Кусочки правды
Ночь выдалась тёплой. Облака на небе никак не желали расступаться, так что ни луны, ни звёзд видно не было. Лёгкий ветер теребил листву длинных сосен, влажный воздух пах хвоей, сырой землёй и мхом. Перед глазами то и дело появлялись маленькие огоньки - светлячки. Только они и служили источником света в ночной тьме.
Я и раньше бывала в Запретном лесу и, признаться честно, не питала к нему особенно тёплых чувств. Лес одновременно наводил страх и интерес - что же за звери могут прятаться за кронами деревьев? И какие тайны может прятать сам лес? Сейчас, впрочем, это волновало меня меньше всего. Я была полна решимости - ведь всего несколько минут назад Дамблдора, любимого всеми директора, отстранили от должности, а Хагрид, должно быть, уже находится на пути в страшную тюрьму для волшебников - Азкабан! Помощи было ждать просто не от кого! Так что мы с Гарри и Роном просто обязаны взять себя в руки!
Я старалась не думать о том, как придётся заходить в логово пауков, насколько они отвратительны и неприятны. Я утешала себя мыслью, что намного больше их и знаю пару-тройку отличных оглушающих заклятий. К тому же так я здорово помогу Хагриду и Дамблдору... Гарри, видимо, посещали подобные мысли - таким решительным я видела его редко, разве что только перед матчами по квиддичу. Рон шёл бледнее мела. Друг крепко держал меня за запястье и смотрел в одну точку. Клык, который догнал нас чуть позже, семенил рядом, весело виляя хвостом. Да уж, собачонка явно не догадывалась, куда мы идём... Клык то и дело что-то нюхал, пытался ловить пауков, за которыми мы следовали, но все попытки оказались безуспешными.
- Рон, ты мне сейчас раздавишь руку, - посетовала я.
Друг тотчас выпустил моё запястье, но в его глазах прочитался такой ясный ужас, что я тут же вернула ему ладонь. Не хватало ещё, чтобы Рон упал в обморок...
Мы шли долго, не меньше полутора часов. Ноги ужасно устали, хотелось остановиться и передохнуть, но нельзя - иначе пауки ускользнут, и вся вылазка окажется напрасной... Неизвестно, когда пауки ещё раз появятся в Хогвартсе, раз так активно убегают. Если вообще появятся. Честно говоря, пройдя такой длинный путь, мне уже было всё равно - съедят нас пауки, не съедят... Главное - уже хоть куда-нибудь добраться. Я даже была не уверена, что мы найдём дорогу назад в замок, впрочем, можно будет задействовать магию наших с Гарри украшений.
Спустя ещё некоторое время меня начало клонить в сон. Ноги запутывались, глаза слипались, а тёплый ветер соблазнительно убаюкивал. Не знаю, каким чудом я ещё не грохнулась на землю и не заснула.
- И откуда у этих коротколапых столько сил... - пыхтел Гарри, с усилием шагая вперёд.
Мы вышли на какую-то поляну. Облака наконец расступились, и теперь лунный свет заливал собою всё пространство. Неожиданно раздался подозрительный треск. Затем ещё один. И ещё. Мы с друзьями замерли, напрочь забыв о пауках. Сквозь густую листву и пышные кустарники к нам кто-то рвался, причём не жалея местную флору. Слышался треск обрываемых веток и какой-то странный ропот. Я вытащила палочку и направила её в то место, где слышались звуки. Что ж, если придётся сражаться, я готова... Однако Гарри и Рон уже тащили меня прятаться в кусты.
- Что это? - спросил Рон.
- Что-то большое, судя по звукам, - протянул Гарри. - Хоть бы не оборотень...
- Ничего, отобьёмся, - я беспечно махнула рукой и демонстративно покрутила палочку в руках.
Гарри шикнул, ведь это нечто вышло на поляну. Я вытянула шею и... громко рассмеялась. Я бесцеремонно покинула «укрытие» и смело посмотрела на предполагаемого злодея. На меня смотрели два жёлтых «глаза» бирюзовой машинки, в которой пару раз я уже ездила.
- Фордик! - Рон облегчённо выдохнул и тоже вышел на поляну. За ним потянулся Гарри. - Он всё это время был здесь! Совсем одичал.
Что правда, то правда: у машины были наполовину разбиты стёкла, вся она была в грязи и пыли, зато все шины целы!
Пока Рон чуть ли не обнимался с Фордиком, мы с Гарри переглядывались. Я подступила ближе к брату. Тот взял меня за руку.
- Руки как лёд, - сказал Гарри, взволнованно покосившись на меня. Его ладони оказались сухими и тёплыми.
- Ты же знаешь, так всегда, - я пожала плечами.
- Эй, ребята! - прокричал Рон.
Мы пропустили выкрик друга мимо ушей.
- Слушай, Лина, я знаю, что для тебя это непросто... Особенно если учитывать все твои истории с пауками. Но я рад, что ты решилась и Рона уговорила, - Гарри мягко улыбнулся. - Я говорил, что и без вас справлюсь, но это был блеф. Куда бы я без вас пошёл...
- Ребята... - послышался тревожный голос Рона.
Мы с Гарри снова проигнорировали друга.
- Слушай, Гарри, мне нужно тебе что-то рассказать про... - я глубоко вздохнула. Возможно, это навсегда изменит отношение брата к нему. - Про Макса Файера...
- РЕБЯТА!!! - закричал Рон.
Мы с Гарри одновременно вздрогнули, и в ту же секунду мои ноги оторвались от земли. Гарри повезло меньше - его перевернули вверх тормашками, так что я видела только его ноги. Сзади так же волочили истошно вопящего Рона. Всё происходило словно в неясной дымке, будто пространство вдруг укрылось густым туманом. Искры заплясали у меня перед глазами, а голову пронзила острая боль - я не успела увернуться от ствола дерева. Моё тело ослабло, я обмякла в пушистых лапах существа. Гарри и Рон в унисон закричали: «Лина!», так как существо подняло меня выше, приблизив к самой морде. Однако мне уже было всё равно. Я безразлично взглянула прямо в глаза-бусинки пауку-великану, прежде чем провалиться в беспамятство.
---
Тисовая улица, дом четыре, пыльный чердак, ночь
Я проснулась не сразу. Безмятежные сны не хотели отпускать, да и я сама не хотела покидать их. Во снах всё равно намного приятнее, чем в реальности... Однако внутренний голос подсказывал, что что-то не так. Да, именно! Что-то будто щекочет лицо, причём сразу в нескольких местах. Я поморщилась, но проигнорировала щекотку. Мало ли - пыль.
Я спала на чердаке, где всегда было темно и немного душно, даже ночью нельзя было спастись от ужасной жары. Именно поэтому я редко укрывалась одеялом - всё равно под толстым слоем сшитых между собой тряпок (да, такое одеяло выделили мне Дурсли) я бы не смогла уснуть.
Щекотка повторилась, причём она стала более отчётливой и противной. Я резко напряглась, потому что поняла, что это не случайное касание тёплого ветерка, а именно движение по коже, и в ту же секунду у меня возникло сильное чувство страха. Сердце вдруг тревожно ёкнуло, внутренний голос просто кричал, что что-то не так.
Я открыла глаза, но меня встретила лишь темнота. Кроме слабого серого света из щели в крыше, никакого освещения не было. В этот момент я почувствовала, что по моему лицу, по щеке, возле губ и по подбородку действительно что-то двигается, и таких движений было несколько одновременно. Сердце забилось как сумасшедшее, а на глаза навернулись слёзы. Я перевернулась на бок, и на подушку что-то свалилось. Я пригляделась и... едва не закричала во всю глотку - паук. Огромный, жирный паук стремительно покидал мою кровать, перебирая своими маленькими мерзкими лапками. За ним потянулись сородичи. Да, с моего лица на кровать сваливались тонны пауков, и все они убегали. Звук их маленьких ножек сводил меня с ума, но нельзя кричать... Иначе, если проснутся Дурсли, они непременно накажут и меня, и Гарри.
Я резко дёрнулась, наконец села на кровать и с глухими всхлипами начала хаотично бить себя ладонями по лицу, не контролируя движения.
Мне стало очень страшно, потому что у меня возникла мысль, что эти существа могли попасть в рот. От этой мысли усилилась паника, дыхание сбивалось, и я не могла нормально говорить, хотя пыталась что-то сказать.
- Гарри... - с трудом выдавила я имя брата. Сегодня вечером мы как раз читали сказку друг другу и благополучно заснули...
Брат тут же проснулся, зашевелился, взял с ближайшей полки фонарик и включил его. В глаза ударил ослепительный свет.
- Лина, что случилось?.. - спросил Гарри сонным голосом.
Я посмотрела в глаза заспанному брату, и по щекам снова покатились горячие слёзы. Только сейчас до меня начало доходить, что произошло.
- Лина, ты плачешь? - испугался брат. Он подполз поближе ко мне и обнял за плечи, растерянно пытаясь расспросить, что же произошло.
У меня началась истерика. Я захлёбывалась в собственных слезах и не могла выдавить ни звука. Воздуха перестало хватать, в глазах потемнело. Я отчаянно пыталась сказать хоть что-то, но ничего не получалось.
- Они... - наконец выдавила я. - Они ползали по моему лицу...
Выдавив это, я снова разразилась слезами, указывая на пол. Гарри в растерянности посветил туда фонариком. По грязному полу всё ещё ползли пауки, эти мерзкие твари. Почему-то в темноте мне показалось, что их намного больше, да и размером каждый из них с приличное яблоко. На деле это оказались самые обычные мелкие пауки, не больше грецкого ореха. Но, увидев их, я закрыла лицо руками и громко всхлипнула.
Гарри тут же понял, в чём дело.
- А ну пошли отсюда, твари! - зашипел брат, отгоняя пауков фонариком. - Ну вот, Лина, видишь, здесь больше никого нет...
- Но они были... - дрожащей рукой я указала на своё лицо.
- Не бойся, они ушли. Я сам видел, - твёрдо заявил Гарри. - Хочешь, я буду охранять тебя всю ночь?
- Не надо, - прошептала я, пытаясь вырваться из объятий брата.
- Тогда давай я почитаю тебе. Только не плачь... - сказал Гарри. Он отчаянно пытался меня успокоить и, похоже, испугался даже сильнее, чем я.
- Хорошо, - я утёрла слёзы тыльной стороной ладони.
Кожа тут же покрылась мурашками - руки у меня, как обычно, были словно лёд. Когда я снова, не без опаски, легла на то же место, прозвучал спокойный голос Гарри. Кажется, он читал «Волшебника страны Оз». Под мягкий голос брата я постепенно перестала дрожать. Глаза начали слипаться, я задышала ровно и спокойно, на всякий случай укрывшись пыльным одеялом. Тогда, когда я уже начинала проваливаться в сон, сквозь полудрёму я спросила Гарри:
- Они больше не придут ко мне?..
- Не придут. Обещаю.
Я улыбнулась и благополучно заснула.
---
Я резко очнулась. Кто-то больно швырнул меня об землю, так что я проехалась лицом по холодной земле. Впрочем, меня тут же грубо подняли в воздух. Я всё поднималась и поднималась, будто летела, и смогла открыть глаза только тогда, когда меня больно припечатали к чему-то липкому. В глаза мне уставился паук размером с приличную машину. Паук замер, а потом... улыбнулся? Впрочем, он тут же уполз куда-то вправо, а я смогла оглядеться.
Я оказалась в огромной тёмной пещере. Сюда едва мог пробиться свет луны, поэтому мне пришлось напрячь зрение, чтобы увидеть хоть что-то. Вокруг оказалось довольно много паутины... я и сама была в паутине! Моё тело почти полностью погрузилось в толстый слой белых ниток. Они шли замысловатым кругом, причём я была в самой серединке. Снизу послышались мальчишеские голоса, и я едва смогла опустить голову.
- Лина!
- Лина!
Мне пришлось выплюнуть комья застрявшей в горле земли, чтобы говорить.
- Всё хорошо! - прохрипела я. - Меня ещё не съели! Правда, я в каком-то кругу! Если что, буду отбиваться кулаками! Не бойтесь за меня!
- Лина, ты точно в порядке?! - спросил Гарри. Голос у него звенел от напряжения.
- Да! Да! - прокричала я. - Только если не хочешь, чтобы твоя сестра стала ужином для сотни пауков, не выпускай магию, слышишь, Гарри? Она может их спровоцировать.
- Мы придумаем, как тебя вытащить, обещаю! - крикнул Гарри.
Я улыбнулась, почему-то совсем не ощущая паники. Ну, если уж Гарри обещает, то он это выполнит. Кому-кому, а брату я верила безоговорочно.
- Кто посмел нарушить мой покой? - проскрипел басом мужской голос.
Гарри замолк. Вместо этого они с Роном подняли головы и с широко раскрытыми глазами посмотрели куда-то за мою спину. Я едва смогла повернуть голову, но это стало ошибкой. Я чуть снова не потеряла сознание: огромный, в несколько раз больше меня самой, чёрный, лохматый паук громоздился на небольшом выступе камня. Десяток глаз оказались молочно-белого цвета, а сам паук опасно лязгал челюстями.
Клац. Клац. Клац.
- Чувствую людей, - протянул голос. - О да, такой сладкий запах тёплой плоти...
Паук стал приближаться ко мне, а я что есть мочи задёргала руками. Вот бы хоть одна была свободна...
- Мы друзья Хагрида! - крикнул Гарри. Наготове брат уже держал волшебную палочку, нацелившись прямо в голову пауку. - Хагрид в беде, из-за этого мы здесь.
- Да, - поддержала я брата. - Министр и... э-э-э... остальные думают, что он напустил кого-то на учеников. Хагрида увезли в Азкабан.
Паук так яростно щёлкнул жвалами, что мне невольно снова захотелось вжаться в паутину.
- Ну хорошо, друзья Хагрида... можете звать меня Арагог. Это случилось давно, - сказал паук. - Все решили, что я чудовище из Тайной комнаты и что Хагрид выпустил меня.
- Разве вы не жили в Тайной комнате? - спросил Гарри.
Арагог возмутился. Он рассказал, что родился далеко от Хогвартса и был подарен Хагриду ещё в яйце. Хагрид заботился о нём и спас, когда его обвинили в смерти девушки.
- Я никогда не нападал на людей, - заявил Арагог. - Из уважения к Хагриду. Девушку убило другое чудовище, живущее в замке. Мы, пауки, смертельно его боимся.
- Что это за чудовище?
- Мы не называем его имени, - отрезал Арагог.
Всё это время, пока огромный паук говорил, я не оставляла попыток вырваться из липкой паутины. Всё кольцо при одном только моём движении сотрясалось, и всё же я отчаянно пыталась вырвать хотя бы руку. Пауки на мои терзания никак не реагировали, им, попросту говоря, я была безразлична. Кто знает, может, они посчитали меня плохим ужином? Выяснять мне этого не хотелось, и я задёргалась ещё более активно. И, о чудо, я смогла вырвать руку из ужасного кокона паутины! Тем временем пауки плотным кольцом окружали Гарри и Рона.
- Моим детям запрещено трогать Хагрида, но не его друзей. Я не стану лишать их добычи, - сказал Арагог. Он хохотнул. - Убейте их.
И тогда я решилась. Сейчас или никогда. Я резко взмахнула рукой, подняв в воздух огромный булыжник, весь покрывшийся мхом, и со всей силы ударила им по паукам, окружавшим Гарри и Рона. Тем же булыжником я рубанула куда-то вправо, и из недр пещеры послышался страшный лязг.
- Убейте их! - вопил Арагог.
Я тем временем уже высвобождалась из кокона: аккуратно подцепив ногтем паутинку, я со всей силы дёрнула её. Узел тут же ослаб, тело отклеилось от паутины, а сама я полетела вниз. К счастью, разбиться мне не дали: Гарри ловко поймал меня, однако я всё равно смогла ощутимо стукнуться лодыжкой о стену пещеры. Нога тут же вспыхнула болью. Защищаться я больше не могла, как вдруг помощь пришла оттуда, откуда её не ждали.
С громким визгом в пещеру ворвалась бирюзовая машина марки «Форд».
- Фордик! - закричал Рон, одновременно с этим хватая лающего Клыка.
Гарри, со мной на руках, бросился к машине: та ловко раскидывала пауков по пещере. Мы с братом с разбегу залетели на задние сиденья. Рон, бесцеремонно скинув трясущегося Клыка к нам, занял место водителя. Ещё миг - и мы на полной скорости вылетели из пещеры. За нами ещё гнались несколько десятков существ, но Рон гнал так быстро, что никакой паук не смог бы догнать машину. В окне замелькали деревья, и только тогда мы с ребятами смогли одновременно облегчённо выдохнуть.
- Вы живые? - рассеянно спросил Рон.
- Живые, живые... - пробурчал Гарри.
Я, обнимавшая Клыка, испуганно кивнула.
- Лина, ты как? - тут же повернулся ко мне брат.
- Нога болит, - поморщилась я. - Но это ничего... Не стала ужином для пауков - уже спасибо.
- Не шути так, - содрогнулся Рон. - Я слышал, что некоторые пауки могут быть ядовитыми, а их укусы иногда оказываются смертельными.
- Как только приедем в Хогвартс, мы ведём тебя к мадам Помфри, - решительно заявил Гарри.
Я встрепенулась.
- Да вы что, никто меня не кусал!
Но Гарри был непреклонен. Как только мы попали в школу, брат потащил меня в Больничное крыло. При этом Рон так громко открывал дверь, что наверняка перебудил не меньше половины школы! Сонная мадам Помфри, в пижаме и с бигуди в волосах, осмотрела мою ногу и вынесла вердикт: небольшой вывих. Медсестра удивилась: где это я успела вывихнуть ногу ночью? Пришлось наврать с три короба, мол, в ванне поскользнулась, а мальчики помогли дотащить до Больничного крыла. Мадам Помфри поохала, но баночку волшебной мази всё-таки дала, ещё и напоила травяным чаем «для профилактики». Из Больничного крыла мы трое выходили с расслабленными лицами. Впрочем, Рона всё ещё колотила мелкая дрожь.
- Следуйте за пауками... - прошептал друг. И, не стесняясь, на весь коридор закричал: - Следуйте за пауками! Если Хагрид выберется из Азкабана, я его убью! Какой смысл было посылать нас туда?! Что мы узнали?!
- Очень многое! - заметил Гарри, помогая мне идти. - И самое главное - Хагрид никогда не открывал Тайную комнату.
---
Пролетело несколько дней. Волшебная мазь мадам Помфри очень меня выручила - боль в ноге как рукой сняло в то же утро! Глубокий шок мальчишек (в частности, Рона) тоже прошёл, и теперь они постоянно подкалывали меня.
- Интересно, Лина, ты теперь сможешь плеваться паутиной? - с интересом спрашивал Рон.
- И лазать по стенам? - ехидно добавлял Гарри.
- Ага, и стрелять лазерами из глаз, - закатывала я глаза. - Не валяйте дурака, никакой паук меня не кусал.
Ко всему прочему, домашних заданий с каждым днём становилось всё больше и больше - приближались годовые экзамены. Между тем эту маленькую неприятность скрашивала погода - небосвод радовал тёплым солнцем, птицы возвращались из тёплых стран, расцветали первые ландыши. В спальне теперь пахло изумительно - совсем недавно возле окна расположились обширные кустарники плетистых роз. По утрам, когда аромат стоял особенно сладкий, я выглядывала из окна. Тёплый ветер трепал мои волосы, прилично отросшие за учебный год. В такие моменты мне всегда хотелось улыбаться. И была бы я самой счастливой девочкой на свете, если бы не вся эта заварушка с Тайной комнатой, пауками, наследником Слизерина. А ещё Гермиона - её оцепеневшее тело до сих пор лежит в Больничном крыле, и остаётся только ждать урожая корня мандрагоры.
Тем не менее мальчишки редко давали мне скучать, да и я им. Во-первых, подготовку к экзаменам никто не отменял - я составила подробный список повторения ещё в начале весны, и мне не терпелось взяться за книги (в отличие от Гарри и Рона). Во-вторых, мы с мальчиками каждый вечер подробно обсуждали приключение с пауками. По большей части говорил Гарри: мы с Роном тогда так перепугались, что почти ничегошеньки не запомнили из длинных речей Арагога. В один вечер Гарри высказал догадку.
- Помните, Арагог говорил про девочку, которую убило чудище? - требовательно спросил Гарри. Услышав наши с Роном неуверенные «ммм...», брат продолжил: - Так вот, я думаю, мы её знаем. Плакса Миртл.
- Плакса Миртл?! - переспросила я и задумалась: а в самом деле, что мы знаем об этой девчонке? Любит пугать студенток в туалетах, много плачет и постоянно вредничает... Но вот о её жизни, учёбе - ничего. Так что я сказала:
- Это вполне вероятно, Гарри!
Однако добраться до логова Арагога оказалось легче, чем пробраться в туалет Плаксы Миртл. За студентами теперь наблюдали пристальнее обычного: мне иногда казалось, что Перси прямо-таки следит за тем, как я пережёвываю еду. Преподаватели на каждой перемене чуть ли не за ручку водили каждого студента из кабинета в кабинет. Особенно жутко было вышагивать по школе со Снейпом: будто сзади плетётся граф Дракула, ей-богу. К тому же во время таких «прогулок» профессор кидал на Гарри такие едкие взгляды, что мне иногда думалось, будто Снейп не прочь оставить брата на растерзание чудовищу. Вдобавок ко всему возле каждой гостиной теперь дежурили взрослые. Этот неприятный факт обнаружила именно я. Я хотела выскользнуть из гостиной, а столкнулась нос к носу с профессором Флитвиком (сначала я подумала, что это и есть наследник Слизерина, так что чуть не поджарила профессору уши! Стыдно было ужасно...). Пришлось соврать, что я хожу во сне. С помощью несложных умозаключений можно было понять, что такая «охрана» бродит по Хогвартсу каждую ночь. Попробуй тут выберись из гостиной! Но, с другой стороны, учителей можно было понять: без Дамблдора обстановка в школе сильно накалилась, все ходили как на иголках.
Ночи теперь я проводила почти без сна: просто смотрела в потолок и пыталась думать. Именно поэтому на выходных я отсыпалась как следует: могла провести в спальне целый день, если, конечно, Гарри не присылал Буклю с одновременно гневными, обеспокоенными и грустными письмами. Но я ничего не могла с собой поделать: не спать же мне на уроках! Так что в субботу я бессовестно проспала первую половину дня и явилась только на обед.
- Лина, ты такое пропустила! - сказал Рон, как только я уселась на лавку, отчаянно зевая. Но едва до меня дошёл смысл слов, я резко захлопнула рот и встрепенулась.
- Дамблдор возвращается?! - я невольно вытянула шею, но за преподавательским столом директора было не видать.
- Ну это уж совсем было бы праздником, - хмыкнул Гарри, подливая мне в стакан апельсиновый сок.
- Джинни! - объяснил Рон. - Джинни что-то хотела нам сказать за завтраком. Она долго мялась, видно было, что это что-то важное, да, Гарри? Но тут, как обычно, вмешался Перси. Он тоже кое-что интересное упомянул. Видел Джинни вне гостиной без сопровождения, представляешь? Эти двое явно что-то недоговаривают.
Меня словно холодным потом прошибло. Сразу вспомнились слова Макса: «Это гриффиндорка. Джинни Уизли». Но ведь это же бред! Полнейший бред! Мой мозг просто отказывался верить даже в маленькую вероятность причастности милой первокурсницы Джинни к тем ужасам, что творятся в школе. Я не могла и не хотела в это верить. «С другой стороны, она ведь и правда вела себя подозрительно», - эта мысль пришла в голову внезапно. Нет-нет-нет, я не должна так думать. Джинни - это ведь Джинни. Она и мухи не обидит! Хотя... а вдруг я не так хорошо её знала? Я едва не взвыла от собственных терзаний.
- Лина? - Гарри наклонился ко мне, явно заметив, как я переменилась в лице. - Ты в порядке?
Я тут же улыбнулась и молча кивнула. Да уж, в порядке...
---
Шли дни, приближались экзамены и конец учебного года, а возможность сделать небольшую вылазку в туалет Плаксы Миртл так и не представилась. Мы прибегали ко всем хитростям, какие только можно было придумать. И выскальзывали из класса позже всех, и пытались незаметно покинуть Большой зал во время приёмов пищи, и ночью из гостиной пытались выбраться. Нас постоянно ловили и уже начинали подозрительно коситься в нашу сторону.
- Ещё чуть-чуть, и они приставят к нам индивидуальную охрану! - сокрушался Рон.
- Вот именно, - кивнул Гарри. - Поэтому теперь рисковать нельзя. Тише воды, ниже травы. Всё понятно?
Гарри одарил меня таким многозначительным взглядом, что я невольно закатила глаза.
- Всё понятно! Никаких рисков... - буркнула я.
Между тем девяносто процентов студентов совсем уж разуверились в нашей с Гарри причастности к открытию Тайной комнаты, особенно после нападения на Гермиону и обыска наших спален. Должно быть, у меня на лице было написано «невиновна», ибо теперь все рассыпались в извинениях и комплиментах. Мы с Гарри постоянно были на виду и, похоже, обрели прежнюю популярность среди студентов. Это меня хоть как-то радовало и приносило былые преимущества. Вернулись разговоры до поздней ночи в гостиной, меня стали окликать и даже называть по имени. Восхищённые взгляды в Большом зале, приветливые улыбки. На душе было намного спокойнее. Не то что раньше: шёпотки, слухи, обзывательства за спиной, затравленно опущенные глаза... Да, это совсем не то. Однако я видела, что Гарри эта популярность только докучала и мешала сосредоточиться. Он хотел как можно скорее покончить с нападениями и наследником Слизерина. Я его понимала.
Шанс попасть в туалет Плаксы Миртл выпал в четверг, на перемене. Нас сопровождал Локонс, и пребывал он в крайнем разочаровании. Профессор сетовал, что из-за этого вечного дозора он не может нормально завить волосы, отбелить зубы... Услышав это, мы с Гарри переглянулись.
- Помяните моё слово, первым, что скажут оцепеневшие, когда проснутся, будет: «Это был Хагрид», - качал головой профессор.
- Вы совершенно правы, сэр, - сказал Гарри убедительно.
Я миленько улыбнулась и кивнула. Рон, видя эту картину, чуть не выронил учебники из рук.
- Вы...
Я вовремя наступила другу на ногу.
- К чему вся эта предосторожность, если и так понятно, что к чему! - в голосе Локонса слышалось настоящее возмущение. - Все эти ночные дежурства, прогулки с учениками между уроками. Будто у учителей нет дел!
- Вы совершенно правы, сэр.
Я улыбнулась ещё шире и снова покивала головой. Рон быстро понял, что к чему.
- Почему бы, сэр, вам прямо сейчас не отказаться от этой чепухи? - сказал он. - Осталось всего-то пройти один коридор...
- А ты знаешь, Уизли, я, пожалуй, последую твоему совету, - решил Локонс. - Мне надо подготовиться к следующему уроку.
И Локонс поспешно удалился.
- Подготовиться к уроку... - хмыкнул Рон. - Волосы пошёл завивать!
Когда большая часть класса оказалась впереди, мы с Гарри и Роном рванули назад. Профессор Бинс не сильно обидится, если мы с ребятами опоздаем, а может, и вообще не заметит. Так или иначе, моё воодушевление возрастало с каждой секундой. Нужно только незаметно нырнуть в туалет и...
- Поттеры! Уизли! Что это вы здесь делаете? - строгий голос профессора МакГонагалл остановил нас, причём я от неожиданности едва не свалилась на пол! К счастью, Рон быстро придержал меня за локоть. Я благодарно кивнула другу и с невинными глазами повернулась к декану.
- Мы собирались пойти... повидать Гермиону! - нашёлся Гарри. М-да, в последнее время мы всё чаще врём учителям.
- Мы её не видели лет сто, профессор! - добавил Рон.
- Так скучаем... - добавила я грустным голосом.
Неожиданно лицо профессора МакГонагалл смягчилось. Она одарила нас троих каким-то странным, озабоченным взглядом, а потом на её глаза навернулись слёзы. Профессор мигом попыталась взять себя в руки, но слёз в её обычно непроницаемых глазах становилось только больше. Я поспешно подала МакГонагалл свой платочек, и она благодарно приняла его.
- Конечно-конечно... - непривычно робким тоном сказала профессор. От былой строгости в её голосе не осталось и следа. - Я сообщу профессору Бинсу, что вы немного задержитесь... Скажите мадам Помфри, что я вам разрешила.
МакГонагалл высморкалась в мой платочек и поспешно удалилась, не забывая при этом кидать на нас сочувствующие взгляды. Когда профессор скрылась за ближайшим поворотом, мы с Гарри одновременно шумно выдохнули.
- Здорово! - с чувством произнёс Рон. - Лучше ты ещё ничего не выдумывал!
Но делать нечего - мы с Гарри и Роном поплелись в Больничное крыло. Там нас ждал сюрприз. Едва двери распахнулись, я увидела рядом с койкой Гермионы... Макса! А вместе с ним - чёрного кота с необычными треугольными ушками. Кот вальяжно раскинулся на кровати, в ногах Гермионы, и мирно спал. Едва мы с Гарри и Роном переступили порог Больничного крыла, кот вздрогнул и проснулся. На секунду я даже устыдилась, что так громко захлопнула дверь, но, увидев насмешливые глаза Файера, стыд как рукой сняло. Я демонстративно насупилась.
Мадам Помфри встретила нас не очень радушно. Медсестра посетовала на безответственность учителей, но всё же позволила нам посидеть рядом с Гермионой. Макс, услышав эти слова, тут же встал, собираясь покинуть комнату.
- Пойдём, Феликс, - приказал коту мальчик, и тот послушно засеменил за ним.
- Почему? Останься! - предложил Гарри Максу. И с каких пор он проникся к Файеру такой симпатией?
Макс упрямо покачал головой.
- Это ваша подруга. Мне вообще здесь делать нечего.
Пока Гарри и Рон усаживались по обе стороны от койки Гермионы, Макс остановился возле меня. Я упорно делала вид, что не замечаю его.
- Я знаю, что ты мне не веришь. Но я не лгал, - глаза Файера просветлели.
Я не смогла сдержать гневного выдоха и посмотрела на мальчика в упор.
- Если ты до сих пор веришь в свою смехотворную байку, нам совершенно не о чем разговаривать, - я гордо задрала подбородок, смахивая с лица чёлку. - Кстати, что за кот у тебя? Дрессированный?
Теперь пришёл мой черёд насмешливо улыбаться. Макс внимательно посмотрел на меня, едва сдерживая гнев. Мальчик раздражённо фыркнул, и меня это взбесило ещё больше. Я уже собиралась развернуться и подойти к друзьям, как вдруг Макс взял меня за руку. Я уже собиралась возмутиться, как вдруг почувствовала, что Файер передал мне какую-то бумажку.
- Надеюсь, это поможет усомниться тебе в собственной правоте, - заносчиво сказал мальчик и неспешно покинул Больничное крыло со своим хвостатым другом.
Я в удивлении посмотрела на смятый, вырванный из книги кусок пергамента. Так этот гад ещё и библиотечные книги портит! Вот уж мадам Пинс обрадуется! Я снова гневно выдохнула и громко плюхнулась на табуретку рядом с кроватью Гермионы.
- Что Файер от тебя хотел? - с интересом спросил Рон.
- Ничего такого, - я поморщилась. - Передал какой-то свёрток.
Я продемонстрировала друзьям пергамент. Гарри, до этого внимательно изучавший лицо Гермионы, ошеломлённо уставился на листок. И удивился ещё больше, когда я его развернула. Брат показал в руке точно такой же смятый листок, только с другим текстом.
- Где ты взял? - ошеломились мы с Роном.
- Был зажат в руке у Гермионы, - Гарри пожал плечами.
Я отдала ему пергамент. Брат нахмурился.
- Похоже, это... листки из одной книги! Смотрите, на Гермионином написано снизу страница 165, а на листке Макса - 166. Это продолжение текста!
Мы с друзьями переглянулись. И лишь мы прочитали первое слово, всё сразу стало понятно. Ну или почти. Но главное мы узнали - чудище, напавшее на всех маглорождённых, на Гермиону... это Василиск.