WILD ANGEL

Для меня это было очень важным мероприятием, и к нему я решила подготовиться.

Я надела мягкий светлый свитер с открытыми плечами, расклешённые джинсы и аккуратные бордовые кроссовки — просто, но очень красиво.

Я села в машину и поехала. Сегодня было так же красиво. Яркое солнце, тепло. Я ехала слушая песни Eminem и от этого было легче. Пока я не приехала в кафе.
Кафе было почти пустым. Я пришла на пятнадцать минут раньше — нарочно, чтобы успеть выдохнуть, успокоиться, не влететь в зал на взмыленных нервах.

Не помогло.

Я сидела за столиком у окна, сжимала в руках стакан с водой и смотрела на дверь.

Он появился ровно в три.
Толкнул дверь, окинул взглядом зал — и сразу нашёл меня. Усмехнулся краем губ — той самой своей усмешкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось. Направился ко мне не спеша, будто мы договаривались встретиться сотни раз.

— Привет, — сказал он, плюхаясь на стул напротив.

— Привет.

Он откинулся на спинку, сложил руки на груди, оглядел меня с ног до головы. Не нахально. Просто... изучающе.

— Выглядишь получше, — сказал он. — А то в прошлый раз ты была похожа на мокрого воробья.

— Спасибо за комплимент. — что за черт! Обидно вообще то..

— Пожалуйста, — он улыбнулся, и в этой улыбке скользнуло что-то знакомое — лёгкая насмешка. — Я вообще мастер комплиментов.

— Заметно.

— Ты чего такая напряжённая? — спросил он. — Боишься, что я снова начну извиняться?

— Нет, — слишком быстро ответила я.

— Врёшь, — он наклонил голову. — Ладно, не буду. Скажу только раз: я был дураком. Ты это уже знаешь. Дальше давай без драмы.

— Хорошо, — сказала я.

— Хорошо, — повторил он. — Молодец.

— Что «молодец»?

— Что не споришь. Я думал, ты будешь дольше сопротивляться.

— Я не сопротивляюсь.

— А кто две недели не выходил из комнаты?

Я покраснела.

— Откуда ты... и вообще это не твое дело.

— Даэло, — он пожал плечами. — Он переживал. Я тоже, кстати. Да ну как это не мое. Это из за меня ты там сидела. Прости.

— Сказал же, что не будешь извиняться.

— Я передумал.

— Ты не выглядишь переживающим, — буркнула я.

— А я умею скрывать, — он усмехнулся. — Профессиональный навык.

Я хотела сказать что-то едкое, но он перебил:

— Ладно, хватит. Ты что будешь?

— Что?

— Заказывать. Я, например, кофе. Чёрный. И, наверное, этот твой маффин, который ты в прошлый раз ела. Клубничный.

—Откуда ты знаешь?

Он усмехнулся.

— Даэло сказал

— Что?

—Я много чего запомнил. Не удивляйся.

Я не нашлась, что ответить. Отвернулась к окну, чувствуя, как щёки начинают гореть. Он заметил — конечно, заметил.

— Ты всё ещё краснеешь.

— Я не краснею.

— Краснеешь, — он откинулся на спинку, сцепив руки за головой. — И мне это нравится.

— Ты уже говорил.

— Знаю, — он улыбнулся. — Повторяю на всякий случай, вдруг ты забыла.

— Ты всегда такой?

— Какой?

— Такой... — я запнулась, подбирая слово. — Самоуверенный.

— Нет, — он покачал головой. — С тобой — больше.

— Это должно быть комплиментом?

— Это факт, — он пожал плечами. — Ты меня как-то... подстёгиваешь, что ли.

— Подстёгиваю?

— Ну да, — он наклонился вперёд, опираясь локтями на стол. — Ты такая... напряжённая всё время. Взгляд исподлобья. Сразу хочется что-то сказать, чтобы ты расслабилась.

— То есть ты меня дразнишь, чтобы я расслабилась?

— А работает, — он усмехнулся. — Посмотри на себя. Ты уже не выглядишь так, будто сейчас сбежишь.

Я поняла, что он прав. Плечи опустились, руки перестали дрожать.

— Хитро, — сказала я.

— Я вообще хитрый, — он улыбнулся.

Принесли кофе. Я взяла чашку, подула на пенку. Он смотрел, как я это делаю, и молчал.

— Что? — спросила я, чувствуя его взгляд.

— Ничего, — он отхлебнул свой чёрный кофе. — Просто смотрю.

— Зачем?

— Привыкаю, — сказал он. — К тому, что ты рядом. Ты сегодня какая-то тихая, — заметил он. — Обычно ты более... огненная.

— Устала, — соврала я.

— От чего?

— От тебя, — вырвалось быстрее, чем я успела подумать.

Он замер. Я подняла глаза, ожидая увидеть обиду или злость, но он просто смотрел на меня с усмешкой.

— Это хорошо или плохо?

— Не знаю ещё, — честно сказала я.

— Ладно, разберёмся.

Мы пили кофе в тишине, но она не давила. Я смотрела на его руки, которые сжимали чашку, на профиль, на то, как солнце из окна падало ему на плечи.

— О чём задумалась? — спросил он.

— О том, что ты странный, — сказала я.

— Это я знаю. А ещё?

— Что ты, наверное, самый самоуверенный человек, которого я встречала.

— А ещё? — повторил он, и в голосе снова появилась та лёгкая насмешка.

Я посмотрела на него. На его глаза, в которых плясали солнечные блики.

— Что мне хочется с тобой общаться, — сказала я тихо. — Даже после всего. И это бесит.

— А я думал, ты скажешь что-нибудь про мои боксёрские навыки.

— Не дождёшься.

— Уже дождался, — он кивнул на мои щёки. — Ты вся красная.

Я закрыла лицо руками.

— Ненавижу тебя.

— Врёшь, — сказал он, и я знала, что он улыбается. — Ты уже говорила.

— Джейвон, — сказала я.

— М?

— Ты правда не будешь больше... ну... спорить на людей?

Он посмотрел на меня. Серьёзно, без игр.

— Нет, — сказал он. — И не потому, что это было глупо. А потому, что они были не ты. А я хочу... — он замолчал, будто подбирая слова.

— Что? — спросила я тихо.

— Хочу узнать тебя, — сказал он. — Настоящую. Не ту, которую я придумал в голове. А ту, которая сидит сейчас передо мной и краснеет, когда я на неё смотрю.

Я смотрела на него и не знала, что сказать. Точно узнать хочет как личность, а не в постели? Хм..

— Ты поэтому пришёл? — спросила я.

— Я поэтому пришёл, — подтвердил он. — Ты у меня вообще грозная, — сказал он вдруг, и в голосе снова проскользнула та лёгкая насмешка.

— Что? — я моргнула.

— Ну, Сидишь тут, смотришь на меня так, будто я сейчас должен отчитываться. Я аж вспотел.

— Не похоже.

— А я умею скрывать, — повторил он свою фразу.

— Ты уже говорил.

— Знаю, — он улыбнулся. — Работает же.

— Ты невыносим.

— А ты — настойчивая, — парировал он. — Я, между прочим, ради тебя даже тренировку пропустил.

— Я тебя не просила.

— Сама напросилась. Написала же: «я готова тебя простить». Я чуть телефон не уронил.

— Не преувеличивай.

— Ни капли, — он поднял руку, изображая клятву. — Чистая правда. Спроси у Сэта, он был свидетелем.

— Ты при Сэте читал мои сообщения?

— А что мне нужно было, в другую комнату выйти? Не парься, он всё равно не понял, о чём речь. Я сказал, что это Даэло пишет.

— Ты врёшь даже когда не нужно.

— Это у меня профессиональное, — он сделал глоток кофе. — Но с тобой я честен. Ну, почти.

— Почти?

— Ну, — он наклонил голову, — иногда я могу сказать, что твоя стряпня — это шедевр, даже если синабоны подгорели.

Я вспомнила тот день на кухне, и улыбка сама собой появилась на губах.

— Они не подгорели. Мы их даже не допекли.

— Тем более, — он развёл руками, усмехаясь. — В следующий раз получится.

— С чего ты взял, что будет следующий раз?

— Ну, — он откинулся на спинку, — я же теперь знаю, где ты живёшь. Могу прийти и проконтролировать.

— Контролировать? Ты вообще готовить умеешь?

— А то, — он сделал вид, что обиделся. — Яйца могу пожарить. Или макароны сварить.

— Это всё?

— А что ещё нужно для счастья?

Я не сдержала улыбку.
Он смотрел на меня с усмешкой, но в глазах было что-то тёплое.

— Ну вот, — сказал он. — А то ходила, как туча. А улыбка у тебя хорошая.

Я отвела взгляд, смутившись.

— Не надо.

— Что «не надо»?

— Не говори так.

— Как? Правду? — он усмехнулся. — Не умею.

Я покачала головой, но улыбка не сходила с лица.

Когда я выходила из кафе, он остановил меня:

— Флор.

Я обернулась.

— Я не буду спрашивать, что у нас будет, — сказал он. — Не сейчас. Просто... если захочешь увидеться — напиши.

— Ты не будешь писать первым?

— Буду. Но если ты скажешь «нет» или не ответишь — я пойму. Это твой ход, цветочек. Я ждал две недели. Подожду ещё.

Я кивнула. Развернулась. Сделала шаг.

— Джейвон.

Он поднял бровь.

— Я напишу, — сказала я тихо. — Не завтра. Но напишу.

— Хорошо.

Я пошла к машине, чувствуя его взгляд на своей спине. Не обернулась. Но улыбка не сходила с лица.

Приехав домой, я прыгала от счастья. Радовалась так, что даже не заметила сидящую на диване парочку.

— Ой...

— Неужели моя любимая девочка улыбается! — София вскочила с дивана и подбежала ко мне, сияя. — Что случилось? Рассказывай!

— Я думаю, если начну рассказывать, Стиву придётся подождать...

— Ничего, подождёт, — она махнула рукой в сторону парня. — Да, Стив?

— Ой! — он фыркнул с усмешкой. — Сплетни и без меня?

— Софа тебе всё расскажет, — сказала я с тёплой улыбкой — такой, какой не улыбалась уже давно.

— Ладно, — он поднялся, чмокнул Софию в щёку. — Я в машине.

— Пошли на кухню, — София потянула меня за руку. — Я чувствую, что разговор будет долгим.

Мы сели за стол. Она налила нам по кружке кофе и уставилась на меня с той лёгкой улыбкой, которую я обожала. Как котик, правда.

— Рассказывай, — потребовала она, подперев щёку ладонью.

— Тебе не понравится. Но... в общем. Ты же помнишь про спор Джейвона?

— Так... — подруга напряглась, брови сошлись к переносице. Я погладила её по плечу: мол, успокойся.

— Он извинился. Много раз. Искренне. Он сказал: «Я не прошу прощения за то, что поспорил. Я прошу прощения за то, что сделал тебе больно. Потому что ты не заслужила». И ещё: «Ты застряла у меня в голове. И я не знаю, что с этим делать, потому что это бесит. Потому что я не хотел. Не планировал. А теперь сижу и жду, когда ты снова мне напишешь».

София молчала. Смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— И я подумала... — я замолчала, собираясь с духом. — Я решила простить его. Я верю ему. Но это последний раз, честно!

— Флор... — она взяла меня за руки. — Я рада, что ты рада. Но будь аккуратнее. Я не хочу, чтобы ты из-за такого идиота снова плакала. Нужен тебе такой старик?

— Он не старый, — фыркнула я. — Тебе в одиннадцать нравился тридцатилетний мужик. Так что замолчи.

— Это было в фильме! — возмутилась она.

— Всё равно, — я отмахнулась и снова заулыбалась, вспоминая его голос, его усмешку, то, как он смотрел на меня. — Ты не знаешь всего, что он говорил. Но он очень... властный, кстати. Всегда меня смущает. Я даже не знаю, как с ним вести себя без волнения. Он такой... такой красивый. И притягательный. И властный... а, я уже говорила. Он такой сильный... милый... почти.

Я говорила мечтательно, сложив руки в форме мольбы и оперевшись на них подбородком.
София смотрела на меня, и её лицо медленно расплывалось в улыбке.

— Флора, остынь. Даже не смей влюбляться!

— Я не влюбляюсь, — слишком быстро ответила я. — Он просто красивый. Не отрицай.

— Не отрицаю, — она пожала плечами. — Он симпатичный...

— Я не понял? — в дверях кухни возник Стив, скрестив руки на груди. — София, вы не охренели?

— Ах ты засранец, подслушивал?! — София вскочила, но не смогла удержать смеха.

— Я волнуюсь! — он сделал вид, что обиделся. — Вдруг ты решишь, что этот боксёр симпатичнее меня?

— Стив, — она подошла к нему и чмокнула в щёку. — Ты у меня самый красивый. А теперь пошли, оставим Флор в покое.

— Ну, если ты так говоришь... — он обнял её за талию.

— Выметайтесь, — махнула я рукой, смеясь.

Они уехали, а я осталась одна.
Дом снова опустел, но внутри всё ещё пело. Я сидела на диване, обхватив колени руками, и прокручивала в голове каждую минуту сегодняшней встречи. Как он вошёл в кафе. Как усмехался. Как сказал: «Ты у меня вообще грозная».

Часы показывали почти одиннадцать. Я уже собиралась выключать свет, когда телефон завибрировал.
Я взяла его, посмотрела на экран, и сердце пропустило удар.

Джейвон:
Флора, я не понял. Какого чёрта ты в сети? Быстро спать.

Я уставилась на экран. Он что, следит, когда я в сети? От этой мысли щёки залило жаром.

Флора:
Нет.

Джейвон:
Что значит «нет»?

Флора:
Значит «нет».

Джейвон:
А если я приеду и выключу твой телефон?

Я закусила губу. Он шутит? Или нет? С ним никогда не поймёшь.

Флора:
Ты не приедешь.

Джейвон:
Откуда такая уверенность?

Флора:
Потому что ты уже в пижаме.

Джейвон:
А вдруг нет?

Флора:
Ты в пижаме.

Я смотрела на экран, чувствуя, как сердце колотится. Зачем я это написала? Зачем продолжаю этот дурацкий разговор?
Телефон завибрировал.

Джейвон:
Да. В пижаме. С медведями.

Я не сдержала смешок. Представила его — большого, самоуверенного, в пижаме с медведями.

Флора:
Фото в доказательство.

Джейвон:
Не дождёшься.

Флора:
Тогда не верю.

Джейвон:
Твоё право. Но спать иди.

Флора:
Не хочу.

Джейвон:
Флор.

Флора:
Что?

Джейвон:
Ты улыбаешься?

Откуда он знает?

Флора:
Нет.

Джейвон:
Врёшь.

Я закусила губу, чувствуя, как улыбка расползается ещё шире.

Флора:
А если и улыбаюсь?

Джейвон:
Тогда я, наверное, тоже.

Флора:
Ты в пижаме с медведями улыбаешься телефону?

Джейвон:
Не говори никому. Репутация.

Я рассмеялась вслух. Прижала телефон к груди, закрыла глаза.

Флора:
Ладно. Спокойной ночи.

Джейвон:
Спокойной ночи, Цветочек.

Я смотрела на экран. На это слово. Цветочек.
Я отложила телефон, упала на подушку и закрыла глаза. Улыбка не сходила с лица.
В голове крутилось только одно: он в пижаме с медведями. И улыбался телефону. Из-за меня.
Я зарылась лицом в подушку, чувствуя, как щёки горят.

— Идиотка, — прошептала я. — Какая же я идиотка.

Но внутри всё пело.

За эту неделю вся наша компания узнала о том, что произошло. К моему удивлению, никто не кинулся ругать Джейвона. Даже Джейла, которая обычно не сдерживается, только тяжело вздохнула, когда я рассказала, и сказала: «Ну хоть понял, что дурак». Но всё равно — все были настороже. И я тоже.
Клэр, кстати, всё ещё числилась его девушкой, но, кажется, они не виделись уже больше месяца. Это было... хорошо. Не то чтобы я радовалась, но какая-то глупая, запретная часть меня чувствовала облегчение.

Сегодня суббота. Я еду к Даэло.
Когда я выезжала из дома, небо было серым, но спокойным. Однако через десять минут дороги начал накрапывать дождь — мелкий, противный. Я включила дворники, поморщилась. К тому моменту, как я свернула на знакомую улицу, дождь уже разогнался вовсю, барабаня по крыше машины.

— Отлично, — пробормотала я, паркуясь прямо у входа.

Я выскочила из машины, прикрывая голову сумкой, и за секунду промокла до нитки.

— Даэло! — крикнула я с порога.

В ответ — топот по лестнице. Друг появился через несколько секунд, но не с улыбкой, а с виноватым лицом.

— Флор... — начал он.

— Что?

— Я уезжаю.

— Что?! — я вытаращилась на него. — Какого черта? Почему я узнаю об этом только сейчас, когда уже приехала?

— Так получилось, — он развёл руками, и в его голосе действительно слышалась вина. — Это реально срочно, Флор. Я сам только узнал.

— И куда ты?

— Тёте нужна помощь. С той самой собакой, помнишь?

Конечно, помню. Ту самую собаку, из-за которой он тогда оставил меня одну с Джейвоном. История повторяется.

— Даэло, ты серьёзно?

— Флорик, ну прости! — он сложил руки в молитвенном жесте. — Побудешь у меня, и всё! Можешь остаться, можешь уехать, как хочешь.

Я хотела продолжить возмущаться, но он уже накинул куртку и рванул ко мне с объятиями такими крепкими, что я едва устояла на ногах.

— Извини, — повторил он прямо мне в макушку. — Я быстро. Может, даже сегодня вернусь.

— Даэло, пусти, ты меня раздавишь, — фыркнула я, но сама обхватила его в ответ.

Мы закружились на месте, балансируя, как два неуклюжих медведя. Я уже почти смеялась, когда услышала шаги на лестнице.

— Вы, ребята, точно не встречаетесь?

Голос Джейвона прозвучал откуда-то сверху — сухо, с лёгкой насмешкой. Я замерла. Даэло, не разжимая объятий, повернул голову в сторону лестницы.

— Пошёл на хрен, — бросил он беззлобно. Потом снова прижал меня к себе, чмокнул в макушку и отстранился. — Ну я пошёл, любимка.

— Пока, заяц.

Я осталась стоять посередине прихожей.

— Привет, — сказала я неуверенно, поднимая глаза наверх.

Джейвон стоял на верхней ступеньке, прислонившись плечом к стене. На нём была обычная домашняя футболка и спортивные штаны. Он смотрел на меня сверху вниз, и выражение его лица было... колким.

— Ну привет, Флор, — сказал он и, не добавив больше ни слова, развернулся и ушёл к себе.

Я осталась одна в пустой прихожей, чувствуя себя лишней. Дождь барабанил по окнам. Я прошла в гостиную, села на диван, обхватив руками подушку.

В доме было тихо. Слишком тихо. В телефоне было неинтересно. Поэтому я смотрела в пустоту и думала обо всем.

Прошло минут десять. Я уже начала подумывать, не поехать ли домой, когда наверху снова послышались шаги. Джейвон спустился, даже не взглянув в мою сторону, и направился на кухню.

Я слышала, как он гремит посудой, открывает холодильник, что-то роняет.
Любопытство пересилило.
Я подошла к двери кухни и замерла.

Джейвон стоял у плиты. Перед ним — кастрюля с водой, пачка макарон, на разделочной доске — неровно нарезанная курица. Он пытался что-то сделать, но выглядело это так, будто здесь только что прошёл ураган.

— Ты что делаешь? — спросила я.

— Готовить пытаюсь, — буркнул он.

— Ты?

— А что? Не умею, зато хочу.

Я подошла ближе. Посмотрела на курицу. Куски были разного размера — одни слишком толстые, другие почти прозрачные.

— Ты так резал?

— А что не так? — он приподнял бровь.

— Она разного размера. Одни сгорят, другие останутся сырыми.

— Придираешься.

— Констатирую факт, — ответила я.

— Сама умеешь — покажи.

— Я не для того сюда приехала, чтобы тебя готовить учить.

— А для чего ты сюда приехала?

— К Даэло, — ответила я. — Но его нет.

— И что теперь? — он наклонил голову, и в его глазах снова появилась та колкость. — Будешь стоять и смотреть, как я мучаюсь?

— С удовольствием, — соврала я.

Я стояла и смотрела, как он пытается справиться с ножом. Это было больно. Минуты через две я не выдержала.

— Дай сюда, — я подошла и забрала у него доску.

— А я говорил, — он отступил, опираясь о столешницу, и наблюдал за мной с лёгкой усмешкой.

— Ты ничего не говорил.

— Я подумал. Ты всегда такая... — он замолчал.

— Какая?

— Требовательная, — он усмехнулся. — К еде, к порядку. Даже к ножам каким-то.

— Это называется «знаю, как правильно».

— А по-моему, это называется «занудство».

— Хочешь есть?

— Хочу.

— Тогда помолчи.

Он поднял руки в знак капитуляции.
Я поставила сковороду на огонь, бросила масло. Джейвон стоял рядом, опираясь плечом о холодильник, и комментировал каждое моё действие.

— Не пересоли.

— Не учи.

— Смотри, подгорит.

— Отойди, — сказала я, когда он заглянул в сковороду через моё плечо.

— Не отойду.

— Джейвон.

— Флор, — передразнил он, но сдвинулся на шаг.

Джейвон потянулся за солью и задел мою руку. Я дёрнулась.

— Осторожно, — сказал он. — А то обожжёшься.

— Если ты не будешь лезть, я не обожгусь.

— Не обещаю.

Он взял соль, но вместо того, чтобы отдать мне, начал сыпать сам. Я смотрела на него с ужасом.

— Ты что делаешь?!

— Солю.

— Ты пересолишь!

— Не пересолю.

— Джейвон!

— Что?

— Ты всё испортишь.

— Не испорчу, — он отставил соль и отошёл. — Расслабься, шеф. Я пошутил.

— Это была не шутка, — буркнула я, перемешивая курицу.

— А вот и нет, — он усмехнулся. — Ты так забавно паникуешь.

— Я не паникую.

— Паникуешь, — он наклонил голову. — У тебя даже плечи напряглись.

Паста получилась вкусной. Я не ожидала, что при таком раскладе у меня вообще что-то получится, но еда всегда была моей зоной безопасности. Джейвон сидел напротив и смотрел на меня с лёгкой усмешкой.

— Что? — спросила я.

— Ничего, — он откинулся на спинку. — Просто смотрю.

— На что?

— На то, как ты ешь.

— Это странно.

— Я странный, — он пожал плечами. — Ты знала.

— Вкусно? — спросила я.

— Не жалуюсь, — он усмехнулся. — Для первого раза в жизни, когда кто-то готовил для меня... неплохо.

— Тебе никто не готовил?

— Ну, — он задумался. — Мама иногда. Но она по-другому.

— Как?

— Она не ругается, когда я солю, — он усмехнулся.

— Может, потому что ты не лезешь к ней на кухню специально?

— А к тебе лезу, — он подался вперёд. — И ничего. Ты не против? — спросил он, и в голосе снова появилась та игривость.

— А если против?

— Не поверю, — он усмехнулся.

— Джейвон, — спросила я тихо. — А что с Клэр? Вы всё ещё вместе?

Он помолчал. Помешал пасту в тарелке.

— Не знаю, — сказал он. — Наверное, нет.

— Как это — «наверное»?

— А так, — он пожал плечами. — Мы не виделись месяц. Она не пишет, я не пишу. Думаю, это ответ.

— Ты не хочешь её вернуть?

Он посмотрел на меня. В его взгляде не было той колкости, что в начале.

— Нет, — сказал он. — И никогда не хотел.

— Тогда зачем вы были вместе?

Он усмехнулся, но усмешка вышла невесёлой.

— Долгая история. Неинтересная.

— А если интересная?

— Скучно было. Вот и всё.

Я не стала спрашивать дальше. Что-то в его тоне подсказывало, что он не врёт, но и всей правды не говорит.
Зазвонил телефон. Джейвон посмотрел на экран, скривился.

— Сэт, — бросил он. — Скоро будет.

И почти сразу после этого в прихожей раздались голоса. Я обернулась. В дверях стояли двое мокрых под дождём парней — Сэт и... Даэло?

— Даэло?! — я вскочила.

— Флор! — он улыбнулся, стягивая куртку. — Всё отменилось. Собака выкарабкалась, тётя сказала не приезжать.

— То есть ты меня бросил тут ни за что?! — я подбежала к нему и ударила его в плечо.

— Я перед тобой в неоплатном долгу, — он обнял меня, и я почувствовала, как его куртка холодная и мокрая.

— В неоплатном, — подтвердила я, но всё равно обняла в ответ.

— О, вы тут уже поели, — Сэт заглянул на кухню. — Джейвон, а где моя порция?

— Готовь сам, — усмехнулся Джейвон, не двигаясь с места.

Я повернулась к нему. Он сидел за столом, смотрел на нас с Даэло. В его глазах снова появилось то самое — колкое, отстранённое.

— Ладно. Я пошёл.

— Куда? — спросил Сэт.

— Наверх, — Джейвон вышел из кухни, не обернувшись.