Пламя Мести

песня: I want it all – Omido, Mandrazo, Rick Jansen

Новый порядок жизни не приносил покоя, лишь выжигал остатки спокойствия. Моя жена была как заноза в заднице, которая балансирует между помощью мне или создает проблемы. С момента заключения брака прошло совсем немного времени, но Мирабель уже успела разворошить много проблем.  Первая из них, смерть чертового Армати. Теперь, когда он мертв, между нашими семьями разверзлась война и в этом конфликте, подобно стервятникам, начали втягиваться Ла . С одной стороны, это открывало новые возможности, но с другой — самовольные действия Мирабель, вечно идущей наперекор намеченному плану, приводили в бешенство.

Затянув ремешок тяжелых часов на запястье, вышел из автомобиля. Мирабель спала сладким, безмятежным сном после вчерашнего, пока я направлялся в офис на встречу с Тори. Весть о гибели младшего Армати застала врасплох. Гаспер позвонил незамедлительно, предложив обсудить ситуацию лично. Любопытство пересилило гнев, хотелось увидеть, какую бурю вызовет эта новость у партнеров.

Тяжелые двери переговорной поддались с глухим звуком. Луис уже ждал, вальяжно расположившись в своем кресле.

— Доброе утро, — коротко бросил, опускаясь в кресло напротив.

— Не назовешь его добрым, Стеф, — брат медленно развернулся, и в его взгляде читалось недоброе предчувствие.

— К чему такая мрачность? — выложил телефон на полированную поверхность стола.

— Армати прислали «подарочек», — на губах Луиса заиграла зловещая усмешка.

— Выкладывай, — потребовал, не желая тратить время на игры.

— Сам глянь.

Брат пододвинул ко мне планшет. Экран вспыхнул, и на нем показалось видео. В кадре было двое мужчин: один — в темной маске, сжимающий камеру, другой — безжизненно распростертый на земле. Снявший направил объектив на лежащего мужчину.

— Это тебе подарок, Туз, — прозвучал из динамиков стальной, лишенный эмоций голос.

Сердце пропустило удар. Этот тон невозможно было спутать ни с чем. Кэйлт. Старший сын Армати.

– Твой человек пострадал. Мне так жаль.

Камера поднялась выше, демонстрируя уличный вид. Ветер свистел в микрофоне, передавая ощущение огромного, открытого пространства. Каньон Красной Скалы. Это место славилось своей первозданной, пугающей красотой: багровые стены, уходящие в небо, и бездонные пропасти, зажатые между острыми выступами.

— Красота, не правда ли, Туз? — Кэйлт издал короткий, смешок.

Он снова наклонился к лежащему человеку, бесцеремонно хлопая того по щекам.

— Ты жив, человечек? — усмехнулся безумец.

Эд молчал. Тело моего солдата было мертвым. Зная о нарастающем напряжении, я ожидал покушений, но такая стремительная и жестокая демонстрация силы не входила в расчеты. Следующий удар будет уже за мной. Однако ответ должен быть соразмерным. Целью станет старик Итан.

Кэйлт с размаху пнул тело, заставляя его покатиться к самому краю обрыва.

— Попрощайся с ним. Такой молодой... всего двадцать два года. Жаль парня, — проговорил он и коротким движением сбросил труп в бездну.

Челюсти сжались так сильно, что зубы заскрипели. Ярость, холодная и концентрированная, заполнила грудь. Никто не имел права вторгаться на мож территорию и так легко распоряжаться жизнями мои людей. Сукин сын.

— Будь осторожнее, Россо. Я могу добраться и до твоей женушки. Хотя кто знает... может, она уже в моих руках?

Камера развернулась, ловя лицо Кэйлта. Он стянул маску, обнажая торжествующую улыбку, после чего видео оборвалось.

Я с силой грохнул ладонью по столу, возвращая планшет брату. Раздражение пульсировало в висках.

— Усилить охрану на границе. Немедленно.

— Уже сделано.Какой визит мы им отправим в ответ?— отозвался Луис, сохраняя деловой тон.

— Ударим по Лар, а через него по Армати.

Брат удовлетворенно кивнул.

— Передай Тому, чтобы следил за обстановкой и докладывал каждый шаг.

— Будет сделано. - усмехнулся брат.

— И что делать с этой девчонкой? Из-за нее начался этот хаос. Нельзя ее куда-нибудь сослать? Она ходячая катастрофа. – закинул руки за голову брат злясь.

Я хранил молчание, прокручивая в голове увиденное. В этот момент дверь распахнулась. В переговорную стремительно вошла Мирабель. Ритмичный, уверенный стук ее каблуков по мрамору заполнил комнату. На ней были классические брюки клеш и белый корсет, подчеркивающий фигуру и придающий облику властность.

— У тебя какие то проблемы со мной? — ледяным тоном обратилась она к Луису.

Брат окинул ее тяжелым, колючим взглядом.

— Не только у меня. У нас у всех теперь одни вопросы к тебе, Мирабель.

Жена невозмутимо опустилась в кресло напротив.

— И какие же? Война? — она откинулась на спинку, вскинув подбородок. — Она бы началась в любом случае. Убил бы Стефано или я, разницы нет, Луис. Они бы не отступили.

— Ты слишком много на себя берешь, — в голосе брата сквозило раздражение. — Если тебе приказывают следовать плану, ты подчиняешься, а не устраиваешь самодеятельность. Если бы Стеф устранил цель сам, всё закончилось бы мягко. Но из-за тебя он стал мертв, а вместе с ним в наш дом вошла война.

— На то была причина, — фыркнула Мирабель, не отводя взгляда.

— И какая же? — Луис вызывающе вскинул бровь.

Я лишь оперся локтем о подлокотник, подпирая щеку рукой. Молча наблюдал за их перепалкой, не намереваясь вмешиваться. Воздух в кабинете, казалось, загустел от взаимного раздражения. Мирабель не просто спорила, она бросала вызов Луису. До нее нужно было донести простую истину. В нашем клане не существует места капризам. Здесь не действуют правила «хочу — сделаю». Здесь существует только одно правило, мои приказы, которые не обсуждаются, а исполняются.

— Тебя это не касается! И вообще, я обязана перед тобой отчитываться?! — её голос прозвучал резко.

Она стремительно сократила дистанцию, нависая над массивным дубовым столом. Ладони Мирабель с силой уперлись в полированную поверхность и в этом жесте было столько неприкрытой дерзости, что на мгновение в комнате воцарилась мертвая тишина.

— Если возникнет такая необходимость, то да, обязана, — раздался сухой, раздраженный щелчок языка брата.

Луис сидел напротив, и его лицо выражало крайнюю степень утомления от этой бесконечной перепалки. Мирабель лишь презрительно усмехнулась, не удостоив брата даже взглядом.

— Еще чего! — бросила жена, отворачиваясь от него с таким видом, будто столкнулась с чем-то крайне неприятным. — Как Виолла тебя вообще терпит?

В кабинете стало ощутимо холоднее. Взгляд Мирабель, полный неприкрытого отвращения, прошелся по брату. Луис заметно напрягся, его челюсти сжались так, что на скулах заходили желваки. Его задели за живое и эта эмоциональная вспышка была почти осязаема.

— Закрой рот, — прошипел он, и в его голосе прорезалась опасная сталь. — Не смей даже приближаться к этой теме.

— Оу, кажется, кого-то это задело, — Мирабель расплылась в торжествующей, почти кошачьей улыбке. Она явно наслаждалась тем, какой хаос сеет вокруг себя.

Терпение лопнуло. Тяжелая ладонь с глухим стуком обрушилась на стол, прерывая этот бессмысленный обмен колкостями. Взгляды обоих, и разъяренного брата, и самодовольной жены, мгновенно скрестились на мне.

— Хватит. Оба замолчали, — тон не терпел возражений.

Пришлось перевести тяжелый взгляд на Мирабель. Она была центром этого шторма, и шторм нужно было погасить.

— И чтобы я больше не слышал ни единого слова о твоей подруге, — отчеканил я, давая понять, что тема закрыта окончательно.

Губы вишенки дрогнули. Она уже открыла рот, явно намереваясь выдать очередную порцию язвительных комментариев, но я перебил её на полуслове.

— Нет. Молчать, Мирабель, — в моем голосе прозвучала неприкрытая угроза.

Она замерла. Глубоко, тяжело вздохнула, словно пытаясь усмирить бурю внутри себя и скрестила руки на груди.

— Псих... — едва слышно прошептала она, надеясь, что я не услышу. Но я услышал.

Луис, потеряв интерес к нашему диалогу, поспешил спрятаться за экраном телефона, демонстрируя полное отрешение от происходящего.

— Через сколько они прибудут? — спросил брат, не поднимая глаз.

— Через пятнадцать минут.

— У вас сейчас будут переговоры? — в голосе Мирабель внезапно проснулось любопытство.

— Да. Тебе лучше пойти и подождать в другом месте, — произнес я, не отрываясь от изучения документов. Строчки текста расплывались, но сосредоточенность была необходима.

— Выгоняешь? — нахмурилась жена и в её глазах снова заплясали искры протеста.

— Называй это как хочешь, — даже не поднял головы, демонстрируя полное безразличие к её обидам.

И тут произошло то, чего я никак не ожидал.

— Ну, ладненько, — непринужденно согласилась она.

Внутри шевельнулось странное чувство недоумения. За всё время нашего знакомства я изучил её характер до мелочей. Мирабель не была из тех, кто склоняет голову. Она — стихия, которая привыкла пробивать стены лбом, лишь бы отстоять свою правоту. И эта внезапная покорность казалась фальшивой.

Когда она начала подниматься со своего места, я отложил бумаги в сторону.

— Стоять, — приказал я, заставляя её замереть.

Она остановилась, глядя на меня с вызовом.

— Ты так просто сдалась? — в моем вопросе сквозило подозрение.

— Да. Просто потом не жалуйся Стефано, что я соваюсь не в свои дела, — она наклонилась чуть ближе и многозначительно подмигнула.

— Заметь, ты сам разрешил мне посидеть в другом месте.

В голове промелькнула мысль «чертовка она». Она не отступила, моя жена просто сменила позицию, используя мою же жесткость против меня самого. Эта девчонка была куда хитрее и расчетливее, чем я привык считать.

— Будешь сидеть с Изель, — я откинулся на спинку кресла, наблюдая за её реакцией. — Как раз составит тебе компанию. В другие помещения тебе вход запрещен.

— Посмотрим, Туз, — она лишь равнодушно пожала плечами и развернувшись, направилась к выходу.

Её уход оставил после себя шлейф вызова, который я еще долго чувствовал кожей.

Ровно через пятнадцать минут тишину кабинета нарушил тяжелый шаг. Дверь распахнулась и Гаспар со своими людьми зашли внутрь. Телохранители вошли первыми, сканируя пространство холодными взглядами, а следом за ними показался сам Гаспар. Его присутствие всегда приносило с собой запах дорогого табака и едва уловимый аромат нарастающей тревоги.

— Здравствуй, Туз, — произнес он, склонив голову в знак уважения, и крепко сжал мою ладонь.

Короткий кивок стал единственным ответом. Пришло время переходить к делу.

— Что привело тебя ко мне, Гаспар? — вопрос прозвучал сухо, пока пальцы массировали щетину на подбородке.

Лицо его помрачнело. Он не стал тратить время на любезности, в его глазах читалась готовность к столкновению

— Думаю, ты прекрасно понимаешь причину, Туз. Вы убили Ромео Армати.

В кабинете словно выкачали кислород. Воздух стал плотным, почти осязаемым. Вместо того чтобы выдать реакцию, на губах заиграла ленивая, едва заметная усмешка.

— И это что-то меняет? — голос прозвучал безразлично, хотя внутри уже выстраивались новые шахматные комбинации.

— Это меняет всё! — почти выкрикнул Гаспар, и его голос сорвался на хрип. — Теперь вы в состоянии войны с Армати. Как мы собираемся придерживаться плана по уничтожению Лар?

Паника в его голосе была почти осязаемой. Пришлось применить дозу ледяного спокойствия, чтобы вернуть контроль над ситуацией. Брови поползли вверх, взгляд стал жестким, фиксирующим каждое движение собеседника.

— Гаспар. Успокойся. Твоя обязанность — думать о том, как стереть Лар с лица земли, а не переживать о том, с кем именно у меня сейчас война.

— Хорошо, — он сглотнул, пытаясь вернуть самообладание. — Но как нам уничтожать его, если сейчас все твои силы будут увязать в конфликте с его ближайшим союзником?

— Через Лар мы и нанесем решающий удар по Армати, — последовало краткое пояснение, подкрепленное лишь неопределенным пожатием плеч.

— Сомнительная стратегия, — подал голос человек Тори. Его мнение всегда было весомым, и сейчас его скепсис резал слух.

Луис, до этого момента сохранявший молчание, мгновенно оживился.

— С чего вдруг такая уверенность? — в его голосе проснулся интерес.

Блондин перевел тяжелый, полный сомнения взгляд на брата.

— Дикон не особо ладит с Итаном. Их связь всегда держалась на сделке, которая должна была объединить их семьи через детей. Но теперь Ромео мертв, и эта ниточка оборвалась. Это паршивая затея, — блондин буквально сверлил Луиса глазами, подчеркивая фатальность ошибки.

Пришлось вмешаться, чтобы расставить точки над и. Знания человека Тори были глубокими, но неполными.

— Ты видишь лишь верхушку айсберга, — отрезал я. — Ты не учитываешь, что их дружба уходит корнями гораздо глубже простых сделок. Они готовы прийти на помощь друг другу, даже если это не сулит мгновенной выгоды. Если, конечно, это не противоречит их инстинкту выживания.

— Туз, это все равно слишком рискованно, — добавил Гаспар, тяжело дыша.

— Предлагай свои варианты, Тори, — потребовал я, не желая больше тратить время на пустые опасения.

— Нужно сначала закрыть вопрос с Армати, а уже потом переходить к Лар, — четко сформулировал он план.

На губах снова заиграла ироничная ухмылка.

— И вы всерьез готовы ждать, пока мы закончим с этим, прежде чем приступить к основному делу?

Тори медленно покачал головой, его взгляд стал расчетливым.

— Именно об этом я и говорю. Мы ударим по Лар. Это спровоцирует Армати. Как верный друг, он бросится на помощь, вступая в бой и тем самым подставляясь под наш удар. Мстя за сына и за друга, он сам поможет нам уничтожить обоих. Мы убьем двух зайцев одновременно. – сделал глоток воды из бутылки, выжидая реакцию.

— Хорошо. Мы доверяем тебе, Туз. Надеюсь, всё пойдет именно так, как ты сказал. — Гаспар посмотрел мне прямо в глаза.

— Будет именно так, — утвердительно произнес я. — Вы либо принимаете эти условия и плывете в одной лодке с нами, либо остаетесь на берегу. И тогда вам придется ждать годы, прежде чем появится шанс напасть на Лар.

В этот момент поза стала максимально доминирующей. Левый локоть тяжело лег на стол, а правая рука расслабленно, но властно расположилась на подлокотнике кресла. Атмосфера в комнате окончательно превратилась в поле боя.

— Ладно. Мы услышали тебя, Туз. Мы в одной лодке, — Гаспар кивнул, но в его голосе все еще слышалось предостережение.

— Только не подведи. Сам понимаешь, Альбе...
Он не успел договорить.
Дверь переговорной распахнулась  с грохотом, который заставил всех вздрогнуть. Охрана, грубо схватив Мирабель за плечи, практически втащила её внутрь. На лицах их застыла ярость, а взгляды, брошенные на мою жену, обещали ей серьезные неприятности.

— Босс, — начал он, и в этом коротком обращении сквозило крайнее беспокойство.

Взгляд переместился на него, ожидая сути его слов.

— Ваша жена... она убила еще одного заключенного. Мы понятия не имеем, как ей удалось пробраться в блок, — на последней фразе его голос сорвался, превратившись в сухой шепот.

В кабинете мгновенно повисла тишина. Однако вместо раскаяния или шока, в центре комнаты стояла Мирабель. Она не выглядела виноватой, напротив, на её губах играла широкая, почти торжествующая улыбка. Она явно наслаждалась содеянной пакости. Когда наши взгляды встретились, она дерзко подмигнула, словно делая мне вызов. Шах и мат, читалась в её глазах.

Левая рука непроизвольно сжалась в кулак до побеление костяшек. Мысль о том, что эта женщина способна довести меня до безумия одним своим присутствием, пульсировала в висках.

— Садись на диван и сиди там молча, вишенка, — приказ прозвучал жестко, а указательный палец властно направился в сторону мягкой мебели.

Мирабель лишь грациозно откинула прядь волос назад. С видом королевы, сошедшей с престола, она направилась к дивану и села, сохраняя безупречную осанку.

Тяжелый вздох вырвался из груди, когда внимание пришлось переключить на гостей. Обстановка в комнате изменилась. Гаспар замер, не сводя глаз с моей жены, а его помощник, Тори, буквально пожирал её взглядом. В этом взгляде не было восхищения, лишь неприкрытая, животная похоть.

— Мирабель Лар... — кадык Гаспара судорожно дернулся.

Она неспешно поправила туфлю, и лишь затем подняла глаза на Гаспара. Прищуренный взгляд зафиксировал каждое движение его. В переговорной повисла звенящая, тягучая тишина. Казалось, сейчас произойдет нечто непоправимое, тайна, способная разрушить всё, что мы строили. Но внутри жило спокойное знание: Мирабель не знает Гаспара.

— Россо, — произнесла она коротким, емким словом.

Тори замер в полном недоумении, переводя взгляд с неё на остальных.

— Я, Мирабель Россо, — добавила жена и на её губах расцвела едва уловимая, загадочная улыбка.

Взгляд Гаспара стал ошарашенным. В этот момент по телу разлилось собственническое наслаждение. Видеть, как она виртуозно меняет правила игры, было божественно. Она была моей. Она носила фамилию Россо. Внутри буквально взревел зверь, ликуя от её слов. В глазах плясали дьявольские искры — эта девушка умела удивлять так, как не умел никто другой.

— Ах, ну да... — наконец выдавил из себя Гаспар, приходя в себя. — Поздравляю с браком.

— Благодарю, — последовал ответ, сопровождаемый зловещей, хищной улыбкой.

В памяти всплыл взгляд Тори. Это не был взгляд мужчины на красивую женщину. Это был взгляд хищника на добычу, которую хочется присвоить здесь и сейчас. Урод.

— Как ты похожа, — внезапно, почти некстати, протянул Тори, не в силах оторвать от неё глаз.

Мирабель удивленно вскинула брови, глядя на него с искренним недоумением.

— Вы мне?

Он едва заметно кивнул.

— Мы разве знакомы? — в её голосе прорезался живой, исследовательский интерес.

— Нет, но мы вполне можем познакомиться, — Тори одарил её обезоруживающей улыбкой.

— Я Гаспар, давний знакомый вашего мужа, — он протянул ей руку, ожидая, что она послушно встанет и примет жест светского этикета.

Но Мирабель лишь слегка наклонила голову.

— Я Мирабель, жена Туза.

От этих слов по венам пробежал электрический разряд экстаза. То, как эти слова слетали с её идеальных губ, вызывало непреодолимое желание вознаградить её за эту маленькую победу.

— Гаспар, — голос прозвучал низко, заставляя всех вернуться в реальность. Пришлось подняться из-за стола.

— Слушаю, Туз.

— Тебе пора. С тобой свяжутся, если возникнет необходимость.

— Ладно, — он коротко кивнул, принимая условия.

Тори и его люди поднялись с мест, нарушая затянувшееся переговоры. Шаг в сторону Мирабель был уверенным. Она последовала примеру, выпрямляясь во весь рост. Пока Гаспар обменивался короткими рукопожатиями с моими людьми, в воздухе всё еще вибрировало напряжение последних минут.

— До свидания, Мирабель. Было крайне приятно познакомиться, — Тори одарил её улыбкой, в которой сквозило слишком много скрытых смыслов.

Мирабель ответила лишь коротким, почти безразличным кивком. Как только дистанция между нами сократилась, ладонь собственнически легла на её талию, притягивая к себе. Это был не просто жест нежности, а четкий показатель статуса, она принадлежит мне.

— До свидания, миледи, — раздался вкрадчивый голос.

Правая рука Тори, высокий мужчина с неприятной ухмылкой, подошел ближе. Его движение было предсказуемым. Он потянулся к руке моей жены, явно намереваясь совершить галантный, но наглый жест поцеловать ладонь. Реакция последовала мгновенно. Вместо того чтобы дать ему шанс на этот жест, я перехватил руку вишенки, протянув свою, пожал её.

— Тебе пора, — коротко бросил я, кивнув в сторону выхода.

Взгляд подчиненного Тори на мгновение вспыхнул недовольством, но он быстро подавил эмоцию и направился к дверям. Когда тяжелая створка закрылась, отсекая внешний мир, и в переговорной остались только мы вдвоем, хватка на талии ослабла, но напряжение не исчезло.

— Садись. И будешь мне сейчас всё рассказывать, — тон не предполагал возражений.

Вода в стакане глухо плеснула, когда я наполнил его до краев. Опустившись в кресло и широко раздвинув ноги, я замер в ожидании, не сводя с неё тяжелого взгляда. Мирабель, вместо того чтобы сесть в кресло напротив, она сделала шаг вперед и встала прямо между моих колен.

— Что именно рассказывать? — в её голосе проскользнули нотки наигранной невинности. Она включила свою любимую тактику «дурочки».

— Куда ты снова вляпалась? — вопрос прозвучал глухо, пока глоток воды не принес желанного облегчения.

— Никуда, муж. Просто решила взглянуть, как идут дела в клане, — она ответила на вопрос, но при этом закусила губу, и этот жест выдавал её с головой.

Я резко сомкнул ноги, запирая её в ловушку между бедрами. Мирабель пошатнулась, потеряв равновесие, и чтобы не упасть, вынуждена была упереться ладонями в мой пресс. Кожа под её пальцами казалась обжигающей.

— Уверена в этом, вишенка? — глаза сузились.

— Если я сейчас проверю записи с камер, я ничего другого не увижу?

— Смотря что именно подразумевается под твоим «ничего другого не увижу», — её взгляд медленно, почти вызывающе скользнул по моей фигуре, задерживаясь на деталях.

— Под этим предлогом подразумевается то, что ты либо кого-то убила, либо снова забрела туда, где тебе находиться запрещено.

Мирабель вскинула голову, и на её лице промелькнула тень искреннего испуга.

— Значит, у меня проблемы...

— Значит, у тебя проблемы, — повторил я, не давая ей уйти от сути.

Рука метнулась вперед, пальцы запутались в её волосах на затылке, мягко, но властно притягивая её лицо к своему.

— Ты делаешь это специально? Намеренно ослушиваешься меня? — хватка на волосах стала чуть крепче, заставляя её смотреть мне прямо в глаза.

— Смотря в каком направлении, — она лишь беззаботно пожала плечами, ничуть не напуганная угрозой.

— В любом, вишенка. В любом. Я ясно дал понять: подземный этаж закрыт для тебя. Разве нет?

— Так... Но я...

— Никаких «но я», Мирабель, — отрезал я.

Стакан с водой с глухим стуком встал на стол. Свободной рукой я подхватил её под бедра и посадил к себе на колени. Она не стала сопротивляться, лишь подалась вперед, принимая эту позицию.

— Стефано, ты слишком категоричен, — попыталась она возразить, убирая мои руки со своего затылка.

— Кого ты убила сегодня? — голос стал ледяным. Я отпустил её волосы, но не отпустил её саму.

Вместо ответа на губах Мирабель расцвела дразнящая улыбка. Она начала медленно приподниматься, сокращая дистанцию до минимума. Её грудь коснулась моего лица, и я почувствовал тепло её кожи. Она наклонилась к самому уху, обжигая дыханием.

— Я всего лишь попыталась объяснить одному мужчине, что трогать меня нельзя, — прошептала она ласково, почти нежно, продолжая свою опасную игру. — Но он оказался таким хамом... Пришлось его убить.

Она не собиралась останавливаться, наслаждаясь тем, как я теряю самообладание.

Заставил её принять более устойчивое положение на коленях, хотя сердце колотилось о ребра.

— Что за мужчина?

— Кажется, Кайл... точно не помню, — бросила она, словно речь шла о погоде.

Внутри всё похолодело. Кайл. Этот ублюдок.

— Больше ты туда ни ногой. Тебе ясно? — тон стал по-настоящему грозным, в нем зазвучал металл.

Мирабель лишь демонстративно надула губы, глядя на меня снизу вверх с немым вызовом.

— Нет, не ясно, — упрямо заявила она.

— Мирабель, — я подался вперед, заставляя её почувствовать всю тяжесть моего предупреждения. — Я не собираюсь повторять это дважды. Не доводи до того, чтобы мне пришлось применять меры, которые тебе не понравятся.

Мирабель резко оттолкнулась от моих колен, вскочив с места. Движение было настолько стремительным, что воздух в кабинете, казалось, зазвенел. Вслед за ней поднялся и я, возвышаясь над ней темной тенью.

— Посмотрите на него! Какой благодарный стал, — в её голосе закипала ярость, смешанная с едкой иронией. — Теперь беспокоишься, как бы не обидеть меня своими методами.

Слова летели в меня, словно пули, но ответа не последовало. Сдержанность стала единственным действием, оставалось лишь молча ждать, когда эта буря эмоций выплеснется и утихнет.

— Собирай вещи и возвращайся домой, — наконец произнес я, засунув руки в карманы брюк. Голос звучал ровно, почти безжизненно. — Здесь тебе делать больше нечего.

Мирабель вспыхнула, её глаза полыхнули опасным огнем.

— Я сама решу, куда мне ехать, уяснил? — Она сделала шаг навстречу, сокращая дистанцию.

— Если понадобится, я уеду в совершенно другом направлении. Не тебе распоряжаться моей жизнью. Запомни раз и навсегда, Стефано. То, что ты мой муж, не дает тебе права диктовать мне условия. Я не одна из твоих девиц, которые заглядывают в рот и покорно исполняют любые прихоти. Я другая. И подчиняться не стану. Либо ты принимаешь меня такой, и мы стоим на равных... Либо... — она угрожающе ткнула указательным пальцем мне в грудь.

— Либо что? — я подался вперед, заставляя её закончить фразу. — Договаривай, Мирабель.

— Либо я... — её голос дрогнул от напряжения.

В этот момент в дверь настойчиво постучали, разрезая повисшее в воздухе напряжение.

— Вон! — рявкнул я, не оборачиваясь.

— Войдите! — одновременно со мной выкрикнула Мирабель.

— Не доводи до греха, Мирабель, — я сделал шаг к ней, пытаясь восстановить контроль над ситуацией.

— Не довожу, — парировала она, не отступая и делая встречный шаг.

Внезапно её лицо изменилось. Гнев сменился странной, почти расчетливой решимостью.

— Я хочу потренироваться сегодня. Борьба, — бросила она, словно речь шла о покупке нового платья.

— Потренируешься. Ян отвезет тебя в зал, — я попытался вернуть разговор в привычное русло.

Мирабель раздраженно цокнула языком, демонстрируя крайнее недовольство.

— Ты, — она протянула руку и коснулась моего галстука, медленно проводя пальцами по дорогой ткани. — Я хочу, чтобы ты лично был моим партнером.

— У меня нет на тебя времени сегодня, — я вытащил руки из карманов, пытаясь сохранить дистанцию, но она была быстрее.

Её пальцы ловко переплелись с моими.

— Найдешь, — бросила она с такой уверенностью, будто это была не просьба, а свершившийся факт.

Не дожидаясь ответа, она развернулась и, крепко держа меня за руку, направилась к выходу. Мы вышли в коридор, и я почувствовал на себе десятки взглядов. Сотрудники и охрана замирали, провожая нас глазами. Внимание было приковано к Мирабель — её дерзость и то, как она вела себя со мной, вызывали у окружающих смесь ужаса и любопытства.

— Я знаю, что у тебя есть двухчасовой перерыв, — продолжала она, шагая рядом со мной, словно ничего не произошло. — Вот и потратишь его на меня.

— Ловко ты всё придумала, — процедил я, но сопротивляться не стал.

Я накрыл наши сплетенные руки своей и засунул их в карман, продолжая движение по коридору.

— Знаешь, если ты, конечно, не хочешь... — в её голосе снова засквозила язвительность, — я могу потренироваться с кем-то из парней. Это не проблема.

Молчание было моим ответом. Она знала, что я не позволю никому другому касаться её в зале.

Вскоре мы уже сидели в машине. До спортивного зала нужно было добираться совсем недолго. Первые минуты пути прошли в непривычном, почти обманчивом спокойствии. Мотор мерно гудел, а за окном проплывали городские пейзажи.

— Кто такой Гаспар?

Вопрос прозвучал настолько внезапно, что я непроизвольно врос в сиденье.

На ближайшем светофоре я ударил по тормозам слишком резко. Машина дернулась, и Мирабель, не ожидавшая такого поворота, едва не впечаталась лицом в приборную панель.

— Осторожнее надо быть! — возмутилась она, поправляя волосы.

— К чему такие вопросы? — я повернул к ней голову, проводя ладонью по щеке, стараясь унять внезапно возникшее беспокойство.

Она лишь равнодушно пожала плечами, глядя в окно.

— Просто стало интересно. Он так смотрел на меня... Словно действительно меня знает.

— Конечно, он тебя знает, — ответил я, чувствуя, как внутри снова закипает холодная настороженность. — Ты ведь стала слишком популярной.

Раскрывать правду о Гаспаре не входило в мои планы. Настоящее имя этого человека и та связь, что тянулась между ним и Мирабель сквозь десятилетия, не должны были стать достоянием её ушей. Сейчас это знание принесло бы ей лишь лишнюю боль или, что еще хуже, опасные иллюзии.

— Что ты имеешь в виду? — в её голосе прозвучало искреннее недоумение.

— Ты ведь уничтожила Армати, — ответил я, бросив на неё короткий, многозначительный взгляд. — Теперь каждый, знает, на что ты способна.

Я позволил себе легкую, почти незаметную усмешку, которая в сочетании с подмигиванием должна была разрядить обстановку, но Мирабель, кажется, это не тронуло. Мы подъехали к зданию нашего тренировочного комплекса. Машина еще не успела полностью остановиться, как она резко распахнула дверь и выскочила наружу, демонстрируя крайнюю степень раздражения.

— Вредный псих! — бросила она через плечо.

— Сумасшедшая, — пробормотал я вслед, выходя из салона.

****

В коридорах зала царила утренняя тишина. Мы прошли в тренировочную зону, где запах кожи, пота и антисептика всегда витал в воздухе. Жена остановилась в центре зала, медленно и оценивающе оглядывая пустое пространство.

— Сегодня здесь совсем никого нет? — она подошла к рингу, проводя ладонью по мягким канатам.

— Слишком рано. Основная масса людей прибывает ближе к вечеру, — пояснил я, наблюдая за её движениями.

— Ясно, — она задумчиво провела рукой по ограждению.

— Женская раздевалка работает. Можешь переодеться там.

Не дожидаясь её ответа, я развернулся и направился к раздевалке. Её присутствие сегодня ощущалось слишком остро, слишком навязчиво. Это было проблемой. Каждый раз, когда я пытался использовать её как инструмент мести её отцу, когда планировал методично уничтожать наследие её семьи, всё шло к чертям собачим. Стоило ей прийти ко мне избитой, с покрасневшими глазами и застывшими слезами на ресницах, как мой рассудок превращался в пепел. Мозг просто отказывался функционировать. Вместо холодного расчета мести в голове пульсировало только одно «защитить».

Несмотря на всю её дерзость и боевой дух, внутри она оставалась хрупкой. Девушкой, которую этот мир мог сломать одним точным ударом. Я знал об этой хрупкости всё. За десять лет слежки и наблюдения, я изучил её до мельчайших подробностей: от даты рождения до количества родинок на теле, от её любимого белья до малейших изменений в тембре голоса. Каждый дюйм её жизни прошел через мой мозг. Теоретически, я мог бы раздавить её одним движением, стереть в порошок, но какая-то неведомая сила, черт знает, что это было, всегда удерживала руку. Она закрепилась в моем сознании, пустила корни и, кажется, не собиралась уходить оттуда до самого конца.

Спустя несколько минут я вышел из раздевалки, переодевшись в удобные шорты и свободную футболку. Повесив полотенце на плечо и взяв бутылку воды, я направился к рингу.

Мирабель уже ждала. Она стояла на настиле и склонившись, завязывала шнурки на кроссовках. Вид, открывшийся мне, заставил дыхание на мгновение сбиться. Черные леггинсы облегали её стройные, тренированные ноги, подчеркивая каждый изгиб, а упругая линия бедер не оставляла простого места для воображения. Взгляд невольно скользнул выше, по изящной линии спины. Маленький спортивный топ, плотно наверное обхватывал её грудь, создавая идеальный силуэт, подумал я. Когда она выпрямилась, её волосы, собранные в хвост, качнулись в такт движению.

Я сделал шаг к рингу, стараясь сохранить невозмутимый вид. Она повернулась ко мне, и на её губах заиграла привычная, дерзкая ухмылка. Подойдя к самому краю ограждения, Мирабель наклонилась вперед, бросив свою кофту на канаты.

Я подошел вплотную, закинув полотенце на край ринга.

— Готова? — спросил я, слегка наклонив голову набок.

— Конечно, — отозвалась она с вызовом, отстраняясь от ограждения.

Я поднялся на настил, чувствуя, как пространство между нами начинает электризоваться.

— Надевай перчатки, — я указал подбородком на угол ринга.

— Я и без них справлюсь, — лениво бросила она, в которой сквозило явное пренебрежение к правилам.

— Уверена? — мой голос стал суше. — Сейчас ты будешь отрабатывать приемы, а не просто играть в бокс.

Мирабель лишь коротко и уверенно кивнула, принимая вызов.

Надев боксерские лапы, я выпрямился, чувствуя, как плотная кожа снаряжения облегает кисти. Мирабель тем временем сосредоточенно наматывала бинты на ладони, туго стягивая суставы. Завершив с ними, она приняла боевую стойку — расслабленную, но готовую к мгновенному выкиду. Её взгляд был прикован к моим рукам, ожидая команды.

— Ты ведь знаешь, что такое джеб? — мой голос прозвучал сухо в пустом зале.

— Знаю, — коротко бросила она, не теряя сосредоточенности.

— Тогда начнем с базы. Правила просты: когда звучит команда «джеб» — выбрасываешь удар по лапам. В паузах между командами — отдыхаешь, восстанавливаешь дыхание.

Жена едва заметно усмехнулась, и в этой ухмылке промелькнуло раздражение.

— Слишком много слов, Стефано. Ты всерьез полагаешь, что я совсем ничего не смыслю в этом? Ты своими глазами видел, как я уложила твоего человека.

— Я помню всё, Мирабель, — я тяжело вздохнул, стараясь не поддаваться на её провокации. — Но пока ты не продемонстрируешь мне безупречное владение базовыми приемами, никакого продвижения не будет.

Она вскинула бровь, демонстрируя скептическое отношение.

— И кто же это сказал?

— Я сказал, — отрезал, обрывая бесполезный спор.

— Сначала ты пройдешь испытание под моим руководством, и только потом отправишься тренироваться с остальными.

— Хорошо, — она лишь коротко кивнула, признавая мою правоту, хотя в глазах всё еще плясали искры непокорности.

— Джеб, лево! — резко скомандовал я.

Мирабель среагировала мгновенно. Её левая рука выстрелила вперед, точно и хлестко вонзившись в мою лапу. Это был классический джеб: прямой, быстрый, с полным выпрямлением руки от плеча, минимальное движение корпуса для сохранения баланса.

— Джеб, право!

Она повторила маневр, на этот раз нанося удар правой рукой. Мы работали в таком ритме несколько минут, оттачивая точность и скорость. Затем я перешел к более сложным элементам.

— Сайдстеп! — выкрикнул я.

Мирабель должна была уходить от воображаемой атаки, делая резкий шаг в сторону. Это движение требовало не только скорости, но и идеального чувства равновесия, чтобы сразу же перейти в контратаку. Она выполняла это грациозно, словно танцуя, но при этом сохраняя убийственную готовность.

Затем наступила очередь «Мельницы». Этот защитный прием требовал непрерывной, активной работы ног. Нужно было постоянно смещаться по рингу, закручивая корпус и создавая иллюзию недосягаемости, уходя от ударов противника за счет круговых движений. Мирабель двигалась по настилу почти бесшумно, её ноги работали как отлаженный механизм.

Её подготовка поражала. Удары были не просто быстрыми — они были наполнены весом и точностью. Стало очевидно. Спорт занял в её жизни гораздо больше места, чем я предполагал. Даже Габи, не умела настолько драться, как моя жена. Хотя сестра самого детства тренировалась боевыми искусствами. А Мирабель как я знаю в единоборствах не превышал пяти лет. Возможно мне определено повезло, что досталась такая жена? Которую не сломаешь, но для меня это был не прогресс. В моей голове не существовало места для восхищения. Я ввязался в этот брак ради мести, и если потребуется, я с легкостью уничтожу каждую её сильную сторону, превращу её в то, что мне нужно. Мне нечего терять. Самое ценное в моей жизни уже давно превратилось в прах.

Тяжелый вздох сорвался с моих губ, когда я на мгновение погрузился в бездну собственных мыслей. Мирабель заметила мою заминку, её брови нахмурились.

— Мы долго будем этим заниматься? — спросила она, стягивая с лба влажную прядь волос. Её дыхание стало тяжелым, а на коже выступил пот.

— До тех пор, пока я не скажу «стоп», — я выпрямился, вновь становясь холодным и бесстрастным наставником. — Работай.

— Стефано, я не понимаю... Ты так вымещаешь на мне свою злость? — голос Мирабель прозвучал почти обвиняюще, когда она сократила дистанцию, подходя вплотную.

Взгляд скользнул по её напряженному лицу. Желание спровоцировать её, выбить из колеи стало почти осязаемым.

— Если тебе так не терпится выплеснуть гнев, устрой полноценный бой, — вскинула она брови, скрестив руки на груди и ожидая реакции.

— Предлагаешь пари, вишенка? — усмехнулся, одновременно стягивая с рук боксерские перчатки.

Короткий кивок стал моим ответом.

— Без проблем. Но учти, если я что-нибудь тебе сломаю, это не станет моей проблемой, Мирабель.

Подойдя к ограждению ринга, я резким движением стянул через голову футболку, оставаясь в одних лишь спортивных шортах. В душном воздухе зала стало еще жарче. Капли пота медленно стекали по рельефному прессу, оставляя влажные дорожки на коже. Развернувшись к ней, я поймал её взгляд. Мирабель замерла, словно пораженная. Её рот приоткрылся, а глаза, кажется, начали жадно обводить каждый сантиметр моего тела от широких плеч до линии живота.

Взяв полотенце, я неторопливо промокнул шею, не сводя с неё глаз. Она не шевелилась, скованная этим невольным созерцанием.

— Мне начинает казаться, что ты без ума от меня, вишенка, — я позволил себе фальшивую, хищную улыбку и сделал шаг навстречу.

Она инстинктивно отшатнулась.

Мирабель тряхнула головой, словно пытаясь сбросить оцепенение, и фыркнула, возвращая себе самообладание.

— Размечтался, псих.

Преследовательская игра началась. Каждый мой шаг заставлял её отступать.

— Играешь со мной в кошки-мышки, Мирабель? — я слегка наклонил голову, наслаждаясь этим моментом.

— Нет. С чего бы вдруг? — она резко ушла в сторону, пытаясь разорвать дистанцию, но я тут же сократил её, перекрывая путь.

— Я приближаюсь, а ты бежишь. Разве это не кошки-мышки? Но знаешь, это лишь забавляет, жена. В любом случае, кошка рано или поздно ловит свою мышку.

Последний шаг заставил её вжаться спиной в стальные прутья ограждения. Я мгновенно сократил расстояние и уперевшись руками в канаты по обе стороны от неё. Запер её в ловушку своего тела.

— Чего ты хочешь, Стефано? — она отвернулась, уставившись в стену, но я чувствовал, как участилось её дыхание.

«Чтобы ты страдала так же, как страдал мой человек... и в то же время чтобы ты позволила мне тебя поцеловать» — пронеслось в мыслях, но вслух не сорвалось ни слова. Я лишь продолжал сканировать её, ловя малейшие изменения в мимике и ритме дыхания.

Внезапно она повернула голову. В её глазах цвета корицы заплясали озорные искры, и на губах заиграла ответная улыбка.

— Псих, мы начнем? Или так и будем играть в гляделки? Ты же знаешь: рано или поздно кто-то проигрывает, а кто-то выигрывает.

— Язвишь, Мирабель, — констатировал я.

Она непринужденно пожала плечами и откинула голову назад. Этот жест открыл мне идеальный вид на её изящную шею. Не в силах совладать с импульсом, я подался вперед и прижался губами к пульсирующей жилке на её шее. Горло сдавило спазмом, а кадык дернулся от внезапного возбуждения.

— Ты хочешь оказаться в проигрыше?

Резко выдохнула она. Она дернулась вверх так стремительно, что наши лбы столкнулись с глухим стуком.

— Это мы еще посмотрим, псих, кто кого, — прошипела она, пытаясь вырваться. — Выпусти меня!

Отступив на шаг, я разжал руки, освобождая её из своего захвата.

— Только играй честно, Стефано, — бросила она мне в спину, возвращаясь в центр ринга.

Я лишь усмехнулся. Мы заняли позиции. Внутри я понимал: этот бой пройдет в полсилы. Я не собирался причинять ей реальную боль, даже здесь. Моей целью было увидеть в действии ту силу, которая уложила моего человека, который был в четыре раза слабее меня.

Мирабель атаковала первой. Её удар был стремительным, но я, слегка пригнувшись, ушел корпусом вправо, пропуская кулак мимо. В ответ я нанес легкий, почти предупреждающий удар по её предплечью.

— Полегче, вишенка!

Попыталась она снова пойти в атаку.

Мы начали кружить по рингу, обмениваясь короткими, выверенными ударами. Это было похоже на танец. Она искала брешь в моей защите, а я лишь позволял ей приближаться. Когда я решил пойти на сближение, чтобы перехватить её и повалить на мат, она проявила неожиданную хитрость. Короткий, резкий удар в ребра заставил меня согнуться от неожиданности. Пользуясь моей потерей равновесия, Мирабель навалилась на меня, переводя бой в партер.

Пытаясь перехватить инициативу, я схватил её за лодыжку, надеясь перевернуть ситуацию. Но она сработала быстрее, потеряв баланс, она не упала рядом, а буквально рухнула на меня, приземляясь прямо на мой пресс.
В глазах на мгновение потемнело от тяжести её тела и близости. Мы тяжело дышали, глядя друг другу в глаза.

— Поздравляю, вишенка, — выдохнул я, растягивая губы в победной улыбке.

Она не спешила уходить. Одна её ладонь легла мне на грудь, ощущая бешеное биение сердца, а другая крепко сжала мою руку сверху.

— Ты поддавался мне весь бой, туз, — прошипела она, и в её взгляде я прочитал жгучую смесь злости и догадки.

«Вот и делай людям добра...» — горько усмехнулся я про себя. Я всего лишь хотел дать ей это мимолетное чувство триумфа. Но чем больше она побеждала, тем сильнее мне хотелось уничтожить её саму.

— Откуда такие выводы? — голос прозвучал глухо, когда рука потянулась к её голове, чтобы поправить растрепавшийся конский хвост.

Мирабель резко дернула плечом, сбрасывая это мимолетное проявление заботы.

— Стефано! Ты издеваешься? — в её глазах вспыхнуло негодование. — Мы договаривались. Никакой жалости, никаких уступок. Но ты всё равно поддавался. Это было нечестно. – попыталась она слезть с меня.

Приподнявшись на локтях и перехватить её за талию. Левая рука уверенно сжала её бок, заставляя сесть обратно на меня.

— Во-первых Мирабель, мы ничего не обсуждали. Я сражался так, как считал нужным, — тон оставался ровным, почти ледяным.

— Во-вторых ты — женщина. И я никогда, ни при каких обстоятельствах не нанесу тебе удар, который может причинить реальный вред, даже если это официальный бой. Мне нужно было увидеть твою тактику, понять, как ты уложила того парня в нокаут.

Грудь Мирабель тяжело вздымалась от негодования, дыхание было прерывистым.

— Теперь увидела?

— Увидел, — я пристально посмотрел ей в глаза. — Ты достойный боец для обычных солдат, но не для меня. Тот человек, которого ты вырубила, был в четыре раза слабее меня. Ты не сможешь отправить в нокаут меня, и даже Луис не справляется с этим. Я говорю это не из восхищения, а для того, чтобы ты осознала реальность. Мы не равны. В боевом искусстве ты хороша, но и я в своей стихии тоже. Как бы нелепо это ни звучало, ты чертовски хорошо дополняешь меня, Мирабель Россо.

Напряжение в воздухе сменилось тишиной. Гнев на её лице постепенно уступил место задумчивости. Стало заметно, как в её голове, в этой невероятно острой и умной голове, происходит анализ моих слов.

— Значит... я могу уложить Луиса? — спросила она, и в вопросе промелькнул вызов.

Этот вопрос не стал сюрпризом. Стремление попасть в мой клан было очевидным, а Мирабель понимала, что вход туда лежит через испытания.

— Возможно. Но я не могу дать гарантий. Твоей силы недостаточно. Ты можешь одолеть охрану, солдата или даже врага, но не нас с Луисом.

— Почему ты так сомневаешься во мне? — в её голосе прорезалась обида.

— Я не сомневаюсь ни капли в твоих способностях. Просто...

— Стоп. Стефано, я не из тех, кто привыкла бесконечно что-то доказывать, — она раздраженно цокнула языком, обрывая мою попытку оправдаться.

— Если это твое решение, я не стану переубеждать. Я и так прекрасно знаю, что смогу уложить и Луиса, и тебя, так что не стоит спорить об этом.

Внезапно она подалась вперед, сокращая дистанцию до минимума, и обхватила мой подбородок тонкими пальцами.

— Но ты всё равно будешь тренироваться со мной, Стефано Россо. Каждый божий день, псих. И через месяц я выйду на этот ринг и докажу, что смогу отправить тебя в нокаут, — прошептала она, и этот шепот, обжигающий кожу, заставил кровь в жилах закипеть.

— Посмотрим, Мирабель, — я перехватил её за макушку и резким, отработанным движением перевернул её на спину, нависая сверху всем телом.

— Даже сейчас, вишенка, ты не смогла сосредоточиться. Упустила момент, когда я тебя повалил. Тебе нужно учиться и учиться. О настоящем бое пока не может быть и речи, — парировал я, глядя на неё сверху вниз.

Она тяжело вздохнула, принимая поражение, но в глазах всё ещё горел огонь.

— Мы ещё посмотрим, Стефано! — в порыве эмоций она резко замахнулась и ударила меня ногой в ребро.

Я невольно съежился, чувствуя глухой удар.

— Слабовато, – я потер место удара, стараясь скрыть, что она всё же задела.

— Знаешь что, туз? — она закусила губу, и я мгновенно считал этот сигнал.

Флирт в бою, опасное оружие. Девушки используют его, чтобы сбить парней с толку, заставить их потерять бдительность и проиграть. Но на меня эта приманка не действовала.

— Слушаю, мисс Россо, — я склонился к самому её лицу, принимая её правила игры.

— Ты слишком самоуверен, милый мой, — она лукаво улыбнулась.

Её нога начала медленное, почти гипнотическое движение в сторону моего паха, подготовка к быстрому удару. Но я среагировал быстро, перехватил её лодыжку и резким движением закинул её ногу себе на плечо, лишая возможности атаковать.

— Не выйдет, вишенка. Твой флирт на мне не сработает. Потренируйся на ком-нибудь другом, у тебя неплохо получается, — закончив фразу, я поднялся на ноги.

Взяв бутылку воды и полотенце, сделал несколько жадных глотков, наблюдая за ней.

Мирабель, кипя от злости, натягивала свою облегающую кофту.

— Не жарко? — спросил я, закручивая крышку бутылки.

— Не твоего ума дело! — фыркнула она, стремительно покидая ринг.

Я накинул футболку на плечо и, перешагнув через канаты, вышел вслед за ней.

— Будь готова к восьми.

Мирабель замерла на месте. Она обернулась, глядя на меня через плечо, и её взгляд стал предельно серьезным.

— Куда это ты меня ведешь? — в её голосе прорезалась серьезность, лишенная привычного кокетства.

— На встречу, — ответ прозвучал сухо, без тени скрытности.

Сегодня в моем клубе намечалась встреча с мексиканцами. Решение взять Мирабель с собой было принято мгновенно. Пусть видят, что она — моя жена. Ей не место в тени, вечно прятаться за моей спиной и ждать в четырех стенах. Впрочем, с ее характером, оставаться незамеченной было бы невыполнимой задачей. Она всегда в центре внимания, особенно сейчас, в этот период, это проявлялось особенно остро. Внутри промелькнула едкая усмешка.

— Окей, — она коротко кивнула, обозначая свое согласие, и направилась к раздевалкам.

— Ян будет ждать тебя внизу. С ним поедешь домой, — бросил вслед, прежде чем скрыться в дверях.

Сейчас не было времени возиться с Мирабель. Надо было решить вопрос с братом Ромео. Оставался ли он еще на моей территории или как трус, поспешно ретировался, оставив после себя лишь запах предательства? Между нашими кланами разгоралась война, и никто не собирался опускать оружие, пока земля не пропитается кровью. Удача была переменчивой гостьей, а Ромео... лишь очередная пешка в этой смертельной шахматной партии.

Смена одежды заняла считанные минуты. Спустя короткое время автомобиль уже мчал к бару. На месте меня уже ждали Луис и Арес. Они узнали какую-то информацию, которая мне должна пригодиться.

Дорога пролетела в лихорадочном темпе. В зеркале заднего вида не было видно, как уехала жена. Возможно, мой резкий тон задел ее, вызвав обиду, но странным образом это не вызывало у меня привычного безразличия. Обычно мне было абсолютно плевать на чувства людей — задеваю я их или нет, важно лишь то, насколько они полезны. Но с Мирабель всё работало иначе.

Внутри меня бушевал хаос. Я убеждал себя, что ненавижу ее, что вся моя жизнь — это месть ее отцу. Но в те же секунды возникало иное, почти болезненное желание защитить ее от всего этого гнилого мира. Особенно от ее собственного папаши — ублюдка, который позволял себе лишнее. При воспоминании о его действиях пальцы непроизвольно сжали руль так сильно, что костяшки побелели.

Я ненавидел женские слезы. Когда Моника или Карла начинали рыдать, это вызывало лишь глухое раздражение и желание поскорее выставить их вон. Но когда слезы катились по щекам Мирабель, моя черствая, очерствевшая душа протестовала. Вместо злости внутри закипало темное, тягучее желание просто прижать ее к себе, укрыть от всех бед и не выпускать из объятий, пока она не успокоится.
«Со мной определенно что-то не
так», пронеслось в голове.

Мирабель была права. Я псих. И признавать это было не страшно. Мне нельзя проявлять к ней слабость, нельзя быть мягким. Она никогда не слушает моих приказов и постоянно идет наперекор, а значит, единственным языком общения с ней должна оставаться жестокость. Она не исключение из правил. Она не должна быть особенной.

Погруженный в эти мучительные раздумья, автомобиль наконец затормозил у входа в заведение.

Тяжелая дубовая дверь поддалась с глухим скрипом, впуская внутрь прохладу и запах дорогого табака. Стоило переступить порог, как негромкие приветствия моих людей разрезали тишину. Взгляд зацепился за массивный кожаный диван в глубине зала. Там, полускрытые тенью, расположились Луис и Арес. Перед ними стояли стаканы, в которых лениво перекатывался янтарный напиток. Народа не было сейчас, бар начинал свою работу в семь, а в такое время как сейчас тут проходили переговоры или обсуждения. Сегодняшней день не был исключением.

Заметив меня у входа, Арес коротко и вызывающе свистнул. Я вальяжно присел в угол дивана, приветствуя старого друга коротким кивком. Луис и Арес синхронно осушили стаканы.

— Друг мой, где ты пропадал? — Арес с силой хлопнул по плечу, заставляя почувствовать тяжесть его ладони.

— С Мирабель. Была тренировка, — без задней мысли спокойно ответил, подзывая официанта, чтобы тот принес стакан ледяной воды.

— С кем?! — голос Луиса мгновенно утратил спокойствие, в нем прорезались резкие, колючие ноты.

— Воу, полегче, — Арес прищурился, в его глазах заплясали насмешливые искорки. Он подмигнул, явно наслаждаясь назревающим конфликтом.

— И как она? Твоя женушка, кажется, решила устроить тебе персональный ад?

Взгляд переместился сначала на брата, чье лицо застыло в маске недовольства, а затем на Ареса. Лицо осталось бесстрастным, словно высеченным из камня.

— Она обычная, Арес. Просто проверял ее боевые навыки, — отрезал голос, пока официант, стараясь не дышать, ставил на стол запотевший стакан с водой.

— Пока мы тут решали серьезные вопросы, ты крутил яйца рядом с Лар? — брат не унимался, его раздражение росло с каждой секундой.

Арес лишь шире улыбнулся, не сводя глаз с Луиса.

— Начинается шоу, — пробормотал он, делая очередной глоток.

— Ты же с ним справился, не так ли, Луис? — тон оставался ровным, но в воздухе уже отчетливо пахло гневом. — Не понимаю, к чему эти претензии к моей жене. Тебя что-то не устраивает в ее поведении?

Луис не стал отвечать словами. Он резко схватил стакан, осушил его одним мощным глотком и с оглушительным стуком поставил стекло на полированную поверхность стола.

— Все прошло замечательно, брат! — прорычал он, подаваясь вперед.

— Только вот одного понять не могу. Ты проводишь с ней время, потому что жаждешь мести, или потому что хочешь поиметь ею? Мирабель не может пудрить тебе мозги, Стеф.

Взгляд встретился с его взглядом. Между нами словно натянулась стальная струна, готовая лопнуть в любой момент. Мы замерли, два разъяренных быка на одной арене, готовых вцепиться друг другу в глотку. Внутри жгло осознание: точного ответа на этот вопрос не существовало.

В голове царил хаос. Хотелось всего и сразу. Ненависть к этой девчонке была абсолютной, фундаментом, на котором строились все планы. Месть ее отцу — вот истинная цель. Но где-то в темных закоулках сознания пульсировала и другая, дикая мысль: грубо прижать ее к себе, сорвать маски и заставить выкрикивать имя, пока она не потеряет рассудок. Мирабель была великолепна. И дело было не только во внешности. Бешеную смесь чувств вызывала ее натура: острый ум, рассудительность, граничащая с расчетливостью, дерзость и та пугающая жестокость, которая так редко встречается в нашем мире. Мне не была нужна ее красивая оболочка. Хотелось добраться до начинки, до того, что скрыто под слоями воспитания и масок. Знать о ней многое - это одно, но понять, что на самом деле творится в голове этой женщины, задача куда более захватывающая.

Пальцы привычно потерли переносицу, пытаясь унять нарастающую головную боль.

— Луис, — выдохнул тяжелый вздох.

— Мне плевать, что там творится в твоей голове. Мне плевать на твои догадки обо мне и Мирабель. Я всегда выбираю первый вариант. Больше меня ничего не интересует, и ты это прекрасно знаешь.

Ложь сорвалась с губ легко, почти незаметно. Лицо не дрогнуло, не выдавая истинных намерений. Луис был первым, кто без колебаний прикончил бы меня, если бы узнал, что мысли о девчонке пошли по совсем другому пути.

— Хорошо, брат. Не забывай об этом, — Луис поднял стакан, совершая символическое, почти издевательское чоканье с пустотой в воздухе. Его взгляд оставался тяжелым, сверлящим, не оставляющим места для сомнений.

— Мои дорогие братья Россо! — звонкий, почти праздничный голос Ареса разрезал напряжение.

Он откинулся на спинку дивана, в его глазах горел азарт.
— Может, заглянем сегодня в клуб? Как идея?

Взгляд одновременно с Луисом устремился на него. Напряжение, только что висевшее в воздухе после спора, сменилось недоумением.

— Мы и так собирались туда, — бросил Луис, потирая переносицу.

— Можешь присоединиться, если хочешь.

Арес лишь понимающе кивнул, принимая предложение. Однако расслабленная поза не соответствовала серьезности момента.

— Если ко мне больше нет претензий, то может, вы уже расскажите что за информацию узнали. — голос стал жестче.

— Ничего особенного, — Луис лишь неопределенно повел плечом, но по тому, как напряглись его челюсти, стало ясно: информация есть.

Лицо Ареса мгновенно утратило веселость. Он закинул руку на спинку дивана, и его взгляд стал тяжелым, деловым. Когда речь заходит о делах клана, шутки заканчиваются.

— У тебя ведь назначена встреча с мексиканцами, — начал он, понизив тембр. — Так вот, они приедут не одни.

Внимание полностью сконцентрировалось на друге. Каждое слово теперь имело вес.

— Не совсем понимаю, к чему ты клонишь, Арес, — последовала реплика, заставляя его продолжить.

— Ты встречаешься с братом главаря мексиканского картеля, но приедут оба. Это значит, что один из них будет сидеть в засаде, пока вы ведете переговоры. Если их условия не устроят, они подорвут здание вместе с вами, — Арес выдохнул это так, словно выплеснул яд.

— Идиоты, — процедил Луис, и в его голосе послышалось презрение. — Неужели они правда думают, что мы позволим провернуть такое им?

— Ребята уже окружили периметр, — Луис попытался немного разрядить обстановку, хотя его пальцы нервно постукивали по коже дивана. — Так что их план, скорее всего, провалится.

Я не расслабился, после его слов. Опасность — это не то, что можно игнорировать, даже имея преимущество.

— Проверь систему безопасности, Арес. И нужно поставить людей в нескольких километрах от здания. Они могут затаиться и там. Обязательно проверь помещения на наличие снайперов. Уверен, эти ублюдки не упустят возможности, — приказ прозвучал сухо.

Арес кивнул, принимая распоряжение. В голове не было места для сантиментов: нельзя подвергать риску людей, которые просто хотели провести вечер в клубе. Мои дела не должны были оставлять после себя трупы случайных прохожих.

— Есть что-то еще? — взгляд скользнул по обоим присутствующим.

— Мексиканцы готовы помогать Армати, чтобы уничтожить тебя, — Арес перешел к самой сути. — После твоего отказа они взбесились.

— Переживу, — на губах промелькнула едва заметная, ледяная усмешка.

— Где именно пройдет встреча? — поинтересовался Арес.

— В клубе, — Луис ответил за меня и в его улыбке сквозило некое предвкушение.

— О, интересное место, — Арес задумчиво провел ладонью по щеке.

— Обычное место, — лишь пожал плечами, не желая углубляться в детали локации.

— Как там твоя Лиса? — внезапно хмыкнул Луис, переводя взгляд на Ареса.

Я замер, уставившись в одну точку в центре стола. Девчонка Ареса была настоящей головной болью. «Проблемная» — так он называл ее каждый раз, когда речь заходила о ней. Она не просто не выносила Ареса, она его искренне ненавидела. И все же этот засранец был готов на все, лишь бы привлечь ее внимание. Именно она умудрилась взломать его базу данных, а следом и мою личную сеть.

Невероятный ум. С виду — обычная голубоглазая блондинка, хрупкая и беззащитная, а на деле — опасный хакер с дерзким язычком.

— Ничего нового. Все так же вредничает, — Арес закатил глаза, но в этом жесте читалось не раздражение, а скорее восхищение.

— Думаешь, она когда-нибудь согласится быть с тобой? — Луис подался вперед, в глазах заплясали насмешливые огоньки.

— Уверен в этом, — Арес улыбнулся так уверенно, будто это был свершившийся факт.

— Сомневаюсь, Арес. Эта девчонка не похожа на тех женщин, что были у тебя раньше. Она скорее прикончит тебя, чем позволит быть рядом. – усмехаясь сказал другу.

— Согласен со Стефано, — поддакнул брат.

— Да пошли вы! — Арес рассмеялся, пытаясь скрыть уязвленное самолюбие. — Хоть раз можете порадоваться за друга!

— Мы рады, Арес, — Луис продолжал подтрунивать, — только не увлекайся слишком сильно. А то вдруг снова взломает.

— Иди к черту или к своей, — бросил в ответ смеющийся Арес.

В этот момент взгляд Луиса мгновенно потемнел. Упоминание о этой девушке всегда било его по больному. После той крупной ссоры с братом он почти не общался с Виоллой. Как я знаю, только сухие сообщения и редкие звонки. Настоящий гений, отношений. Я наблюдал за этим со стороны. Влезать в их дела не хотелось — своих проблем хватало с головой, но видеть, как брат медленно идет ко дну из-за любви, было неприятно. И с какого момента я стал таким понимающим. Я схожу с ума. «Стефано, ты теряешь себя.» промелькнула горькая мысль.

— Заткнись, Арес, пока я тебя не ударил, — прорычал Луис, сжимая кулак так, что побелели костяшки.

— Луис, успокойся, — положил руку брату на плечо, пытаясь сдержать бурю.

— Ты так и не поговорил с ней? – поинтересовался друг.

— Всё, хватит! Достали ваши слащавые разговоры о девчонках. — оборвал их диалог.

В баре воцарилась тишина. Друзья поняли, что черта перейдена. Мы сидели молча, погруженные в собственные мысли, а тяжелое предчувствие грядущей встречи с мексиканцами оседало в легких, как густой дым.

В мыслях раз за разом прокручивался сценарий грядущей встречи с мексиканцами. То встречу они переносили на сегодня под предлогом «внезапной занятости» выглядел нелепо. Это смешно слышать подобные отговорки от людей, чей статус держался на чужом одобрении, а влияние — на умении вовремя подставить спину нужному клану.

Братья Кастильо не обладали колоссальной мощью, но их роль в логистике была неоспорима. Через их каналы проходила значительная часть грузов. Они были одержимы деньгами, и если кто то предлагал им достаточно крупную сумму, мог ожидать от них готовность ползать на коленях.

Сантьяго, старший из братьев, всегда внушал уважение своей предсказуемостью. Он был серьезным игроком, который выполнял обязательства в срок и никогда не позволял себе лишнего риска. Но его младший брат, Мигель, был совсем иной породой. Этот вечно пытался возвыситься, расчищая себе путь от любых конкурентов, и делал это слишком шумно. Если бы его амбиции не переходили границы, это можно было бы назвать здоровой жаждой власти. Но Мигель раз за разом задевал моих людей, заставляя нас переходить черту.

После последнего инцидента пришлось жестко обозначить границы. Но им это не понравилось, вместо подчинения Кастильо решили нанести удар. Скрытность их плана вызывала невольное уважение, но они допустили фатальную ошибку — они недооценили мою осведомленность.

Убить меня? Попытка достойная, но обреченная. В моих жила  текла не кровь, а чистая воля к выживанию. Я был живучей тварью, способной восстать из пепла. Сантьяго, поддавшись на уговоры брата, совершил роковую ошибку, поставив под удар весь свой клан. Ошибка, которую Кастильо запомнят на всю жизнь.

— Стеф, — голос брата вырвал из оцепенения.

Взгляд переместился на Луиса. Руки привычно закинулись на спинку дивана, расслабляя мышцы, но разум оставался предельно сфокусированным.

— Габи хотела заехать сегодня в клуб, — произнес Луис, наблюдая за реакцией.

— Пусть приезжает, — последовал короткий, сухой ответ.

— Не слишком ли это опасно для нее? — в голосе Луиса прорезалась непривычная тревога.

— Нет. Все будет под контролем, Луис, — уверенность в голосе была непоколебимой.

Поднявшись с места, выходя из-за стола. Уже направился к выходу, чувствуя, как тяжесть ответственности ложится на плечи, но не давит, а лишь придает ясности.

— Мисс Лар будет сегодня где? — окликнул меня брат, заставляя остановиться.

— На встрече со мной, — бросил через плечо.

Арес коротко усмехнулся и многозначительно подмигнул, явно наслаждаясь произведенным ответом. Луис же остался неподвижен. Его взгляд, лишенный эмоций, буквально прожигал спину.

Не желая тратить время на бесполезные споры, которые еще не были обсуждены,  развернулся и направился к выходу. Свежий вечерний воздух ударил в лицо, когда я вышел на улицу. У припаркованного автомобиля меня уже ждал один из телохранителей.

— Туз, — коротко обратился подчиненный ко мне.

— Мирабель доставлена домой. За ней присматривает Ян, — доложил мужчина, выпрямившись во весь рост.

Короткий кивок послужил ответом. В последние дни было принято решение усилить охрану жены. Было очевидно, что она способна постоять за себя и без посторонней помощи, но лишние пары глаз и пара крепких мужчин за ее спиной никогда не были лишними в нашем мире, где за каждым углом может таиться смерть.

Выезд с парковки ознаменовался мягким гулом двигателя, уносящим прочь от шума недавних событий. Путь до дома казался коротким, но мысли тянулись медленно, словно густая смола. Лас-Вегас в этот час преображался. Город неумолимо впитывал в себя неоновое безумие, расцветая мириадами огней, которые отражались в лобовом стекле.

События последних дней отказывались укладываться в голове, превращаясь в хаус. Как эта хрупкая, почти невесомая девушка смогла убить мужчину? Восхищался ли я своей женой после этого?  Возможно да, Мирабель хороша в этом деле и не только в этом. Она умела удивлять, и дело было не только в её грации. Каждая мелочь, каждый едва уловимый изъян её характера я знал вдоль и поперек.

Тот визит на тренировку не был случайностью. Сценарий был прописан заране. Я прекрасно знал, что она умеет драться может с легкостью положить моих людей. Но ей нужно было дать трибуну, позволить почувствовать вкус доминирования и показать окружающим, что за внешней хрупкостью скрывается хищник. План сработал безупречно. Однако в голове пульсировала одна деталь. Я не учел одного, что она наверняка захочет вызвать меня на бой. В теории, это было бы эффектно, но на практике — бессмысленно. Я знал, как отправить её в глубокий нокаут одним выверенным движением, но стоило ли это делать? В правилах  никогда не было места ударам по женщинам — ни раньше, ни сейчас, ни в будущем. Я не прикасаюсь к девушкам.

В клане Duo Mortis , мои верные люди тренировали девушек, но не я. Все знали в клане, если я их начну тренировать или выйду на ринг с кем-то из девушек, то сломаю их. И девушки это понимали, они не были против, то что я их не тренирую. Ведь я каждое действие, каждый промох, каждый флирт их знаю. Они всегда повторяются друг у друга.
В этом нету смысла, что-то с ними делать. Может еще из-за этого меня терпеть не могут, ведь в моем клане не только мужчины, но и девушки. К ним относились как к равным, как к бойцам, отбрасывая глупые стереотипы, которые так бесили другие кланы. Здесь, в Duo Mortis, место находилось лишь для тех, кто был достаточно силен и умен, чтобы выжить.

Переступив порог дома, внимание сразу зацепилось за лишнюю деталь. Возле входа стояла чужая пара обуви. Не мои и не жены Внутри поселилось холодное предчувствие. Значит в доме были гости.  Кто это был, скоро я это узнаю в любом случае. Камеры или охрана, это мне скажут. Всё это даст ответ.

На пути к лестнице, ведущей на второй этаж, из тени выступил Ян. Он выглядел напряженным, его взгляд метался, словно он пытался предугадать мой гнев. Ян отвечал за наблюдение за Мирабель.

— Босс, — произнес он, замирая у подножия ступеней.

— У нас гости, Ян? — Голос прозвучал сухо, почти бесстрастно.

Он замер в замешательстве, почесав затылок. В его глазах не было и тени понимания.

— Никто не входил в дом, пока мы были на посту, босс. Клянусь.

— Уверен? — Брови сошлись на переносице, а взгляд стал тяжелым, давящим.

В голове закрутились подозрения. Либо Ян действительно ничего не заметил, либо Мирабель снова провернула свою игру, оставив след, который не засекли охранники.э или я просто решил испытать удачу и солгать.

— Уверен. Мирабель в своей комнате. Больше никого не видел, — Ян говорил твердо, но это лишь усилило недоверие.

— Хорошо. Подготовь записи с камер за последний час.

Развернувшись, продолжил подниматься. Ложь не проглатывалась. Обувь у входа и оставленный в гостиной телефон были слишком явными уликами. Обмануть меня была невозможно, но сейчас не стоило зацикливаться на мелочах. Слишком много нерешенных вопросов висело над кланом.

Зайдя в душ, ледяная вода мгновенно окутала тело, вызывая резкий выброс адреналина. Капли срывались с кожи, сливаясь в единый поток. Холодный душ после тяжелого дня давно стал привычкой, такой душ очищал не только тело, но и мысли. Голова запрокинулась назад, позволяя струям омывать лицо. С каждым вдохом разум становился чище, а грудная клетка мерно поднималась и опускалась. Пальцы зарылись в мокрые волосы, отбрасывая их назад.
На ладони оказался гель для душа. Движения стали осторожнее, когда рука дошло до раны, след от пореза Армати до сих пор отдавал тупой болью. Рука работала на автомате, стараясь не задеть поврежденную кожу.
Внезапно по затылку пробежал мороз. Несмотря на закрытость пространства, возникло отчетливое ощущение, что за спиной, сквозь полупрозрачную стенку, кто-то наблюдает. Взгляд был настолько интенсивным, что казалось, кожа начинает гореть. Но я не подал виду, списывая это на игру воображения. Сразу после того, как вода смыла пену, в глубине комнаты раздался резкий грохот. Я резко развернулся. Было пусто, никого.«Показалось», промелькнула мысль, хотя внутренний голос твердил обратное.
Выйдя из душа, наскоро вытер волосы полотенцем. Намотав кусок ткани на бедра, переступил порог ванной и вошел в спальню, не спеша поднимать глаза. Руки были заняты завязыванием узла на полотенце.

— Что ты хотела? — вопрос прозвучал буднично, обращенный к жене.

Присутствие Мирабель в комнате было очевидным. Она сидела или стояла где-то в тени, выжидая, словно хитрая лисица в засаде. Было полное ощущение, что она наблюдала за мной сквозь щель или затаившись в углу. Подняв взгляд, посмотрел на неё совершенно безэмоционально. Холодный, изучающий взор медленно скользнул по её фигуре, оценивая всё: от кончиков пальцев до выражения лица. Мирабель уже была готова идти. Тот факт, что она выглядела чертовски шикарно, невозможно было игнорировать. Черная водолазка или как там девчонки называют эту вещь лангс или лангслев или вообще может лонгсл....? К черту, нахуй не буду забивать голову этой чепухой. Вообщем это черная хуйня и коротка блестящая юбка отлично гармонировала между собой, создавали безупречный тандем, подчеркивая каждую линию её тонкой, почти хрупкой фигуры. Черные колготки в сочетании с сапогами на высокой шпильке выгодно выделяли стройные ноги, завершая этот вызывающе элегантный образ. Она выглядела как богиней, сошедшей с небес.

Мой взгляд невольно скользил по изгибам тела, заставляя её грудь вздыматься чаще от непроизвольного волнения. Возникало дикое, почти животное желание коснуться её кожи, изучить каждый миллиметр губами, заявляя свои права. Она принадлежала мне. Пусть даже этот брак был лишь инструментом для мести, она всё равно оставалась моей женой. Тяжелый вздох сорвался с губ, когда взгляд переместился с нежной линии ключиц выше, прямо в карие глаза.

— Слушаю тебя, Мирабель, — произнес, нахмурившись.

— Я принесла это, — она подошла ближе, протягивая флешку.

Брови поползли вверх в немом вопросе.

— Ян передал тебе. Ты просил записи с камер. Все они здесь, — жена опустила сумочку на кровать и, сделав еще шаг, вложила флешку в мою ладонь.

— Он не мог прийти сам? Или ты просто решила воспользоваться случаем и взглянуть на меня? — на губах заиграла ехидная ухмылка. Подколоть её было делом привычным.

Мирабель тяжело вздохнула, собираясь с силами.

— Мне просто нужно...

Договорить ей я не дал. Рука властно собственнически обхватила её талию, притягивая к себе. Еще влажное после душа тело прижалось к её фигуре. Ладони Мирабель замерли на моей груди. Она вскинула голову, глядя прямо в глаза, и в этом взгляде читалось искреннее изумление. Пальцы медленно скользнули по её пояснице, лаская кожу через ткань.

— Я узнаю, кого ты приводила в дом, Вишенка, — прошептал ей на ухо, играя с ней, вкладывая в голос опасную ласку. — И если мне не понравится этот гость, тебе не поздоровится.

— Я никого сюда не приводила, — твердо отрезала она.

— Камеры расставят все точки над и. Мы увидим, кого ты впускала, а кого нет.

Отстранился от её уха, но не выпустил её из своей хватки. Девушка слегка прищурилась, сохраняя ледяное спокойствие.

— Смотри сколько хочешь. Я свою позицию изложила. -уверено сказала жена.

— Отпусти меня! Я вся промокну из-за тебя, — возмущенно воскликнула она, пытаясь сменить тему.

— Ничего страшного. Переоденешься, — рука сильнее сжала её поясницу, не давая ускользнуть.

— Нет уж! Я не для того тратила столько времени на сборы, чтобы ты потом всё испортил, — вишенка резко хлопнула ладонью по моей обнаженной груди.

— И для кого же ты тогда так нарядилась? — голос стал ниже, приобретая хищные, угрожающие нотки.

Мирабель выдохнула, убирая руки.

— Для себя, — тихо, но с непоколебимой уверенностью ответила она.

— Отлично.

Хватка ослабла, и она тут же отступила на шаг.

— А наблюдать за тем, как твой муж принимает душ, ты тоже делала «для себя»? Или планировала передать эту информацию кому-то еще? — в груди закипало подозрение. Я не был параноиком, просто знал, что она заходила в ванную.

— Не понимаю, о чем ты, — Мирабель резко развернулась к двери.

Один широкий шаг и рука перехватила её запястье.

— Не лги мне, Мирабель. Я прекрасно знаю, что ты заходила и смотрела на меня, — шепот обжег её кожу.

— Надеюсь, ты увидела всё, что хотела. Ибо я не понимаю, зачем ты постоянно врываешься в мое пространство.

Она вырвалась, глядя на меня с раздражением.

— Не выдумывай, псих! — она выглядела спокойной, в голосе не было ни тени смущения. — Я просто хотела отдать флешку. Увидев, что тебя нет в комнате, решила проверить, не в ванной ли ты или в гардеробной. Я сразу же вышла, как только тебя заметила!

Эта девчонка поражала всё больше и больше. Но где-то глубоко внутри меня ликовало. Признание было получено, значит, мне не показалось.

— Отдала? Теперь проваливай, — приказал, указывая на выход.

— И это твоя благодарность? Ну спасибо, псих, — она развернулась и взялась за ручку двери.

— И собирайся быстрее. Мне надоело тебя ждать.

– Спускайся вниз, Мирабель.

Дверь захлопнулась перед самым моим носом, не оставив ей возможности ответить.

Быстро переодевшись в черные штаны и черную футболку. Спустился к выходу, мысли были сосредоточены на предстоящей поездке. На улице уже ждали Мирабель и Ян, они стояли у автомобилей. Мирабель по плану моему, должна ехать с Яном, а я один.  Пока он будет её вести по безопасной дороге, я поеду по той где будут люди Кастильо. Меня не волновал вопрос собственной безопасности. Напротив, в голове пульсировала лишь одна навязчивая мысль. Защитить её. Чтобы ни одна тень, ни один враг не коснулся её.

— Можем выдвигаться, Ян, — бросил телохранителю, направляясь к своей машине.

— Слушаюсь, босс. Мирабель вести туда , куда и вы едете? — уточнил Ян, уже готовясь открыть перед ней дверь.

— Да, — коротко отрезал, не желая тратить лишние слова.

Ян послушно шагнул к моей жене, но Мирабель лишь презрительно вскинула подбородок. Она посмотрела на меня полным возмущения взглядом, а затем перевела взор на Яна.

— Я не поеду с ним, — отрезала она, решительно обходя подчиненного и направляясь прямиком к моей машине.

— Мирабель, сядь в ту машину, — голос прозвучал как предупредительный рык.

— Сяду. Но только в твою, — она с силой дернула ручку пассажирской двери.

Ярость вспыхнула в груди мгновенно. Пальцы непроизвольно потянулись к пачке, выуживая сигарету.

— Ты едешь с Яном, — процедил сквозь зубы.

— Нет. Я еду с тобой, и мне плевать, нравится тебе это или нет, — жена уселась на сиденье, демонстративно отворачиваясь.

Тяжелый вздох сорвался с губ, выкидывая на асфальт сигарету, которую еще даже не покурил. Она как будто знала, что я её специально отправил с Яном ехать.

— В чем твоя проблема, Мирабель? — завел двигатель, и мощный рокот мотора заполнил салон.

Злость достигала предела.  Она снова ослушалась меня, она была не управляемой и меня это выводило из себя.  Когда я хочу, ее обеспечить безопасности, она все делает для того , чтобы её нарушить и идти рядом со мной. Она буквально шла наперекор здравому смыслу, напрашиваясь на неприятности. Порой мне казалось, что она действительно лишена инстинкта самосохранения.

— У меня нет проблем, — спокойно, отозвалась она.

— Мне кажется, они у тебя есть. Если я приказываю ехать с Яном, значит, ты берешь и едешь с ним. Тебе ясно? — взгляд мой , тяжелый и свирепый, впился в её профиль.

— Нет, не ясно, — огрызнулась жена, не отводя глаз.

— Уясни в своей умной головушке. Если продолжишь ослушиваться, я сделаю то, что тебе очень не понравится, — резко рванул с места.

Машина сорвалась с места, набирая скорость. Стрелка спидометра поползла вверх, но напряжение в салоне росло еще быстрее. Мирабель продолжала смотреть на меня, не выказывая ни капли страха.

— Запрешь меня дома? Заберешь телефон? Ха, да пожалуйста! — она усмехнулась, словно речь шла о пустяках. — Можешь начинать прямо сейчас, мне не привыкать к такому.

— Что ты за человек такой? Почему ты не способна просто слушать своего мужа? — бросил, не отрывая взгляда от дороги.

— А я никого не слушаюсь, — она демонстративно скрестила руки на груди.

Челюсти сжались так сильно, что заныли зубы. Руки на руле побелели от напряжения.

— Это был последний раз, Мирабель. Когда ты идешь наперекор моим указаниям. Если я говорю что-то сделать, то ты идешь и делаешь. Это не прихоть, это необходимость, — голос вибрировал от сдерживаемого гнева. Спидометр перевалил за 140.

— Не вижу ничего плохого в том, чтобы поехать в одной машине с мужем, — в её голосе зазвучали подозрительные нотки. — Или ты что-то скрываешь от меня?

— Я вижу в этом проблему, — коротко ответил, резко обгоняя медленно ползущий впереди автомобиль.

— А я — нет.

— Я вижу в этом проблему, Мирабель! Я не просто так отдал распоряжение Яну! — пытался подавить бурю внутри, но гнев продолжал диктовать свои правила.

— Значит, ты точно что-то скрываешь, раз устроил этот цирк.

Я лишь тяжело выдохнул, снова совершая обгон. Мирабель была слишком проницательной. Слишком умной. Слишком пронырливой. Я прикончу её скоро такими темпами, она доставляла куча проблем. Она выводила меня из себя, но и в тоже время еще сильнее привлекала к себе мой интерес.

— Разговор окончен. Молча сидишь, — отрезал, сбавляя скорость.

— Что это за встреча? Она опасна для нас обоих? — Мирабель не собиралась отступать, её голос звенел от настойчивости.

Ответа не последовало. Руки уверенно держали руль, а впереди расстилалась ночная трасса, окутанная туманом.

— Это связано с мексиканцами? У тебя с ними какие-то дела? — она продолжала допрос, сохраняя пугающее спокойствие.

— Стефано, ответь мне! — тон жены сорвался на крик.

Я резко затормозил, заставляя шины визжать по асфальту. Развернулся к жене, и мои пальцы стальной хваткой обхватили её подбородок, вынуждая смотреть прямо на меня.

— Вишенка, — прошипел, и в этом обращении было больше угрозы, чем нежности. — Сейчас ты закроешь свой ротик и будешь ехать молча, глядя только на дорогу.

Мирабель не отвела взгляд. Напротив, её ладонь накрыла мою руку, сжимавшую её лицо.

— А ты закрой мой рот, — парировала она, вызывающе глядя в глаза.

Желание было почти осязаемым. Сделать это — не составило бы труда. Но ледяное чувство долга, обязательства перед контрактом, удерживало от импульсивного жеста.

— Я не нарушаю договор, который подписал с тобой, — сухо произнес. Я отпустил её, вернул руки на руль и снова вывел автомобиль на трассу.

До самого места назначения мы ехали в гнетущей, тяжелой тишине.

*******************

Вход в клуб встретил нас оглушительным грохотом басов и хаосом ночной жизни. Я приобнял Мирабель за талию, ведя её сквозь густую толпу. Вокруг кипела жизнь: неоновые огни диско-шаров раскрашивали лица танцующих в безумные цвета, музыка била по перепонкам, а у барных стоек девушки в откровенных нарядах кружились на шестах, соблазняя мужчин.

Пробившись через людской поток, заметил Луиса и Ареса.

— Привет, Мирабель, — Арес приветственно улыбнулся, протягивая руку.

Мирабель с реагировала не сразу, словно пребывая в своем собственном мире.

— Привет, — она коротко кивнула, принимая жест.

— Всё готово? — обратился к брату, пока Арес продолжал разговор с женой.

— Да. Переговоры пройдут рядом с VIP-зоной. Мы осмотрели территорию, наши люди на позициях, — доложил брат.

— Спасибо, Луис, — коротко похлопал его по плечу.

Держа еще Мирабель за талию, мы направились в сторону VIP-зоны. Брат и Арес следовали позади, погруженные в обсуждение деталей охраны.

— Мы долго здесь пробудем? — шепот Мирабель обжег ухо.

— Достаточно. Если устанешь, Ян сможет тебя отвезти, — на мгновение заглянул ей в глаза.

— Нет, не нужно его утруждать, — она отвернулась, демонстрируя независимость.

Внимание окружающих было почти физически тяжелым. Все взгляды были прикованы к нам, все шептались, обсуждая мою жену и мой брак. У входа толпились папарацци, жаждущие вырвать у Мирабель хоть слово.

На пути к VIP-ложе Мирабель случайно задела какую-то девушку.

— Прошу прощения, — вежливо бросила жена.

В ответ раздалось резкое, до жути знакомое пренебрежительное шипение девушки. Я замер. Подняв голову, встретился взглядом с той, чьё лицо было слишком хорошо знакомо. Карла.

Она была типичной шлюхой Вегаса — яркая, порочная, привыкшая получать всё, что хочет. Раньше она была моей постоянной спутницей, но всё закончилось в тот день, когда был подписан контракт с Лар. Я не давал обещаний жене о верности, но внутренний голос чести заставил, прекратить любые связи. Последняя наша стычка прошла плохо. Карла приползла к моему дому, заливаясь фальшивыми слезами, умоляла остаться с ней. Но я лишь захлопнул дверь перед её носом, не желая больше терпеть этот спектакль.

Карла была привлекательна, но в ней не было той глубины и той искры, которой обладала Мирабель. Это и отличало их. Её пронзительный взгляд скользнул по моему лицу и остановился на моей руке, собственнически лежащей на талии жены.

— Новая шлюха? — без тени смущения спросила она, кивнув в сторону Мирабель.

Я даже не дрогнул. Мне плевать, что она думает обо мне. Я ей ничего и никогда не обещал, она прекрасно знала, что я не возьму в жены ту которая спала со всем Вегасом.

— Жена, — ледяным, ровным голосом произнес.

— Ах, жена... — Карла окинула Мирабель оценивающим, грязным взглядом. — А прикид-то как у шлюхи.

Слова Карлы ударили по нервам. Ярость, копившаяся весь вечер, начала вырываться наружу. Мирабель застыла в недоумении, и я видел, как в её глазах вспыхивает опасный огонь, она была в шаге от того, чтобы сорваться и убить меня.

Чтобы не спровоцировать скандал, отпустил жену.
— Арес, отведи её в VIP-зону, — приказал он другу.

Мирабель, не сказав ни слова, подчинилась, но перед тем как уйти, обернулась. В её взгляде читалось такое явное презрение ко мне , будто я был самым ничтожным существом в этом клубе. Арес, Луис и Мирабель ушли прочь.

Схватив стальной хваткой за запястье Карлу, не раздумывая рванул её за собой, игнорируя её протесты, и затащил в ближайшую пустую комнату. Дверь захлопнулась с глухим стуком, отрезая от грохота клуба.

— Слушай внимательно, Карла, — голос  вибрировал от сдерживаемой угрозы. — Если я услышу хоть слово или замечу, что ты хоть на шаг приближаешься к моей жене, я сотру тебя в порошок.

Я сделал шаг вперед, заставляя её вжаться в стену. Навис над ней, подавляя своей мощью.

– И никакой папаша тебе не поможет. Ты забудешь, что такое большие деньги, элитные тусовки и роскошная жизнь. Я заберу у тебя всё: от комфорта до права даже смотреть на мужчину. Ты останешься ни с чем.

Она смотрела на меня испугавшись На глазах Карлы снова выступили слёзы. Этот привычный спектакль вызвал лишь волну отвращения. Вместо раскаяния видел лишь очередную попытку манипуляции.

— Ты будешь работать самой дешевой шлюхой в этом городе. Думаю, до тебя дошло, — убрал резко свои пальцы от нее и развернулся к выходу.

— Стеф... — её голос дрогнул, переходя в заикающийся шепот.

Прежде чем успел сделать шаг, она метнулась ко мне, преграждая путь, вцепляясь в дверной косяк

— Почему она? Мы же... Прости меня, умоляю! — Карла рухнула на колени, судорожно хватаясь за мой ремень.

— Встань, — коротко приказал, и в этом приказе не было места для дискуссий.

Она поднялась, повинуясь моему приказу, и тут же обвила руками мою шею. Её губы затрепетали, пытаясь найти мою кожу в жадном, отчаянном поцелуе. Я с отвращением отшвырнул её руки. От её прикосновений по телу пробежал холод.

— Хватит! — рявкнул, повысив голос. — Если в тебе осталось хоть капля гордости, прекрати это жалкое представление. Я не говорил тебе прыгать в постель к мексиканцам.

Слухи о её связи с младшим братом  из мексиканского картеля не ранили мое самолюбие. Я не был в обиде на нее, из-за этого. Я  был даже рад этому, меньше возни с ней. Чем больше проблем она создавала другим, тем быстрее от неё можно было избавиться.

Карла отшатнулась, словно от удара. По её щекам, оставляя влажные дорожки, текли слёзы.

— Я извинилась за это, Стеф... Прости меня, пожалуйста!

Проигнорировал её мольбы,  потянулся к ручке двери.

— Скажи спасибо своему отцу. Если бы не его влияние, ты бы уже давно гнила в мексиканском борделе. Поэтому усвой урок: знай свои границы. Если я сказал не приближаться к моей жене — ты не приближаешься. Не испытывай моё терпение, иначе я лично позабочусь о том, чтобы ты покинула этот город навсегда.

С этими словами захлопнул дверь, оставив её в одиночестве.

Пройдя в VIP-зоне. Луис и Арес уже сидели на диване, но место рядом с ними пустовало. Мирабель не было.

Вопрос «Где она?» мгновенно всплыл в сознании, обжигая изнутри, но сейчас разбираться с этим было нельзя. Нужно было усмирить зверя внутри.

Подойдя к столику, схватил тяжелый стакан с виски. Не раздумывая, осушил его залпом. Обжигающая жидкость прокатилась по пищеводу, обжигая внутренности, и на мгновение притупила остроту гнева. Я с силой поставил пустой стакан на полированную поверхность стола, издав резкий стук.

Арес и Луис синхронно подняли на меня взгляды, полные недоумения и скрытой тревоги. Они видели меня в разных состояниях, но этот холодный, пустой взгляд пугал больше всего.

— Всё в порядке, Стеф? — спросил Арес.

— Где Мирабель? — проигнорировал его вопрос.

Они оба кивнули в сторону выхода на балкон.

Кивнув им, зашел на балкон.  Мирабель стояла в одиночестве, облокотившись на изящные ограждения. Она неподвижно смотрела вниз, на копошащуюся внизу толпу танцующих людей. Музыка из клуба доносилась сюда приглушенным, глухим звуком. Подошел бесшумно, замирая за её спиной, и лишь когда дистанция сократилась до минимума, засунул руки в карманы брюк.

— Это была девушка, с которой ты спишь? — не оборачиваясь, спросила жена. Голос её был ровным, но в нем чувствовалось напряжение.

Ответа не последовало. Я завороженно наблюдал за её затылком. Сегодня её волосы не ниспадали густыми кудрями, как обычно, она выпрямила их, и теперь прямые волосы лежали на плечах. От кожи исходил тот самый, до боли знакомый аромат вишни, который сводил с ума.

— Ответь мне, Стефано. Я не хочу чувствовать себя дурой, если снова столкнусь с ней, — она заговорила тише, и в этой тишине сквозила почти пугающая осознанность.

Вместо слов я сделал шаг вперед, сокращая последнее пространство между ними. Прижался к её спине, накрывая её ладони своими руками по обе стороны от неё, упираясь в холодные перила.

— Ты не будешь чувствовать себя дурой, Вишенка, — прошептал,опустив подбородок на её левое плечо.

Мирабель не шелохнулась, продолжая сверлить взглядом танцпол.

— Значит, я правильно поняла... — начала она.

— Ты очень умная девушка, — выдохнул ей прямо в ухо, чувствуя, как тепло её кожи обжигает лицо.

— Я знаю это, псих. Впредь предупреждай меня, когда появится твоя... — она запнулась, подбирая слова.

— Впредь предупреждай меня, когда появится твоя девушка, — набравшись смелости, закончила Мирабель и в этом тоне прозвучала стальная твердость.

— Она не моя девушка, Мирабель, — выпрямился, возвращая себе самообладание.

Вишенка резко развернулась ко мне лицом, опершись спиной о перила. Её взгляд был прямым и обезоруживающим.

— Мне плевать, кто она, Стефано. Я сказала то, что хотела. Впредь сделай это, пожалуйста, — она предостерегающе подняла указательный палец.

Усмешка сама собой скользнула по моим губам. Резким,  собственническим движением перехватил её руку и притянул к себе, заставляя её вскрикнуть от неожиданности. Мирабель не отстранилась, её ладони невольно легли на мои плечи, ища опору.

— А что будет, если я не сделаю, Вишенка? — во мне проснулся азарт. Алкоголь в крови смешивался с адреналином, делая движения более дерзкими.

— Ничего, Стефано. Ничего не будет. Просто, если ты хоть каплю уважаешь меня то ты это запомнишь и в будущем выполнишь. -стряхнула она пылинку с моего плеча.

— Хорошо, мисс Россо, — он улыбнулся.

Это была первая искренняя улыбка за долгое время. Она была чертовски интересной. Красивой. Её голос манил, затягивал в омут, и в этот момент мне хотелось, чтобы этот вечер не заканчивался. «Я мудак, чертов мудак», пронеслось в голове. Я понимал, что завтра, когда проснется холодное чувство долга, я снова стану прежним, а эти моменты нежности покажутся лишь туманом.

— У тебя здесь встреча с мексиканцами? — внезапно спросила она, разрушая магию момента.

Улыбка мгновенно исчезла. Лицо превратилось в непроницаемую маску.

— Не лезь в это, Мирабель, — предостерегающе прошипел он.

Она лишь понимающе кивнула, и на её губах снова заиграла легкая улыбка.

— Ладненько.

Мирабель резко выгнула спину, откидывая голову назад. Я тут же подался вперед, крепко обхватив её за талию, не давая потерять равновесие.

— Что ты задумала? — вопросительно вскинул бровь.

— Ничего, Стефано, — она снова перевела взгляд на танцпол, словно ничего не произошло.

Я наклонился еще ниже, пока наши лбы не соприкоснулись.

— Уверена? — мои глаза впились в её зрачки.

— Уверена, муж, — она коснулась моего лица ладонями и начала медленно подниматься.
Я помогал ей, не разжимая рук на её талии.

— Хочу увидеть Виоллу, — бросила жена, отпуская мое лицо.

— Нет, — отрезал, делая шаг назад, пряча руку в карман.

Я не успел даже довести движение до конца, как Мирабель перехватила меня за пальцы и потянула за собой, к дверям, ведущим обратно в комнату.

— Я не принимаю такого ответа, Стефано, — она решительно толкнула дверь балкона.

Лишь усмехнулся, послушно следуя за ней.

— Сама узнаешь этот ответ, Мирабель. - прошли внутрь.

Она не собиралась отпускать мою руку, напротив, сжала её еще крепче, буквально ведя меня за собой. Не сбавляя темпа, она схватила со стола три шота и, не раздумывая, осушила их один за другим.
Я стоял позади, не сводя с неё глаз. Луис и Арес застыли, ошарашенно наблюдая за этой бесстрашной выходкой.

— Тебе не станет плохо, детка? — Арес усмехнулся, с нескрываемым весельем наблюдая за тем, как моя жена опустошает шоты.

— Максимум, от чего мне станет плохо, так это от твоего присутствия, — фыркнула Мирабель, даже не взглянув на него.

Она потянулась за следующим шотом, ловко подцепила дольку лимона и, прикусив кислую мякоть, осушила рюмку. Луис замер, не сводя с неё пристального взгляда. В его глазах читалось некое невысказанное замешательство, словно он подбирал слова для вопроса, который не решался задать. Подумал я. Мирабель, почувствовав это давление, резко повернула голову к брату.

— У тебя есть ко мне вопросы, Луис? — прямо спросила она.

Брат лишь молча покачал головой.

— И слава богу, потому что я бы всё равно не стала на них отвечать, — она цокнула языком и, внезапно сменив тон, подмигнула мне.

В этом жесте было что-то странное. Либо алкоголь начал играть с её сознанием, либо в голове этой женщины созрел очередной коварный план. Второе казалось гораздо более вероятным, но я постарался отогнать эти мысли.

— Я хочу танцевать, — она слегка склонила голову набок, глядя на меня с вызовом.

Я тяжело вздохнул. Разжав пальцы, отпустил её руку. Опустился на диван, широко раздвинув ноги, и снова потянулся к стакану с виски. Мирабель не медлила, она подошла вплотную и встала прямо между коленями.

— Я хочу, чтобы ты потанцевал со мной, — вишенка скрестила руки на груди, глядя на меня сверху вниз.

— Нет, — отрезал, в голосе не было места для компромиссов.

Только этого я не делал. Последний раз я танцевал на своем выпускном, на этом думаю надо и закончить. Не в моем положении танцевать в клубе. Но походу Мирабель, не устроил мой ответ. Удивлен ли я? Ни капли. Ее мало когда устраивали мои ответы.

Она подалась вперед, одна её ладонь легла на мой пресс, ощущая твердость мышц, а вторая уперлась в плечо. Мирабель наклонилась к самому уху, обдавая кожу горячим дыханием.

— Тогда я пойду и выберу любого парня из танцпола, и буду с ним танцевать, — прошептала она, и в её голосе проскользнула опасная искра. — Думаю, мне никто не откажет. И кто знает, чем закончится наш танец...

С этими словами она выпрямилась, ослепительно улыбнулась и развернулась, намереваясь уйти.

Внутри всё перевернулось. Я свирепо посмотрел на нее. Ярость вспыхнула мгновенно, смешиваясь с первобытным инстинктом собственника. Мысль о том, что какой-то случайный ублюдок будет лапать её, касаться её тела, пока она двигается в такт музыке, вызывала тошноту. С тяжелым вздохом поднялся с дивана и залпом допил остатки виски.

Мирабель уже почти достигла выхода из VIP-зоны.

— Ты куда, туз? — непонимающе выкрикнул Арес.

— За женой своей, — процедил, едва сдерживая рычание.

Луис посмотрел на меня с какой-то печальной иронией, но мне было плевать. Я решительно направился следом.

Мирабель уверенно спускалась по лестнице, и каждый её шаг был наполнен грацией. Её фигура в свете неоновых огней казалась воплощением элегантности. Когда мы достигли основного зала, охрана тут же вытянулась в струнку, пристально наблюдая за нами. Мирабель уверенно лавировала между группой парней, а я следовал за ней тенью, бросив в след свирепый взгляд на них. Ублюдки. Засунул руки в карманы, не сводя с неё глаз.

Пройдя еще сквозь одну компанию, какой-то тип бесцеремонно схватил Мирабель за руку. Я среагировал мгновенно. Пробиваясь сквозь толпу, нанес резкий удар по руке наглеца.

— Руки убрал от неё! — рявкнул, перехватывая запястье жены.

Парень, явно не ожидавший такой агрессии, попытался что-то возразить, его лицо исказилось от злости.

— Ты кто такой?.. — он сделал шаг вперед, пытаясь снова дотянуться до Мирабель.

Коротким движением отодвинул жену за свою спину, надежно закрывая её собой.

— Хочешь проблем? — схватил наглеца за воротник футболки, притягивая к себе.

Я возвышался над ним. На мгновение в пространстве воцарилась мертвая тишина.

— Еще раз я увижу, что ты касаешься моей жены, и проблем у тебя будет столько, что ты не вывезешь. — голос был пугающе спокойным и твердым.  С силой отшвырнул парня.

В ту же секунду охрана сразу пришла, стоя с ним рядом.

– Слышь, мужик, ты... – он не успел сказать, охрана потащила его на выход.

— Я не просила меня защищать, — раздался справа холодный голос Мирабель.

Я обернулся к ней, тяжело дыша от адреналина.

— Ты ведь хотела танцевать? Так танцуй. У тебя мало времени, — грубо бросил.

— Грубиян, — фыркнула она и ловко вывернулась из моей хватки.

Мирабель отошла на несколько шагов, окинула зал взглядом и, прикрыв глаза, начала двигаться. Музыка словно захватила её. Она плавно, почти гипнотически подчинялась ритму, и я замер на месте. Я стоял, словно завороженный, не в силах отвести глаз от её силуэта, растворяющегося в свете и звуке.

Музыка обволакивала зал тягучим, ритмичным потоком, но для меня существовал лишь один звук — мерное дыхание женщины в центре этого хаоса. Тело Мирабель плавно изгибалось, подчиняясь каждому удару бита. Её руки поднялись верх трогая свои шикарные волосы. Кто-то из толпы грубо толкнул меня в плечо, но этот жест прошел мимо, не вызвав даже раздражения. Внимание было приковано к ней.

Она была центром моего внимания. Мирабель Россо. Моя жена. Мой идеальный рычаг для мести, моя вечная заноза в заднице  и самая сумасшедшая женщина, которую мне когда-либо приходилось знать. Моя. Черт возьми, она принадлежала мне.

Кадык дернулся, когда она начала вращаться, акцентируя движения бедрами. Я сделал шаг к ней, сократив дистанцию между нами. Она вновь запустила ладони в волосы, усиливая темп. Мирабель сделала шаг навстречу, двигаясь в такт музыки, и я, окончательно потеряв контроль, рывком притянул её к себе.

Она не капельки не удивившись опустила руки открывая глаза. Я медленно запустил руку в её волосы, она закатила глаза прикусив нижнюю губу. Одна ладонь легла на её талию, другая — запуталась в шелковистых прядях, заставляя её слегка запрокинуть голову. Вишенка обняла меня за шее, продолжая танцевать в моих объятиях, и я не выдержал, наклонившись к её ключице, чтобы жадно вдохнуть аромат кожи.

— Танцуй со мной, Стефано, — прошептала она, и этот звук, едва различимый сквозь грохот музыки, заставил кровь закипеть.

Неосознанно тело начало подстраиваться под её ритм. Когда голова выпрямилась, на губах заиграла едва заметная усмешка.

— Ты милый, когда пытаешься танцевать, — прошептала она прямо в ухо, приподнимаясь на носочки.

Молчание стало единственным ответом. Хотелось замереть, растянуть эти мгновения, зная, что через пару часов маски будут сброшены и снова будет прежняя жизнь. Мирабель отстранилась, скользя ладонью от моей груди, вниз к прессу, не разрывая зрительного контакта, продолжая покачивать бедрами.

Чертовски сексуально. Эта девчонка медленно, но верно сводила с ума. Она развернулась ко мне спиной  и начала еще сильнее крутить бедрами, подняв руки на верх, продолжая смотреть на меня через плечо, дразня и провоцируя. Пальцы сжались на её талии, прижимая ее спиной к моему животу.

— Для кого ты так танцуешь, вишенка? — голос прозвучал низко.

Она не остановилась. Напротив, её движения стали более дерзкими. Мирабель, то опускалась ниже, то вновь поднималась верх, теряясь об мой пах.

— Ответь, Мирабель, — процедил сквозь зубы, сминая пальцами ткань её водолазки.

— Ты так жаждешь ответа? — дразнила она меня,в её глазах плясали черти.

Мне чертовски хотелось услышать, как она ласково, своим нежным голосом говорит что танцует для меня.  Но гордость заставляла держать лицо, оставаясь бесстрастным.

— Молчишь? Значит, не очень-то и хочешь.

Я с силой прижал её попу к своему паху, чувствуя, как возбуждение становится невыносимым, пробиваясь сквозь плотную ткань брюк.
— Еще ответы нужны? — прохрипел я.

Она лишь помотала головой, откидывая волосы назад, переставая танцевать.

— Для кого ты танцуешь, вишенка? — на этот раз в голосе проскользнула ласка, смешанная с холодной сталью.

— Для тебя, — она лукаво улыбнулась. — Сегодня я танцую только для тебя, Стефано. Мой свадебный подарок.

Рывком развернув её лицом к себе, я впился взглядом в её глаза, а ладонь переместилась на её шею, не сдавливая, но обозначая право собственности.

— Повтори, — потребовал я сквозь музыку.

Мирабель приподнялась, заглядывая мне в душу. Даже на каблуках она оставалась ниже мен, но её уверенность была выше. Её пальцы зарылись в мои волосы.

— Для тебя, Стефано Россо. Сегодня я танцевала для тебя. Но это разовая акция, псих, — она мягко отстранилась, оставив меня в состоянии сокрушительного голода.

Руки опустились на её поясницу, удерживая еще на несколько секунд.

— Умница, — выдохнул я.

Мы стояли так, борясь с внутренним пожаром. В груди бушевало пламя — безумная смесь дикой страсти и той ненависти, которая должна была выжигать всё на своем пути, но вместо этого лишь подпитывала желание.

— Нам пора, Мирабель. У меня встреча, — произнес я, возвращая самообладание и беря её за руку.

Она послушно кивнула, следуя рядом. Вокруг продолжали шуметь обычные люди, празднуя и смеясь. Когда дошли до лестницы, остановился.

— Ян отведет тебя в мой кабинет. Сидишь там тихо и никуда не высовываешься, — мой голос прозвучал резче, чем хотелось бы.

Мирабель медленно разжала пальцы, высвобождая мою руку. В её взгляде промелькнуло недоумение.

— Почему не отправил меня домой? — спросила она, глядя мне прямо в глаза.

— Ты бы поехала? — парировал я.

Она лишь коротко качнула головой, и это было красноречивее любых слов.

— И я о том же Мирабель, — пробормотал я. Поддавшись внезапному порыву, я коснулся губами её макушки.

В ответ она обняла меня так крепко, словно чувствовала: за порогом этого зала меня ждет не просто встреча, а смертельная опасность. Это объятие было пропитано инстинктивным страхом за меня.

— Просто выполни эту просьбу и слушай, что скажет Ян, — ладонь нежно скользнула по её волосам, пытаясь успокоить.

— Будь осторожен, — она отстранилась, заглядывая мне в лицо с нескрываемой тревогой.

— Постараюсь, — коротко бросил я, разрывая контакт.

Стоило мне уже окликнуть Яна, как пространство между нами нарушило внезапное появление Габи. Сестра буквально излучала свет, сияя улыбкой и покачивая в руках яркий коктейль.

— Мой любимый брат! — она буквально набросилась на меня с объятиями.

— Привет, Габи, — едва выдавил, принимая её внимание.

— А где твой телохранитель? —  выгнул бровь.

К сестре тоже были приставлены люди. В этом мире нельзя расслабляться ни на секунду. Враги не делают различий между деловыми партнерами и близкими. Любой, кто дорог, становится мишенью. Мысль об этом заставила челюсти непроизвольно сжаться.

— Не переживай, они рядом, — Габи пренебрежительно закатила глаза.

Взгляд скользнул по Мирабель. Жена наблюдала за этой сценой со стороны, сохраняя внешнее спокойствие, хотя в глубине её глаз читалось напряжение.

— Мирабель, — фыркнула сестра, наконец заметив жену.

Мирабель сделала вежливый жест, протягивая руку, и Габи с готовностью приняла её.

— Тебе уже пора, Стефано? — мягко поинтересовалась жена, переводя внимание на меня.

Я кивнул, посмотрев на нарочные часы. Мне и правда надо было уже идти. Вот,вот, мексиканцы будут тут. Точнее они уже были тут, просто скрывались.

— Даже не буду спрашивать, куда ты направляешься, — Габи подняла бокал, делая изящный глоток.

— И не нужно, — отрезал я.

— В таком случае, я забираю твою жену под свое крыло, — усмехнулась сестра.

Взгляд стал недоверчивым.

— Мирабель уходит с Яном, — подал знак подошедшему телохранителю.

— Хорошо, пусть идет, но сначала мы возьмем по коктейлю! — Габи широко улыбнулась, по-хозяйски приобняв Мирабель за плечи.

— Делайте что хотите. Ян, проследишь за ними. Только не переубивайте друг друга, — бросил я, начиная подниматься по ступеням.

После их последней стычки, они чуть не убили друг друга. Но доверие к Яну позволяло мне на мгновение ослабить хватку. Оставалось лишь надеяться, что эта ночь пройдет без лишних жертв, и Мирабель не пострадала с Габи.