужчина постарше, лет сорока, с сединой в тёмных волосах и усталыми, но добрыми глазами - сидели чуть поодаль, пили чай и о чём-то переговаривались. Они не обращали на происходящее никакого внимания, как будто такое было в порядке вещей. На столе перед ними лежали рации, какие-то провода, ноутбук с потрёпанной крышкой.
Затем сзади послышались шаги. Денис вошёл следом за мной - я не слышала, как он подошёл, потому что боялась пошевелиться. Девушки увидели его, и всё произошло мгновенно.
- Добрый вечер, Денис Корнелиусович! - они соскочили с колен, будто их ужалила пчела. Блондинка поправила топ, одёрнула юбку, быстро застегнула пуговицу на кружевном лифчике. Рыжеволосая выпрямилась, пригладила волосы, поправила сползшую бретельку. Они улыбнулись Денису - вежливо, с ноткой виноватости - и быстро вышли, прошлёпав босыми ногами по полу, подхватив туфли на пороге. Дверь за ними закрылась.
- Познакомься, - Денис жестом пригласил меня сесть за стол, сам сел во главе. - Это мои друзья и партнёры. Без них мой бизнес - такси и эскорт - развалился бы за месяц.
Я опустилась на свободный табурет у края, чувствуя, как колотится сердце. Мужчины смотрели на меня - внимательно, но без давления. Они не сверлили глазами, не раздевали взглядом, не оценивали, как товар на рынке. Они просто смотрели - как на свою, как на человека, которому предстояло стать частью их мира.
- Степан, - Денис указал на здоровяка с бритой головой. - Моя правая рука. Отвечает за безопасность, за порядок на маршрутах, за то, чтобы водители не спали за рулём, а девочки - не попадали в неприятности. Если у нас кто-то пропадает - Степан находит. Быстро, без лишних разговоров.
- Приятно познакомиться, - Степан кивнул, улыбнулся широко, открыто, без тени угрозы. - Ты не бойся, Вероника. У нас тут строго, но по-человечески. Если обидит кто - разберёмся. Это я обещаю.
- Виктор, - Денис кивнул в сторону худого, жилистого мужчины с пронзительными серыми глазами, который только что держал на коленях рыжеволосую девушку. - Финансы и логистика. Он знает всех клиентов. И тех, кто платит вовремя, и тех, кто пытается исчезнуть. Если кто-то должен нам деньги - Виктор знает, как их вежливо попросить. А если не помогает вежливость - знает, к кому обратиться дальше.
- Не пугай девушку, - голос у Виктора оказался неожиданно мягким, с лёгкой усмешкой в конце. Глаза его, с полуприкрытыми веками, смотрели спокойно, почти сонно, но я чувствовала - он видит больше, чем говорит. - Вероника, ты запоминай адреса и заказы, а о деньгах думать не надо. Это моя забота.
- Леха, - Денис указал на третьего - молодого парня с веснушками и вечно взъерошенными волосами. - Связь и техника. Рации, навигаторы, телефоны - его рук дело. Если у кого-то из водителей пропадёт сигнал - Леха найдёт за минуту. Если кому-то из девочек понадобится помощь - он первым увидит тревожную кнопку. Спорим, он уже набил твой номер в телефон, пока ты спала?
- Не набивал, - Леха поднял голову и виновато улыбнулся, откладывая в сторону телефон. - Только проверил, что линии чистые. У нас система - все звонки через меня идут, я маршруты водителям передаю и за девочками слежу. Денис сказал - будешь диспетчером, значит, я тебя настрою. Не бойся, интерфейс простой, кнопок всего три. Справишься.
- И Борис, - Денис указал на старшего мужчину с сединой в тёмных волосах, который грел руки о большую белую кружку с чаем. - Наш бывший диспетчер. Теперь - наставник. Он тебя всему научит, покажет, как работают обе линии - и такси, и эскорт. А потом уйдёт на заслуженный отдых - сказал, что хочет внуков воспитывать.
- Не на заслуженный, а на вынужденный, - Борис поднял кружку, будто чокаясь с невидимым собеседником. - Зрение садится, голова уже не та. А ночами сидеть - это молодость надо иметь. Так что давай, Вероника, учись быстрее. Я тебя натаскаю за неделю.
Денис помолчал, давая мне время осмотреться, привыкнуть к их присутствию. Потом продолжил:
- Теперь о деле. Мой бизнес - это две линии. Такси. И эскорт.
- Такси, - он загнул палец. - Двенадцать водителей, работают посменно. Ты принимаешь заказы ночью - адреса, время, особые приметы клиентов. Передаёшь в общий чат, свободный водитель забирает. С водителями ты не знакома лично - только позывные. Так безопаснее для всех.
- Эскорт, - он загнул второй палец. - Отдельная линия. Клиенты звонят, оставляют заявку - возраст девушки, внешность, особые пожелания. Ты записываешь, передаёшь мне. Дальше я решаю - кого отправить, когда, по какой цене. Ты не обсуждаешь стоимость, не называешь адреса девочек, не даёшь их телефоны. Только принимаешь заказ и пересылаешь мне. Девочки - они как водители, только другие. Им нужна защита. А защита - это мы.
- А девушки, которых ты видела - это наши "сотрудницы" так сказать, работают на Дениса проститутками, - добавил Степан, усмехнувшись. - Видишь, какие они вежливые - при виде Дениса сразу улетели.
- Теперь правила, - Денис стал серьёзнее, голос его зазвучал жёстче, и я почувковала, как напряжение в комнате сгустилось, стало почти осязаемым. - Запомни их раз и навсегда. От этого зависит твоя безопасность. И наша.
- Первое: ты работаешь с восьми вечера до шести утра. Наше время - ночь. Клиенты звонят в любое время, ты записываешь всё, что говорят. Говорить лишнего - нельзя. Спрашивать, зачем им туда-то или почему в три часа ночи - нельзя. Это не твоё дело.
- Второе: ты передаёшь заказы такси в общий чат водителям. Эскорт-заказы - лично мне, в закрытый канал. Никому больше. Даже ребятам.
- Третье, и самое главное, - он повысил голос. - Никогда, слышишь, никогда не перезванивай клиенту. Даже если он просит. Даже если кажется, что это важно. Даже если ты ошиблась в адресе. У них свои правила. Нарушишь - они могут решить, что ты знаешь больше, чем нужно. А это опасно.
- Не для нас, - добавил Виктор тихо. - Для тебя.
- Четвёртое: никому не рассказывай, кого и куда ты возишь. Даже если к тебе придут люди в форме. Особенно если к тебе придут люди в форме. У нас есть схемы, есть отходные пути. Но если ты начнёшь говорить - спасать будет некого.
- Пятое: никогда не выходи из дома ночью. Ни в магазин, ни на улицу, ни во двор. Даже если тебе покажется, что там кто-то есть. Не выходи. И не открывай дверь, если не знаешь, кто пришёл. Я буду стучать условным стуком - три коротких, два длинных. Ребята тоже. Если услышишь другой - не открывай.
- Шестое, - Леха отложил телефон в сторону, и его веснушчатое лицо стало непривычно серьёзным. - Вся техника - под моим контролем. Телефон, компьютер, рация. Чистить историю звонков после каждой смены. Если упадёт связь - жди сигнала от меня, не действуй на своё усмотрение. Ты - не мент, не детектив. Ты просто голос на том конце.
- И последнее, - Денис посмотрел мне прямо в глаза, и я увидела в них что-то, чего не замечала раньше - усталость. Тяжёлую, многолетнюю усталость человека, который каждый день рискует и не может остановиться. - Если ты чувствуешь, что больше не можешь - говори. Сразу. У нас нет права на ошибку. Если ты ошибёшься, могут пострадать люди. Водители. Девочки. Ребята. Я.
Он замолчал. В комнате повисла тишина - только часы на стене тикали, да на плите что-то булькало, да ветер за окном шуршал листвой. Я сидела, сжимая в руках пустую кружку, и думала. О том, что этот человек, Денис, рисковал всем, когда разрешил мне остаться. О том, что эти четверо - Степан, Виктор, Леха и Борис - доверяют ему, а через него - мне. О том, что я не имею права подвести их.
- Я всё поняла, - сказала я. - Я буду работать. И не подведу.
- Хорошо, - Денис кивнул. - Завтра первая ночь. Борис, вводи её в курс дела.
- Сделаем, - Борис допил чай и поставил кружку на стол. Очки его блеснули в свете лампы.
Мужчины задвигались, вставая из-за стола. Степан хлопнул меня по плечу - тяжело, но осторожно, так, чтобы не сделать больно. От его ладони шло тепло.
- Держись, Вероника, - сказал он. - Тут не страшно. Мы - ребята простые. Привыкнешь.
Виктор кивнул на прощание и вышел, бесшумно ступая по скрипучим половицам. Леха улыбнулся мне ещё раз - почти по-мальчишески, пряча телефон в карман джинсов. Борис остался сидеть, поправляя очки на носу.
- Ну что, - сказал он, отодвигая пустую кружку. - Начнём, пожалуй. Время - ночь, дел - по горло. Сиди и слушай. Моя последняя смена, так что не отвлекайся.
Я кивнула. Села рядом с ним, сжимая в руках чашку с мятным чаем, который заварил Денис перед уходом.
За окном темнело. В доме пахло деревом, старыми книгами и надеждой. Я смотрела, как Борис открывает ноутбук - старый, шумный, с потёртой крышкой, с наклейками на корпусе - и чувствовала, что этот день станет первым днём моей новой жизни.
Первый звонок раздался ровно в двадцать один ноль-ноль. Я вздрогнула - резко, отчаянно, словно от удара током. Борис положил руку мне на плечо - спокойно, без напряжения.
- Бери трубку, - сказал он. - Говори, как учил.
Я поднесла телефон к уху. Голос в динамике был низким, хриплым, с кавказским акцентом:
- Такси. Мне нужен адрес - посёлок Северный, дом двадцать пять корпус один. Через полчаса. Трое.
- Принято, - сказала я. - Машина будет через двадцать минут. Ждите у подъезда.
Я положила трубку, записала адрес в тетрадь - тем, чему учил меня Борис - и повернулась к нему.
- Всё правильно?
- Всё правильно, - он кивнул. - Передавай водителю. Восьмой сейчас свободен.
Я отправила заказ в общий чат. Через минуту пришёл ответ - короткое «понял». Машина уже выезжала.
Я сидела у окна, смотрела в тёмный двор, и впервые за долгое время не чувствовала страха. Только усталость. И надежду.