Глава 35. Инструментарий
На корте было неестественно тихо. Раньше утро здесь пахло резиной и азартом, сегодня — стерильной холодностью операционной.
Макензи не ждала, пока они переобуются. Она стояла в центре, скрестив руки на груди, и её взгляд сканировал команду, как лазерный дальномер.
— Пять минут разминки закончились три минуты назад, — отчеканила она, когда Ноа затянул шнурок. — Слушать сюда. Старые схемы с сегодняшнего дня — в мусорный бак. Эйден, ты больше не «свободный художник». Ноа, ты перестаёшь быть «тенью».
Ноа выпрямился, чувствуя, как внутри закипает привычный протест.
— И на кого же ты нас переучишь? В послушных марионеток? — голос сорвался на хрип, но взгляд остался жестким.
Макензи даже не моргнула.
— В эффективный механизм. Доюн, ты забираешь на себя весь темп, никакой подстраховки. Майкл — прессинг по всей зоне. Эйден и Ноа... — она сделала паузу, и в этой тишине стало слышно, как гудит вентиляция. — Вы больше не играете в связке «ведущий-ведомый». С этого момента вы меняетесь позициями каждые три владения. Без сигналов. Без взглядов. Только сухая адаптация.
— Это убьет нашу синхронность, — подал голос Эйден. Он стоял чуть в стороне, внимательно изучая реакцию Ноа. — Мы строили это месяцами.
— Ваша «синхронность» — это предсказуемость для проверки личности, — отрезала Макензи. — Если вы играете как единый организм, вас легко вычислить. Если вы хаос, подчиненный математике, — вы неуязвимы. Начинаем. Сейчас.
Первые десять минут были катастрофой.
Ноа намеренно шел в стык там, где Эйден привык оставлять пространство. Когда наступал момент смены позиций, они едва не сталкивались плечами. Доюн метался между ними, пытаясь склеить разваливающуюся игру, а Майкл лишь рычал, вколачивая мяч в кольцо с удвоенной яростью.
— Опять мимо, — голос Макензи резал воздух. — Ноа, ты опаздываешь на долю секунды. Ты боишься довериться траектории Эйдена или просто хочешь показать характер?
— Я хочу играть, а не вычислять алгоритмы в голове! — Ноа остановился, тяжело дыша. Пот заливал глаза. — Ты обещала неделю. Ты не обещала, что будешь вынимать из меня позвоночник.
— У тебя нет позвоночника, пока у тебя нет легального имени, — спокойно ответила она. — У тебя есть только ресурс. Используй его или освободи корт.
Эйден подошел к Ноа, не касаясь его — знал, что тот отшатнется.
— Она провоцирует, — тихо сказал он. — Не давай ей то, чего она хочет. Просто читай мои ноги, а не руки. Мы перестроимся.
— Мы? — Ноа криво усмехнулся. — «Мы» закончилось в тот момент, когда ты подписал её контракт.
Но он снова встал в стойку. На следующем круге что-то щелкнуло. Не доверие, нет — скорее общая злость. Ноа перехватил пас, который предназначался Эйдену, и, не глядя, отдал его обратно за спину. Эйден поймал мяч в прыжке. Это было грубо, некрасиво, но эффективно.
Макензи едва заметно кивнула, делая пометку в планшете.
Когда тренировка закончилась, команда молча разошлась по скамьям. Доюн протянул Ноа воду, но тот замер, глядя на свою сумку.
На черной ткани лежал маленький бумажный журавлик — такие часто оставляли «коллекторы» его отца как метку. На крыле красным маркером было выведено: «Неделя — это долго. Мы ближе».
Холод от записки мгновенно перекрыл жар от тренировки. Ноа скомкал бумагу в кулаке. Контроль Макензи, предательство Эйдена, охотники за спиной — кольцо сужалось.
Он посмотрел на Макензи, которая уже обсуждала что-то с Майклом. Она была права в одном: чтобы выжить, ему придется стать механизмом. Но она ошибалась, думая, что механизм нельзя сломать изнутри.
— Продолжим завтра? — Эйден подошел сзади, глядя на сжатый кулак Ноа.
Ноа медленно разжал пальцы, позволяя обрывкам бумаги упасть на паркет.
— Завтра, — повторил он. — Только не думай, что я привыкаю. Я просто прицеливаюсь.