Приговор
Мы вошли в тронный зал, где воздух казался застывшим, словно перед бурей. Я едва успела сменить тренировочный костюм на тяжелое платье из темно-красного бархата с открытыми плечами и пышной юбкой. Оно сковывало мои движения гораздо сильнее, чем любые цепи.
Принц Эдвард стоял на возвышении, его лицо было бледным и непроницаемым. Когда мы подошли, он заговорил, и его голос разнесся под сводами зала, как удар колокола.
- В связи с последними событиями и тем, что леди Селестия де Вальер слишком долго находилась без должной защиты, Корона принимает решение, - он сделал паузу, и я увидела, как его челюсть судорожно дернулась. - Для обеспечения её постоянной безопасности, леди Селестия выходит замуж за герцога Уорвика, близкого родственника Короны и главнокомандующего северными гарнизонами.
«Если бы отец не настоял... если бы старый король не пригрозил лишить меня права наследования за то, что я подвергаю опасности последнюю из де Вальер, я бы никогда этого не сделал», - кричало всё нутро Эдварда, пока он смотрел на меня. - «Я ненавижу этот трон, эти законы и этот долг, который заставляет меня отдавать её другому, чтобы просто сохранить ей жизнь. Прости меня, Селестия».
Я чувствовала, как земля уходит из-под ног. Герцог Уорвик? Старик, чей замок находится в сотнях миль отсюда, в вечных туманах севера?
- Нет... - мой шепот был почти неслышен в огромном зале.
Я развернулась и, приподнимая тяжелый подол своего алого платья, бросилась прочь. Я бежала со всех ног, не оборачиваясь на крики принца и звон оружия стражи. Бархат путался в ногах, но страх был сильнее.
Лестат стоял у колонны, его белая рубашка ярко выделялась в полумраке. Внешне он оставался невозмутимым, но внутри него бушевало холодное раздражение.
«Идиотская человеческая привычка - решать проблемы брачными узами. Они думают, что старый герцог защитит её лучше, чем мой клинок? Это лишнее. Это бессмысленное политическое движение, которое только спугнет зверя. Они не понимают, что запереть её в северной крепости - значит просто упростить задачу убийце. И я... я не позволю этому случиться».
Его брови были сведены, а взгляд темных глаз следил за тем, как мой алый силуэт исчезает в коридоре.
В боковом коридоре я едва не сбила с ног Изабеллу.
- Леди? Что случилось? Почему вы...
Не говоря ни слова, я мертвой хваткой вцепилась в её руку.
- Беги за мной! - выдохнула я, увлекая её за собой вглубь служебных переходов.
Обескураженная служанка едва поспевала за мной. Позади уже слышался топот сапог стражи.
- Селестия, остановитесь! Не глупите! Это королевский указ! - доносились голоса офицеров, эхом отражаясь от каменных стен.
Мы петляли по дворцу, ныряя в потайные двери, которые я запомнила еще во времена детства. Моё дыхание стало хриплым, сердце колотилось в самом горле. Мы почти выбежали на главную лестницу, где нас едва не настигли, но в последний момент я свернула к прачечным.
Наконец, нам удалось проскользнуть через низкую дверь, ведущую к хозяйственному двору. Мы выбежали из замка, чувствуя кожей ледяной ночной воздух.
- Сюда! - я потянула Изабеллу в тень за конюшнями.
Мы вжались в холодные деревянные стены, затаив дыхание. Мимо с грохотом пронесся отряд стражников с факелами, их крики постепенно удалялись в сторону леса. Я прижала руку к груди, пытаясь унять дрожь. Моё великолепное платье было в пыли и паутине, но сейчас это не имело значения. Мы были за стенами дворца, в темноте, где правила игры диктовал уже не король.
Холодный воздух обжигал легкие, а запах сена и старого дерева за конюшнями казался единственным реальным ориентиром в этом хаосе. Мы с Изабеллой прижались к стене, пытаясь унять колотящееся сердце, когда из густой тени кустов, почти бесшумно, выступил он.
Граф Лестат.
Его фигура в темноте казалась еще более высокой и угрожающей. Он не спешил, не звал стражу. Он просто стоял там, засунув ладони в карманы брюк - поза обманчиво расслабленная, но взгляд... взгляд был острее любого клинка. Изабелла пискнула и спряталась за мою спину, а я почувствовала, как по позвоночнику пробежала волна первобытного ужаса. Хотелось сорваться с места и бежать, пока не откажут ноги.
- Не советую вам делать поспешных действий, о которых вы вероятнее всего пожалеете, леди Селестия, - его голос, низкий и вибрирующий, разрезал тишину ночи.
- Что вам нужно? - я едва узнала свой собственный голос.
- Вы сбежали. Это было опрометчиво. Почти глупо, - он сделал шаг из тени. Лунный свет упал на его лицо, делая черты еще более жесткими.
- Хотите сдать меня страже? - я сделала шаг навстречу, задыхаясь от негодования. - И что дальше? Лично закроете дверь кареты, которая повезет меня к этому... герцогу?
Лестат молчал. Он перевел взгляд на дрожащую Изабеллу, затем снова на меня. В его молчании чувствовалось некое раздражение, будто присутствие служанки мешало ему сказать то, что действительно было на уме.
И тут меня прорвало. Всё, что я копила годами - каждый поклон, каждая фальшивая улыбка, каждый корсет, сдавливающий не только ребра, но и душу - всё это выплеснулось наружу. Мой голос сорвался на истеричный, почти надрывный крик.
- С самого детства на меня возложили это проклятое бремя - «де Вальер»! - я полоснула рукой по воздуху, едва не задев свое испачканное алое платье. - Единственная дочь, драгоценная наследница... ни на что не годная, кроме как стать разменной монетой! Выйти замуж за того, кто богаче, кто влиятельнее! А если я откажусь - то я бесполезна?! Ведь так, граф?!
Я хихикнула - этот звук был похож на хруст ломающегося льда.
- Вы все здесь думаете только о собственной выгоде! Ни разу... ни разу вы не подумали о том, каково это - быть «украшением» двора. Думаете, для меня это великая честь? Мне скоро восемнадцать! Но почему я должна надевать оковы, так и не узнав, что такое свобода? Я хочу путешествовать, я хочу видеть мир, а не носить двоих детей под сердцем и заглядывать в рот мужу, ожидая его милости! Я хочу жить, понимаете? Жить без ваших бесконечных «обязанностей» и «долга»! Не впутывайте меня в свои грязные политические игры, граф Лестат, если не хотите, чтобы стало еще хуже!
Мои щеки горели от мороза и слез, грудь тяжело вздымалась. Я ждала, что он разозлится, что он прикажет мне замолчать или потащит назад силой.
Лестат молчал долго. Целую минуту он стоял неподвижно, глядя на меня в упор. Он даже не моргал. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но я видела, как в глубине его зрачков что-то изменилось. Он анализировал каждое моё слово, каждое моё движение, словно видел меня насквозь - не фрейлину, не порученку, а израненного человека.
Наконец, он заговорил. Его голос больше не был назидательным. Он был странно спокойным.
- Значит, путешествовать? - он произнес это слово так, будто пробовал его на вкус. - Вы понимаете, леди Селестия, что последствия вашего побега не ограничатся гневом принца? За стенами этого дворца вы - дичь. Без защиты Короны, без фамилии, без гроша в кармане... мир, который вы так жаждете увидеть, разорвет вас в клочья за первую же ночь.
Он сделал еще один шаг, сокращая дистанцию.
- Раз вы так отчаянно стремитесь к своей свободе... осознаете ли вы, что за неё придется платить кровью? И чаще всего - не вашей собственной?
Он посмотрел на ворота, за которыми начинался темный лес, и его взгляд стал пугающе искренним.
- Если я не остановлю вас сейчас, пути назад не будет. Вас объявят предательницей. Вы готовы к такой цене за возможность «просто гулять»?