43
Зал для банкетов в деловом центре на набережной сиял огнями. Хрустальные люстры отражались в полированных стенах, дорогие костюмы и вечерние платья создавали иллюзию роскоши и благополучия. Наташа вошла под руку с Даней, чувствуя, как каждый шаг отдается глухим стуком в висках. Она была в темно-бордовом платье в пол, с открытыми плечами и строгим вырезом. Волосы уложены в сложную прическу, на лице - маска холодного спокойствия. Только глаза выдавали напряжение.
Банкет был организован новыми партнерами, теми самыми, что пытались провернуть аферу, но были остановлены Нугзаром и Леваном. Теперь здесь собрались крупнейшие игроки рынка - те, кто пережидал бурю, и те, кто надеялся урвать свой кусок. Наташа знала: решение прийти - риск. Но бизнес не терпит слабости. И она пришла.
Ломбарди, как верный телохранитель и помощник, не отходил от нее ни на шаг.
- Наталья Игоревна, здесь слишком много народу. Может, нам...
- Нет, - отрезала она. - Мы остаемся. У меня переговоры через час.
Она взяла бокал шампанского с подноса проходящего официанта и сделала глоток. Игристое вино обожгло горло, но не принесло облегчения. В зале играла тихая музыка, люди улыбались, говорили о деньгах, контрактах, перспективах. Никто не знал, что всего несколько недель назад эта женщина стояла с пистолетом у виска собственного мужа.
И вдруг она увидела их.
У дальней стены, в тени колонны, стояли двое. Леван - безупречный, в темно-синем костюме, с бокалом минеральной воды в руке. И рядом с ним Нугзар.
Он был в черном костюме, строгом и элегантном, который сидел на нем непривычно - обычно она видела его в кожаных куртках или темных свитерах. Трость была при нем, но сегодня он опирался на нее с какой-то особой грацией. Повязка на глазу, седина на висках - все это делало его похожим на пирата из старых романов. Опасного, неукротимого, притягательного.
Гибадуллин смотрел на нее. Только на нее. Сквозь толпу, сквозь свет, сквозь годы боли и разлуки.
Наталья отвела взгляд. Сделала еще глоток шампанского. Рука чуть дрожала.
Она пыталась сосредоточиться на разговоре с коллегой из Москвы, обсуждала условия нового контракта, улыбалась, кивала. Но краем глаза видела, как Нугзар отделился от брата и начал пробираться к ней. Медленно, опираясь на трость, но неумолимо.
Он подошел, встал рядом. Коллега из Москвы, узнав его, побледнел и быстро ретировался. Даниил тоже сделал шаг назад, давая им пространство.
- Наташа, - тихо сказал мужчина. - Мне нужно с тобой поговорить.
Она повернулась к нему. В ее глазах кипела ярость, которую она сдерживала неделями. Месяцами.
- Нет, - отрезала она. - Не нужно. Ничего не нужно.
- Пожалуйста. Всего минуту.
- Ты не слышишь? - она повысила голос. - Я сказала - нет!
Она выставила руку и со всей силы оттолкнула его в грудь. Нугзар покачнулся, едва удержав равновесие, опираясь на трость. Его лицо не изменилось - только в единственном глазу вспыхнула боль. Не физическая - душевная.
- Ненавижу тебя! - прошипела она. В этом было всё: страх, боль, любовь, которую она боялась признать. - Ненавижу за то, что ты сделал с нами! За то, что ты сделал с Максимом! За то, что ты сделал со мной! Убирайся!
Он стоял, молча глядя на нее. Не защищался, не оправдывался. Просто смотрел, и в этом взгляде было столько принятия, столько любви, что у нее перехватило дыхание.
- Я люблю тебя, - сказал он тихо. - И буду любить. Даже если ты ненавидишь меня. Даже если ты прогонишь меня тысячу раз. Я буду рядом. Всегда.
Она открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент грянул взрыв.
Мир рухнул.
Грохот был таким, что заложило уши. Пол под ногами заходил ходуном. Люди закричали, посыпались осколки стекла, люстры сорвались с потолка и разбились об пол. Темнота смешалась с дымом, запахом гари и крови.
Наташу отбросило в сторону. Она упала на колени, прикрывая голову руками. В ушах звенело. Она слышала крики, стоны, новые взрывы - уже где-то рядом.
- Наташа! - голос Нугзара пробился сквозь шум. Он был рядом, схватил ее за руку, поднимая. - Наташа, вставай! Надо уходить!
Она поднялась, пошатываясь. Вокруг была паника. Люди бежали к выходу, но оттуда тоже слышались выстрелы.
- Это Зимин! - крикнул Леван, пробираясь к ним. - Его люди! Они заблокировали выходы! На крышу, быстро!
Они двинулись. Леван шел первым, расчищая путь. Нугзар тащил Наташу за собой. Его трость осталась где-то внизу, он хромал, но не отпускал ее руку. Сзади Даня прикрывал их, отстреливаясь.
Лестница на крышу была узкой и темной. На каждом пролете они слышали выстрелы, крики, топот. Сердце Наташи колотилось где-то в горле. Она не понимала, что происходит, только чувствовала его руку - теплую, сильную, сжимающую ее ладонь.
Они выскочили на крышу. Холодный ветер ударил в лицо. Ночь была звездной, но внизу полыхал пожар. Крыша была плоской, с низким бортиком. Леван огляделся, ища путь к отступлению, но запасной выход был заблокирован.
- Засада! - крикнул он, доставая пистолет. - Ложитесь!
Новый взрыв потряс здание. На этот раз совсем близко, этажом ниже. Пол под ногами треснул, из щелей повалил дым. Натаоья поскользнулась и упала, ударившись головой о бетон. Перед глазами поплыли круги.
Нугзар упал рядом. Она услышала его сдавленный стон и увидела, как он прижимает руку к боку. Там расплывалось темное пятно.
- Нугзар! - она бросилась к нему, забыв о страхе, забыв о ненависти. - Ты ранен!
Он посмотрел на нее, и в его глазах не было боли. Только спокойствие.
- Пустяки. Царапина.
- Врешь, - она попыталась прижать его руку к ране, чтобы остановить кровь. - Врешь, как всегда.
Леван, отстреливаясь, отступил к ним.
- Нам нужно вниз! Другого пути нет!
- Не успеем, - прохрипел Нугзар. Он сел, прислонившись к бетонной стене. Небо над ними было черным, звезды казались холодными и равнодушными. - Лева, забирай ее. Уходи.
- Нет! - закричала Наташа, вцепившись в его куртку. - Я никуда не пойду без тебя!
- Наташа, - он поднял руку и коснулся ее щеки. Пальцы были холодными, но такими родными. - Послушай меня. Ты была лучшей в моей жизни. Лучшей женщиной. Лучшей матерью. Лучшим всем. Спасибо тебе. За каждый день. За каждую минуту.
Слезы текли по ее лицу, но она не вытирала их.
- Не говори так, - прошептала она. - Не смей прощаться. Мы выберемся. Ты слышишь? Мы выберемся!
- Ты сильная, - он улыбнулся слабо, измученно. - Ты справишься. Максиму передай... что я его люблю. Очень.
Леван, перезаряжая оружие, бросил взгляд на брата.
- Нугзар, не смей...
- Заткнись, Лева, - перебил Нугзар, не отрывая взгляда от Наташи. - И ты иди. Живи. Ради племянника. Ради себя. А я...
Он не договорил. Внизу, под ними, раздался новый, нарастающий гул. Еще один взрыв. Сразу за ним еще один. Здание задрожало.
Нугзар поднял голову, прислушиваясь. Его лицо напряглось.
- Лева, внизу пламя. Оно поднимается. Скоро будет новый взрыв - сильнее. Уходите. Немедленно.
- Нет, - твердо сказал Леван. - Я не брошу тебя.
- Ты должен. Если мы оба погибнет, кто защитит Максима? Кто защитит её? Иди. Это приказ.
Леван колебался. Наташа смотрела на мужа
- Нугзар... - прошептала она.
- Все хорошо, - он снова коснулся ее щеки, стирая слезу большим пальцем. - Все хорошо. Я сделаю так, что ты выживешь. Обещаю.
Он услышал новый, нарастающий свист. Пламя поднималось. Еще секунда - и будет поздно.
Нугзар, собрав последние силы, оттолкнул Наташу в сторону Левана.
- Лева, бери её! Бегом!
И прежде чем они успели двинуться, он дополз до нее. Он накрыл ее своим телом. Тяжелым, израненным, живым. Прижал к бетонному полу, закрывая от того, что должно было случиться.
- Я люблю тебя, - прошептал он ей на ухо. - До последней секунды.
Наташа закричала. Забилась под ним, пытаясь вырваться, но он был неподвижен, как скала. Она чувствовала его сердце. И знала, что через мгновение его может не стать.
Внизу грохнуло. Оглушительно. Нестерпимо.
Свет померк.
Земля ушла из-под ног.
И тишина.