6. Пустой стул
Варя влетела в «Кислород» как ураган. Рыжие волосы растрепались по дороге, щёки горели от ветра, настроение было - чёрт возьми, наконец-то.
Она соскучилась. По этому полумраку. По этим басам, которые чувствуются животом. По его молчаливой стойке, за которой можно спрятаться от всего мира.
Она села на свой стул - тот самый, у края - и только тогда поняла.
За стойкой стоял Игорь.
Один.
- О, рыжая! - он расплылся в улыбке. - А мы уж думали, ты насовсем пропала.
- Рано обрадовались, - Варя усмехнулась, но внутри уже кольнуло. - Крафтовое светлое.
Игорь полез в холодильник. Варя повела глазами по залу. Служебная дверь закрыта. Семёна нет.
- А где твой молчаливый напарник? - спросила она, принимая стакан.
- Семён? У него сегодня смена с одиннадцати.
Варя глянула на часы. Десять.
- Целый час, блин.
- Ну, - Игорь пожал плечами, - я тоже ничего. Могу поболтать.
- Ты слишком много болтаешь, - отрезала Варя, но без злости.
Она отпила пиво. Холодное. Горькое. То что надо.
Игорь тем временем не унимался.
- Слушай, а ты вчера чего не пришла? Семён тут весь вечер на дверь смотрел. Я его таким не видел. Он вообще как статуя обычно, а тут - каждые пять минут голову поворачивает.
Варя сделала вид, что ей плевать.
- У меня день был адский. Клиенты, эскизы, начальник достал. Не до клубов.
- Ага, - Игорь усмехнулся. - А сегодня - до клубов?
- Сегодня - да.
Она пила пиво. Смотрела на служебную дверь. Ждала.
Время тянулось как жвачка. Игорь разливал напитки, трепался с гостями, иногда кидал на неё любопытные взгляды. Варя заказала второе. Потом третье.
В одиннадцать дверь не открылась.
Варя напряглась. Посмотрела на часы. Одиннадцать пять. Одиннадцать десять.
- Он вообще сегодня выйдет? - спросила она, и голос прозвучал резче, чем хотелось.
Игорь нахмурился.
- Странно. Семён никогда не опаздывает.
- Никогда?
- Никогда. Он как часы. Если сказал в одиннадцать - значит, в одиннадцать.
Они переглянулись. Игорь пожал плечами.
- Может, поменял смену с кем-то и забыл предупредить.
Варя кивнула. И осталась сидеть.
Потому что уходить не хотелось. Потому что если она уйдёт сейчас, а он появится через десять минут - она себя возненавидит. Потому что чёрт возьми, она не для того красилась сегодня, не для того свитер этот дурацкий надела, который сползает с плеча, чтобы просто развернуться и уйти.
Она ждала.
Одиннадцать двадцать. Одиннадцать тридцать.
- Ладно, - сказала она, вставая. - Надоело.
Она бросила на стойку деньги - больше, чем нужно было за три пива.
- Передай своему статуе, что я завтра приду. Если он вообще жив.
- Он жив, - серьёзно сказал Игорь. - Просто сегодня...
- Да похер, - перебила Варя. - Передай.
Она развернулась и вылетела на улицу, не попрощавшись.
На улице ветер ударил в лицо. Варя остановилась посреди тротуара, закрыла глаза, выдохнула.
- Идиотка, - сказала она вслух.
На неё обернулся какой-то мужик с собакой. Варя показала ему средний палец. Мужик отвернулся.
Она шла домой и чувствовала, как внутри закипает злость. На него. На себя. На Игоря, который сказал «он на дверь смотрел» и она повелась как последняя дура.
- Да пошёл ты, Семён, - сказала она в пустоту. - Со своей статуей и своим молчанием.
Но она знала, что завтра придёт снова.
Потому что не умела отступать.
---
Семён пришёл в клуб в двенадцать.
Он не опаздывал - просто поменялся сменой с Колей, потому что матери нужно было в поликлинику. Он не предупредил Игоря. Не привык.
Когда он появился из служебного входа, Игорь уже застёгивал куртку.
- Сём, блин, ты мог предупредить? - сказал Игорь без злости. - Я тут один пахал.
- Поменял смену, - коротко ответил Семён, завязывая фартук.
Игорь хмыкнул. Потом ухмыльнулся.
- Твоя рыжая приходила.
Семён замер.
- Приходила?
- В десять. Сидела до половины двенадцатого. Три пива выпила. Всё на дверь смотрела. Потом сказала передать, что завтра придёт.
Семён молчал. Он чувствовал, как внутри поднимается что-то горячее, неуклюжее, непрошеное.
- Что ты ей сказал? - спросил он.
- Сказал, что завтра будешь.
Игорь хлопнул его по плечу и ушёл.
Семён остался за стойкой. Смотрел на пустой стул у края. Тот, на котором она сидела. Тот, на котором она ждала его два с половиной часа.
«Она пришла, - подумал он. - А меня не было».
Он чувствовал себя мудаком. Не потому что поменял смену. А потому что не подумал о ней. Потому что привык, что его никто не ждёт. Потому что отвык, что кому-то нужен.
Он достал телефон, посмотрел на экран. Хотел написать ей. Но у него не было её номера. Он не знал даже, как её фамилия. Он знал только, что она пьёт крафтовое светлое, делает татуировки, и что у неё рыжие волосы, которые падают на лицо, когда она смеётся.
Он убрал телефон. Взял тряпку, начал протирать стойку. Но мысли не уходили.
«Завтра, - сказал он себе. - Завтра я буду здесь. И она придёт».
Он не улыбнулся. Но внутри, в том месте, где он годами всё хоронил, что-то зашевелилось.
Впервые за долгое время он ждал завтрашнего дня с надеждой.
А Варя в это время сидела на подоконнике в своей студии, курила в открытое окно и смотрела на ночной город.
- Завтра, - сказала она дыму. - Завтра ты у меня попляшешь.
Она не знала, кто именно попляшет - она или он. Но ей было всё равно.