Глава 2:Часть 34 «Старая плёнка»
«Мы это сделали», - эта мысль билась в голове Ноа в такт пульсирующей боли в плече. Он сидел на холодном бетоне, пытаясь осознать, что всё закончилось.
Долгожданная победа пришла не одна, а в компании жгучей раны, которая то и дело напоминала о себе. Ноа осторожно коснулся ткани куртки - ладонь мгновенно стала влажной. Кровь всё ещё не унималась.
Он поднял глаза на Сенди. Она почти танцевала от радости, и для Ноа это было, пожалуй, самое светлое зрелище за всё время в типографии. Её ликование было настолько заразительным, что ему самому хотелось вскочить и закружиться вместе с ней, если бы не свинцовая тяжесть во всём теле.
- Эй, ты как, приятель? Живой? - Джим подошёл ближе, тенью нависнув над парнем.
- Вроде бы, - выдохнул Ноа, с трудом поднимаясь на ноги.
Алые капли сорвались с пальцев и разбились о серый бетон. Увидев это, Джим помрачнел. Он выудил из кармана чистую тряпку и с силой прижал её к плечу Ноа.
- Чёрт, сильно тебе перепало. Идём в подвал, нужно осмотреть это, пока ты тут всё не залил.
Джим повёл их за собой. Он был горд новичками, но старый вожак знал: это лишь первый шаг, и расслабляться в этом мире - значит совершить последнюю ошибку.
Они покинули лабиринт. Свежий воздух, просачивающийся сквозь щели в старых стенах, ударил в лицо, мгновенно прочищая разум от пыли и гари. Ноа шагал медленно, чувствуя, как каждая мышца вопит от изнеможения.
Сенди шла следом, на ходу утирая кровь с разбитой губы. Она всё ещё не понимала, почему их ведут в подвал, и мечтала только об одном - провалиться в сон на ближайшие двенадцать часов.
Джим открыл дверь в комнату, которую они раньше не видели. Она была крошечной, но удивительно чистой. В центре стоял старый металлический стол, а у стены - шкафчик, забитый склянками и инструментами. Вдоль стен тянулись простые деревянные скамьи. Это место напоминало
импровизированный лазарет.
- Я надеялся, что вам не придётся сюда заходить, но жизнь вносит свои коррективы, - проворчал Джим, копаясь в шкафу. - Садитесь, я сейчас всё принесу.
Он вышел, оставив их одних.
- Здорово мы их, а, Ноа? Ты молодец! - Сенди с восторгом посмотрела на напарника. - Я бы не додумалась так обмануть Сьюзи.
- Спасибо, Сенди. Ты тоже была на высоте. Без твоего броска мы бы проиграли.
- Сильно болит? - она кивнула на его плечо. - Выглядит паршиво.
- Да пустяки, заживёт.
Сенди села на скамью непривычно близко к нему. Ноа заметил это, но промолчал - тишина лазарета располагала к спокойствию.
- Тебе тоже досталось, - он указал на её разбитую губу.
- Ерунда, просто царапина, - отмахнулась она. - Переживу.
Джим вернулся с охапкой бинтов и антисептиков.
- Так, Ноа, залезай на стол. Будем штопать твоё плечо
.
Ноа подчинился. Холод металла обжёг кожу через одежду, заставляя вздрогнуть. Когда он убрал тряпку, стало видно рваную, не очень глубокую, но неприятную рану.
Джим кивнул сам себе, а потом вдруг обернулся к Сенди с хитрым прищуром.
- Вот, Сенди. Это тебе. За то, что не сдрейфила и показала характер.
Он протянул ей старую, потёртую кассету.
Сенди замерла. Она явно не ожидала подарков от сурового лидера типографии.
- Что?! Серьёзно? Спасибо, Джим! Ты просто лучший!
Она бережно взяла кассету, вертя её в руках и вглядываясь в едва различимые надписи на подкассетнике. В её глазах на мгновение вспыхнул тот самый огонёк из прошлой, нормальной жизни.
Сенди затаила дыхание, вглядываясь в потёртый пластик. На вкладыше, написанном от руки чьим-то беглым почерком, едва читались названия:
Side A: The Cranberries - Linger, Nirvana - Come As You Are, The Cranberries - Zombie...
Side B была сильно исцарапана, но для Сенди это не имело значения. Это была капсула времени, кусочек того мира, который они потеряли.
- Как ты её достал? Это же... это невероятно! - выдохнула она, и в её голосе было столько восторга, сколько Ноа не слышал за всё время их знакомства.
- Ну, она обошлась мне недёшево, и я рад, что...
Джим не успел договорить. Сенди резко, порывисто обняла его. Старый лидер опешил, его руки на мгновение застыли в воздухе. Он давно забыл, каково это - чувствовать искреннее человеческое тепло, не омрачённое страхом или выгодой.
Это было похоже на возвращение домой после долгой зимы. Джим медленно приобнял её в ответ, словно родную дочь, и этот момент тишины в холодном подвале стал для него дороже любых припасов.
- Что ж, Ноа, теперь займёмся твоим «боевым крещением», - Джим отстранился и подошёл к Ноа, который всё это время с улыбкой наблюдал за ними.
Сенди устроилась на скамье, то и дело вертя кассету в руках, её глаза сияли. Она уже представляла, как наденет наушники и голос Долорес О'Риордан унесёт её далеко за пределы этой пыльной типографии.
Джим смочил белую ткань спиртом. Запах антисептика мгновенно заполнил комнатку.
- Рана рваная, парень. Будет печь.
Он приложил ткань к плечу. Ноа зашипел, стиснув зубы до хруста, но не отстранился. Когда Джим плеснул спиртом прямо в рану, Ноа не выдержал и коротко вскрикнул - боль была такой, будто в плечо вогнали раскалённый прут.
- Снимай футболку, - скомандовал Джим. - Нужно наложить тугую повязку, иначе завтра рукой не пошевелишь.
Ноа замялся. Он бросил быстрый взгляд на Сенди, которая, казалось, была полностью поглощена своей кассетой, и почувствовал, как к щекам подливает краска.
- Прямо здесь? - прошептал он.
- Не стесняйся, здесь все свои. Делай, что сказано.
Превозмогая боль, Ноа стянул через голову пропитанную кровью ткань. Оставшись с голым торсом под холодным светом ламп, он чувствовал себя странно уязвимым. Джим быстро и ловко наложил бинт, затягивая его так сильно, что плечо занемело.
- Ноа, присядь к Сенди. Слушайте меня внимательно, - голос Джима снова стал стальным.
Ребята замерли на скамье в ожидании.
- Сегодня вы выиграли битву, но не войну. Экзамен сдан, и теперь вы - часть группы не только на бумаге. Даю вам пару дней на восстановление, а потом мы выдвигаемся на поиски Алисы.
- Правда? - Ноа будто прошила искра тока. Надежда, которая всё это время тлела внутри, вспыхнула ярким пламенем.
- Я слов на ветер не бросаю. Готовьтесь. За этими стенами жизнь совсем другая.
Джим повернулся к куче вещей на столе и выудил оттуда два металлических предмета. Холодный блеск вороненой стали заставил сердца подростков биться чаще.
- Теперь они ваши официально, - Джим протянул Ноа его увесистый пистолет, а Сенди - её револьвер. - Вы умеете с ними обращаться. Но запомните: если я узнаю, что вы направили их друг на друга или тратите патроны впустую - отберу без разговоров.
Ноа взял оружие. Знакомая тяжесть в ладони придала ему уверенности, которую не могли дать никакие слова. Сенди же смотрела на свой револьвер с немым восторгом. «Что за день... просто чудо», - пронеслось в её голове.
- Вы свободны. Отдыхайте, - бросил Джим.
Сенди кивнула и пулей вылетела из подвала.
- Не отставай! - крикнула она через плечо Ноа.
Ноа шёл следом, не спеша. Он вынул обойму, проверил полные ряды патронов и удовлетворенно хмыкнул. На жилом этаже было непривычно тихо. Обычно в это время Сьюзи гремела вёдрами или Марк возился в углу, но сейчас их не было ни видно, ни слышно.
Видимо, горечь проигрыша заставила их забиться в самые дальние норы.
Ноа вошёл в свою комнату, бережно уложил пистолет в рюкзак и рухнул на кровать прямо в одежде. Тело ломило, плечо ныло под бинтами, но на душе было спокойно. Сон накрыл его мгновенно - глубокий, тяжёлый и долгожданный.
Этот день изменил всё.