До дна

Варя проснулась от того, что кто-то орал за стеной.

Она не сразу поняла, где находится. Чужая квартира, чужая кровать, чужой город. В ушах всё ещё гудел голос - низкий, мужской, злой. Сосед. Соседка. Семейная ссора, которая начиналась ровно в восемь утра, как по расписанию.

- Да пошли вы все, - прошептала Варя, зарываясь лицом в подушку.

Волосы спутались в колтун, голова болела так, будто она вчера выпила, хотя она не пила. Она вообще мало спала последние дни. Вчерашний клиент задержался на два часа, потом она сидела над эскизом до двух ночи, потом не могла уснуть, потому что в голову лезли мысли.

О мыслях она старалась не думать.

Телефон зазвонил. Не зазвенел - заорал противным голосом будильника, который она забыла выключить на выходные. Варя вслепую нашарила его на тумбочке, смахнула экран, чтобы заткнулся. Посмотрела на время.

Восемь пятнадцать.

Клиент в десять.

- Твою мать, - сказала она громко, потому что вчера вечером думала, что клиент в двенадцать.

Вскочила с кровати. Голова закружилась. Она ухватилась за спинку, постояла секунду, приходя в себя. Потом рванула в ванную.

Вода из крана пошла холодная. Варя ждала, ждала - нет, холодная. Она плеснула в лицо ледяной водой, зашипела, вытерлась полотенцем, которое висело криво. Зубы чистила одной рукой, второй пыталась распутать волосы. Расчёска застряла в колтуне. Варя дёрнула - больно, несколько волос осталось в расчёске.

- Идиотка, - сказала она себе, не поняв, кого имеет в виду.

На кухне она включила чайник, достала турку, засыпала кофе. Пока вода грелась, побежала одеваться. Штаны, футболка, свитер. Всё валялось на стуле, на полу, на кровати. Она собирала вещи по всей квартире, как будто их разбросал ураган. Или она сама.

Чайник закипел. Варя залила кофе, поставила турку на плиту. Ждала, глядя в одну точку. Пенка поднялась - раз, второй. Она сняла турку за секунду до того, как кофе полез через край. Налила в кружку, отпила. Горько. Обожгло язык.

Она поставила кружку на стол, побежала собирать рюкзак. Эскизы, планшет, зарядка, кошелёк, ключи. Где ключи? Не на тумбочке. Не в кармане вчерашних штанов. Не на кухне. Варя металась по квартире, как зверёк в клетке, и с каждой секундой злилась всё больше.

Ключи нашлись в холодильнике. Она не помнила, как они туда попали.

Варя выбежала из дома в девять тридцать, не допив кофе, с мокрой головой и чувством, что утро уже победило её.

В салоне её ждал сюрприз.

Клиент, который записался на десять, пришёл в девять сорок. Варя влетела в свою комнату за пятнадцать минут до - не успела переодеться, разложить инструменты, настроиться. Клиент сидел в коридоре, листал телефон, поджав губы. Пожилой мужчина с большим эскизом на предплечье - татуировка в память о жене, которая умерла год назад. Варя знала, что это важная работа. Ответственная. Такая, где нельзя ошибиться.

Она натянула перчатки, улыбнулась, хотя внутри всё кипело.

- Доброе утро, извините, что заставила ждать.

- Ничего, - сухо ответил мужчина.

Она работала два часа. Руки слушались плохо - утренняя дрожь никак не проходила. Она перепроверяла каждую линию, каждый миллиметр. Клиент молчал, только иногда шипел от боли. Варя чувствовала его напряжение, и от этого её собственное только росло.

В двенадцать она закончила. Мужчина посмотрел на работу, кивнул, заплатил и ушёл, не сказав ни слова благодарности. Варя выдохнула, сняла перчатки, бросила их в мусорку. Спина болела. Шея затекла. Она хотела пять минут тишины, но в дверь постучали.

- Варь, ты сегодня вообще в порядке? - Лена просунула голову. - У тебя следующий через полчаса.

- Какой следующий? - не поняла Варя.

- Ты что, забыла? Света записалась на доработку.

Варя закрыла глаза. Она забыла. Она, которая никогда не забывала клиентов, забыла про Свету.

- Да, точно, - сказала она, открывая глаза. - Всё нормально. Дай мне полчаса.

Лена с сомнением посмотрела на неё, но кивнула и закрыла дверь.

Варя сидела в кресле, глядя в потолок. В голове было пусто. Не то чтобы она о чём-то не думала - она вообще не могла думать. Только белый шум и усталость.

Она налила себе воды из кулера в коридоре, выпила залпом. Вернулась в комнату, перестелила кресло, разложила новые инструменты. Пальцы двигались медленно, как будто она работала под водой.

Света пришла ровно в час.

- Привет, - сказала она, скидывая куртку. И сразу нахмурилась. - Ты какая-то... никакая. Случилось что?

- Ничего, - ответила Варя, надевая перчатки. - Просто не выспалась.

Гул заполнил комнату, привычный, успокаивающий. - Ложись.

Света легла, и Варя начала работать. Через десять минут напряжение в плечах чуть отпустило. Машинка в руке - это было единственное, что возвращало её в реальность, заставляло тело слушаться. Она работала, не поднимая головы, не отвлекаясь на разговоры. Света понимающе молчала.

Только один раз, когда Варя меняла иглу, Света тихо спросила:

- А он тебе нравится?

- Кто? - не поняла Варя.

- Бармен.

Варя помолчала. Потом сказала:

- Не знаю. Наверное, нет. Просто интересно.

- Опасно, - заметила Света.

- Что опасно?

- Интерес к таким. Они не любят, когда к ним лезут.

Варя не ответила. Она взяла машинку и продолжила работу, но внутри засела маленькая, противная заноза. Она думала о Семёне. О том, как он сказал «приходите завтра».

«Приду», - ответила она тогда ему.

А сейчас было уже два часа дня. У неё ещё один клиент после Светы. Потом нужно сходить в банк - зарплатный счёт завис, Андрей сказал разобраться. Потом заехать в хозяйственный за новой лампой для кабинета - старая перегорела вчера. Потом...

Она поймала себя на мысли, что уже планирует, когда сможет попасть в клуб. И разозлилась.

«Никуда я не пойду, - сказала она себе. - Устала. Домой, спать».

---

Света ушла в четыре. Варя проводила её, вернулась в комнату и села на стул, глядя в стену. Перед ней был ещё один клиент - парень с маленькой татуировкой на запястье, лёгкая работа на час. Но сил не было. Совсем.

Она написала ему: «Извини, давай перенесём. Чувствую себя плохо». Он ответил согласием через минуту.

Варя скинула перчатки, собрала рюкзак, вышла из салона. На улице было серо и ветрено. Она села в такси, назвала адрес банка, потом передумала - назвала адрес дома.

В банк она заедет завтра. И лампа подождёт. И всё подождёт.

Дома она рухнула на кровать, не снимая куртки, и провалилась в сон без сновидений.

---

Семён вышел на смену в девять, как всегда.

Он завязал фартук, проверил стойку, перекинулся парой слов со Светланой. Всё как всегда. Но что-то было не так.

Он поймал себя на том, что смотрит на часы. Девять пятнадцать. Девять тридцать. Десять. Десять ноль пять.

Она не приходила.

Он не сказал себе, что ждёт. Он вообще не произносил этого слова даже в мыслях. Но каждый раз, когда открывалась дверь, его взгляд на секунду отрывался от стаканов. Каждый раз, когда кто-то садился на её стул - тот самый, у края стойки, - он чувствовал лёгкое раздражение.

«Ей не обязательно приходить каждый день, - сказал он себе. - Она не обещала. Она просто сказала "приду". Это не договор».

В одиннадцать пришёл Игорь на подмену. Семён встретил его молчаливым кивком.

- Ты чего такой? - спросил Игорь, завязывая свой фартук. - Хмурый весь.

- Нормально, - ответил Семён, отворачиваясь к стаканам.

- Ага, вижу. - Игорь хмыкнул. - Тот стул уже который раз протираешь, он и так чистый.

Семён посмотрел на свои руки. Он действительно протирал край стойки у того самого стула. Того, на котором она сидела каждый вечер на прошлой неделе.

Он оторвал тряпку, бросил в раковину.

- Заказы принимай, - сказал он Игорю и ушёл в подсобку.

Там он постоял минуту, опёршись руками о стол, глядя в стену. В голове крутилось: «Зачем ты сказал "приходите"? Что за идиотская слабость? Она клиент. Просто клиент. Ей скучно, она развлекается, а ты повелся».

Он вышел из подсобки, встал за стойку, начал работать. Руки двигались быстрее обычного, резче. Он пролил виски, наливая гостю, - такое с ним случалось раз в год, не чаще. Гость посмотрел удивлённо, но промолчал.

- Ты осторожнее, - тихо сказал Игорь, проходя мимо.

Семён не ответил.

В двенадцать он снова посмотрел на дверь. Пусто.

В час - на часы. Она обычно приходила в десять-одиннадцать. Сейчас уже поздно. Может, она вообще не придёт.

Мысль была непривычно острой. Семён не умел злиться на людей - он вообще редко злился. Но сейчас он злился. На себя. За то, что ждёт. За то, что пролил виски. За то, что его руки не слушаются.

В половине второго он понял, что она не придёт.

Это было не разочарование. Разочарование - слишком громкое слово для того, что он чувствовал. Это было... пусто. Как будто изнутри убрали что-то, что он даже не заметил, пока оно было там.

- Сём, - позвал Игорь. - Ты меня слышишь?

Семён поднял глаза.

- Что?

- Я говорю, Макс заказывал. Ром с колой.

Семён кивнул, достал бутылку, налил. Макс сидел на своём обычном месте и смотрел на него с любопытством.

- Ты сегодня сам не свой, - сказал Макс, принимая стакан.

- Нормально, - ответил Семён.

- Да нет, не нормально. Я тебя пять лет знаю, ты никогда не проливал. - Макс отпил, помолчал. - Рыжая не пришла?

Семён замер.

- Какая рыжая?

- Варя. Которая к тебе ходила. - Макс усмехнулся в стакан. - Игорь сказал, что вы общаетесь хорошо.

Семён не ответил. Он отвернулся, начал протирать стойку - на этот раз другой её конец, подальше от того стула.

- Слушай, - сказал Макс, наклоняясь вперёд. - Ты не бери в голову. Девушки они такие. Сегодня есть, завтра нет. А может, у неё дела.

- Мне всё равно, - сказал Семён, и это прозвучало слишком громко.

Макс поднял руки в жесте «я ничего не говорил», допил ром и ушёл танцевать.

Семён остался за стойкой. Игорь работал рядом, но не лез с разговорами. Это было хорошо. Потому что если бы Игорь спросил ещё раз, Семён не знал, что бы ответил.

Он работал до четырёх утра. Молча. Сосредоточенно. Каждое движение давалось с трудом, но он делал вид, что всё в порядке. Только когда последний гость ушёл, а Игорь уехал на такси, он позволил себе остановиться.

Встал за стойкой, глядя в пустой зал. Свет уже выключили, осталась только дежурная подсветка. Тишина. Только гул вентиляции.

«Ты совершил ошибку», - сказал он себе. - «Ты позвал её, а ей не нужно. Ей было просто интересно. Или скучно. Или она искала, куда себя деть в новом городе. А ты...»

Он не закончил мысль. Потому что не знал, что он. Что он сделал? Открылся? Проявил слабость? Показал, что она ему небезразлична?

Но она же небезразлична. Это было правдой, как бы он ни пытался это отрицать.

Он закрыл бар, вышел на улицу. Город спал. Фонари горели ровным, холодным светом. Семён сел в машину, завёл двигатель. Ехать не хотелось. Он сидел, сжимая руль, и смотрел на пустую улицу.

«Всё просто показалось, - подумал он. - Ты выдумал то, чего нет. Она не испытывает к тебе ничего. И не надо было вылезать из тени».

Он выехал со стоянки. Дорога домой заняла двадцать минут - она всегда занимала двадцать минут. Он припарковался, поднялся на третий этаж, открыл дверь. В квартире было темно и тихо.

Он снова не включал свет. Прошёл на кухню, выпил воды. Потом сел на диван в комнате, глядя в окно. За шторой уже серело - скоро рассвет. Он не спал всю ночь, но спать не хотелось. Он хотел забыть.

Забыть, как сказал «приходите». Забыть, как ждал. Забыть, как злился на себя.

Он лёг на диван, не раздеваясь, закрыл глаза. В голове крутилось одно и то же: «Ошибка. Ошибка. Не надо было».

Он уснул под утро, когда за окном начали петь птицы. Те самые, которые начинали галдёж ровно в пять утра. Семён не слышал их в этот раз. Он спал тяжело, без снов, и даже во сне его лицо оставалось напряжённым.

---

Варя проснулась в два часа ночи от того, что замерзла.

Она лежала на кровати в куртке, не сняв даже кеды. Волосы разметались по подушке спутанным рыжим пятном. Комната была тёмной, только уличный фонарь светил сквозь щель в шторе.

Она села, потрясла головой, пытаясь сообразить, где находится и какой сейчас час. Телефон показывал два ноль семь.

В голову медленно, как сквозь вату, полезли мысли. О работе. О клиентах. О том, что она забыла сходить в банк. О том, что лампа перегорела.

Потом - о Семёне.

«Я не пришла», - подумала она. - «Сказала "приду" и не пришла».

Она почувствовала лёгкий укол совести. Совсем лёгкий, потому что она не обещала. Потому что она вообще ничего ему не должна. Потому что он просто бармен, а она просто клиент.

Но внутри что-то царапнуло. Неприятно. Как заноза, которую не видно, но чувствуешь.

«Подумает ещё что, - мелькнула мысль. - Что я пропала. Что мне надоело. Что я...»

Она оборвала себя. Слишком много мыслей о человеке, которого она почти не знает.

Варя скинула куртку, кеды, забралась под одеяло. Закрыла глаза. Сон не шёл. Она ворочалась с боку на бок, сбивала одеяло, натягивала обратно. В голову лезли обрывки: серые глаза, спокойный голос, полотенце для мокрых волос.

«Завтра схожу, - пообещала она себе. - Обязательно схожу. Скажу, что была занята. Что день был адский. Он поймёт».

Она почти уснула, но на грани сна поймала себя на мысли, которая пришла откуда-то из глубины:

«А что, если он ждал?»

Варя открыла глаза, посмотрела в потолок. Сердце стукнуло лишний раз.

- Ерунда, - сказала она вслух. - Не ждал.

Повернулась на бок, закрыла глаза. И на этот раз уснула быстро, потому что очень устала. И потому что не хотела думать о том, что чувствовала на самом деле.

А чувствовала она что-то странное, новое, пугающее. Что-то, что не укладывалось в её привычную схему «интересно - охладела - забыла».

Она не знала, как это назвать.

И не хотела знать.

Пока не хотела.