Домыслы
На уроке русского языка в классе стояла привычная тишина, прерываемая только голосом Аллы Васильевны и шелестом тетрадей. За окном светило солнце, но в кабинете было немного душно, и от этого внимание расплывалось еще сильнее.
Женя сидела рядом с Ритой. Она пыталась слушать учителя, даже смотрела в тетрадь, делая вид, что записывает, но слова проходили мимо. Мысли цеплялись за совсем другое. За утро. За ночь. За его "не могу".
Рита какое-то время наблюдала за ней, а потом наклонилась ближе, почти касаясь плечом.
— Что с тобой? — тихо спросила она. Женя дернула бровями, будто не поняла вопрос.
— А что не так?
Рита посмотрела на нее с явным скепсисом, как на человека, который делает вид, что ничего не происходит.
— Ты серьезно? — так же тихо сказала она. — Ты сидишь со мной, а не с Мелом.
Женя тяжело вздохнула и отвела взгляд. Это было правдой. И объяснять это стало вдруг сложнее, чем она думала.
Она на секунду замялась, решая, говорить или нет. Но держать это в себе уже не получалось.
Женя наклонилась к Рите еще ближе, почти шепотом.
— У нас с ним... ничего не было, — сказала она. — Вообще, — уточнила Женя. — За все время.
Она замолчала на секунду, потом продолжила:
— И вчера он остался у меня... и тоже ничего, — Рита слушала внимательно, уже без улыбки. — Хотя я... — Женя чуть запнулась, но все же сказала. — Я сама начала. И он... ну, отвечал, — она сглотнула. — А потом резко остановился. Сказал, что не может так. Что мама за стенкой.
Женя замолчала и посмотрела на Риту, пытаясь по ее лицу понять, что та думает.
Рита нахмурилась и слегка покачала головой.
— И что тебя в этом напрягает? — спросила она. — Может он реально не хочет торопиться. И вчера ему просто было некомфортно, — Женя вздохнула, опуская взгляд в тетрадь.
— До расставания да, — тихо сказала она. — Это можно понять, — она провела пальцем по краю страницы, будто собираясь с мыслями. — Но сейчас... не знаю. Мне в это как-то не верится, — Рита прищурилась.
— Почему?
Женя снова замолчала. Этот момент был сложнее. Она даже на секунду пожалела, что вообще начала этот разговор. Но потом все же наклонилась еще ближе, почти к самому уху Риты, и сказала совсем тихо:
— Потому что... когда мы расстались... я спала с Кисой, — Рита резко отодвинулась и уставилась на нее. Женя отвела взгляд. — Мел... — она замялась. — Откуда-то знает, — и добавила уже тише: — и мне кажется, что он теперь... брезгует мной.
На секунду между ними повисла тишина. Рита смотрела на нее, будто не сразу переваривая услышанное. Потом нахмурилась сильнее, покачала головой.
— Это бред, Жень.
И вдруг резко замолчала, как будто до нее только что дошло что-то еще. Ее глаза расширились.
— Подожди... — она наклонилась ближе. — Что ты сделала? С Кисой спала? Сколько раз?
Женя не ответила словами, только подняла руку и показала два пальца.
Рита моргнула.
— Два раза?.. — переспросила она шепотом.
Женя кивнула, чувствуя, как становится неловко даже от самого факта.
Она посмотрела на Риту, почти с напряжением.
— Это все еще бред? — тихо спросила она. — Что он брезгует?
Рита еще секунду смотрела на нее, потом выдохнула и уже более спокойно сказала:
— Да, — она чуть пожала плечами. — Если бы он тобой брезговал, он бы не пытался тебя вернуть.
Женя молчала, глядя перед собой. Слова вроде были логичными. Но внутри все равно не становилось легче.
Сзади, за партой Жени и Риты, сидели Анжела и Сева. Сева с самого начала урока почти не поднимал головы, уткнулся в телефон, иногда лениво пролистывая что-то большим пальцем, будто урок его не касался вовсе. Анжела тоже сначала делала вид, что занята тем же самым, экран телефона отражался в ее глазах, но внимание у нее было рассеянным, цепким, как всегда. Она не слушала учителя. Она слушала класс.
И когда до нее долетело приглушенное, но все же отчетливое:
«Что ты сделала? С Кисой спала? Сколько раз?»
Она мгновенно перестала листать телефон. Пальцы замерли. Голова чуть повернулась в сторону Риты и Жени. Они говорили тихо, почти шепотом, но интонации, обрывки слов и сама реакция Риты сказали Анжеле достаточно. Она не слышала всего, но этого и не нужно было. Картина начала складываться сама.
Анжела медленно убрала телефон на парту, делая вид, что просто отвлеклась, но на самом деле теперь ловила каждое движение впереди.
Женя чуть наклонена, напряженная. Рита удивленная, почти ошарашенная. Этого было достаточно.
Анжела перевела взгляд дальше. На Кису.
Он сидел через ряд, рядом с Хэнком, чуть развалившись на стуле, и что-то негромко говорил ему, иногда усмехаясь. Выглядел спокойно. Слишком спокойно. Как будто ничего особенного не произошло. Как будто это его не касается. Анжела задержала на нем взгляд чуть дольше, чем обычно. Потом медленно перевела его на Мела.
Он сидел за ними, чуть поодаль, склонившись над тетрадью. Ручка двигалась быстро, уверенно, он что-то записывал, полностью погруженный в это, или делал вид, что погружен. Лицо было спокойным, сосредоточенным.
Он не знает.
И это ощущение, что он не знает, а она теперь знает, вызвало у Анжелы легкое, почти незаметное движение губ. Не улыбку. Что-то ближе к решению.
Она снова посмотрела вперед, на спины Жени и Риты, и в голове уже складывалась простая мысль.
Мел должен это услышать.
Не потому что "надо". А потому что он имеет право знать.
Анжела опустила взгляд в телефон, но уже ничего не читала. Она просто ждала конца урока.
