XXI. Опора для других
Утром объявили: «Всем участницам спуститься в главный зал в 17:00. Явка обязательна».
Анита сидела на кровати, обхватив колени. Она почти не спала, после вчерашнего падения в объятия Адель мысли путались, сердце колотилось в горле каждый раз, когда она закрывала глаза.
– Ты чего такая бледная? – спросила Настя, натягивая розовую форму.
– Нормально, – ответила Анита.
– Сегодня выгон, – тихо сказала Лера. – Кого-то выгонят.
Анита кивнула. Знала.
Одежда сегодня была выбрана для уюта. Насыщенное бордовое худи на молнии, плотное, с капюшоном. Под ним чёрная облегающая футболка с гранжевым принтом. Широкие мешковатые джинсы-багги с эффектом кислотной стирки, чёрный ремень с цепью. Золотистая цепочка на шее. Волосы в тугой, низкий хвост. Лицо без макияжа. Она выглядела сурово, брутально и неуязвимо.
Перед церемонией выгона придётся переодеваться. Бесит эта розовая форма. Но хотя бы в свободное время можно так походить.
Анита вышла на балкон подышать. Прихватила почти пустую пачку сигарет – ту самую, что нашла тогда на кухне. До выгона оставалось ещё часа четыре, и она не знала, как убить время. Спать не хотелось. Думать – тоже.
Она закурила, сделала первую затяжку. Холодный воздух обжёг лёгкие, прочистил голову. Внизу, на заднем дворе, было оживлённо. Несколько девушек с проекта, кто-то из съёмочной группы, редакторы. И среди них – Саша и Адель.
Они стояли рядом, о чём-то разговаривали. Саша смеялась, запрокинув голову. Адель, повернувшись к ней боком, что-то говорила, и на её лице была… улыбка. Не та редкая, которую Анита видела пару раз – на балконе, ночью. А какая-то более лёгкая, открытая. Почему-то от этой улыбки стало больно.
Лера стояла чуть поодаль, общалась с парнем из съёмочной группы, но её взгляд периодически скользил к Саше и Адель. На лице Леры странная смесь любопытства и лёгкого раздражения. Она делала вид, что не замечает, но это было плохо сыграно.
Анита усмехнулась. Лера всё равно всё расскажет ей вечером. Они будут обсуждать, почему Саша с Адель так сблизились. Анита как-то проговорилась, что Саша кажется ей наигранной, и вся эта её «искренность» раздражает. Так Лера с Анитой и стали общаться – ну, скорее сплетничать. У Леры всегда всё написано на лице.
Если подумать, Лера и правда одна из главных провокаторш проекта. Но Анита не обращала на это внимания. Если к ней не лезут – не её дело. Лера с самого начала и не пыталась докопаться до неё. А вот с Сашей они сцепились сразу.
Анита снова посмотрела вниз на Адель. У неё внутри всё ёкнуло, а потом сжалось в ледяной комок. Какое-то противное чувство, острое, ядовитое – ударило в солнечное сплетение.
«Почему она с ней смеётся? Почему они там вместе? Почему…меня не позвали?»
Последняя мысль была самой детской и самой болезненной. Она чувствовала себя брошенной, преданной. Вчера Адель была её «спасательным кругом», а сегодня болтает и смеётся с той, кто стал причиной её раздражения. Хотя Адель ведь не знает, что Саша её бесит. Да и с Сашей они вроде с самого начала общались хорошо.
Всё слишком глупо, не складывается нечего. Они же никто друг другу, почему Анита чувствует что-то настолько неприятное..
«Плевать», – подумала Анита.
Она ударила ладонью по холодному бетону перил. Боль пронзила костяшки, на секунду отвлекая от душевной боли, но она продолжила курить, упрямо глядя вдаль, отказываясь смотреть вниз.
Потом, с упорством, вернулась в комнату.
Спустя какое-то время в дверь постучали. Анита открыла, на пороге стояла Адель. В чёрной футболке, растрёпанная. Вид у неё был виноватый, но она старалась этого не показывать.
– Привет, – сказала Адель. – Можно?
– Заходи, – ответила Анита сухо.
Адель села на кровать. Помолчала.
– Слушай, нам нужно срочно пойти к парням на интервью. Для записи первых впечатлений. Я хотела тебя взять, но ты спала так сладко… Я не стала будить. Да и ты вчера… ну, тебе нужен был отдых.
Анита медленно повернулась к ней.
– Так «нам» нужно было? Или тебе?
Адель замерла.
– Что?
– Интервью сегодня было в общем списке задач, Адель. Не в твоём. Твоя задача была – прийти ко мне в комнату и написать ёбаный текст психологу. Который должен был быть готов два часа назад.
Когда дело касалось запланированных дел, Анита становилась жёсткой. Если кто-то проебался, значит проебался. Оправданий нет.
Адель побледнела. Судорожно полезла в карман за телефоном.
– Блять, точно… Я…
– Ты забыла, – закончила за неё Анита. Её голос был тихим, но каждое слово било точно в цель. – Или тебе было настолько весело гулять и болтать с Сашей, что про договор вообще вылетело из головы?
– Стой, что? —? – Адель вскинула голову, её разноцветные глаза вспыхнули. – При чём тут Саша? Мы просто вышли, ребята были…
– Я видела, – перебила Анита. – Видела, как вы там веселитесь. И почему меня не разбудила? Я не ребёнок, Адель. Или теперь наш договор нахуй идёт, и это тебя вообще не ебёт? Когда тебе удобно ты идёшь развлекаться, а я отдуваюсь за нас обеих?
Адель вскочила с кровати.
– Ты себя слышишь? Я вчера тебя успокаивала, блять! Ты ревела у меня на плече! Я не стала тебя будить, потому что ты выглядела мягко говоря не очень! А этот текст… Да, я забыла! Я забегалась, у меня тоже голова кругом! Но ты вместо того, чтобы напомнить или подойти, попросить кого-то передать, сидишь тут и строишь из себя жертву!
– Напоминать? – Анита тоже встала, её лицо исказила горькая усмешка. – Мне что, за тобой бегать и контролировать? Ты взрослый человек! Я звонила. Шесть раз. Взяла Лерин телефон. Ты не брала. Видимо, слишком занята была общением.
Адель смущённо опустила глаза. Она действительно не слышала звонков в толпе.
– Ладно, я… не услышала. Но ты сейчас набрасываешься на меня, как будто я специально всё сделала!
– А разница? – холодно спросила Анита. Она подошла к столу, ткнула пальцем в стопку бумаг. – Результат один. Я сделала за тебя весь ебаный текст. Сама.
Она развернулась и пошла к выходу.
– Анита, постой…
– Не надо, – отрезала Анита, не оборачиваясь. – Мне нужно воздуху. И тебе, наверное, тоже. Только в следующий раз, когда будешь «забываться», вспомни, что у нас у всех, общая ответственность.
Дверь комнаты громко захлопнулась.
Адель осталась стоять посреди спальни. Она медленно подошла к столу. Там действительно был текст от Аниты, много скомканных листов, перечёркнутых строчек, разорванных в клочья. Но основной вариант лежал сверху.
Адель прикрыла лицо руками и тяжело вздохнула. Чувство вины – острое и неприятное, накрыло её с головой. Она хотела помочь, дать Анита отдохнуть, а в итоге всё сделала только хуже. И эта ревность Аниты...
Адель понимала её.
Понимала слишком хорошо. Но от этого не становилось легче ни ей, ни их треснувшей за день дружбе.
Уже в 5, все спустились в главный зал. Там уже сидели кураторы – Наталья Козлова и Ирина Турчинская, и Лаура Альбертовна во главе всего этого безумия. Девушки расселись. Розовые на одной стороне, чёрные на другой. Анита села между Лерой и Настей.
В зале было тихо. Напряжение висело в воздухе.
– Начнём, – сказала Лаура. – Сегодня подводим итоги первой половины проекта. Кто-то покажет прогресс, кто-то регресс. И кто-то покинет нас. На этой неделе мы вам показали что никто кроме вас самих не несёт ответственность за ваши действия и поступки.
Анита горько улыбнулась, ситуация с Адель явно показало ей весь спектр этой проблемы. Подтверждается слова отца «каждый сам за себя, если хочешь чтобы всё сделали хорошо, сделай сама».
Ира сидела пьяная. Немного посмеялась. Лаура Альбертовна выслушала Иру.
– Ирина, подойдите к дворецкому, снимите повязку старосты и белую ленту.
И брошь. Вы покидаете школу пацанок. Но мы не оставим вас без помощи.
Ира ушла в слезах, собирать вещи.
Анита перевела взгляд на Сашу. Та переглядывалась с Адель. Опять. Сашу очень раздражала Ира, это было видно. И сейчас Саша сидела с небольшой улыбкой.
После награждения черного факультета белыми лентами и снятия белых лент с розового факультета. Начался разбор полётов.
– Начну с розового факультета. Лера. Ты показала себя как сильный человек. Пила много, дралась много, ругалась много.
Лера кивнула, и тут начался диалог о разногласиях с Сашей.
– Настя. Ты искренняя, добрая. Ты хорошо проявила себя на психологии. Ты пытаешься примирить всех, но иногда это идёт во вред. Учись говорить «нет».
Настя опустила голову.
– Диана. Твоя энергия – это сила, но ты направляешь её в агрессию. Научись использовать её для созидания.
Диана сидела с каменным лицом.
– Саша. Ты стремишься быть лидером, но боишься ответственности. Я надеюсь у вас получится зарыть топор войны с вашим факультетом.
Начался диалог о конфликте Саши и Леры. Что Саша задела больное место. Всем коллективом пахали, а Саша лупила в эти больные точки.
– Анита. – Голос Натальи стал мягче. – Ты прошла большой путь. Ты, которая два года не выходила из дома, сейчас здесь. Но ты явно не сумела сдержать себя когда появилась провокация. Твой прогресс – самый очевидный. Но ты всё ещё боишься доверять. Без риска нет победы.
Анита сжала кольцо отца.
– Спасибо, – тихо сказала она.
– Теперь чёрный факультет, – объявила Лаура. – Ирина Турчинская.
– Адель. Ты борешься с зависимостью. Это трудно. Но ты показываешь успехи, сегодня ты не пьёшь, контролируешь себя. Этим можно гордиться. Но ваще взаимодействие с коллективом, нас настораживает.
Адель смотрела в пол.
– Катя. Ты молодец что сделала выводы. Столько всего ты сделала, но не прошла мимо алкоголя.
Катя сжала губы.
– Ира Крылова. В последние дни ты попыталась быть другой. Это прогресс. Но тебе ещё много работать. Ты хорошо сработала на финальном испытании.
Ира опустила глаза.
– Лида. Ты – душа чёрного факультета. Но ты слишком скромна. Учись проявлять себя. Но почему староста первая бросилась к холодильнику с алкоголем. Ночью ты хотела покинуть школу, это мы запомним. Мы разочарованы. Ты расслабилась и потеряла интерес к обучению.
Лида опустила голову.
– Люда. – Ирина замолчала. – Ты – сложный случай. Ты громила дом, дралась, была агрессивна. Алкоголь помешал тебе сохранить спокойствие. Но в последние дни ты пыталась сдерживаться. Я вижу это. Твой прогресс небольшой, но он есть.
Люда выдохнула.
– Вика. – Ирина посмотрела на неё долгим взглядом. – Ты – опора для некоторых. Сильная, мудрая. Но ты слишком много берёшь на себя, забывая о себе. И при этом… ты не показываешь достаточного прогресса. В коллективе ты так и не пытаешься показать себя , не пытаешься влиться в свой коллектив. У вас нет интереса к изменениям.
Вика побледнела.
– Я подведу итог. Все вы прошли путь. Кто-то больший, кто-то меньший. Но правила есть правила. Одна участница сегодня покинет нас.
Анита почувствовала, как сердце колотится где-то в горле.
– Виктория,подойдите к дворецкому. – Вика вышла к дворецкому и остановилась. – Мне кажется вы взяли здесь всё что могли. Проработали себя настолько, насколько сами хотели.
Тишина взорвалась. Кто-то ахнул, кто-то закрыл лицо руками. Анита замерла, не веря своим ушам.
– Что? – прошептала Анита.
Вика стояла неподвижно. Её лицо было белым, глаза опухли от слёз, которые она сдерживала.
– Сдайте пожалуйста брошь.
– У меня нет прогресса? – Вика подняла голову, посмотрела на Ирину. – Вы сказали, что я опора. Что я сильная. Зачем тогда меня выгонять?
– Ты опора для других, – сказала Ирина спокойно. – Но не для себя. Ты не меняешься. Ты остаёшься той же. Здесь нужны не только те, кто помогает. Нужны те, кто учится помогать себе.
Вика сжала кулаки.
Вика закрыла лицо руками. Её плечи тряслись.
Вика убрала руки с лица. Медленно, обвела взглядом всех – остановилась на Аните.
– Прости, – сказала она тихо. – Я думала, что смогу остаться. Рядом с тобой.
– Не надо извиняться, – прошептала Анита. Её глаза наполнились слезами.
– Ты держись, – сказала Вика. – И не закрывайся. Ты не должна быть одна.
Она подошла к Аните, обняла крепко, по-братски. Анита всхлипнула, спрятав лицо в плече Вики.
– Я позвоню, – шепнула Вика. – Если разрешат.
– Я буду ждать, – ответила Анита.
Вика отстранилась. Кивнула Лере, Насте, Саше. На Адель даже не посмотрела, боялась, что не сдержит слёзы.
Дверь за ней закрылась.
В зале было тихо. Анита сидела, сжав кольцо отца, и смотрела на пустой стул.
«Она ушла, – думала Анита. – Та, кто первой поддержала меня. Та, кто принесла мне воду, когда болела голова. Вика…»
– Урок сегодняшнего дня, – сказала Лаура. — Никто из вас не застрахован. Вы здесь, потому что заслужили шанс. Но шанс – не гарантия. Работайте над собой. Иначе следующим будете вы. У отвлеченности есть своя цена.
Девушки начали расходиться. Анита не двигалась.
– Идём, – Лера взяла её за руку. Они медленно пошли к выходу.
В коридоре они столкнулись с Адель. Та стояла, прислонившись к стене, и смотрела в потолок.
– Ты в порядке? – спросила Адель.
Анита помолчала.
– Вика была лучшей из нас, – сказала Адель. – А выгнали её.
– Не лучшей, _ покачала головой Анита. – Просто… она была здесь нужна. Больше, чем думала.
– Несправедливо, – прошептала Адель.
Анита подняла глаза. Лера стояла чуть позади, скрестив руки на груди.
– Справедливости не бывает. Я уже поняла.
Анита поднялась в комнату, легла на кровать.
Лера решила что поговорит с ней завтра.
«Прости, Вика, – подумала она. – Я не сделала ничего, чтобы ты осталась. Я просто молчала, как всегда. Может, если бы я заговорила…»
Она не закончила мысль. Закрыла глаза, свернулась калачиком и провалилась в тяжёлый сон.
______
Упси, что-то пошло не так..
Незнаю понимаете ли вы, но я хочу показать Аниту со стороны на которую люди часто закрывают глаза. Не только Анита раскроется с херовой стороны. Всё впереди.
И ваще начинала я писать всё это с мыслью что Анита долго не будет на проекте. Её образ похож на Машу, но более раскрыт.
Чо думаете?