Запах пепла и сирени

Костенко чувствовал себя ожившим мертвецом. Он успел только дойти до дивана, закрыть глаза и провалиться в дурной сон, как противно зазвонил будильник. Ровно шесть. Виски сдавливало, а кофе из термоса уже не бодрил. Теперь кофе просто обжигал гортань.

‎Но сегодня он решил рискнуть. Глядя на Дашу, которая бодро доедала свой завтрак, он вдруг сказал:
‎- Собирайся. Поедешь со мной.

‎Курская замерла с ложкой в руках.
‎- Куда? На работу?

‎- Для тебя - на практику, - хмуро бросил он. - Семёнову я сказал правду, что ты учишься на третьем курсе на криминалиста. Будешь смотреть, как работают профессионалы. Только рот не открывай без команды.

‎***

‎Семёнов, просидевший оставшиеся пару часов в управлении на телефонах и пробивавший ЛТП и спецприемники, встретил их у «Волги». Вид у лейтенанта был помятый, но при виде Даши он мгновенно вытянулся, поправил галстук и даже попытался изобразить на лице подобие голливудской улыбки. Уважение к Костенко теперь шло в комплекте с искренним любопытством к его «племяннице».

‎В машине Даша была единственным энергичным элементом. Она выспалась за всех и теперь с интересом разглядывала серые окраины Москвы.

‎- Ой, ура! Наконец-то по другую сторону наркоманов окажусь! - радостно выпалила она и даже похлопала в ладоши на заднем сиденье.

‎Костенко и Семёнов синхронно, как по команде, обернулись к ней. В салоне повисла мёртвая чекистская тишина. Андрей в шоке приподнял бровь, а Сергей посмотрел на неё так, будто она только что призналась в работе на ЦРУ.

‎Курская, не теряя улыбки, быстро поправилась:
‎- Ну, в смысле... Я имела в виду тех наркоманов, которых по телевизору показывают в передачах. Теперь уже вживую увижу, а не через экран телека.

‎Андрей тихо усмехнулся, возвращаясь к дороге.
‎- В жизни они не такие романтичные.

‎Костенко лишь устало покачал головой и отвернулся к окну. «С ума сойти можно с этой девчонкой», - пронеслось у него в голове.

‎***

‎
‎- Почему бы просто не взять ищеек?

‎- Ищейки? - Сергей хмыкнул, когда Семёнов задал этот вопрос. - Наркоманы, лейтенант, - это вам не дикие звери. Собак на них не натаскаешь.

‎К тому же, когда дело касается таких «сюрпризов», как в этом случае, работа с животными - это последнее, что им нужно. Это только осложнит и затянет дело: лишние свидетели, лишний шум. КГБ предпочитает работать тихо.

‎Они не доехали до Солнечногорска пятнадцати километров, оставив машину у опушки леса. Дальше только пешком. Мелкий снегопад, начавшийся с утра, к середине дня превратился в настоящую метель.

‎Даша шла за Сергеем, стараясь ступать в его глубокие следы. Это было единственным способом не провалиться по пояс в рыхлый, податливый снег. Холод пробирал до костей, несмотря на тёплую одежду. Каждый шаг давался с трудом, но она упорно шла вперёд, сосредоточенная на том, чтобы не отстать. Костенко, казалось, совсем не замечал трудностей. Он шёл впереди, прокладывая путь, словно сам этот лес был ему знаком.

‎Воздух пах сыростью, хвоей и чем-то ещё... чем-то затхлым. И так практически весь день. Они искали свежие следы, но кроме свежего слоя снега не было ничего. Так они обходили все близлежащие населённые пункты и вновь оказались у вчерашнего объекта.

‎‎Они снова были у депо, однако дневной свет не сделал это место уютнее. Пока Семёнов без умолку травил Даше байки про «особенности службы в Подмосковье», Костенко тихо исчез из виду.

‎Его не было минуты две. Андрей уже начал звать: «Сергей Александрович! Вы где?», когда из глубины бетонных завалов раздался его голос:

‎- Сюда. Оба.

‎Он нашёл лазейку: узкий проём, ведущий в скрытый подвальный отсек, который они минувшей ночью пропустили.

‎- Ты здесь можешь постоять, - Сергей преградил Даше путь, когда она попыталась нырнуть следом за Семёновым.

‎- Ну, Сергей Александрович! Ну когда у меня ещё такой шанс будет? - она сложила руки в молящем жесте, глядя на него самыми честными глазами в мире. - Я же будущий криминалист! Мне теорию практикой подкрепить надо!

‎Костенко нахмурился. Усталость брала своё, и спорить с ней не было сил.
‎- Покалечишься - пеняй на себя. И иди так, чтобы я тебя видел. Шаг в сторону - и до конца жизни будешь только телевизор смотреть.

‎Это была победа. Даша нырнула в проход. Андрей, шедший впереди, галантно подал ей руку, помогая спрыгнуть на замусоренный пол. Запах тут стоял специфический: сырость, гниль и что-то химически-едкое. Но для Даши это было круче любого боевика - она шла в группе с настоящими оперативниками КГБ по тёмному подземелью.

‎Потолок здесь был низким. Тяжелее всех приходилось Семёнову - он со своим ростом шёл почти в три погибели, напоминая огромного нескладного кузнечика. Даша подсвечивала путь фонариком, стараясь не наступать на подозрительные кучи тряпья.

‎Вдруг впереди раздался резкий хруст. Семёнов наступил на пустую стеклянную бутылку. В глубине подвала послышалась мгновенная возня и топот.

‎- Стоять, КГБ! - рявкнул Костенко с такой силой, что Даша вздрогнула.

‎Сергей и Андрей сорвались с места, а Даша едва успевала водить лучом фонаря, подсвечивая им путь. Через секунду она увидела, как Костенко профессионал‎ьным движением впечатал одного парня лицом в стену, а Семёнов, проявив неожиданную прыть, заломил руки второму. Оба задержанных были молоды, костлявы и смотрели на оперативников остекленевшими глазами.

‎- Фонарь не опускай! - крикнул Сергей Курской.

‎Задержанные скулили и пытались вырываться.
Костенко вытащил рацию и поднёс к губам:
‎- «Берёза», я - седьмой. На объекте «Депо» взяли двоих по 224-й. Нужна местная милиция для оформления и транспортировки. Свяжитесь с Москвой, доложите в управление.

‎Дождавшись, пока приедет наряд из Солнечногорского РОВД, Семёнов решил проявить инициативу:
‎- Сергей Александрович, можно я останусь и дожму их?

‎Костенко, который продолжал удерживать самого активного парня, пытавшегося вырваться, задумался. Внезапно тот наступил майору на ногу, и Сергей, зашипев от боли, ещё сильнее прижал его щекой к бетонной плитке.

‎- Ладно, Семёнов, остаёшься здесь. Если они у ливийца что-то ещё отработали - пусть всё рассказывают и показывают! Понял?

‎- Есть, Сергей Александрович, - лейтенант выпрямился, на миг переведя взгляд с лежавшего на снегу парня на Костенко. Семёнов явно «рос» на глазах.

‎***

‎Дорога до Москвы прошла в тишине. Костенко вёл машину сам, вцепившись в руль так, что побелели костяшки. Даша сидела рядом, всё еще под впечатлением от увиденного.

‎Впервые в жизни Курская вошла в здание на Лубянке.

‎Она во все глаза осматривала бесконечные коридоры, тяжёлые дубовые двери и серьёзных людей в форме. Когда они наконец зашли в его кабинет, Даша не удержалась:
‎- Н-да, такие хоромы царские... В смысле, Советские. Прям вау!
‎
‎Сергей лишь усмехнулся углом рта, снимая пальто.
‎- Садись, федеративный криминалист.

‎Он кивнул на кожаный диван, стоящий у стенки напротив его массивного стола. Даша плюхнулась на него, чувствуя, как адреналин сменяется усталостью. Костенко сел в своё кресло, открыл папку и начал что-то быстро писать, полностью погрузившись в работу.

‎Так прошло десять минут. Тишину нарушал только скрип его ручки по бумаге.

‎- Скучно просто так сидеть, - подала голос Даша, разглядывая корешки книг в шкафу. - Сергей Александрович, что делать-то?

‎Костенко кинул ей на диван толстую книгу в потрёпанной обложке.
‎- Читай, развлекайся. Только, ради бога, не мешай.

‎Это был сарказм, явный и едкий.

‎Курская, которая и в своём-то времени не особо жаловала зарубежную классику, в СССР, где каждая книга была на вес золота, тем более не понимала, зачем ей читать про дальние страны и незнакомые нравы.

‎Девушка взяла книгу, открыла страницу наугад, но слова расплывались перед глазами. Она разглядывала их, но смысл ускользал и не запоминался.

‎Её взгляд скользнул по стенам кабинета, по книжным полкам, забитым внушительными томами, потом переместился на потолок, где виднелись трещины, похожие на паутину. В конце концов, она снова посмотрела на Костенко. Он сидел, склонившись над столом, сосредоточенно хмурясь, будто он занимался распутыванием всех тайн мира. Даша наблюдала за ним пару минут, а потом снова уставилась в книгу.

‎Не в силах больше делать вид, что читает, Курская положила книгу себе на лицо, прикрывая глаза. Она не спала, просто отдыхала, погрузившись в свои мысли.

‎Костенко, увлечённый работой, заметил это слишком поздно. Он отложил ручку, встал и, стараясь не шуметь, подошел к дивану, на котором развалилась Курская. Резко, но без грубости, он сдернул книгу с её лица.

‎- Ты спишь уже, что ли? - тихо поинтересовался Сергей.

‎- Я не сплю, - Даша не открыла глаз. - Я просто с закрытыми глазами читаю.

‎- Ну-ну, - произнес майор с легкой ухмылкой, закрыл книгу, отложил ее на подоконник и вернулся к своим бумагам.

‎ - Когда уже домой? - она чуть приоткрыла один глаз, взглянув на часы. Пол-одиннадцатого.

‎- Когда я закончу, - не отрываясь от бумаг, ответил он.

‎- Так и сказали бы: «никогда»... - Даша развернулась на бок, спиной к его столу, и опять закрыла глаза. Она действительно задремала, убаюканная шумом метели за окном и мерным скрипом его ручки.

‎***

‎Когда Сергей закончил с бумагами, на часах было уже далеко за полночь. Он тяжело вздохнул, чувствуя, как тело ломит от усталости. Ночью он почти не спал, а сейчас к этому добавились часы напряжённой работы. Майор посмотрел на Дашу, спящую на краю дивана.

‎Он тихо закрыл дверь кабинета, снял свой новый коричневый пиджак и кинул его на стул вместе с галстуком.

‎Сергей осторожно подошёл к дивану и, чтобы Даша не упала, осторожно подтолкнул её ближе к спинке. Диван-книжка, естественно, был разложен, и теперь на нём было хоть какое-то подобие места для сна. Он устроился у самого края, стараясь не касаться её.

‎- Курская, - шёпотом сказал майор. - Если будешь пинаться - окажешься на полу.
‎
‎Он накрыл их обоих пледом, а потом отвернулся, укладываясь так, чтобы между ними было максимально возможное расстояние.

Вдруг за его спиной раздался сонный голос:

- Реально?

Даша, не открывая глаз, тихонько пнула его ногой по пятке. Осторожно, но всё же ощутимо.

- Уймись.

- Холодно у вас здесь, - прошептала она, всё ещё во сне, но уже с ноткой претензии. - Почему?

- А я откуда знаю? - Костенко проворчал в ответ, даже не пытаясь скрыть раздражение. - Это кабинет, а не спальня.

- Ну так... Ваш же кабинет, значит, должны знать. А раз не знаете - это косяк. - Даша перевернулась на спину, уставившись в потолок, где виднелись трещины. - Несовершенство системы, как говорится.

- Спи уже, пожалуйста, - выдохнул Сергей. - А то сейчас пол отогревать своей тушкой будешь.

Даша помолчала, переваривая его слова, а потом тихонько вздохнула.

- Вы думаете, от холода мои голосовые связки откажут?

- Я очень надеюсь на это, - глухо проворчал он.

- Ну и ладно.

Ещё какое-то время в кабинете стояла тишина. Даша, кажется, снова начала клевать носом. Сергей, наконец, расслабился, хотя сон всё ещё не шел. Но внезапно Курская всё же решила ещё кое-что спросить, вновь нарушая его едва установившийся покой:

- Сергей, как думаете, у меня получится вернуться?

Костенко шумно выдохнул, открыл оба глаза и уставился в тёмный кабинет. Этот вопрос всегда висел в воздухе, как дамоклов меч.

- Я не знаю... - он задумался, и его голос звучал уже не так раздраженно, а скорее устало. - Может быть. Если твои друзья что-нибудь придумают, тогда вполне возможно.

- Если опять что-нибудь не помешает...

- Это точно. Тогда, ну, в тот день... Это же твои друзья что-то натворили, что нам половину управления залило. Но только знаешь что? - он со вздохом перевернулся на спину, посмотрев на Дашу в темноте. - Те камеры, где были твои друзья и брат, - они были сухими. Все. А вот твоя... Сама знаешь.

- Думаете... Это из-за воды? - сон моментально отошёл на самый последний план, ведь открывшиеся подробности не могли не заинтересовать.

- Возможно. Может, это она как-то там повлияла на ваше «хлоп - и всё, нету».

- Ладно, тогда надо быть всегда в сухости, - серьёзно произнесла девушка, рассмешив Костенко. - Чего?

Она подняла голову, глядя на него.

- Да ничего... - он сжал губы, чтобы больше не смеяться, но уголки глаз всё равно выдавали улыбку. - Спи уже. Или это у тебя от холода рот автоматически открывается?

- Мгм, - Курская закатила глаза и перевернулась на живот, отвернувшись от него, чтобы уснуть.

Сергей устало вздохнул, вытянул одну руку и за плечо притянул к себе девушку так, чтобы она локтем касалась его груди.

- Ты же мне покоя не дашь, - объяснил он полушёпотом.

Затем он натянул плед ей до самого затылка и положил свою огромную ладонь поверх пледа ей на спину, немного согревая.

Даша практически сразу уснула под тяжестью его тёплой ладони, чувствуя себя странно защищённой. Костенко же долго смотрел в темноту, пока наконец не провалился в тяжкий и беспокойный сон.