Тёмный рыцарь

Звезды над Лондоном рассыпались холодными бриллиантами, равнодушно взирая на шпили дворца. Я сидела у окна, подтянув колени к груди. Тишина в покоях давила на уши. Чтобы выжить в этом гнезде гадюк и найти убийц родителей, мне нужно было преимущество. Свой человек в тени. Свой доносчик.

​Я вспомнила Изабеллу. Ту самую фрейлину, которая в порыве ярости полоснула меня осколком. Сейчас она гнила в темнице, ожидая приговора. Она была спесива, да, но такие люди - самые пронырливые. Они знают все щели дворца.

​Но как попасть к ней? У дверей стояли двое «верных псов» принца. Даже если бы я захотела в уборную, они наверняка сопроводили бы меня до самой двери, вежливо постукивая в косяк каждые тридцать секунд. Настроения звать стражу и объясняться не было. Я решилась на безумие.

​Я бросила взгляд на свое роскошное платье из красного бархата. Оно было великолепным, но совершенно непригодным для акробатики. Однако выбора не было - это всё, что у меня было. Набив постель подушками и плащами, чтобы создать видимость спящего человека, я распахнула окно.

Холодный ночной воздух ударил в лицо. Вдох. Выдох.
Я перелезла через подоконник, судорожно вцепившись в холодный камень. Ногой нащупала выступ на колонне - массивной, украшенной лепниной. Второй этаж. Не так уж высоко, если не смотреть вниз. Я медленно спускалась, цепляясь правой рукой за выступы в стене, а левой пытаясь удержать тяжелые юбки, которые так и норовили зацепиться за статуи горгулий.

​Я уже почти достигла земли и мысленно ликовала, представляя лица тех «олухов» у двери, когда рука, вспотевшая от напряжения, соскользнула с гладкого мрамора.

Сердце ушло в пятки. Мир перевернулся, превратившись в одно темное месиво. Я зажмурилась, ожидая удара о твердую землю... но вместо этого ощутила на спине чьи-то сильные, железные руки.
Я вздрогнула и приоткрыла глаза. Лестат. Его лицо в лунном свете казалось высеченным из белого мрамора, а глаза смотрели на меня с невозмутимым спокойствием.

​- О боже... - я приложила ладонь к бешено колотящемуся сердцу.
Убедившись, что я твердо стою на ногах, граф медленно опустил меня на землю, но не спешил отпускать.

​- Вы всё еще в мире живых, леди Селестия, - раздался голос, пропитанный сухой иронией. - Хотя и пытались его покинуть столь экстравагантным способом.

- Что вы делаете здесь в такой час? - спросил он, и в его голосе не было и тени улыбки.
- Я... - я замялась, глядя на свои испачканные ладони. - Решила прогуляться.
- Давайте без этих детских оправданий, - отрезал он, выгнув бровь. - Вы чуть не свернули себе шею. Куда вы направлялись?

Я поняла, что врать Лестату - это как пытаться спрятать свечу в зеркальной комнате.
- В темницу. К Изабелле.

Граф на мгновение замер.
- К той, что напала на вас? Зачем?
- Есть одно дельце...

Лестат подошел ближе, и я снова ощутила его парфюм с нотками горького шоколада.
- Это опасно.
- Она за решеткой, милорд. Чем она мне навредит?
- Раз это дело столь важно, что вы предпочли окно двери, - граф на мгновение задумался, - не надейтесь, что я отпущу вас одну. Я пойду с вами. Но для начала... вам нужно переодеться. В этом алом знамени вас заметит даже слепой констебль.

​Мы быстро шли по цветущему саду, скрываясь в тени живых изгородей. Лестат привел меня к неприметной пристройке и вынес сверток.
- Переодевайтесь. Быстрее.

​Это была мужская одежда. Черная облегающая рубашка с высоким воротником, кожаные брюки и высокие сапоги с ремнями. Мне никогда не приходилось носить столь... практичный и дерзкий наряд. Когда я вышла к нему, Лестат окинул меня коротким, оценивающим взглядом, в котором на мгновение промелькнуло что-то похожее на одобрение.

​Когда мы достигли кованых дверей темницы, я остановилась.
- Дальше я сама. Пожалуйста.

На лице Лестата отразилось искреннее удивление, смешанное с легким непониманием.
- Леди Селестия, не много ли вы на себя берете? - его голос стал холоднее.
- Пожалуйста, - я посмотрела ему прямо в глаза, почти умоляя. - Просто доверьтесь мне в этом.

Граф несколько секунд сверлил меня взглядом, после чего едва заметно кивнул и отступил в тень коридора.
- У вас десять минут.

Я подошла к камере. Внутри на куче соломы сидела сгорбленная фигура.
- Изабелла, - негромко произнесла я.
Девушка подняла голову. В полумраке она не сразу узнала меня в этом мужском наряде.
- А... ты, - выплюнула она, завидев моё лицо. - Чего тебе? Пришла поиздеваться?
- Мне нужна твоя помощь.

Изабелла залилась хриплым, злым смехом.
- Помощь? С чего бы мне помогать той, из-за которой я здесь гнию?
Я ожидала этого. Импровизируя, я медленно подошла к прутьям и одним резким движением стянула ткань рубашки с плеча.
- Присмотрись, Изабелла. Помнишь, где ты меня резанула?

​Девушка нехотя поднялась и наклонилась к решетке. В темнице было очень темно, но когда она разглядела мою безупречно гладкую кожу без единого следа шрама, её лицо исказилось. Сначала было удивление, а затем - настоящий, животный страх.
- Что... как? - прошептала она, отшатываясь. - Ты... Ты ведьма?

Я криво усмехнулась. Это был мой шанс.
- Да, Изабелла. Я ведьма. И если ты мне не поможешь... я наведу на тебя такую порчу, что твои волосы выпадут за ночь, а кожа покроется язвами. Ты выйдешь отсюда, но никто больше не захочет на тебя смотреть.

«Так ведь говорят ведьмы в сказках?» - подумала я про себя, стараясь сохранять ледяное выражение лица. На удивление, это возымело эффект. Изабелла задрожала, вцепившись в свои лохмотья.

Изабелла смотрела на меня, вжавшись в сырую стену. В её глазах, расширенных от ужаса, отражался страх перед неизведанным. Она видела чистую кожу на моем плече там, где сама нанесла глубокую рану всего день назад.

- Не надо... - прошептала она, и её голос дрожал так сильно, что зубы стучали. - Не наводи порчу, Селестия. Я... я сделаю всё. Только не это. Прошу!

​Я медленно поправила ворот своей новой мужской рубашки, наслаждаясь тем, как легко власть перешла в мои руки.
- Хорошо. Твое проклятие останется при мне, пока ты будешь полезна.
- Что... что я должна делать? - она подалась вперед, вцепляясь пальцами в железные прутья.
- Мне нужны глаза и уши в каждом углу этого дворца. Кто с кем шепчется, кто получает письма, кто заходит к королю после полуночи. Ты будешь моей тенью среди фрейлин.
- Но я в темнице! - вскрикнула она. - Меня казнят или сошлют!
- Об этом не беспокойся. Завтра ты выйдешь отсюда. Но помни, Изабелла: один неверный шаг, одна попытка предать меня - и язвы на твоем лице будут самым малым из твоих бед.

​Я развернулась и вышла из душного подземелья, чувствуя на себе её затравленный взгляд.

Лестат ждал меня у выхода, прислонившись к каменной стене.

- Вы закончили? - он вышел из тени, его шаги были бесшумны.
- Да. Идемте в сад.

Мы зашагали по тропинкам, стараясь держаться подальше от патрулей стражи. Воздух благоухал ночными цветами, но в моей голове созревал сложный план. Нужно было убедить Лестата совершить должностное преступление.

- Милорд, - я остановилась под сенью старого дуба.
- Я вас слушаю, леди Селестия.
- Не могли бы вы... отдать приказ выпустить Изабеллу? Прямо сейчас. Или завтра утром.

Граф замер. Его брови взлетели вверх, а губы искривились в недоверчивой усмешке.
- Вы с ума сошли? - его голос стал тихим и опасным. - Эта девица напала на вас при свидетелях. Она - преступница, посягнувшая на жизнь порученки принца. Вы просите меня совершить безумие.

​- Это не безумие, это стратегия, - я сделала шаг к нему, заглядывая в глаза. - Она мне нужна.
- Нет, - отрезал он, скрестив руки на груди. - Категорическое нет. Моя задача - обеспечивать порядок, а не выпускать на волю взбалмошных девиц с кинжалами за пазухой.
- Пожалуйста, Лестат... - я постаралась вложить в голос всю свою убедительность. - Никто не узнает, что это был ваш приказ. Скажем, что она сбежала или что её отпустил принц.
- Я против, - он покачал головой, и его черные волосы рассыпались по плечам. - Это слишком большой риск. Зачем вам эта змея?

- Чтобы поймать других змей! - я не выдержала и схватила его за локоть. - Вы сами говорили, что дворец полон врагов. Она станет моим шпионом. Прошу вас, милорд. Доверьтесь моему чутью.

​Лестат смотрел на меня сверху вниз. На его лице боролись логика и... что-то еще, что я пока не могла распознать. Он тяжело вздохнул, его скулы заострились.
- Вы невыносимы, Селестия де Вальер. Ваша наглость не знает границ.

​- Значит, вы это сделаете? - я затаила дыхание.
- Я отдам распоряжение... но только при условии, что её голова будет вашей ответственностью. Если она выкинет что-то подобное еще раз, я лично отправлю её на плаху. И вас вместе с ней - за соучастие.

Я выдохнула, чувствуя облегчение.
- Благодарю вас. Вы не пожалеете.
- Я уже жалею, - проворчал он, но в его глазах блеснула искра того самого ироничного интереса. - Идемте. Пока вы не решили освободить еще и всех узников Лондонского Тауэра.

Мы направились к черному ходу. Я шла за ним, глядя на его широкую спину, и думала о том, что эта ночь навсегда связала нас общей тайной.