The freak circus 🎪

Доктор~

Ты шла по туманным безлюдным улицам Лондона. Стояло раннее утро; солнце редко показывалось в столице королевства, и эта влажность всегда действовала тебе на нервы. Укладка держалась из последних сил под небольшой шляпкой с чёрной вуалью, которая скрывала твоё лицо от посторонних глаз. Корсет безжалостно стягивал грудь, затрудняя дыхание. Тяжёлая ткань платья и белья неприятно липла к телу, а жесткие кожаные туфли до крови натирали косточки на ногах.

Ты аккуратно обходила лужи, приподнимая подол тёмного платья; стук каблуков гулко раздавался в тишине ещё спящего района, пока ты пыталась игнорировать гнилостный запах реки и смрад близстоящего завода. Смог — проклятие, пришедшее вместе с промышленной революцией. Он очернял фасады домов и делал воздух непригодным для жизни. Однако кому есть дело до обычных горожан, когда предприятия приносили баснословную прибыль? Смертность стремительно росла, но вина не могла целиком лежать на фабрикантах. Сама мода, — эти удушающие корсеты — вносили свою лепту в статистику женских и детских смертей. Королева Виктория, вероятно, и не подозревала, что косвенно лишит жизни многих нерождённых младенцев, но факт был налицо.

Для тебя же это значило лишь одно: горы изнурённой работы, которую приходилось выполнять практически в одиночку. Ведь ты — гробовщик. Семья отреклась от тебя, напоследок заклеймив позором и стервятницей, наживающейся на чужом горе.

Ключом ты отворила дверь из чёрного дуба. Колокольчик над головой зазвонил приятной, чистой трелью — единственный живой звук в этом мрачном месте. Впереди стоял твой рабочий стол, а вдоль стен в ряд выстроились готовые деревянные гробы. Ты зажгла несколько свеч, разгоняя густой полумрак, и прошла в соседнюю комнату — бальзамирующую.

На холодном металлическом столе покоился усопший. Его тело ты уже успела привести в порядок, теперь оставалось только сделать ему посмертный макияж и одеть старика в парадный костюм. Это был твой сосед — добрый пожилой мужчина со следующей улицы. Они с женой всю жизнь держали крошечный кукольный магазин, у которого теперь осталась лишь одна владельца.

Ты горько вздохнула. Скорее всего, бедной старушке придётся продать их семейное дело. Конкуренты налетят на неё, словно оголодавшие падальщики, не оставив несчастной женщине иного выбора. Либо полное банкротство, либо продажа дела жизни за жалкие гроши.

Дверной колокольчик зазвенел, оповещая о посетителе, однако ты даже не подняла глаз, продолжая накладывать посмертный грим. В такое время к тебе может прийти лишь один «гость», ставший твоим невольным спутником в мрачном ремесле.

— Милая, вы снова не спали полночи, чтобы завершить свою работу, — раздался низкий, рокочущий голос прямо у твоего уха.

— Не вижу в этом проблемы, — не отвлекаясь от лица покойного, произнесла ты. — А вы с чего так рано сегодня? Не осталось душ для жатвы?

— Мои коллеги любезно взяли часть нагрузки на себя, поэтому я решил, что смогу заглянуть к вам.

— Тогда будь добр, прислони свою косу к стене. Я бы не хотела, чтобы она снова рухнула и располосовала мой стол.

Доктор — мрачный жнец, который зачем-то выбрал для себя облачение чумного доктора. Обычно смертные не видят их до самой последней секунды своей жизни, но ты была исключением. Ещё в юности ты заглянула за грань, пережив клиническую смерть, и с тех пор эта дверь осталась для тебя приоткрытой.

— Как всегда идеальная работа, милая, — жнец низко наклонился к мертвецу, практически касаясь кончиком своего «клюва» носа старика.

Ты невольно поёжилась: от Доктора всегда веяло могильным холодом и резким, сухим запахом лекарственных трав. Краем глаза ты присмотрелась к нему, заметив несколько свежих тёмных пятен на ткани его одеяния. Кровь.

— Буйный покойный попался? — усмехнулась ты, указывая костью на пятна.

— Нет-нет. Это от моих коллег, — Доктор бесшумно выпрямился и встал за твоей спиной, внимательно следя за каждым движением твоей руки. — Они слегка повздорили, и мне пришлось их разнимать.

— Похоже, сложная ночка выдалась не только у меня, — ты отложила кисть, оценивающе оглядывая своё «творение».

Старик выглядел как живой, казалось, что он просто крепко заснул и вот-вот откроет глаза. Единственное, что выдавало смерть — полное отсутствие дыхания. Методом проб и ошибок ты достигла невероятного мастерства в посмертном гриме, ведь большинство профессиональных мастеров наотрез отказывались сотрудничать с женщиной-гробовщиком. Однако Доктора земные предрассудки не заботили.

Вы встретились на улице тёмной ночью, когда ворон забирал чью-то душу в одном из глухих лондонских переулков. Услышав подозрительный шорох, ты из чистого любопытства заглянула в подворотню. На мокрой, грязной брусчатке в луже густой крови лежало изуродованное тело женщины. Её платье было разорвано в клочья, а внутренности безжалостно выброшены наружу.

Над растерзанной жертвой возвышалась высокая, окутанная мраком фигура с косой. Она что-то быстро записывала в блокнот, но, почуяв чужое присутствие, медленно повернула голову в твою сторону. Голубые линзы маски сияли во тьме, но стоило вам встретиться взглядами, как они мгновенно окрасились ярко-алым.

Тебя пробило мелкой дрожью. Ноги словно намертво приросли к мокрому тротуару, не позволяя сделать и шага. Вы смотрели друг на друга несколько долгих минут, пока Доктор наконец не произнёс низким голосом:

— Вы смотрите на меня, а не на эту женщину.

Ты судорожно попыталась отвести взгляд. Раньше, когда тебе доводилось замечать на туманных улицах Лондона странных «людей» с косами, ты изо всех сил старалась не задерживать на них взор. Тебе совсем не хотелось привлекать к себе ненужное внимание — ни со стороны живых, ни со стороны созданий с другой грани. Но сегодня тебе катастрофически не повезло. Ты выдала себя по глупости, которая могла стоить тебе жизни.

— Вы видите меня, не так ли? — жнец легко переступил через изуродованный труп, направляясь к тебе неспешным, размашистым шагом. — Очень любопытно...

Когда между вами оставался лишь один шаг, оцепенение наконец спало. Ты резко рванула с места и побежала прочь, не разбирая дороги. Адреналин бурлил в крови; ты даже не заметила, как слетела и утонула в грязи одна из туфель, а холодный ветер сорвал шляпку с твоей головы. В мыслях была лишь одна отчаянная мысль: бежать как можно дальше, чтобы эта тварь не смогла добраться до тебя.

На следующее утро колокольчик твоего похоронного бюро вновь зазвенел, и на пороге появился вчерашний жнец. Из-за своего высокого роста и громоздкой косы он едва протиснулся в дверной проём, при этом буднично приветствуя тебя. Ты уже сжимала пальцами бронзовый подсвечник, готовясь хорошенько огреть им незваного гостя, как ворон вежливо протянул тебе чистую туфельку и аккуратно расправленную шляпку.

— Вы обронили это вчера, милая леди, — спокойно произнёс он, чуть наклонив голову набок.

— Да... Благодарю вас, — опешив от такой вежливости, выдавила из себя ты после затянувшейся паузы.

— Могу ли я взглянуть на ваших пациентов?

— Что?

Жнец по-хозяйски прошёл в бальзамировочную, оставляя тебя одну в полном недоумении. Спохватившись, ты поспешила за ним: мало ли что это пугающее существо решит сделать с усопшим! Однако, вопреки твоим страхам, ворон просто тихо стоял над телом старушки, скрупулёзно изучая результаты твоих трудов.

— Достойная работа, леди, — ровно пророкотал голос из-под маски.

— Мне... приятно это слышать, мистер...

— Доктор. Просто Доктор.

— ...мистер Доктор, — ты нервно заламывала пальцы, разрываясь от желания задать тревожащий тебя вопрос. И всё же решилась: — Та несчастная девушка из переулка... она жертва того самого убийцы, о котором сейчас трубят во всех лондонских газетах?

— Нет, — сухо ответил Доктор, даже не повернув к тебе головы. — Её лишил жизни совершенно другой человек. А тот безумец, о ком вы говорите, скончался на днях в трущобах Ист-Энда. Я лично забирал его скверную душу. Отныне он больше не станет добавлять мне лишней работы.

Ты с лёгкой долей ностальгии вздохнула, поправляя воротник накрахмаленной рубашки усопшего. Ваша первая встреча частенько всплывала в твоих воспоминаниях, отзываясь странной, щемящей теплой в груди. Ты и подумать не могла, что единственным существом, способным по-настоящему понять тебя, станет сама Смерть... или её посланник.

— Милая, вы закончили на сегодня? — Доктор вновь бесшумно возник за твоей спиной, однако теперь ты больше не вздрагивала от его неожиданного появления.

— Да, через полчаса должна приехать карета, чтобы забрать тело, — ты тщательно вытерла руки мокрой тряпкой, стараясь избавиться от резкого, въедливого запаха камфоры. — Нужно только положить его в гроб и обложить колотым льдом...

— Мне помочь вам?

— Это было бы очень любезно с вашей стороны.

Покончив с тяжёлой работой, вы вместе устроились в приёмной. Ты медленно пила горячий чай, внимая тихим размышлениям Доктора о человеческих судьбах, жизни и устройстве душ.

— То есть теоретически вы знаете дату моей смерти и её причину? — ты откусила кусочек печенье, запивая его чаем.

— Хм, если я посмотрю архивы, то, безусловно, смогу отыскать эти сведения, — Доктор задумчиво постучал пальцами по клюву своей маски. — Однако мне строго запрещено сообщать эту информацию живым, милая.

— Нет-нет, что вы! Я совсе не хотела знать ничего подобного! — ты отрицательно покачала головой и помахала руками. — Я лишь... хотела попросить. Когда придёт моё время, мне бы очень хотелось, чтобы мою душу забрали именно вы.

— Как вам будет угодно, — негромко отозвался жнец.

Интересно, что ты скажешь, когда однажды узнаешь правду? Узнаешь, что этот мрачный жнец ни за что на свете не допустит смерть столь чертовски дорогого ему человека. Будешь ли ты злиться на него, когда поймёшь, что тебе не суждено обрести вечный покой, потому что будешь обречена провести целую вечность рядом с ним?