Мужской поступок
Они сидели на лавочке в самой дальней части автовокзала, там, где почти не было людей. Отсюда хорошо просматривалась вся площадка: подъезжающие автобусы, суетящиеся пассажиры, вход, через который должна была появиться Женя. А вот их самих почти никто не замечал.
Гендос сидел, откинувшись назад, щурился на солнце и время от времени проводил рукой по лицу, будто пытался окончательно проснуться. Киса сидел рядом, наклонившись вперед, локти упирались в колени, взгляд был направлен в землю. Хэнк чуть поодаль, напряженный, ссутулившийся, сжатый изнутри.
Несколько минут они просто молчали. Но это молчание было не спокойным, в нем что-то копилось. И в какой-то момент Боря не выдержал.
Он резко повернул голову к Кисе, и голос его прозвучал жестко, без попытки сдержаться:
— Воспользовался Женей, да? Понравилось?
Ваня медленно поднял на него взгляд. В глазах мелькнуло раздражение, он уже хотел ответить резко, так же в лоб, как умел. Почти открыл рот, но остановился. Потому что по лицу Хэнка было видно, это не просто наезд.
Он выдохнул и ответил уже иначе:
— Я ей не пользовался. Она сама попросила, — Хэнк мгновенно напрягся сильнее.
— Тебя? — спросил он, почти с усмешкой, в которой не было ничего веселого. — Почему тебя? Не Гендоса? — Киса даже не дал ему договорить.
— Не тебя, — перебил он.
Пауза повисла между ними тяжелая. Ваня посмотрел прямо на него и добавил:
— Вот что тебя на самом деле волнует, — Боря замер, но взгляд не отвел. — Просто она тебя как брата воспринимает, — спокойно продолжил Киса.
Это ударило. По-настоящему. Хэнк сжал зубы.
— Ты гондон, — бросил он, не думая. Ваня усмехнулся, но уже с раздражением.
— Ты начинаешь борщить, — и после короткой паузы, будто специально, добавил: — и да, если тебе так важно знать, мне понравилось, — Хэнк резко поднял на него взгляд. — Она хороша, — продолжил Киса. — Особенно для первого раза.
Внутри у Бори будто что-то оборвалось. Слова застряли в голове. Первый раз. Они начали крутиться снова и снова, заглушая все остальное. Лицо Жени всплыло в памяти, ее взгляд, ее смех, ее привычки. И рядом эта мысль.
С Кисой. В первый раз.
Это было слишком. Он даже не понял, как резко вскочил с лавки и двинулся на него. Просто сорвался. Но Гендос среагировал мгновенно, резко поднялся и встал между ними, упершись рукой в грудь Хэнка, не давая ему подойти ближе.
— Вы оба долбаебы, — жестко сказал он. — Нашли, из-за чего сцепиться, — Боря попытался вырваться, но Гена удержал его. — Успокойся, — добавил он уже тише, но твердо. Потом посмотрел на него внимательнее и сказал: — ты не с тем воюешь, — Хэнк тяжело дышал, но уже не рвался вперед. — Не Киса твой соперник, — продолжил Гендос. — А Мел, — он сделал паузу и добавил, чуть жестче: — и то... ей на Кису так же поебать, как и на тебя и меня. В плане отношений. Мы никогда не будем больше, чем друзья.
Слова повисли в воздухе. Киса тихо усмехнулся, но уже без прежней легкости.
— Она мне и не нравится как девушка, — сказал он. — Она подруга. Не больше.
Хэнк замер. Постепенно до него дошло, что Гендос прав. Это не про Кису. Вообще не про него.
Он медленно выдохнул, провел рукой по лицу и сел обратно на лавочку. Внутри все еще было тяжело, неприятно, но уже без той вспышки.
Боря отвел взгляд в сторону, туда, где должен был появиться знакомый силуэт. И просто уставился вперед, больше не говоря ни слова.
Они продолжали сидеть на той же лавочке. Время тянулось медленно, почти вязко. Люди вокруг сменялись, автобусы подъезжали и уезжали, объявления звучали одно за другим, но для них все это было как фон, приглушенный, далекий. Жени все еще не было.
Хэнк сидел, чуть наклонившись вперед, сцепив руки, и смотрел в сторону входа. Но мысли были совсем не там.
Они возвращались назад. Снова и снова. К ночи. К словам Кисы. К тому, что он сказал про первый раз. И вдруг в голове всплыл еще один момент. Мел. Боря медленно повернул голову к Кисе.
— А ты что будешь делать, если Мел узнает? — спросил он. Киса пожал плечами, будто вопрос его вообще не задел.
— А что? — спокойно сказал он. — Они расстались, — Ваня перевел взгляд куда-то вперед. — И он не узнает, если вы не расскажете, — Хэнк нахмурился.
— Он вообще-то наш друг, — жестче сказал он. — Ты об этом не думал?
Киса ничего не ответил сразу. Боря продолжил, уже с явным нажимом:
— Тебе бы понравилось, если бы кто-то из нас трахнул твою девушку через пару часов после того, как вы расстались?
Тишина. Ваня сжал губы. Ответ был очевиден. И он это понял. Но вслух говорить не стал. Хэнк усмехнулся без радости.
— Где вообще мужская солидарность? —Гендос, до этого молчавший, кивнул.
— Он прав, — сказал он спокойно, но твердо. — Ты реально некрасиво поступил, — Киса раздраженно выдохнул, провел рукой по волосам.
— Да она сама попросила, — снова повторил он, уже с заметным раздражением. — Я никого не уговаривал, — Ваня посмотрел на них поочередно. — И вообще... вы-то откуда знаете? — Гена усмехнулся, покосился на него.
— Да видели мы, — сказал он. — Ножки ваши красивые.
На секунду повисла пауза. Ваня закатил глаза.
— Охуенно, — буркнул он.
Он отвернулся, уставившись куда-то в сторону, явно не желая продолжать этот разговор.
А Хэнк снова перевел взгляд на вход. И напряжение внутри никуда не делось. Только стало тише. И тяжелее.