WILD ANGEL

Утро. Девять часов. В комнате темно — шторы всё ещё закрыты. Но даже сквозь них я чувствую, каким ярким будет солнце, когда наконец выглянет.
Я выхожу из комнаты, стараясь не разбудить Даэло. Он ещё спит — я слышу его ровное дыхание. Осторожно спускаюсь по лестнице на кухню.
Желудок напоминает о себе. Хочется есть.
Джейвона я вчера так и не видела. Он ушёл — и всё. Даже не сказал ничего. Странный. Почему он ушёл? Зачем? Всё это непонятно, неочевидно, и от этого внутри застревает какая-то колючка.
На кухне тихо. Я открываю холодильник и вижу йогурт «OIKOS» — манговый. Люблю такой.
Завариваю кофе и смотрю в окно. На стекле — следы от вчерашних капель, засохшие разводы, сквозь которые солнце пробивается мутными пятнами. Я открываю окно, и в кухню врывается свежий прохладный воздух. Хорошо. Я закрываю глаза на секунду, вдыхаю.
Потом возвращаюсь к кофе-машине, наливаю молоко. Машина гудит, шумит, и этот звук бьёт по ушам — слишком громко для раннего утра. Я морщусь.
Вдруг я чувствую на плече чужую руку.
Охаю, резко оборачиваюсь, глаза, наверное, выпучены. Сердце ухает вниз.
Джейвон.
Стоит в двух шагах, смотрит на меня — и взгляд у него не такой, как обычно. Он холоден. И даже грубоват, хотя не повышает голоса.

— Зачем так пугать? — выдыхаю я, чувствуя, как сердце всё ещё колотится.
Кофе-машина наконец замолкает. В кухне становится тихо — слишком тихо.

— Вообще-то я окликнул тебя пять раз, — отвечает он. Голос ровный, без эмоций.
— Мог бы подождать, пока машинка выключится, — фыркаю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Но внутри всё сжимается.
— С тобой всё нормально? — спрашиваю я осторожно.

— Со мной всё прекрасно. Не видно разве?

Он звучит отстранённо. Будто его здесь нет. Будто он отвечает по приличию, только чтобы я отстала.
Какой чёрт его укусил?
Он пододвигает меня в сторону. Не толкает, нет. Просто кладёт руку на моё плечо и сдвигает с места, будто я мебель. Не сильно, но так, чтобы я точно поняла — ему нужно, чтобы я отошла.
Я молчу. Не решаюсь язвить. Открываю выдвижной шкафчик, достаю чайную ложку. Есть уже почти не хочется, но я всё равно пихаю в себя этот манговый йогурт.
Он открывает холодильник, достаёт воду, пьёт прямо из бутылки. Смотрит в окно. Не на меня.

— Почему ты такой хмурый? — решаюсь я наконец. Голос тихий, осторожный — боюсь, что он повысит тон. А мне этого совсем не надо.
Он не отвечает несколько секунд. Потом поворачивает голову, и его взгляд впивается в меня.

— А с чего мне быть весёлым? — спрашивает он. Без интереса. Просто так, чтобы я отстала.

— Не знаю, — пожимаю я плечами. — Обычно ты...

— Что — обычно?

— Ну... не такой.

Он усмехается — коротко, без тепла.

— Бывает, — говорит он и отворачивается.

— Ты из-за вчерашнего? — спрашиваю я тихо.

— Из-за какого вчерашнего? — он даже не смотрит на меня.

— Ну... когда ты ушёл. Не сказал ничего.

— Я не думал, что тебе это важно.

— Почему?

— Потому что у тебя был Даэло.

— Даэло — мой друг, — говорю я.

— Я знаю, — он поворачивается ко мне, и в его глазах мелькает что-то острое. — Ты уже говорила.

— Тогда чего ты злишься?

— Я не злюсь.

— Злишься.

— Флор, — он произносит моё имя так, будто ставит точку. — Оставь. Пожалуйста.

Я замолкаю. Йогурт во рту становится безвкусным.

— Ты странный, — говорю я, сама не зная зачем.

— А ты настойчивая, — он усмехается — на этот раз чуть теплее. — Это мы уже выяснили.

— Ты кофе не будешь? — спрашиваю я, чтобы сменить тему.

— Нет.

— Почему?

— Потому что не хочу, — он пожимает плечами. — Есть ещё вопросы?

Я сжимаю ложку.

— Ты какой-то молчаливый. Не говоришь, что у тебя внутри.

— А ты хочешь знать?

— Хочу.

— Не сейчас, — говорит он. — Потом.

И уходит.
Я остаюсь на кухне с ложкой в руке. В груди — странное чувство. Обида? Беспокойство? Или что-то другое, чему я пока не знаю названия.
Кофе стынет. Йогурт съеден.
Я всё ещё сижу, сжимая пустую ложку, когда на кухне появляется Сэт.
Он входит легко, как ни в чём не бывало, кудрявый, заспанный, но уже улыбающийся. На нём растянутая футболка и спортивные штаны, волосы торчат в разные стороны.

— Доброе утро, Флор, — он кивает мне и сразу тянется к кофе-машине.

— Доброе, — отвечаю я, всё ещё глядя в сторону, куда ушёл Джейвон.

Сэт возится с кофе, заливает воду, меняет стаканчик.

— Сэт, — начинаю я осторожно. — А что с Джейвоном? Он какой-то... как бы правильнее сказать...

— Злой говнюк? — перебивает он, усмехаясь, и наконец нажимает кнопку. Машина загудела.

— Ну... что-то вроде того, — я невольно усмехаюсь в ответ, но веселья нет.
Сэт вздыхает, опирается спиной о столешницу, скрещивает руки на груди. Смотрит на меня. Улыбка сползает с его лица — не полностью, но становится какой-то... другой. Более понимающей, что ли.

— Да так, — говорит он. — Погода. Дождь этот. Ты знаешь, как он реагирует на холод?

— Нет, — я качаю головой. — А как?

— Никак, — Сэт пожимает плечами. — Просто он всегда такой, когда что-то идёт не по плану. А последнее время... Короче, не бери в голову. Не из-за тебя.

— Точно? — я не верю.

— Точно, — говорит он. — Ну, почти.

— Что значит «почти»?

— Значит, что он сам дурак, и я ему об этом уже сказал. А он, как обычно, меня не послушал.

Я не понимаю, о чём он говорит, но чувствую: он недоговаривает. Что-то знает, но не скажет. По крайней мере сейчас.

— Сэт, — тяну я.

— Флор, — передразнивает он, но беззлобно. — Оставь. С ним всё будет нормально. Он просто... переваривает.

— Что переваривает?

Сэт смотрит на меня. Улыбается — той самой улыбкой, которая означает «я ничего не скажу, даже если ты будешь пытать».

— Всё, — говорит он. — Жизнь. Сплетни. Тебя. Клэр. Себя, в конце концов. Много всего.

— Ты не виновата, если ты об этом переживаешь.

— Я не переживаю, — слишком быстро отвечаю я.

Сэт усмехается.
Он допивает кофе, ставит чашку в раковину и направляется к выходу. У двери оборачивается.

— Флор, — говорит он. — Ты ему нравишься. По-настоящему. Просто он... не умеет это показывать. Особенно когда ему плохо.

Он уходит, оставляя меня одну на кухне.
Что значит «Ты ему нравишься»? Не верю. Он не это имел ввиду, да? Может он про личность? Скорее всего.
Я смотрю на дверь, за которой скрылся Сэт, и чувствую, как внутри что-то сжимается. Опять.
Что-то здесь не так.
————
Джейвон.
Я захлопнул дверь своей комнаты так, что стены, кажется, дрогнули.
В груди всё кипело. Я не понимал, чего именно — злости, обиды или этого дурацкого чувства, которое не давало мне покоя уже который час. В голове — как заевшая пластинка: она обнимается с Даэло. Она смеётся. А на меня даже не смотрит.

— Твою мать, — выдохнул я, запустив пятерню в волосы.

Дверь открылась без стука.

— Джейвон.

Я даже не обернулся. Сэт. Кто ещё это мог быть?

— Вали, — бросил я.

— Не вали, — он зашёл, прикрыл за собой дверь, прислонился к стене. — Что случилось?

— Ничего.

— Я не слепой.

— Ну и что тебе надо?

— Сказать хочу, — он скрестил руки на груди. — Ты как дурак себя ведёшь.

— С чего ты взял?

— С того, — он спокойно выдержал мой взгляд. — Ты весь вечер на неё смотрел. Как пёс голодный.

Я отвернулся. За стеклом — дождь, темно, холодно. Настроение под стать погоде.

— Джейвон, — Сэт не отставал. — Ты ревнуешь?

— Нет.

— Врёшь.

— С чего мне ревновать? К кому? К брату? Они друзья. Я знаю.

— Знаешь, — кивнул Сэт. — Но бесит.

— Не бесит.

— Бесит. Бесит, потому что она с ним смеётся. Потому что она к нему тянется. Потому что она его обнимает, а на тебя даже не смотрит.

— Она смотрит, — вырвалось у меня.

— Ага. Смотрит. С напряжением. Будто ждёт, что ты опять что-то сделаешь.

Я промолчал. Потому что он был прав. И это бесило ещё больше.

— Слушай, — Сэт подошёл ближе. — Давай начистоту. Ты ревнуешь её к брату. Признай уже.

— Нет, — отрезал я.

— Да.

— Нет.

— Да, блять! — Сэт почти крикнул. — Ты ревнуешь! И это нормально! Она тебе нравится!

Я резко обернулся.

— Ну да, ревную! — вырвалось у меня. — Ревную, блять! Потому что она с ним обнимается, смеётся, называет его милыми прозвищами, а на меня смотрит так, будто я сейчас что-то сделаю не то! Потому что он может её трогать, а я — нет! Потому что он для неё — родной, а я — тот, кто спорил на неё! И это... это пиздец! Я ревную ее к собственному брату!

Я замолчал, тяжело дыша. Сэт смотрел на меня. Без усмешки. Серьёзно.

— Ну вот, — сказал он тихо. — Признал. И что теперь?

— Не знаю, — я провёл рукой по лицу. — Не знаю, блять.

— Она тебе правда нравится?

Я посмотрел на него. И почему-то в этот момент не захотелось врать.

— Нравится, — сказал я. — Очень. И это бесит. Она засела у меня в голове. Понимаешь? Я пытаюсь её выкинуть — не получается. Я пытаюсь не думать о ней — думаю. Я захожу на её страницу по десять раз на дню, как чёртов псих. Я смотрю на её фотографии и улыбаюсь, как идиот. А потом злюсь на себя за это. Она красивая. Милая. Добрая.

Я сел на кровать, уронил голову в ладони.

— И как с ней сложно, блять. Она не лезет. Не пытается понравиться. Не строит из себя кого-то. Она просто... есть. И это бесит. Потому что я не могу её контролировать. Не могу на неё повлиять. Она делает, что хочет. Говорит, что хочет. Обнимается, с кем хочет.

— И что ты будешь делать? — спросил Сэт.

— Не знаю, — я поднял голову. — Ждать, наверное.

— Долго?

— Сколько понадобится.

— А Клэр?

— Что — Клэр?

— Ты любишь ее?

— Нет, — я покачал голой. — Давно нет.

— Она знает? Вы говорили?

— Знает. А смысл? — я пожал плечами. — Она не пишет, я не пишу. Всё само собой рассосётся.

— Тебе не жалко?

— Нет, — ответил я, и это была правда. — Мне никогда не было жалко. Ни её. Ни других. Только...

— Только Флор? — спросил он тихо.

— Только Флор, — сказал я. — И это бесит больше всего.

— Ты козёл, — сказал он.

— Знаю.

— Но она тебе правда нравится. По-настоящему.

Я не ответил, остался сидеть на кровати, глядя в стену. Дождь всё шумел. А я всё думал. О ней. О том, как она смеётся. О том, как смотрит на меня, когда думает, что я не вижу.
————
Флора

Я снова поднимаюсь на второй этаж — за вещами. Сумка осталась в комнате Даэло, и мне нужно забрать её, прежде чем уйти.
Выхожу в коридор и почти сразу натыкаюсь на Джейвона.
Мы чуть не врезаемся друг в друга — я делаю шаг назад, он замирает на месте. На секунду наши взгляды встречаются, и я вижу в его глазах что-то такое, от чего внутри всё сжимается.

— Пока... — говорю я неуверенно и делаю шаг в сторону, обходя его.

— Что? — его голос звучит тише, чем обычно. — Уже уходишь?

В интонации — что-то странное.

— Да, — отвечаю я и, сама не зная зачем, добавляю: — Джейвон, ты точно в порядке?

Спрашиваю осторожно, но получается так, будто я проверяю, не сошёл ли он с ума.

— Я уже сказал. В порядке.

Он произносит моё имя так, будто оно выходит из него через силу:

— Пока, Флор.

Пауза перед моим именем — короткая, но я её слышу. И то, как он будто выдавливает из себя эти слова.
Обидно.
Я разворачиваюсь и иду к лестнице. Внутри всё кипит. Я-то в чём виновата? Это не мои проблемы, если он ревнует меня к Даэло. Я ведь даже сказала ему — прямо сказала, что Даэло мне не нравится. Что мы просто друзья. Что он мой лучший друг, и ничего больше.
Но Джейвон, кажется, не слышит. Или не хочет слышать.
Я спускаюсь вниз, забираю сумку, прощаюсь с Сэтом и Даэло.

— Пока, — говорю я и выхожу на улицу.

В машине я включаю музыку, но почти сразу выключаю. Не хочу. Не могу.
Еду молча. Город кажется пустым. Или это я такая — пустая.
Я думаю о нём. О том, как он стоял в коридоре. Как смотрел. Как выдавил моё имя.
И от этого становится только хуже.

Прошло несколько дней
Мы не общались. Вообще. Ни сообщений, ни звонков, ни случайных встреч. Я знала, что у Джейвона скоро бой — Даэло говорил, Джейла обсуждала, даже Нэт обмолвилась. Но ехать не хотела.

— Флор, ты едешь? — спросил Даэло за два дня до боя.

— Нет.

— Почему?

— Не хочу.

Он не стал уговаривать. Только посмотрел долго, вздохнул и оставил меня в покое. Но на следующий день подключилась Джейла.

— Флорик, ну пожалуйста, — щебетала она в трубку. — Мы все едем, без тебя не то. Нэт просила, Джессика спросила, будешь ли ты.

— Я не могу, — отнекивалась я.

— Можешь. Ты просто не хочешь.

— Не хочу, — согласилась я.

Она замолчала. Потом сказала тише:

— Он будет тебя искать.

Я не ответила. Но наутро  боя уже сидела в большой машине Джейдена, зажатая между Джейлой и Нэт. Рядом — мама Джейвона, Джессика, и его сестра Джейла. Кай, жена Джейдена, сидела спереди и о чём-то тихо переговаривалась с Джессикой. Все свои. Почти.

— Ты сегодня какая-то тихая, — заметила Нэт, касаясь моего плеча.

— Задумалась, — ответила я.

— Не переживай, он выиграет, — сказала Джейла, принимая мою тишину за беспокойство о бое.

Не о бое я думала. И не о том, выиграет или проиграет. Я думала о том, как он посмотрит на меня, когда увидит.
Мы говорили о всякой ерунде. Легко, непринуждённо. Но мне легче не становилось.
Машина остановилась у огромного здания. За окном моросил дождь — мелкий, противный, как в тот день, когда я приезжала к Даэло. Я выдохнула и вышла следом за остальными.
————
Джейвон
Раздевалка пахла потом, резиной и чем-то ещё — тем особым запахом, который всегда сопровождает бои. Я сидел на скамейке, наматывая бинты, и слушал, как отец говорит что-то о технике, о сопернике, о том, что нельзя расслабляться.
Я кивал, но не слышал.
Мысли были далеко. Она не написала. Не позвонила. Не приехала. Я знал, что бой сегодня — знала ли она? Даэло точно сказал. Джейла наверняка звала. Но придёт ли? Я не был уверен.

— Джейвон, ты меня слушаешь? — отец нахмурился.

— Да, — соврал я.

Я вышел в коридор, чтобы размяться перед выходом. Там уже суетились люди — организаторы, медики, кто-то из своих. Я смотрел по сторонам, сам не зная, кого ищу.
И вдруг — увидел.
Она шла по коридору с Джейлой и Нэт, сжимая в руках сумку. Волосы распущены, на лице — лёгкий макияж. Она не смотрела в мою сторону. Не заметила меня.
Я замер. Сердце стукнуло раз, другой. Я заставил себя отвернуться и вернуться в раздевалку.
Она пришла.
Это была плохая мысль — думать о ней перед боем.

— Выходим, — сказал тренер.

Я кивнул и пошёл к рингу.
————
Флора
Бой начался.
Я не разбираюсь в боксе. Не понимаю этих ударов, уклонов, тактик. Но я видела, как он двигается — быстро, резко, красиво.
Бой закончился. Джейвон выиграл — чисто, красиво, уверенно.
Я хлопала вместе со всеми. Не кричала, не визжала, как Джейла, — просто хлопала, сжимая ладони до боли, пока они не загорелись. Внутри всё трепетало. От гордости. От облегчения.
Пока все обнимались и поздравляли друг друга, я тихо выскользнула из зала.
Не хотелось толкаться в толпе. Не хотелось отвечать на вопросы. Хотелось выйти. Подышать. Привести мысли в порядок. Сердце колотилось где-то в горле.
Я свернула в пустой коридор — тот, что вёл к служебному выходу и раздевалкам. Здесь было тихо.

— Флор.

Голос Джейвона. Хриплый, сбитый. Я медленно повернулась.
Он стоял в десяти шагах. В одних шортах, без футболки, с бинтами на руках. Весь мокрый — от пота, от воды, от адреналина. Волосы прилипли ко лбу, грудь тяжело вздымалась. Он смотрел на меня — и взгляд у него был тяжёлый, злой. Серьёзный до жути. Брови сдвинуты, губы сжаты. Таким я его ещё не видела.

— Ты пришла, — сказал он. Не вопрос.

— Пришла.

— Зачем?

Голос жёсткий, отстранённый. Будто он не рад меня видеть. Будто я здесь лишняя. Мне стало обидно.

— Смотреть, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Ты выиграл. Поздравляю.

Он усмехнулся, но усмешка вышла злой.

— Поздравляешь? — переспросил он. — Серьёзно?

— А что не так?

— Ты не писала, — сказал он. — Не звонила. Не приходила. А теперь пришла — и поздравляешь?

— Ты тоже не писал.

Он сделал шаг ко мне. Потом ещё один.

— Я ждал.

— Чего?

— Что ты придёшь. Что не придётся самому делать первый шаг.

Он подошёл почти вплотную. Смотрел сверху вниз, и в его глазах всё ещё горела злость.

— А ты с Даэло обнималась, — сказал он. Голос стал ниже. — Смеялась с ним.

— Он мой друг, Джейвон.

— Знаю, — бросил он. — Но мне это всё равно не нравится.

— И что теперь? — спросила я. — Ты будешь злиться на меня за то, что у меня есть друг?

Он не ответил. Просто смотрел на меня. Тяжело, зло, не отводя глаз. Мне стало не по себе. Я сделала шаг назад — и упёрлась спиной в стену.

— Джейвон, что ты... — начала я.

Он не дал договорить.
Он шагнул вперёд, прижал меня к стене. Жёстко. Одна его рука упёрлась рядом с моим плечом, другая легла на талию. Он наклонился и поцеловал меня.
Резко. Настойчиво. Почти грубо.
Я почувствовала его губы на своих — горячие, требовательные. Я замерла на секунду, не зная, что делать. Я ответила. Робко, неуверенно, но ответила.
Он почувствовал это. И его поцелуй стал мягче. Спокойнее. Уже не грубый, не злой — просто тёплый.
А потом он отстранился.
Я стояла, прижатая к стене, тяжело дыша. Внутри всё дрожало. Щёки горели. Губы тоже.
Он смотрел на меня. Не отводил взгляд. И в его глазах была усталость и что-то тёплое, почти нежное.

— С ума меня свела, — сказал он. Голос ровный, без надрыва.
Я хотела что-то сказать, открыла рот, но он поднёс палец к моим губам.

— Молчи, — сказал он. — Дай посмотреть.

Он смотрел на меня. Долго. Медленно водил взглядом по лицу — будто запоминал каждую чёрточку. От этого взгляда у меня внутри всё переворачивалось.

— Джейвон... — прошептала я.

— Что? — он усмехнулся — уже не зло, а скорее устало.

— Зачем ты меня поцеловал?

— Затем, — он пожал плечами. — Хотел. Давно хотел.

— Но...

— Никаких «но», — перебил он. — Хватит.

Он наклонился, поднял мою сумку с пола, протянул мне. Я взяла — руки всё ещё дрожали.

— Ты как? — спросил он.

— Нормально

— Врёшь.

— Не вру.

— Врёшь, — повторил он. — Но ладно. Придёшь на следующий бой?

— Ты опять будешь злиться?

— Нет, — он покачал головой. — Я буду знать, что ты там. И мне этого хватит.

— Ладно, — сказала я. — Приду.

— Дура, — сказал он.

— Сам дурак, — ответила я.

Он усмехнулся, шагнул ко мне и снова поцеловал. Коротко. Легко. Почти невесомо.

— Теперь точно пойдём, — сказал он, отстраняясь. — А то сейчас нас тут найдут.

Мы вышли на парковку. Дождь почти кончился — только мелкая морось висела в воздухе.
— Ты как домой? — спросил он, не оборачиваясь.

— Джейден обещал подвезти.

Он остановился. Обернулся. Посмотрел на меня внимательно, чуть прищурившись.

— А хочешь, я подвезу?

— Не знаю... тебе же, наверное, нужно в раздевалку. Вещи собрать, переодеться...

— Вещи подождут, — перебил он. — Скажешь, да или нет.

— Да, — выдохнула я.

Он усмехнулся. Открыл дверь машины, жестом приглашая садиться.Он вёл машину — спокойно, уверенно, одной рукой.

— Приехали, — сказала я.

— Вижу.

Я потянулась к ручке двери — и замерла. Потому что он нажал на кнопку блокировки. Дверь не открылась.

— Джейвон...

Он повернулся ко мне. Отстегнул свой ремень — резко, нетерпеливо. Потом потянулся к моему. Его пальцы коснулись пряжки, расстегнули — и в ту же секунду он подался вперёд и поцеловал меня.
Его губы накрыли мои — жарко, настойчиво, как будто он ждал этого момента всю дорогу. А потом он потянул меня на себя, и мы оба съехали вниз по сиденью.

— Джейвон! — выдохнула я в его губы.

Он не ответил. Только прижал меня крепче, углубляя поцелуй. Я чувствовала его вес — горячий, тяжёлый, невыносимо приятный.
Он поцеловал меня снова. И снова. И снова. Коротко, жадно, будто боялся, что я исчезну.

— Пусти, — прошептала я, когда он на секунду отстранился.

— Не пущу.

— Джейвон, надо...

— Не надо, — он поцеловал меня в уголок губ. — Ещё минуту.

— Ты наглеешь, — сказала я, пытаясь оттолкнуть его, но руки не слушались.

— А ты разрешаешь, — он усмехнулся и снова поцеловал.

Он отстранился первым. Посмотрел на меня — сверху вниз, с этой своей усмешкой, от которой у меня всё внутри переворачивалось.

— Всё, — сказал он. — Отпускаю.

Он сел ровно, поправил ремень.

— Не надо так наглеть, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал строго.

— А как надо? — он приподнял бровь.

— Никак не надо.

— Не получится, — он усмехнулся.

Я взялась за ручку, открыла дверь. Шагнула наружу.

— Джейвон.

— М?

— Это неправильно.

— Что именно?

— Всё, — я покачала головой. — И ты это знаешь.

— Знаю, — сказал он. — Но мне всё равно.

Я захлопнула дверь и пошла к дому. Не оборачивалась. Но чувствовала его взгляд на своей спине. И улыбалась — глупо, по-детски, в темноту.

Дома я села на диван, обхватила колени руками. В голове крутились его слова: «Не надо», «А ты разрешаешь».

— Дурак, — прошептала я в пустоту. — Какой же ты дурак.