Глава 12. Расставание.
Вечер начался с визита, который не предвещал ничего хорошего Сергею. Дверь в квартиру, которая на первый взгляд казалась обычной хрущёвкой, открылась, и в подъезд хлынул тяжёлый запах дорогих духов.
— Опять? — Людочка, скрестив руки на груди, не пустила его в квартиру. — Ты смотрел на часы, Серёжа? Уже половина десятого. Мы должны были быть в консерватории три часа назад!
— Люда, возникли обстоятельства... — начал Костенко, чувствуя, как внутри всё сжимается от привычной лжи. — Срочный вызов в Управление.
— Хватит! — Она резко выдохнула, и в её глазах блеснули слёзы гнева. — Ты приходишь только тогда, когда тебе удобно. Ты пропадаешь неделями, ничего не рассказываешь, смотришь сквозь меня! Я думала, у нас всё серьёзно, а ты... Ты вот как поступаешь!
— Люд... Ну я не могу иначе, — глухо отозвался Сергей. — Служба...
— Тогда иди к своей службе! — Люда указала на лестницу в подъезде. — Я больше не хочу ждать человека, который мне врёт! Ты думаешь, я не понимаю, что ты лжёшь мне? Ты явно столько работой не занят, уж я-то в этом что-то понимаю.
Тёмноволосая девушка имела в виду, что её отец, хоть и генерал, но он всё равно не пропадает на «работе» столько, сколько это делает Костенко.
— Люда, это правда работа!
— Ага, рассказывай мне сказки. Я же такая дурочка наивная! Вали к той, с кем пропадаешь!
— Нет, я не с другой женщиной. — Но девушка уже не хотела ничего слушать. Она плакала и, громко хлопнув дверью прямо перед носом Сергея, скрылась в своей квартире. — Люда!
— Мы расстаёмся! — крикнула Людмила из своей квартиры, медленно отходя от двери.
— Люда!
Сергей не мог смириться с таким положением вещей. Он несколько раз позвал её, но она не отвечала. Тогда он стал стучать в дверь и звонить, но и это не дало результата. Точнее, дало, но немного не то: дверь открыла уже не Людочка, а высокий, лысеющий мужчина лет пятидесяти. Он был больше капитана в несколько раз. Это был генерал-майор Савельев, отец Люды. Одного его взгляда было достаточно, чтобы «пригвоздить» Костенко к месту.
— Слышал? — грозно спросил генерал-майор. — Дочь тебе всё ясно сказала. А теперь послушай меня, капитан. Я тебе рекомендации давал, я тебя от нападок этого Зубова защищал! — мужчина продолжил тише. — Но если ты думаешь, что можешь вот так, приходя, обижать мою дочку, прикрываясь своими «секретными делами», — ты глубоко заблуждаешься.
— Но я не...
Савельев подошел вплотную, обдав Сергея запахом дорогого табака. — Еще раз увижу её в слезах из-за тебя — вылетишь из органов так быстро, что не успеешь удостоверение сдать. Пойдешь на гражданку кирпичи таскать, понял меня? И никакие твои «особые заслуги» перед Горбачёвым тебе не помогут. Вон отсюда!
Вся любезность, которую Савельев так старательно демонстрировал в первые дни пребывания Костенко в Москве, куда-то исчезла. Теперь уже трудно было поверить, что всего пару месяцев назад именно он настаивал на том, чтобы Сергей познакомился с его дочерью.
Сергей хотел еще попытаться что-то сказать, но промолчал. Что можно было ответить на это? Ведь Савельев знал, что у Костенко есть дело, информация по которому поступает лично к Горбачёву! Однако это не помешало генералу считать Сергея человеком, который использует Людочку в своих корыстных целях. Хотя генерал-майор и осознавал, что Костенко действительно занят важной работой, он, видимо, решил избавиться от неугодного зятя, которым мог бы стать Костенко. Разговаривать с таким человеком бесполезно.
Капитан поплёлся к своей машине, думая, что он ещё постарается поговорить с Людочкой, но без присутствия её отца.
Сентябрьский ветер сдувал его волосы до тех пор, пока Сергей не сел в свою машину. Вот и повстречались... Он теряет всё. Карьеру, статус, любимую женщину — и ради чего? Ради того, чтобы охранять девчонку из будущего, которая свалилась на его голову даже не как снег в мае месяце, скорее как снег в Сахаре!
***
Дома было тихо. Судя по всему, Дашка пропадала где-то у своего Василия. Оно и к лучшему.
Сергей прошел на кухню, не зажигая верхнего света. Достал из шкафа бутылку коньяка и тяжело опустился на табурет. В его руках слабо подрагивала янтарная жидкость в рюмке.
В коридоре хлопнула входная дверь, и послышались тихие шаги. Это была Даша.
— Что-то случилось? — спросила она серьёзно. Конечно, Сергей иногда выпивал, но не в темноте и не в рабочей одежде.
— Нет. С чего ты взяла? — с абсолютной уверенностью ответил капитан, залпом выпивая свою рюмку.
— Ну... обычно не пьют в потёмках, — девушка пожала плечами. — Может свет включить?
— Ну включи.
Капитан старался не злиться, он думал о том, что и Даша не выбирала остаться в СССР и это всё ужасная череда несчастных событий. Она же не специально подстроила всё так, чтобы проверить на прочность мужчину.
— А что тогда за повод выпивки? — девушка пыталась ненавязчиво узнать у Костенко что же случилось.
— А тебе так интересно? — Он наполнил вторую рюмку.
Курская прошла к столу и села напротив. В неверном свете кухонной лампы Сергей выглядел старше своих лет. Она подчёркивала все изъяны: морщины, синяки под глазами и неровный тон кожи.
— Интересно, — кивнула Даша, подперев подбородок ладонями.
Сергей хмыкнул, глядя на янтарные блики в стекле.
— Интересно, значит... Ну, считай, что твой нянь, что таскается за тобой, чтобы по шапке не получить, только что получил чёрную метку.
— Это что значит?
— Это значит, что один генерал пообещал меня стереть в порошок и отправить таскать кирпичи на стройку. А его дочь выставила меня за дверь.
Костенко вздохнул и выпил ещё одну рюмку залпом.
Даша с удивлением посмотрела на капитана. В её голове мгновенно сложилась картинка. Он же даже не говорил никогда!
— У Вас была девушка? — спросила она тихо, почти шёпотом.
Костенко промолчал, и это было красноречивее любого «да».
— Ого...
И тут Курская поняла, что никогда раньше не замечала, чтобы у Сергея была девушка. Она даже не могла представить себе такую возможность.
Сергей усмехнулся, видя шокированное лицо своей собеседницы. Она выглядела так, словно ждала, что эта теория опровергнется.
— Что, это так сильно удивительно?
— Ну... Вообще-то да. — Даша кивнула, не отводя взгляда от Костенко, и попыталась скрыть своё удивление, но оно всё равно читалось в её глазах. — Чего она Вас за дверь-то выставила?
Мужчина усмехнулся, заметив, что интерес у Курской лишь усиливается. Однако отступать было уже некуда.
— Система не любит тех, кто слишком много на себя берет. А я взял тебя.
Оба погрузились в молчание. Курская с грустью осознавала, что капитан не может наладить свою личную жизнь из-за её присутствия, а Сергей не находил слов, чтобы выразить свои мысли.
Даша, глядя на его поникшие плечи, внезапно осознала, что если она не поможет ему выбраться из этого состояния, завтра он может действительно не выдержать. А ей был нужен «железный капитан». Глубоко вздохнув, она приняла вид «очень неопытного, но чрезвычайно старательного психолога».
— А давайте поищем плюсы?
Костенко медленно поднял на неё тяжелый и очень усталый взгляд.
— Плюсы? Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно! — Даша активно закивала. — Во-первых, посмотрите на это с другой стороны: у Вас прибавилось опыта! Это же важно! Бесценный жизненный опыт, полученный, так сказать, собственными руками и нервами. Теперь Вы знаете, на что способны генералы в гневе. Это же... стратегическая информация. Профессиональный рост!
Сергей смотрел на неё как на умалишённую, но рюмку к губам не подносил.
— Рост? — он грустно усмехнулся. — Карьерный рост в сторону котлована и лопаты?
— Вы утрируете. Во-вторых, — Даша не сдавалась, — ну, зато Вы теперь снова... как это говорится... одинокий волк!
Костенко поперхнулся воздухом.
— Кто?
— Одинокий волк! — повторила она, пытаясь не засмеяться. — Такой... одинокой, сильный и независимый ни от кого. Ну, только от Горбачёва.
Сергей долго смотрел на неё, а потом вдруг негромко рассмеялся.
— Одинокий волк... — повторил он, отставляя рюмку. — Не думал, что в будущем людей учат так мастерски нести чушь.
— Это не чушь, это позитивное мышление! — фыркнула Даша, чувствуя, как напряжение в кухне начинает спадать. — Хотя да, откуда ему тут взяться.
Сергей закатил глаза. Хотя судьба Союза уже была заказана, то говорить лишний раз об этом не хотелось. Вдруг всё не так? Ещё можно верить в обратное. Даже если это и глупо.
— И не переживайте из-за генерала. Вы же знаете, что будет с этой страной. Кирпичи — это не самое страшное, что всех ждёт.
— Мг, иди уже... — Костенко подпёр голову рукой, смотря на бутылку коньяка в свете кухонной лампы.
— Да ладно Вам... — Даша встала, идя в сторону ванной комнаты. — Я знаю, что Вы тоже ждетё, когда Союз рухнет. Вы просто не говорите об этом.
— Ага, очень...— промямлил капитан с сарказмом.
Сергей сидел, уставившись в одну точку, пока Даша возилась в ванной. Алкоголь, упавший на благодатную почву дикой усталости и нервного срыва, начал действовать по-особенному. Вместо того чтобы уснуть, Костенко вдруг почувствовал нерассудительную решимость.
Курская выглянула из ванной, услышав громкий хлопок входной двери. И Сергея в квартире не оказалось...