Строгий режим для сердца//Кадетство//

Комната была наполнена мирным запахом полировки и утюга. Мы с Ильей Синицыным уже почистили кители и теперь выглаживали стрелки. В воздухе висела та особая, уставшая и довольная тишина, что бывает после долгого дня. Но ненадолго.
— Трофим, а ты чë про своего предка молчал? — нарушил тишину Перепечко.
— Всмысле? — сгорбившись над своим кителем, поднял недоуменный взгляд Саша.
— Ну что он у тебя кадетом был. — подхватил Стёпа.
Я видела, как Саша нахмурился.
— Печка, ты чë? — его голос прозвучал искренне. — Мой предок всю жизнь на заводе работает.
— Да не про того. — не сдавался Перепечко. — А про далёкого.
Наш маленький мирок оживился. Неловкость Саши была забавной и беззлобной.
— Печка, ты чë, бредишь? — встрял Трофимов.
— Классику надо читать. — с умным видом изрёк Стёпа. — Куприна.
—А причём тут Куприн? — уже с ноткой раздражения спросил Саша.
— Куприн кадеты. А другой кадет Трофимов поспорил на двадцать завтраков, что он три недели ничего не будет есть и не ел, ни одного кусочка не ел. — с пафосом прочитал Перепечко из книги и по бытовке прокатился волной смешков.
— Слышь, Трофим, а я смотрю, что ты такой тощий. Гены? — добавил Максим и смешки стали громче.
— Покажите, дай посмотрю. — краснея, протянул руку к Перепечко Саша и тот отдал ему книжку.
— Печка, а про что эти кадеты? — спросил Сухомлин, пока Саша листал книгу.
— Ну про кадетов. — с улыбкой ответил Стёпа, вызвав новый взрыв хохота.
— Хах, спасибо, объяснил. — фыркнул Илья Синицын. — Синица, про что там в двух словах?
— Ну там же тебе рассказали. Про кадетов. — ответил Илья с улыбкой, не отрываясь от своего кителя.
— Чë ты пристал к людям. — вступил Андрей. — Возьми, да почитай.
— О, тут ещё про Трофимова есть! — воскликнул Саша.
— Ну-ка, ну-ка. — оживился Макаров.
Саша начал читать, и я видела, как его уши наливаются краской.
— «На почве этой неопознанной любви в памяти великого царя произошло однажды смешной трогательный эпизод: кадет Трофимов...» — Он нервно перелистнул страницу.
— Чë там дальше? — нетерпеливо спросил Леваков.
—Да фигня, не интересно. — попытался отмахнуться Саша, но взгляд его был прикован к тексту.
— Ну-ка, ну-ка, дай. — с хитрой ухмылкой Максим выхватил у него книгу.
— Я же говорю, фигня. — буркнул Трофимов, но было поздно.
— Цыц, читаю. — объявил Макаров и, сделав театральную паузу, продолжил: — «Кадет Трофимов - белобрысый болбес, со ртом до ушей и в прыщах...»
Бытовка взорвалась смехом. Я не удержалась и фыркнула в ладонь.
—«...Встал, науськанный кем-то, и спросил: "Иван Иваныч, а правда, что Петра Великого назвали за то, что он был большого роста?" — "Болван, негодяй, шут!" — завизжал Иван Иваныч и, схватив из тумбочки губку, запустил ею в Трофимова».
Илья Синицын, закончив гладить, с торжествующим видом обернулся к Сухомлину.
— Видишь, Сухой, ты спрашивал, про что книга. Про Трофимова. — Он многозначительно кивнул на Сашу, и все снова закатились.
— Ну про балбеса, негодяя и шута. — подвёл итог Макаров.
— Чего?! А ну повтори! — воскликнул Трофимов, пылая негодованием и смущением.
Он швырнул в Максима тряпку для чистки. Тот, смеясь, отбил её в сторону Синицына. Илья, не долго думая, запустил её в Сухомлина. Началась веселая неразбериха, все смеялись и перекидывались кто чем попало. Меня тоже втянули в эту кутерьму, и я, отбиваясь, думала, как хорошо, что у нас такой дружный взвод. В самый разгар этой безобидной битвы дверь бытовки открылась, и на пороге появился дежурный.
— Пылеева, на КПП. К тебе пришли.
Сердце ёкнуло. Кто это мог быть? Смущённо поправив растрепавшиеся волосы, я вышла. На КПП меня ждал человек в строгом гражданском пальто, с военной выправкой, не утраченной с годами. Это был мой дед, Роман Ефимович Пылеев, генерал в отставке. Он приехал из Москвы.
— Ольга. — сказал он без лишних эмоций, окинув меня оценивающим взглядом. — Осанка. Плечи расправить.
Я автоматически выпрямилась, подтянулась. Он отдал ещё несколько коротких замечаний по поводу моей формы, и я молча выполняла их, чувствуя себя снова курсантом, а не внучкой. Потом его взгляд смягчился, он махнул рукой в сторону кресел
— Присядем.
Мы присели.
— Ну как ты, Оленька? — спросил он, и в его голосе впервые прозвучала обычная, человеческая теплота. — Тяжело?
— Да нормально, дедуль. — улыбнулась я. — Справляюсь.
— Учишься как? С коллективом проблемы?
— Всё хорошо. Ребята хорошие. Весёлые.
Он расспрашивал меня о службе, об учёбе, о быте. Я рассказывала, а он кивал, изредка задавая уточняющие вопросы. Потом он достал из портфеля книгу в яркой обложке.
— На, почитай. Детектив. Ты их любишь. Отвлечёшься.
Я взяла книгу, ощутив шероховатость обложки. Это был простой и тёплый жест, разбивающий суровую генеральскую оболочку.
— Спасибо, дедуль.
— Ладно, беги к своим. — он кивнул в сторону бытовки, откуда доносились приглушённые голоса и смех. — Смотри там.
Я повернулась и пошла, сжимая в руке подарок. А он ещё долго сидел КПП, провожая меня взглядом, потом встал и направился к выходу.
__________________________________________
Мы уже вернулись из бытовки и теперь подметали плац. Осенний ветер гонял по асфальту охапки рыжей листвы и мелкий сор. Взмахи метлы были монотонны и почти медитативны. Я наблюдала, как ребята, разбившись на пары, лениво переговариваются, и ловила себя на мысли, что даже в этой рутине есть своё, странное умиротворение.
Рядом со мной работал Максим. Он сначала лениво водил метлой по асфальту, больше разбрасывая листья, чем собирая их.
— Макс, ты сейчас не плац подметаешь, а тренируешься в художественном разбрасывании мусора. — тихо сказала я, не отрываясь от дела.
Он фыркнул.
— Я создаю хаос, чтобы потом героически его победить.
— У тебя пока первая стадия затянулась.
— Всё по плану, генерал. — усмехнулся он, делая вид, что начинает работать активнее.
Я невольно улыбнулась и чуть ускорила движения, собирая в аккуратную кучу то, что он «творчески перераспределил».
— Блин, неужели кадетов тоже заставляли метёлками махать? — лениво поинтересовался Саша.
— Естественно. — флегматично ответил Стёпа. — Или ты думаешь, у них там прислуга была?
— А я откуда знаю. — буркнул Трофимов. — Я не читал.
— Вот именно. — тихо пробормотала я, бросив короткий взгляд в их сторону.
Максим наклонился ко мне чуть ближе, понижая голос:
— Слушай, если нас так дальше гонять будут, я к концу недели начну разговаривать с метлой.
— Главное, чтобы она тебе не начала отвечать. — парировала я.
Он тихо засмеялся.
— Не, если ответит, я с ней сбегу. Она хотя бы не орёт «РАВНЯЙСЬ».
— Предатель. — я покачала головой. — Я тебя тогда лично обратно притащу. За ухо.
— Верю. — серьёзно кивнул он. — Ты можешь.
На секунду мы оба замолчали, продолжая работать уже более слаженно.
Я заметила, как Андрей отошёл к воротам и начал разговаривать с какой-то девушкой.
— Лёв, чё ты там стал? — крикнул Саша. — Сейчас Философ придёт и влепит наряд!
Я проводила Андрея взглядом, чувствуя, как внутри снова шевельнулось беспокойство.
Максим тоже посмотрел в ту сторону и тихо сказал:
— С ним что-то не так.
— Вижу. — коротко ответила я.
В этот момент первые холодные капли дождя ударили по асфальту.
Мы переглянулись.
— Ну всё. — вздохнул Макс. — Сейчас ещё и плавание начнётся.
Я хмыкнула, но взгляд всё равно оставался на Андрее.
И именно тогда я увидела, как к нему подошёл Сырников - и по их резким движениям сразу стало понятно: разговор идёт не из спокойных.
— Началось… — тихо пробормотала я.
Андрей дёрнулся вперёд, будто собираясь накинуться, но в этот момент к ним подошёл подполковник Ноздрёв.
Напряжение оборвалось так же резко, как и началось.
— Пошли. — сказал Максим, слегка коснувшись моего локтя. — Сейчас всех загонят обратно.
И правда - вскоре прозвучала команда возвращаться в училище.
Мы развернулись и вместе с остальными направились внутрь, оставляя за спиной мокрый, уже почти чистый плац.
Но ощущение, что что-то здесь происходит не просто так, только усилилось.
__________________________________________
Воздух в компьютерном классе был тяжёлым - пахло пылью и нагретыми системными блоками. Сергей Викторович монотонно читал лекцию, а я, устроившись поудобнее, старалась сосредоточиться. Рядом со мной сидел Макс, лениво постукивая ручкой по столу, и это хоть немного заземляло.
— Сейчас около половины населения планеты не представляют свою жизнь без интернета. — вещал преподаватель. — Однако наряду с огромными возможностями интернет приносит большие проблемы. Это компьютерный вирус. В наше время подавляющее большинство вирусов попадают в компьютер именно из интернета.
Я кивнула про себя. Без интернета жизнь уже казалась какой-то… урезанной.
— А откуда они берутся? — спросил Перепечко.
Макс даже не поднял головы:
— Тебе же сказали - из интернета.
— А в интернете откуда? — не унимался Стёпа.
Максим усмехнулся и чуть наклонился вперёд:
— Да может надо руки мыть, когда в интернет ходишь, понял?
Класс тихо засмеялся. Я фыркнула, покосившись на него.
— Гений. — шепнула я.
— Я стараюсь. — так же тихо ответил он.
Лекция продолжалась.
— Так. — строго сказал преподаватель. — Ещё один звук - и будете алгоритмы на доске рисовать. Идём дальше. Компьютерный вирус - это программа, написанная человеком. Соответственно, и распространяет её человек.
Я чуть подалась вперёд, глядя в экран. Саша Трофимов сидел через проход, но даже отсюда я чувствовала его периодические взгляды. Я старалась не обращать внимания.
— А зачем? — спросил Андрей.
— Большинство - из-за самореализации. — ответил учитель. — Смотрите, мол, какой я умный - за меня весь интернет будет. Ну что, антивирус у всех завершил работу?
В классе зашуршали мышками.
— У меня обнаружено два опасных объекта. — сказал Синицын.
— У меня ни одного. — отозвался Трофимов.
— У меня пять. — добавил Макс, глядя в экран с лёгким интересом.
— Отличился. — тихо сказала я.
— Я всегда выделяюсь. — хмыкнул он.
Перепечко чихнул, и Сухомлин тут же поддел его:
— Печка, я смотрю, у тебя от вируса тоже мамработы не помешало бы.
Все засмеялись.
— Так. — сказал преподаватель. — Последнее китайское предупреждение. Следующий этап. Заражённые объекты отметьте птичкой.
— Так вот значит откуда птичий грипп взялся. — бросил Трофимов.
Снова смешки.
Я сосредоточилась на экране, стараясь не отвлекаться.
Но тут у Сергея Викторовича зазвонил телефон. Он быстро ответил, нахмурился и, закончив разговор, повернулся к нам:
— Так, работаем дальше. Старший - Макаров.
И, не дожидаясь вопросов, вышел.
В классе сразу стало шумнее.
— Пацаны, идите сюда. — позвал Сухомлин. — Я походу в инете Куприна нашёл. Ну что, скачаем?
Все начали подтягиваться к его компьютеру.
Я осталась на месте, глядя в экран.
— А если он с вирусом? — спросил Стёпа.
— Кто, Куприн? Да ну. — ответил Макс, уже разворачиваясь на стуле. — Ты что. Он умер уже давно.
Я невольно улыбнулась.
— Логика железная.
— А то. — он коротко глянул на меня. — Идёшь смотреть?
Я на секунду задумалась, потом закрыла программу.
— Иду. Только если там реально Куприн, а не твои «пять вирусов».
— Обижаешь. — усмехнулся он.
И мы вместе подошли к остальным.
__________________________________________
Вечер в комнате был тихим и уютным. Его нарушал лишь шелест переворачиваемых страниц и негромкие голоса - читали по очереди. В воздухе висели тёплые запахи чая и пыльной старой бумаги.
Я устроилась за столом рядом с Максимом, подперев голову рукой. Он держал листы чуть криво, но читал уверенно, с интонацией, будто сам переживал каждую строчку. Я слушала вполуха - слова складывались в образы, но мысли медленно уплывали куда-то в сторону.
— Ты вообще слушаешь? — тихо спросил он, не отрываясь от текста.
— Конечно. — так же тихо ответила я. — Просто у тебя голос усыпляющий.
Максим фыркнул, но уголок губ у него дрогнул.
— Это талант вообще-то.
— Опасный. — пробормотала я.
Он легонько толкнул меня локтём под столом.
— Не ной. Сама потом читать будешь.
Я только вздохнула и чуть удобнее устроилась, уставившись на листы перед собой.
Где-то справа Саша что-то негромко комментировал, вставляя шутки по ходу чтения, из-за чего ребята периодически тихо хихикали. Но сейчас он не лез ни ко мне, ни в разговор - просто сидел в общей компании, как все.
Комната постепенно наполнялась сонной тишиной. Кто-то уже зевал, кто-то тер глаза.
— Олька, не спи. — тихо сказал Максим. — Сейчас интересное место.
— Угу… — пробормотала я, хотя уже с трудом улавливала смысл.
— Вот, смотри… — он чуть наклонился ко мне, показывая строчку.
Я машинально кивнула, но буквы расплывались.
— Ты сейчас реально уснёшь. — заметил он.
— Не усну. — упрямо ответила я, даже не открывая глаза полностью.
— Уснёшь.
— Нет.
— Да.
Я чуть повернула голову и посмотрела на него.
— Макс.
— Мм?
— Если я усну - не буди.
Он усмехнулся.
— Договорились.
Я снова уткнулась взглядом в лист, но уже почти ничего не видела. Голоса вокруг стали глухими, как будто издалека.
И именно в этот момент дверь открылась.
— Так. — раздался голос прапорщика.
Мы все разом вскочили по стойке «смирно».
— Ну и что у нас тут за посиделки?
— Читаем, товарищ прапорщик. — ответил Максим.
— Что читаем? Опять весёлые картинки?
— Никак нет, Куприн.
— А, Куприн… — протянул Кантемиров. — Садитесь.
Мы сели обратно. Я незаметно выпрямилась и окончательно проснулась.
— «На переломе», товарищ прапорщик. — сказал Перепечко. — Про кадетов.
— Сам знаю, читал. — кивнул он. — А почему на листочках? Что за самиздат?
— В библиотеке всем книжек не хватило. — поднялся Илья. — Мы решили с интернета скачать.
— У всех Куприн?
— Так точно.
— Что это вас на Куприна потянуло? — прищурился он. — Там случайно нет никаких… сцен?
— А вы сами не читали? — не удержался Стёпа.
— Читал. — спокойно ответил прапорщик. — Давно. Не помню.
— Так там ничего такого. Это ж классика.
— И что, что классика? — хмыкнул Кантемиров. — Мопассан тоже классика.
— Товарищ прапорщик, а вы Мопассана любите? — подал голос Максим.
В комнате прокатился сдержанный смех.
— Отставить! — тут же пресёк он. — Я, Макаров, родину люблю.
Максим едва заметно улыбнулся.
— Всё. Закрываем избу-читальню. Выходите на ужин строиться.
Он развернулся и вышел.
— Взвод, строиться на ужин! — скомандовал Максим.
Я поднялась, проводя ладонью по лицу.
— Жива? — тихо спросил он.
— Почти. — вздохнула я. — Если я сейчас не поем — точно усну стоя.
— Не дам. — усмехнулся он. — У меня план: сначала ужин, потом выживание.
— Отличный план. — кивнула я.
И, честно говоря, впервые за день стало спокойно.
__________________________________________