7. Разговор
Варя пришла в «Кислород» в половине девятого.
Она специально приехала пораньше. Игорь вчера сказал, что Семён сегодня работает с десяти. А она хотела быть на месте заранее. Чтобы уж точно. Чтобы если он опять решит сбежать - она его уделает на месте.
День у неё был нормальный. Клиентка - милая тётка, татуировка на лопатке, почти безболезненно. Лена не доставала. Андрей не ворчал. Но внутри всё равно сидел этот чёртов ком. С тех пор как она вчера просидела два часа, глядя на служебную дверь, и ушла ни с чем.
Она так и не поняла, обижена она или зла. Или просто дура.
В баре было пусто. Игорь один за стойкой протирал стаканы.
- О, - сказал он, увидев её. - Ранняя пташка.
- Заткнись, - без злобы ответила Варя, залезая на свой стул. - Крафтовое светлое.
- Ты сегодня какая-то... нервная.
- Я всегда нервная.
Игорь усмехнулся, поставил перед ней стакан.
- Семён сегодня с десяти, - сказал он. - Но он уже здесь, кстати. Пришёл раньше. В подсобке переодевается.
Варя замерла.
- Раньше? На сколько?
- Да так, на час. Сказал, дела освободились. - Игорь пожал плечами. - Он вообще последнее время какой-то дёрганый. То одно, то другое.
Варя не ответила. Отпила пиво. Сердце колотилось где-то в горле.
Не прошло и пяти минут, как служебная дверь открылась.
Семён вышел. Уже в фартуке, с каменным лицом. Его взгляд прошёлся по залу - автоматически, по привычке - и остановился на ней.
Он замер. Всего на секунду. Но Варя заметила.
Потом он подошёл к стойке. Встал напротив. Игорь как раз ушёл в подсобку за льдом.
- Здравствуйте, - сказал Семён.
Варя усмехнулась. Горько.
- Здравствуйте, - передразнила она. - Опять на «вы»? Ты только со мной такой официальный или со всеми, кто тебя ждёт?
Он не ответил. Его пальцы легли на стойку.
- Что будете? - спросил он.
Варя подалась вперёд, положила локти на стойку.
- Ты серьёзно, Семён? Я вчера пришла. Сидела здесь два часа. Игорь сказал, ты будешь в одиннадцать. Ты не пришёл.
- Я пришёл, - сказал он тихо. - В двенадцать. Поменял смену.
- И предупредить? - Варя повысила голос. - Сказать Игорю? Мне? Ты знал, что я приду. Я же сказала в тот раз - приду.
Семён молчал. Его лицо оставалось спокойным, но Варя видела - он напряжён. Как струна.
- Я не знал, что Игорь сказал вам про одиннадцать, - ответил он. - Я поменялся с Колей. У матери были дела. Я не обязан отчитываться перед каждым, кто приходит в бар.
- Перед каждым - нет, - Варя не отступала. - Перед тем, кому сам сказал «приходи завтра» - может, и стоило бы.
Семён поднял на неё глаза. Серые. Усталые. И в них - не равнодушие. Что-то другое. Что-то, от чего у Вари внутри ёкнуло.
- Ты тоже сказала «приду», - сказал он. - И не пришла. В тот раз. Я ждал.
Варя замерла.
- У меня был адский день, - сказала она тише. - Клиенты, эскизы, я просто...
- У меня тоже, - перебил он. - Но я не спрашиваю, почему ты не пришла. Потому что ты мне ничего не должна. Как и я тебе.
Он отвернулся, взял тряпку, начал протирать стойку. Тряпка ходила туда-сюда. Слишком быстро. Варя заметила, как его пальцы чуть дрожат.
- А если я хочу, чтобы должен? - спросила она.
Семён остановился. Положил тряпку. Посмотрел на неё.
- Зачем? - спросил он.
Варя не знала, что ответить. Она открыла рот, закрыла.
- Не знаю, - сказала она честно. - Но я здесь. Уже четвёртый день. И мне надоело ждать и гадать.
Семён сжал губы. Секунду молчал.
- Я не умею разговаривать, - сказал он. - Я могу стоять за стойкой и наливать. Могу кивать. Могу сказать «что будете» и «сто пятьдесят». А разговаривать - не умею.
Варя смотрела на него. На его руки, которые сжимали край стойки. На побелевшие костяшки.
- А сейчас ты что делаешь? - спросила она.
- Пытаюсь, - ответил он. И голос чуть сел. Он прокашлялся.
Варя откинулась на спинку стула, выдохнула.
- Слушай, Семён. Давай без этой хуйни. Я не знаю, что у тебя в голове. И как ты устроен. Но я прихожу сюда не просто пиво пить. Ты это понимаешь.
Семён поднял на неё глаза. Посмотрел долго, пристально.
- Понимаю, - сказал он. - И я... не против.
- Чего не против? - Варя нахмурилась.
- Не против, что ты приходишь, - он снова отвернулся. - Даже когда не надо.
Варя не знала, что с этим делать. Это не было признанием. Но было больше, чем просто «что будете».
- Ты поэтому пришёл сегодня раньше? - спросила она.
Семён промолчал. Но его уши - она заметила - стали красными.
- Семён, - позвала она.
- Я пришёл, потому что Коля попросил, - сказал он. - Не ищи смысла.
- Врун, - усмехнулась Варя.
Он не ответил. Взял её пустой стакан, поставил в мойку.
- Будешь ещё? - спросил.
- А ты нальёшь?
- Я бармен. Я наливаю всем.
- Даже тем, кто бесит?
Семён почти улыбнулся. Уголок губ дрогнул.
- Особенно тем, кто бесит.
Варя рассмеялась. Не громко, не на весь зал. Тихо, почти удивлённо.
- У тебя есть чувство юмора, - сказала она.
- Иногда, - ответил он, наливая ей новое пиво.
Они смотрели друг на друга. Напряжение не ушло, но стало другим. Не враждебным. Каким-то... тёплым.
- Слушай, - сказала Варя, принимая стакан. - Тот день, когда я не пришла. У меня реально был завал. Я не специально.
- Я понял, - кивнул Семён.
- И вчера я ждала не потому, что ты мне должен. А потому что хотела объясниться.
- Теперь объяснилась, - сказал он.
- А ты? - спросила Варя. - Ты вчера пришёл в двенадцать. И что?
Семён пожал плечами.
- Ничего. Тебя уже не было. Я поработал и ушёл.
- И не расстроился?
Он помолчал.
- Не люблю врать, - сказал наконец. - Расстроился.
Варя почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Снова.
- Ладно, - сказала она. - Мы оба мудаки. Я не пришла в первый раз. Ты - во второй. Квиты?
Семён посмотрел на неё. Серьёзно.
- Квиты, - сказал он.
Варя выдохнула. Отпила пиво.
- Я завтра тоже приду, - сказала она. - Если ты, конечно, не поменяешь смену на послезавтра.
- Не поменяю, - ответил Семён.
- А откуда мне знать? Ты же непредсказуемый.
- Тебе придётся мне поверить, - сказал он.
Варя усмехнулась.
- Придётся, блядь.
Она допила пиво, встала.
- Ладно, мне завтра рано. Клиент с утра. Я пошла.
- Спокойной ночи, - сказал Семён.
Варя кивнула, пошла к выходу. На полпути остановилась. Обернулась.
- Семён, - сказала она, не поворачиваясь.
- Что?
- Ты хоть понимаешь, что я не за пивом сюда хожу?
Он молчал.
Варя повернулась. Посмотрела на него через весь зал.
- Я могла ходить в любой другой бар. Их тут дохуя. С лучшим пивом. С более удобными стульями. С барменами, которые улыбаются и запоминают твоё имя после первого заказа. Но я хожу сюда. К тебе. Потому что ты единственный, кого я не могу разгадать.
Семён стоял за стойкой. Не двигался.
- И что ты предлагаешь? - спросил он.
- Ничего, - ответила Варя. - Я не предлагаю. Я констатирую факты. Ты мне интересен. Бесишь, но интересен. А я тебе - нет. Или да. Я хер знает. Ты как книга, закрытая нахуй, без обложки.
Она развернулась и шагнула к выходу.
- Спокойной ночи, Семён. Завтра приду. Если ты, конечно, не сбежишь. А если сбежишь - я найду тебя. Я умею искать.
Она уже взялась за ручку двери, когда услышала:
- Варя.
Она обернулась.
Семён вышел из-за стойки. Медленно. Как будто делал то, на что никогда не решался. Подошёл к ней. Остановился в шаге. Тихо, чтобы никто не слышал, сказал:
- Я не сбегал.
Варя смотрела на него снизу вверх. Сердце колотилось.
- А что ты делал последние дни? - спросила она. Не агрессивно. Удивлённо.
Семён молчал секунду. Две.
- Ждал, - сказал он. Пауза. Он сглотнул. - Когда ты перестанешь быть клиентом.
Варя замерла.
Мир вокруг перестал существовать. Музыка - исчезла. Голоса - стихли. Свет - потускнел. Остались только они двое. И его слова, которые всё ещё висели в воздухе.
Она пришла в себя не сразу.
- И что сейчас? - спросила она тихо.
Выражение его лица изменилось. Она никогда не видела его таким. Серьёзным до мурашек. Но не холодным - нет. Внутри этого серьёзного лица было что-то тёплое, долгожданное. Как будто он очень долго готовился к этому моменту. Как будто он наконец решился. И в глазах - лёгкий, едва уловимый флирт. Только для неё.
- Сейчас, - сказал он, - ты не клиент.
Голос ровный, но Варя слышала - внутри него всё бушует.
Она до сих пор не могла прийти в себя.
- А кто? - спросила она шёпотом.
Семён молчал. Смотрел на неё не отрываясь. Его лицо оставалось серьёзным, но взгляд стал глубже. То ли влюблённый. То ли ещё какой. Она не могла разобрать. Но он смотрел так, будто видел её впервые.
Его рука поднялась. Неуверенно. Осторожно. Он убрал прядь волос с её лица. Рыжую, непослушную, которая вечно падала на глаза.
- Не знаю, - сказал он спокойно. Но она чувствовала - внутри него буря. - Но не клиент.
Он медленно опустил руку. Не отрывал от неё взгляда. Разглядывал её. Глаза, губы, волосы - не скрывая.
- Спокойной ночи, - сказал он шёпотом.
Варя стояла. Не могла пошевелиться. Потом пришла в себя.
- Ты офигел, - сказала она. Удивлённо. Не понимающе. Не агрессивно - скорее растерянно.
Семён молчал.
- И что мне с этим делать? - спросила она.
Он посмотрел на неё. И улыбнулся. Впервые. Не уголком губ. Не «почти». А настоящей, открытой улыбкой. Тёплой. Почему-то с флиртом.
- Иди домой, - сказал он. - Подумай. Завтра скажешь.
Варя открыла рот. Закрыла. Не нашла слов.
Развернулась. Толкнула дверь. Вышла.
---
Она шла по улице и не понимала, где находится. Ноги сами несли её вперёд. В голове - пустота. Нет - не пустота. В голове был только он. Его голос. Его слова. Его руки, убирающие прядь с её лица.
«Когда ты перестанешь быть клиентом».
«Ты не клиент».
«Не знаю. Но не клиент».
Она не помнила, как дошла до дома. Открыла дверь. Скинула кеды. Прошла на кухню.
Села на стул. Смотрела в одну точку на стене.
Он улыбнулся. Он, который никогда не улыбался. Улыбнулся ей. И сказал «иди домой, подумай».
Она просидела так минут двадцать. Потом встала, разогрела ужин. Ела и думала о нём. Вкуса не чувствовала.
Пошла в душ. Стояла под горячей водой, смотрела на плитку, и перед глазами было его лицо. Серьёзное. Потом - улыбающееся.
Легла в кровать. Закрыла глаза. Мысли не уходили. Они кружились, возвращались, снова кружились.
Она уснула под утро. С его именем на губах.
---
Семён вернулся за стойку.
Он не понял, что только что сделал. Тело работало на автомате - протирал стаканы, расставлял бутылки, кивал гостям. Но внутри всё кипело.
Он коснулся её. Убрал волосы с её лица. Она не отшатнулась. Смотрела на него. А он смотрел на неё. И сказал всё, что хотел.
Он не знал, правильно ли поступил. Не знал, что она подумает. Уйдёт - и больше не вернётся? Или придёт завтра и скажет, что он мудак?
Но он не жалел. Впервые в жизни он сделал что-то не как «правильно», а как хотел. И внутри, глубоко, он даже гордился собой.
Он не заметил, что Игорь вернулся из подсобки и стоял в проходе, прислонившись к косяку.
- Сём, - сказал Игорь.
Семён поднял голову.
- Что?
- Я всё видел, - усмехнулся Игорь.
Семён напрягся.
- Не слышал, о чём вы говорили. Но видел, как ты поправил ей волосы. - Игорь покачал головой. - Ты, который никого не замечает. Ты, который как скала. И тут - такая нежность. Я охуел, если честно.
- Ничего не было, - сказал Семён, возвращаясь к стаканам. Голос стал жёстким.
- Ага, конечно. - Игорь не отставал. - Сёмка влюбился. Сёмка попал.
- Отвали, - сказал Семён. Но уши его покраснели. Игорь это заметил, но решил не добивать. Усмехнулся и пошёл к другому концу стойки.
Семён работал до четырёх. Как обычно. Но мысли были не как обычно.
Он ехал домой по пустым улицам, смотрел на красные сигналы светофоров, и перед глазами стояла она. Её лицо. Её удивлённый шёпот: «А кто?». Её растерянное «ты офигел».
Дома он не включал свет. Прошёл на кухню, выпил воды. Лёг в кровать. Закрыл глаза.
«Завтра она придёт, - думал он. - Или нет».
Он уснул с этой мыслью. И улыбался во сне. Впервые за долгое время.