Щель
Хэнк шел по парку, не особо глядя по сторонам. Мысли все еще крутились вокруг Жени, ее слов, ее взгляда, ее состояния. Это не отпускало, наоборот, только сильнее застревало внутри, как будто каждая минута прокручивалась заново. Когда он подошел к лавочке, где уже сидели Киса и Мел, он даже не сразу остановился. Просто замедлил шаг, потом сел рядом, тяжело опускаясь на край.
Они оба посмотрели на него.
— Здороваться уже не в моде, да? — с легкой усмешкой сказал Киса. Хэнк перевел на него взгляд, усталый, потухший.
— Самый ужасный день, — коротко сказал он вместо ответа. Мел сразу нахмурился.
— Что там с Женей? — спросил он, чуть подаваясь вперед. — Я завтра хотел к ней сходить, — Боря покачал головой, глядя куда-то перед собой.
— Не стоит, — тихо ответил он. — Там... тяжело, — сделал паузу, будто подбирая слова, но потом просто сказал как есть. — Она столько всего наговорила... несколько раз послала меня нахуй, — Ваня тихо вздохнул и откинулся назад.
— Ну... хорошо, что я не пошел с тобой, — сказал он, как будто между прочим. И именно это почему-то задело Хэнка сильнее всего. Он резко повернул голову к нему.
— Хуевый ты друг для нее, — холодно сказал он. — Раз тебя это радует, — Киса сразу напрягся, удивленно посмотрел на него.
— В смысле? — нахмурился он. — Я был у нее неделю назад. Почему-то пришел только я один, когда все вы отказали ей, — Боря усмехнулся без радости.
— Она просила наркотики, — сказал он. — Вот никто ей и не помог, — он сделал паузу и посмотрел прямо на Кису, чуть прищурившись. — И что она тебе наговорила?
В голосе прозвучало сомнение. Почти проверка. Киса на секунду замолчал. И этого было достаточно.
В голове у него сразу всплыло, комната, ее состояние, косяк, ее руки, поцелуй, то, что было дальше. Он отвел взгляд, чуть сжав губы.
Мел нахмурился, глядя на него.
— Че ты молчишь? — спросил он. Ваня дернул плечом.
— Не хочу об этом говорить, — Хэнк тут же подался вперед.
— Почему это? — Киса посмотрел на него, уже с раздражением.
— Потому что вас это не должно касаться.
Боря усмехнулся. Коротко. Резко.
— Обстановка снова интимная была?
И после этих слов повисла тишина. Тяжелая. Неприятная. Хэнк почти сразу понял, что сказал лишнего. Но было поздно.
По тому, как Киса замер, как сжал челюсть и отвел взгляд, все стало ясно. Он угадал.
Мел переводил взгляд с одного на другого, ничего не понимая.
— Вы о чем вообще? — нахмурился он. Но Ваня ответил раньше, чем Хэнк успел что-то сказать.
— У Хэнка, видимо, крыша уже поехала, — с раздражением бросил он. — От частого нахождения рядом с Рыжей, — Боря тихо усмехнулся.
— Да ты просто конченный, — спокойно сказал он. Киса резко повернулся к нему, злость в глазах вспыхнула сразу.
— Я хотя бы на ее фотки не дрочу, — Хэнк тут же нахмурился.
— Ни разу такого не было, — жестко ответил он. Мел резко дернулся, раздраженно выдохнул.
— Мне вообще максимально не нравится, что вы обсуждаете мою девушку в таком ключе, — сказал он. Ваня сразу повернулся к нему.
— Она тебе так-то бывшая, — холодно напомнил он. Егор сжал челюсть.
— Я хочу ее вернуть, — сказал он. Киса криво усмехнулся.
— А вернется ли она к тебе, если ты даже не даешь ей?
Хэнк тут же вмешался, не скрывая сарказма:
— А ты всегда готов прийти на помощь, да?
После этих слов Мел резко встал. Он даже не стал ничего говорить. Просто посмотрел на них, с явным непониманием, с раздражением, с чем-то еще, и развернулся, уходя прочь.
Киса проводил его взглядом, потом наклонился чуть к Хэнку и тихо, сквозь зубы сказал:
— Не пробовал следить за словами?
Боря посмотрел на него в ответ. Спокойно. Но холодно.
— К тебе такой же вопрос.
И между ними снова повисла тишина. Только уже другая. Гораздо хуже, чем раньше.
Мел шел быстро, почти не разбирая дороги. Гравий под кроссовками тихо хрустел, ветки цеплялись за рукава, но он этого почти не замечал. В голове стоял шум, не громкий, а такой глухой, давящий, когда мысли не оформляются в слова, а просто сталкиваются друг с другом. Он даже не сразу понял, куда идет. Просто уходил подальше от лавочки, от них, от этого разговора. От того, что он услышал.
Егор провел рукой по лицу, резко выдыхая, и замедлил шаг. Нужно было остановиться. Подумать. Нормально, а не так, обрывками. Потому что если сейчас делать выводы, можно ошибиться. А ошибаться он не хотел.
Мел остановился, оперся рукой о дерево, чуть наклонив голову, и закрыл глаза на секунду.
Хэнк и Киса. Они могли просто сцепиться. Сказать лишнего. Перегнуть. Это же не первый раз.
Мел сжал челюсть. Но в этот раз было по-другому. Слишком много совпадений. Слишком конкретно. Он открыл глаза, уставился в землю, будто там мог найти ответ.
«Обстановка снова интимная была?»
Эта фраза крутилась в голове отдельно. Четко. Громко. И реакция Кисы. Не слова даже. А молчание. Отведенный взгляд. Напряженная челюсть.
Егор резко выдохнул, проводя рукой по затылку.
— Да бред... — тихо сказал он сам себе, но уверенности в голосе не было.
Потому что это уже не выглядело как бред. Это выглядело как правда, которую просто не сказали вслух. Он сделал пару шагов вперед, потом снова остановился. И в голове всплыло другое.
Тот день.
Когда он пришел к Жене с цветами. Он тогда даже не придал этому значения. Просто отметил где-то на фоне. А сейчас это всплыло резко, будто кто-то специально вытянул этот момент наружу. Покраснения на шее.
Егор нахмурился, пытаясь вспомнить точнее. Не синяки даже. Но и не просто следы. Слишком характерные. Он тогда подумал, что показалось. Или что она где-то ударилась. Или вообще не стал думать. Потому что не было причины. А сейчас причина была.
Мел медленно выпрямился, чувствуя, как внутри начинает неприятно тянуть. Он перевел взгляд в сторону, туда, где виднелись дома. И еще один момент всплыл.
Еще один, который тогда тоже прошел мимо. Он стоял за деревьями, отойдя от подъезда, справлял нужду, особо не думая ни о чем. И тогда из подъезда вышел Киса. Обычный момент. Ничего такого. Они же все могли заходить друг к другу. Но теперь это выглядело иначе. Совсем иначе. Слишком много «просто совпало». Слишком много «ничего такого».
Егор резко выдохнул, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. На себя. Потому что он мог это заметить раньше. Мог задуматься. Но не стал. Потому что доверял. Потому что не хотел думать плохо. Он сжал кулаки.
— Да нет... — снова тихо сказал он, но уже больше себе.
Потому что теперь главный вопрос был не в том, было ли это. А в том насколько это правда.
Хэнк. Он бы не стал просто так это говорить. Не в таком тоне. Не так. Но Хэнк был на эмоциях. Это тоже факт.
Киса. Он мог сказать что угодно, лишь бы задеть. Но он не отрицал. И это было хуже всего.
Мел медленно провел рукой по лицу, закрывая глаза. В груди стало тяжело. Не как от злости. А как от чего-то более вязкого. Обиды. И еще предательства.
Егор стоял так несколько секунд, пытаясь собрать все в одну картину. Но картина не складывалась до конца. Только куски. И каждый кусок был неприятным.
Он открыл глаза, выдохнул и посмотрел вперед. Ему нужно было одно. Понять. Не догадки. Не намеки. А правду. Потому что сейчас он не понимал, как реагировать. Злиться. Игнорировать.
Или он уже все правильно понял.