53
Нугзар сидел на кухне, опираясь на спинку стула, и слушал, как Наташа возится у плиты, готовя завтрак. Запах свежесваренного кофе и овсянки заполнял пространство, создавая иллюзию обычной, спокойной жизни. Леван уже ушёл в душ, Максим ещё спал. Сегодня был важный день: плановый осмотр Нугзара в клинике.
- Ты волнуешься? - спросила Наталья, ставя перед ним тарелку. Она всегда кормила его сама, хотя он уже неплохо ориентировался в пространстве.
- Нет, - ответил он, но его пальцы, сжимающие вилку, чуть заметно дрожали. - Врач сказал, всё идёт по плану.
- По плану - это хорошо, - она накрыла его руку своей. - Я буду рядом.
Мужчина повернул голову на звук её голоса и слабо улыбнулся. Повязки на глазах всё ещё скрывали то, что происходило под ними, но за эти недели он научился читать её настроение по дыханию, по лёгким касаниям, даже по тому, как она ставила чашку на стол.
Леван вышел из ванной, вытирая полотенцем волосы. Он был бодр, свеж и выглядел так, будто собирался на свидание, а не в больницу.
- Готовы? - спросил он, накидывая куртку. - Я буду внизу
Наташа помогла мужу подняться, подала трость. Они медленно вышли из квартиры, спустились в лифте. У подъезда их ждал чёрный внедорожник Левана.
Дорога до клиники заняла около получаса. Наталья всю дорогу держала Гибадуллина за руку, чувствуя, как его пальцы то сжимаются, то расслабляются. Леван вёл машину молча, иногда поглядывая в зеркало заднего вида на брата.
В клинике их уже ждали. Обычный, стандартный осмотр, который они проходили раз в неделю, но сегодня был особенный - сегодня должны были снять повязки, хотя бы временно, чтобы оценить состояние глаз.
Они прошли в кабинет. Врач попросил Наташу и Левана подождать в коридоре.
- Нет, - твёрдо сказала Наташа. - Я остаюсь. Он мой муж.
Врач пожал плечами, не стал спорить. Леван остался за дверью, прислонившись к стене.
Нугзар сидел на кушетке. Его лицо было напряжённым. Врач подошёл, осторожно начал разматывать бинты. Слой за слоем, белая марля падала на пол. Наташа стояла рядом, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони.
Последний слой. Повязка упала. Мужчина сидел с закрытыми глазами. Врач попросил его открыть их. Гибадуллин медленно, словно боясь, поднял веки.
Наталья увидела его глаза. Они были открыты, смотрели прямо перед собой, но не видели. Взгляд был остекленевшим, пустым, направленным в никуда. Она смотрела в эти слепые глаза и чувствовала, как сердце разрывается на части. Он был здесь, рядом, но в то же время так далеко.
Врач посветил фонариком, проверил реакцию зрачков, подвигал пальцем перед лицом. Нугзар не реагировал.
- Ну что? - голос его был тихим, почти безразличным, но Наташа чувствовала, как он напряжён.
Доктор выпрямился, убрал фонарик. На его лице появилась улыбка
- Всё намного лучше, чем мы думали, - сказал он. - Реакция зрачков есть, глазное дно чистое. Опухоль спала. Я не ожидал такого прогресса за столь короткое время.
Наталья выдохнула - она даже не заметила, что задерживала дыхание.
- Значит, он будет видеть? - спросила она, не веря своему счастью.
- Шансы очень высоки, - кивнул врач. - Но не торопитесь. Сейчас я наложу повязки снова, и пусть они остаются ещё месяц. Нужно, чтобы ткани полностью восстановились. А через месяц снимем, и тогда посмотрим. Но я оптимистичен.
Он начал накладывать свежие бинты, аккуратно, профессионально. Нугзар сидел неподвижно, его лицо ничего не выражало, но Наташа видела, как его пальцы сжимают край кушетки.
Когда всё было закончено, врач дал последние рекомендации и отпустил их. Наталья подошла к мужу, взяла его за руку, помогла встать.
- Слышал? - прошептала она. - Ты будешь видеть.
Он кивнул, сжал её пальцы в ответ. Слова были не нужны.
В коридоре их встретил Леван. По его лицу было видно, что он подслушивал - улыбка сияла от уха до уха.
- Ну что, брат, через месяц увидим твою красивую рожу? - хлопнул он Нугзара по плечу.
- Не каркай, - усмехнулся Нугзар, и в его голосе впервые за долгое время послышалось что-то похожее на надежду.
Они спустились к машине. Леван открыл дверь, помог брату устроиться на заднем сиденье. Наташа села рядом.
- Леван, - сказала она, когда они тронулись, - ты сегодня какой-то особенно бодрый. Что случилось?
Леван усмехнулся, взглянул в зеркало заднего вида.
- Есть кое-что, - признался он. - Я хотел сказать вам... но всё не решался.
- Выкладывай, - Нугзар повернул голову в его сторону.
Леван помолчал, собираясь с мыслями, потом заговорил:
- Я встретил девушку. В парке, когда гулял с Максимом. Она просто сидела на скамейке, читала книгу. Я проходил мимо, и она подняла голову... - он замолчал, словно подбирая слова. - Короче, мы начали общаться. Встречаемся уже несколько недель. Она... она не из нашего мира, Наташа. Простая, добрая. Ничего не знает про криминал, про банды. Я ей сказал, что я бизнесмен. И не хочу, чтобы она узнала правду.
Наталья улыбнулась. Она видела, как Леван ожил за последнее время. Его глаза больше не были такими холодными, он чаще улыбался, иногда даже напевал что-то себе под нос.
- Это замечательно, Леван, - искренне сказала она. - Ты заслуживаешь счастья.
Нугзар кивнул.
- Я рад за тебя, брат. Как её зовут?
- Алена, - ответил Леван, и в его голосе прозвучала такая теплота, что Наташа невольно растрогалась.
- Мы хотим её увидеть, - сказала она.
- Обязательно. Но не сейчас. Пусть всё устаканится. - Леван помолчал. - И ещё: я нашёл квартиру. Рядом с вами, этажом выше. Ремонт уже почти закончили. Через пару недель смогу переехать. Но пока я с вами, вы же знаете.
- Мы не против, - Нугзар усмехнулся. - Ты нас уже не стесняешь.
Наташа тоже улыбнулась. Леван был частью их семьи, и мысль о том, что он будет жить рядом, согревала.
Они подъехали к дому. Леван припарковался, помог брату выйти. В лифте он продолжил:
- Я тут подумал... Когда Нугзар снимет повязки, когда ему станет лучше, нужно будет устроить отдых. Реабилитация нужна не только физическая, но и моральная. Я предлагаю уехать на месяц-другой в другую страну. Тепло, море, солнце. Я всё организую.
- Это дорого, - возразила Наташа.
- Деньги не проблема, - отмахнулся Леван. - Вы моя семья. Я хочу, чтобы вы были счастливы.
Нугзар положил руку на плечо брату.
- Спасибо, Лева. Мы подумаем.
Они вошли в квартиру. Наташа помогла Нугзару раздеться, проводила в гостиную. Он сел на диван, вытянув ноги. Она села рядом, положила голову ему на плечо.
- Как ты, милый? - спросила она.
- Устал, - признался он. - Но хорошо. Внутри какое-то спокойствие.
Она посмотрела на него. Повязки на глазах, спокойное лицо, расслабленные плечи. И вдруг взгляд её упал на живот, выпирающий из-под футболки, мягкий, округлый. Она положила ладонь на его живот и легонько погладила.
- Ой, а у нас тут пузико выросло, - сказала она игриво.
Мужчина замер. Его лицо стало напряжённым.
- Что? - переспросил он, не веря.
- Пузико, - повторила она, поглаживая его. - Мягкое такое. Ты поправился, любимый.
Он отстранился, сел прямо. Его руки нащупали живот - действительно, за эти недели малоподвижного образа жизни он набрал вес. Для человека, который всегда был в идеальной форме, это стало ударом.
- Наташа... - начал Гибадуллин, и в его голосе послышалось что-то похожее на панику. - Я всегда был в форме. Я не могу... это не я...
Она придвинулась ближе, обняла его.
- Нугзар, послушай меня, - твердо сказала она. - Ты лежал в больнице, ты не двигался, ты восстанавливался после тяжёлых травм. Конечно, ты поправился. Это нормально. Это пройдёт. Когда ты встанешь на ноги, когда начнёшь ходить, заниматься, всё вернётся.
Он молчал, и она чувствовала, как напряжены его мышцы. Он комплексовал. Её сильный, смелый Нугзар комплектовал из-за нескольких лишних килограммов.
Она взяла его лицо в ладони, повернула к себе.
- Слушай меня внимательно. Я буду любить тебя любого. С пузиком, без пузика, с глазами, без глаз. Ты - моя жизнь. Ты - моё всё. И если ты наберёшь ещё сто килограммов, я всё равно буду любить тебя. Понял?
Он вздохнул, расслабился. Его руки обняли её за талию.
- Понял, - прошептал Нугзар. - Просто... это непривычно. Я всегда был сильным, подтянутым. А теперь чувствую себя... слабым.
- Ты не слабый, - Наталья поцеловала его в висок. - Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю. Ты прошёл через ад и выжил. А лишний вес - это ерунда. Мы вместе займёмся спортом, когда ты поправишься. Бегать будем по утрам. Я даже готова страдать вместе с тобой.
Он усмехнулся.
- Ты готова на всё, да?
- На всё, - подтвердила она. - Потому что я люблю тебя.
Они сидели обнявшись, пока не заснули так. Леван, заглянув в гостиную, тихо накрыл их пледом и ушёл в другую комнату. Максим возился в своей, делал уроки. Дом наполнился тишиной и покоем.
Наташа думала о том, как много они пережили. О его глазах, которые увидят свет через месяц. О Леване, который нашёл любовь. О будущем, которое теперь казалось таким ясным и светлым.
Она погладила мужа по волосам, прижалась к нему крепче.
- Всё будет хорошо, - прошептала она в темноту. - Ты увидишь.
И он, словно услышав, обнял её крепче и улыбнулся во сне.