Пламя Мести

Ветер дерзко проникал в салон моего авто, играя с волосами. Остановившись на очередном светофоре, я погрузился в прохладу ночи. Внезапно, резкий звонок телефона вырвал меня из задумчивости.

— Слушаю, — бросил я в трубку, стараясь придать голосу как можно больше холодности.

— Босс, к ней кто-то пытается домой вломиться, — тараторил мой человек, ответственный за безопасность.
— Кажется, пытается дверь взломать.

Я замолчал, просчитывая варианты. Прикосновение пальцев к моей щетине сбривало остатки спокойствия.

— Что будем делать, босс? — прозвучал в трубке бесчувственный вопрос.

— Ждите меня. Я еду. И чтоб ни один черт туда не пробрался, — отрезал, бросив телефон на пассажирское сиденье.

Гул мотора нарастал, когда рванул обратно к Лар. Кто же посмел перейти ей дорогу, что теперь ломится в её пентхаус? Эта девчонка еще даже не стала моей женой, а уже источник бесчисленных проблем. Если тот, кто вламывается, лишит ее жизни раньше времени, весь мой план рухнет. Этого допустить нельзя.

Минуты спустя, заглушил двигатель, хлопок двери эхом отразился в ночной тишине. Из темноты ко мне шагнули мои люди, что следили за вишенкой.

— Где он? — бросил я, направляясь к подъезду.

— Наверху, уже. Видео наблюдение показывает, что пытается дверь взломать.

— Понял.

Переступив порог подъезда, бегло огляделся. Пусто. Лифт мог бы лишь потревожить моего сегодняшнего смельчака который решил, трогать Лар. Пошел пешком.
На нужном этаже, замер у стены, прислушиваясь. Сквозь щель в двери доносились приглушенные звуки. Приблизившись, увидел его: мужчина, на корточках, сосредоточенно колдовал над замком. В его неуклюжих движениях не было профессионализма. Я усмехнулся. Это шоу скоро закончится.

— Эй. Ты не заблудился? — мой приказный тон заставил его вздрогнуть.

Мужчина обернулся, его глаза расширились от ужаса. Он замер, не в силах пошевелиться. Я покашлял, засунув руки в карманы брюк, и неспешно, но целеустремленно двинулся к нему.

— У тебя есть секунда, чтобы свалить отсюда,-прошипел, подходя ближе.

— Если я дойду до этой двери, а ты не испаришься, станешь моей грушей для кулаков. — моя ехидная улыбка осветила лицо.

Он продолжал смотреть, оцепенев.

— Я тебя предупредил, — добавил, не меняя интонации.

Поняв, что пути назад нет, он вскочил, схватил чемодан и бросился вниз по лестнице.

— Как жаль, — бросил ему вслед.

Мои люди уже поджидали его у выхода. Отличный урок ему сегодня преподадут.

Дойдя до двери, коснулся ручки. Она поддалась. Этот нахал все-таки смог открыть. Все же, решил проверить, в порядке ли моя вишенка. Добрый я мститель, подумал я с усмешкой. Не хотелось, чтобы завтра она увидела распахнутую дверь и ее это встревожило. Распахнув дверь, опустил взгляд. Подняв его, наши глаза встретились. Она стояла неподвижно, моргая, глядя на меня. Что-то было не так. Обведя ее взглядом, заметил, что она вся покрыта потом, ее трясло. Смысла скрываться больше не было. Я вошел.

— У тебя все нормально? — прохрипел, стараясь скрыть недовольство.

Она молчала. Я прищурился, вглядываясь в ее карие глаза. На ней были леггинсы и топ. Фигура что надо. Окинув взглядом интерьер — он меня мало волновал. Мне нужно было найти место для жучка. Внезапно, услышал звук падающего предмета. Резко обернулся. Лар уронила телефон.

— У тебя телефон упал, — сказал, прислонившись к дверному косяку.

Она схватилась за грудь, ее продолжало трясти. Я нахмурился. Что-то с ней было не так. Неужели наркотики? Итан не уследил за дочкой. Бедный отец, мелькнуло в мыслях.

Взглянув друг на друга еще раз, она попыталась пройти в перед, но, пошатнувшись, потеряла сознание.

— Черт, — подбежал к ней. Осторожно поправив ее голову на своей руке, проверил пульс. Жива. Подняв на руки, понес в комнату. Молча, со второй попытки, нашел спальню. Осторожно уложив на кровать, накрыл одеялом. Решив, что ей нужна вода, повернулся  чтобы уйти, но она внезапно схватила меня за руку.

Моя рука словно обожглась от ее прикосновения. Я вырвал ее, положив на кровать. Бросив взгляд через плечо, увидел, что она лежала — невинно. Эта девчонка, ей действительно не было равных.

— Ст...о...й... — прохрипел сзади ее голос.

— Останься... со мной... — прошептала Мирабель, с трудом выговаривая слова.

Её слабый голос, искаженный болью, повторял слова. Желание уйти боролось с пониманием, что оставить ее в таком состоянии я не могу. Повернувшись, подошел к кровати и присел рядом. Она вновь попыталась дотянуться до моей руки. В этот раз я не отстранился, а осторожно сжал ее ладонь в своей. От нее исходил тонкий аромат вишни, этот чертов запах сводил с ума. Мягко дыша, она начала погружаться в сон. Свет луны, проникая сквозь окно, рисовал на ее закрытых веках длинные ресницы. Губы были слегка приоткрыты. Напрягся, сжимая ее руку так сильно, что почти забыл, что держу ее. Прядь вьющихся волос упала ей на лицо. Тихо хмыкнул и аккуратно убрал локон ей за ухо.

Проведя так еще несколько минут, убедившись, что она крепко спит, встал. Ее руку осторожно положил на кровать и поправил одеяло.

— До встречи, вишенка, — прошептал я ей на ухо.
— Набирайся сил. Завтра тебя ждет веселье.

Произнеся эти слова, я покинул квартиру. Спустившись вниз, отдал несколько кратких распоряжений охране, а затем направился к своему автомобилю. Сегодняшний день был полон неожиданностей, но он лишь пролог к грядущим событиям.

──────────────*───────────────

Сегодняшний вечер обещал стать
особенным  - вечер кланов мафии. Спустя десятилетие, предстояла очная встреча с Итаном Лар, и я был уверен, что ему это совершенно не понравится. Легкая усмешка скользнула по губам, когда провел рукой по подбородку. Начинающееся представление интриговало. Всю предыдущую ночь бессонница, мучившая уже четыре года, не давала сомкнуть глаз.

Сидя в своем кабинете, вел переписку, мысленно прокручивая в голове план на вечер. Раздался стук в дверь.

— Входите, — произнес, не отрывая взгляда от экрана компьютера.

— Любимый брат, ты здесь? — весело спросил Луис, устраиваясь на диване.

— Ты что-то хотел? — перевел взгляд на него.

— Какие у нас сегодня планы на вечер? — закинул руки за голову.

— Не убить Итана, — холодно ответил я.

— Это будет крайне сложно, — братская улыбка осветила его лицо.
— Руки уже чешутся пройтись по его физиономии.

Я бросил на него свирепый взгляд. Луис мог с легкостью воплотить сказанное, действуя импульсивно.

— Не смотри так. Шутка! — поспешил добавить он.

Вернув внимание к компьютеру, продолжил работу.

— Скучный ты, ничегошеньки не рассказываешь, Стефано, — брат поднялся и подошел к моему столу.

— По-твоему, мне следует развлекаться? — выгнул бровь в вопросительной гримасе.

— Слышал, ты вчера был с той девчонкой. Ну и как она? — продолжал он, скользя пальцем по статуэткам и книгам на стеллаже.

Я откинулся на спинку кресла, закрывая компьютер. Этот черт не даст спокойно поработать.

— Обычная. Как и все, — ответил, взглянув на него.

— Понятно. Тебе звонят, — перевел он взгляд с меня на телефон.

— Позже отвечу, — вяло отозвался.

— Во сколько выезжаем? — брат облокотился на стеллаж.

— В семь. Нам нужно сегодня вывести Итана,- постучал указательным пальцем по столу

— Как там дела с поставками из России к нему? — в  голосе слышалась насмешка.

— Все превосходно, брат. Уже неделю идут, а толку никакого, — он пожал плечами, усмехаясь.

Мы оба прекрасно понимали, о чем идет речь. Никаких поставок не будет. План исполнялся безукоризненно.

— Отлично. Оповестим его вечером об этом.

Встал, взял телефон и направился к выходу.

— Ты идешь? — посмотрел я через плечо на Луиса, который следовал позади.

— В семь должны быть на месте. Приблизительно они приедут около половины восьмого. Он должен нас увидеть, чтобы понял, что мы тоже здесь. Потом посмотрим по обстоятельствам, как все пойдет, — рассказывал я ему план, идя по коридору.

— Уничтожение Итана — главная цель сегодняшнего вечера.

— Хорошо. Сделаем.

— Поставки с Сицилии тоже скоро перекроем. Массимо уже в курсе. - проговорил Луис

— Отлично. Игра начинается. Теперь посмотрим, кто кого.

Свернув за угол, мы спустились по лестнице. Обсудив еще кое-какие детали предстоящего вечера, я попрощался с братом и, заведя автомобиль, поехал домой. Необходимо было подготовиться.

После нескольких часов, посвящённых деловым вопросам и переговорам с партнёрами из других городов, взгляд упал на часы. Шесть вечера. Время сворачиваться.
После душа, выходя из кабинки, я обернул полотенце вокруг бёдер. Влажные, взлохмаченные волосы были ещё не просохшими. Внезапно раздался звонок в дверь. Промакивая лоб полотенцем, подошёл и открыл.

– Стефано...— послышался нежный голос.

- Что ты здесь забыла?— безразлично поинтересовался я, отступая вглубь прихожей.

– Ты не отвечал, вот я и решила заехать, — проговорила она, переступая порог и закрывая за собой дверь.

– Я скучала...— промурлыкала она, приближаясь. Её пальцы ласково скользнули по моему прессу.
– Ты такой горячий.

– Если не отвечал, значит, не была нужна, — безразлично ответил, убирая её руку.

– Что-то ещё хотела? Мне нужно собираться,-направился в гостиную, бросил полотенце на диван.

Моника последовала за мной.
– Я могу помочь тебе собраться, — произнесла, слегка прикусив нижнюю губу.

Я присел на диван, закинув руку на спинку. Она стояла напротив. Наклонившись, распахнула полотенце на моих бёдрах, задержав взгляд на члене с лёгкой улыбкой.

– Я доставлю тебе удовольствие, — прошептала она, опускаясь на колени.

– Попробуй, — произнес, откинув голову назад.

Моника начала свои ласки. Кончик её языка, словно играя, провёл по головке, дразня, прежде чем полностью обхватить меня. Её губы, нежные, но уверенные, охватили член. Движения были отточенными, ритмичными, каждый вдох сопровождал приближение к пику наслаждения. Язык то обводил головку, то проникал глубже, заставляя тело напрягаться в предвкушении. Она усиливала нажим, потом ослабляла, создавая волны удовольствия, которые накатывали одна за другой. Влажное тепло обволакивало, дыхание участилось. Каждый миллиметр, который она брала в рот, был выверен, каждый толчок — точен. Звуки, которые она издавала, были нежными, призывными, лишь подчёркивая нарастающее возбуждение. Тело дрогнуло, напряжение достигло предела.
Затем, поддавшись неудержимому порыву, я излился ей в рот, ощущая, как жаркое тепло смешивается с её нежными прикосновениями.

Забавляло то, насколько легко племянница Итана поддалась искушению. Она спала со мной, и не только. Ей ничего не было обещано, но она готова была на всё, лишь бы провести время рядом. Даже на столь интимные услуги. Но для таких, как она, моё правило было незыблемо: максимум что они могли сделать, то доставить мне удовольствие своим ртом не более.

Завершив, обернул полотенце вокруг бёдер. Она всё ещё сидела на коленях, стирая ладонью остатки моей спермы с губ. Я взглянул на неё, усмехнувшись.

– Теперь можешь идти. Дверь вон там, — кивнул в сторону выхода.

– Но я...— она замешкалась, поднимаясь.

– Что?

– Может быть, я...— почувствовав лёгкое касание ее руки, я прервал её.

– Выкладывай быстрее, время поджимает, — скомандовал я.

– Я хочу, чтобы ты доставил удовольствие мне,— прошептала она, вставая на цыпочки, приближаясь к моему уху.

Её слова нисколько не удивили. Каждый раз она лелеяла надежду на близость.

– Моника. Не забывай, кто кому доставляет удовольствие,— ответил ледяным тоном, беря её за локоть и направляя к выходу.

– Но я... хочу...— её предложение оборвалось.

– Ты мне никто. Ты лишь девушка, одержимая мной. Я ничего тебе не обещал, тем более секс. Не переступай черту. Любую девушку я могу взять, если захочу. И ты это прекрасно знаешь. Существует множество доступных женщин, готовых доставить мне удовольствие, — приказал я стальным голосом, открывая дверь и выпроваживая её.

– Хорошо. Прости,— она вышла.

Вздохнув, отправился в гардеробную, чтобы сменить одежду.

Переодевшись в безупречно сшитый костюм из тонкой шерсти угольно-чёрного цвета сидел как вторая кожа. Пиджак с чёткими линиями плеч подчёркивал широту моих плеч, двубортная застёжка добавляла строгости. Под ним — белая рубашка из дорогого хлопка, её воротник идеально обрамлял шею. Галстук, тёмно-синий с едва заметным серебристым узором, был завязан безукоризненным виндзорским узлом. Классические чёрные кожаные туфли, начищенные до зеркального блеска, завершали образ. Лёгкий, но стойкий аромат древесных нот и цитрусов окутывал, придавая уверенности. На запястье — массивные часы с хронографом, их металлический блеск отражал свет. Образ транслировал абсолютную власть. Взгляд упал на часы на запястье — пора было выезжать. Настал час Икс.

Автомобиль плавно тронулся с места, оставляя позади знакомые улицы. Сегодняшний вечер обещал быть насыщенным, возможно, даже судьбоносным. Наблюдение за ней было частью этого плана. Её образ, запечатлённый сегодня утром, до сих пор стоял перед глазами: грация, с которой она садилась в свою машину, лёгкая улыбка, выдававшая безмятежность. Её состояние выглядело превосходным, что порождало надежду на то, что её воспоминания обо мне не закрепились. Это было бы крайне выгодно. Мисс Лар, похоже, ничего не подозревает.

Целью был вечер кланов, организованный в поместье дяди Мирабель. Розальт, словно пешка на шахматной доске, послушно исполнял распоряжения своего брата. Его неизменное чувство соперничества, подогреваемое бедственным положением, вынужденным уступить ему видный пост, накапливалось годами. Уебок который способно лишь порождать конфликты и пользоваться вниманием женщин, трудно было назвать иначе, чем источником проблем. 

Дорога пролегала сквозь стремительно погружающийся в вечер Нью-Йорк. Небоскрёбы, упирающиеся в небо, вспыхивали тысячами огней, отражаясь в мокром асфальте. Потоки света от фар пронзали сгущающиеся сумерки, создавая причудливые узоры. Шум большого города, обычно оглушающий, теперь казался приглушённым, превращаясь в фоновый гул. Изредка доносились звуки сирен, напоминающие, что жизнь в мегаполисе никогда не останавливается. Окна домов, проплывающих мимо, освещались тёплым светом, рисуя картины чужой, размеренной жизни. Вечерний воздух, прохладный и свежий, наполнял салон автомобиля. Машина скользила по широкому проспекту, вплетаясь в общий поток, но сохраняя свою обособленность. Город жил своей жизнью,а я продолжал свой путь, погружённый в размышления, предвкушая события этого вечера.

Ворота бесшумно отъехали в стороны, пропуская автомобиль, который тут же занял свое место в тени. Выйдя из машины, почувствовал на себе десятки взглядов. Мое появление здесь было неожиданным. Я редко где-либо показывался, предпочитая оставаться в тени – невидимой, но существующей. Некоторые подходили, выражая приветствия, другие просто проходили мимо. Реакция окружающих приносила мне некоторое удовлетворение. Меня уважали и одновременно побаивались. Я был безжалостным, суровым главой мафии.

Обопрившись на капот своей машины, закурил сигарету. Рядом припарковался брат. Он подошел, и мы стали обсуждать дела нашего бизнеса.

– И долго нам здесь торчать?— спросил он, погрузив руки в карманы.

– Пока не пожалует наше величество,— хмыкнул.

Едва произнес эти слова, как во двор въехал автомобиль Итана. Я улыбнулся.

– А вот и его величество пожаловало.

Луис повернул голову в их сторону. Они вышли из машины.

– Итан почти не изменился,— заметил брат.

На его висках уже проступала седина. Старел мужик. Сделав затяжку, выпустил облако дыма. Старик бросил на нас взгляд, прошептав что-то женщине, стоявшей слева от него. У меня было отличное настроение, этот фитилек только что подожгли.

– Завтра нам нужно вернуться в Лас-Вегас. Арес звонил, сказал, что возникли какие-то проблемы с установкой IT,— произнес брат, почесав затылок.

– Хорошо. Завтра съездим,— безэмоционально ответил.

Я почувствовал, что кто-то пристально смотрит. Повернув голову, заметил, как вишенка наблюдает за нами. На ее лице было трудно прочитать что-либо. Помнила ли она меня? Подмигнул ей, выпуская дым. Ее реакция на меня позабавила. Она усмехнулась и отвернулась.

– Пойдем? Здесь больше ничего интересного не будет, — докурив сигарету, бросил окурок на землю и потушил его ботинком.

– Стой.

Выпрямившись, покосился на Луиса.

– Что еще тут нужно?— не понимая, зачем оставаться, проследил за его взглядом. Он смотрел на девушку, стоявшую рядом с Мирабель. Если память меня не подводила, это была ее подруга.

– Знаком с ней?

– Пару раз виделись, — строгим тоном ответил он.

– Не говори, что ты с ней спал, – я выгнул бровь.

– Нет. Просто довел до оргазма пальцами,— он двинулся вперед.

– Луис, ты придурок,— пошел за ним.

– Отправлять тебя следить за ними была фатальная ошибка,— поравнялся с ним. Пазл сразу сложился, когда он произнес «видел ее».

– Не думаю. Ей понравилось,— усмехнулся он.

Погрузив руки в карманы, мы вошли внутрь. Все взгляды были устремлены на нас. Итан стоял у стены рядом с Ромео, что-то обсуждая. Я сразу заметил его взгляд, подмигнул. Пройдя вперед.

Официант принес нам виски. Сделав глоток, осмотрел помещение.

Мои люди уже заняли позиции на территории этого особняка, наблюдая за каждым движением семьи Лар. Розальт постучал по стакану, призывая всех обратить на него внимание. Произнеся свою речь, он дал сигнал, и все начали пить.

Сделав еще один глоток.

– Я отойду ненадолго,— сказал Луис, подмигивая очередной девушке из клана.

– Ок,— сухо ответил.

Заиграла музыка для медленного танца. В центр вышли Мирабель с женихом.

Подойдя ближе к лестнице, облокотился о стену. Свет здесь был тусклым, что делало меня незаметным. Начал наблюдать за ними. Этот ублюдок ужасно раздражал. Руки так и чесались, чтобы избить его. В поле зрения появился Итан, он направился наверх. Решив, что сейчас самое время, отправил сообщение Луису и последовал за ним.

Он вошел в кабинет. Встретив брата, мы зашли следом.

Лар стоял у окна. Его тень падала на пол. В помещении было темно, лишь свет луны освещал комнату. Включив свет, он повернулся. В руках у него были какие-то бумаги.

– Ну здравствуй, Итан Лар,— подошел к нему, убирая бумаги на стол.

– Что вы здесь делаете?— грозно спросил, переводя взгляд с меня на брата.

– Да вот, решили тебя навестить, — я незаметно смахнул несуществующую пушинку с его плеча, ехидно улыбаясь.

– Узнать, как ты поживаешь,— дополнил Луис, подходя к окну.

– Убирайтесь отсюда, сукины сыны.

– Оу. Как грубо с твоей стороны, Итан.

Я отошел назад, присаживаясь на диван.

– Что вам нужно от меня?— спросил он.

Брат свирепо посмотрел на него.

– Твоей смерти. Но это слишком легко для тебя, — он провел рукой по скуле.

Итан засмеялся.

– Что вы можете сделать, сосунки?

Взгляды наши с братом встретились.
Улыбнувшись, я шагнул вперед и нанес удар в челюсть Итана. Он отшатнулся, прижимая губу, из которой проступила кровь.

– Например, ударить тебя. Продолжать перечислять?— изогнул бровь, вопрос повис в воздухе.

– Это все, на что вы способны. Мне надоело это общение. Убирайтесь,— он резким жестом указал в сторону двери, повернувшись к столу перебирая бумаги.
Луис, однако, преградил ему путь, схватив за плечо и резко толкнув в сторону.

– К сожалению, нет. Не только на это,— произнес брат с едкой усмешкой.

– Что еще ты можешь, мальчик? — Итан, обойдя Луиса, уселся в кресло за столом, залпом осушил стакан виски.

Гнев, смешанный с весельем, стремительно нарастал во мне. Желание размазать его по стене было велико, но это слишком простое решение. Он заслуживал более изощренной боли.

Подойдя ближе, встал у стола, проводя пальцем по его краю.

– Слышал, твои поставки из России идут неважно, — промолвил я. Луис тихо рассмеялся.

Мы почти у цели. Его веселье скоро сменится гневом. Лицо Итана помрачнело.

– Какое вам дело? — фыркнул он.

– Никакого. Если бы только территория не принадлежала нам, Россо.

– Что ты сказал?— прокашлялся Итан, не в силах осмыслить мои слова.

Я наклонился, поставив руки на стол.

– Ты, видимо, не знал. Но часть братвы принадлежит нам, и города, через которые идет твой груз, тоже наши,— моя ехидная улыбка расширилась.

Я был могущественнее его, и он прекрасно это осознавал. Все присутствующие понимали это. Никто никогда не осмеливался вступать с нами в конфликт. Мы — Россо. И если нам перейдешь дорогу, дела у тебя пойдут из рук вон плохо. Глаза старика расширились от осознания ситуации.

– Так вот, Итан Лар. Иногда бывает так, что такие 'сосунки', как мы, могут оказаться могущественнее тебя,— посмотрел на него серьезно.

Шах и мат, Итан.Он пытался меня переиграть, но потерпел неудачу. Годами я тихо, из тени, укреплял и расширял свой клан. Теперь же тень рассеивается, и я выхожу на свет. Я покажу, на что способны мальчики, выросшие в мире жестокости.

– Вы... не посмеете закрыть мне границы,— он замялся.

Я лишь усмехнулся.

– Кто-то помешает? Нет. Ты нажил себе врагов в нашем лице. Не стоило этого делать, Лар.

Мой взгляд упал на документ. Это был договор о помолвке Мирабель Лар с Ромео Армати, назначенной через три недели.

Итан молчал, обдумывая мои слова. Взяв бумагу в руки,напрягся.

– Мог бы и для своей единственной дочери получше жениха найти.

Я сделал паузу, переглянувшись с Луисом. Пора было уходить.

– Думаю, наш разговор подошел к концу. Удачи тебе в бизнесе, старик, —  похлопал его по плечу, руки погрузив в карманы, и мы направились к выходу.

– Стойте! Что вы хотите взамен?— крикнул он нам вслед.

Мы остановились. Все шло по плану.

Итан был ошеломлен этой новостью.

– Твою дочь? — вырвалось у Луиса, прежде чем он успел подумать.

Я свирепо посмотрел на брата. Какого черта он начал говорить о ней.

– Нет. Я не отдам свою дочь такому зверю.

– Она нам и не нужна.

Сама к нам прибежит, вот увидишь. Промелькнула у меня в мыслях.

Произнеся последние слова, мы покинули помещение.

– Какого хрена ты заговорил о ней?— возмущенно спросил брата, спускаясь по лестнице.

– Пусть знает, что его дочь в опасности.

Я фыркнул, не веря, что этому человеку вообще есть дело до дочери. Для него она была лишь выгодной для сотрудничества пешкой.

– Я пойду покурю.

– Хорошо. Ещё встретимся, — он похлопал меня по плечу, следя за движением подруги Мирабель.

Спустившись, я направился к выходу.
Завернув за угол, достал сигарету, собираясь закурить, но мой покой нарушила вишенка.

– Кхм,— опустил руку, прислонившись к кирпичной стене.

Закурил сигарету, что держал во рту. Оранжевое пламя зажигалки осветило мое лицо золотистым огнем, отражаясь и на ее лице. Ее карие глаза были заплаканы. Я растерялся, не понимая, кто мог ее обидеть. От нее исходил шлейф спелой, почти черной вишни с едва уловимой горчинкой, словно она сама была пропитана терпким ликером. Этот густой вишневый поток был присыпан нежной ванильной, а где-то в глубине таились ноты растертых бобов тонка и миндаля, делая аромат еще более пьянящим и чувственным. Еле уловимые цветочные акценты лишь подчеркивали его сладость и гурманскую глубину. Аромат был настолько интенсивным и "горячим", что казалось, он заполняет собой все пространство вокруг, оставляя за ней след пленительной, провокационной ауры, на грани дозволенного. Он сводил меня с ума, чертовы ее духи.

– Мирабель Лар,— усмехнулся я.

– Почему же вы такая грустная? — мой взгляд скользнул по ней с головы до ног.
Любопытство окутало меня, хотя, признаться, мне было все равно.

– Неважно,— всхлипнула она, вытирая слезы.

– Кто вы такой? — поинтересовалась вишенка.

– Туз,— прохрипел своим бархатным голосом.

– Я вас где-то видела,— прищурилась она.

– Я враг вашего отца, — не понятно зачем, приблизился к ней и прошептал на ухо.

Внутри бушевали непонятные искорки.

– Вы курите? — спросила Мирабель. Ее вопрос озадачил. Другой темы не нашлось, что ли. Лениво посматривал на нее.

– Иногда,— напряженно ответил и взглянул на висящие над нашими головами камеры наблюдения. Прислонившись к стене.

– Почему вы враг моего папы? — нахмурила брови.

Я рассмеялся. Она не знала, кто я. Интересно.

– Мирабель, это глупый вопрос. Разве вы не знаете, кто я? — улыбнулся, выпуская облако дыма.

Она покачала головой в знак протеста. Итан не смог рассказать про нас. Боялся, что его доченька узнает всю правду об отце.

– Я Капо Лас-Вегаса. Весь запад и юго-запад принадлежит мне. И части братвы.

– Туз... — она попробовала это прозвище на вкус.

Мой член ощутимо затвердел из-за ее слов. Черт, эта девчонка могла одним своим бархатным голосом вывести на оргазм.

Я ненавидел их семью. Но тот факт, как мой член на нее реагировал, выбешивал вдвойне.

– Приятно познакомиться, — улыбнулась Мирабель, протянув руку для рукопожатия.

– Приятно, Мирабель, — принял ее рукопожатие.

Лар шагнула в сторону, чтобы спрятаться от объектива. Она боялась, что их увидят.

Мой взгляд стал тяжелым, почти разъяренным. Она пыталась укрыться. Чертовски не нравилось это. Она боялась отца, или ее беспокоило, что подумают другие? Девчонка еще не понимала, с кем связалась.

Она подняла глаза к звездному небу, рассматривая его. А я в это время смотрел на нее. Ее изгибы тела, это платье так и манили прикоснуться к ней. Такого влечения у меня не было ни к одной девушке. Возможно, алкоголь дурманил мне голову, вперемешку с желанием кого-то отыметь.

– И почему вы здесь? — спросила Лар.

– Увидел, как ты плачешь. Мне стало интересно, какой хрен тебя обидел. Вот решил подойти.

– Поняла.

Она покосилась на сигарету в моей руке. Я уловил момент, что она хочет ее попробовать. Вынул сигарету изо рта и протянул ей. Решил поделиться, стало интересно, как будет смотреться моя сигарета в ее сексуальном ротике. Наблюдал за ней, молча, полуприкрыв веки.

Смотрел, как вишенка подносит ее к губам и делает первую затяжку. Черт, это было великолепно. Она прокашлялась.

В моем взгляде появилась ирония, прежде чем протянул руку и забрал сигарету, наши пальцы коснулись друг друга.

– Я еще не закончила! — запротестовала Мирабель, продолжая кашлять.

Зажал сигарету зубами в том же месте, где только что были ее губы. Она покраснела. Это позабавило. Сделав затяжку, снова протянул ей.

– Только не так много на этот раз,— произнес.

Мирабель послушалась и вдохнула совсем немного. Облако дыма вырвалось из ее губ. Спустя пару секунд мой член сильнее затвердел. Сигарета в ее губах смотрелась превосходно.

Дул теплый ветерок, мерно трещали цикады.

– Папа меня убьет, — сказала она под аккомпанемент смеха кузенов, разносившегося по ветру.

Выбросив окурок, выдохнул облако дыма и затушил сигарету подошвой ботинка.

– Ты папе все-все рассказываешь?— нахмурился.

– Он почует дым, — призналась Лар, разглядывая созвездия. Я внимательно смотрел на нее.

– Иди сюда, — приказал ей.

Она затаила дыхание, когда моя рука легла ей на талию. Ее кожа была горячей. Чуть сжав пальцы, притянул ее ближе, пока грудь не коснулась ее. Пульс бился где-то в горле, между нами возникла химия, которой не должно было быть. Наклонился к ее волосам. Ее прекрасные волосы тоже пахли вишней. Я закатил глаза от удовольствия.

– Никакого дыма, — тембр моего голоса был ласкающим, но грубоватым.

Моя ладонь соскользнула с ее талии на бедро, а затем я отстранился, решив закончить это представление. Оттолкнувшись от стены, она шагнула назад, давая мне пройти. Остановился и обернулся.

Теперь голос мой стал холодным, безразличным и пропитанным профессиональным приказным тоном.

– Не расстраивайся из-за мудаков. Ты не выйдешь за него, Мирабель.

Проговорив это, направился в особняк, оставляя ее там.

Войдя внутрь, взял стакан виски и залпом осушил его. Возникла потребность трахнуть кого-нибудь или, по крайней мере, побить. Иначе, казалось, вот-вот разрушу это поместье.

– Воу, брат. Ты  какой-то злой. Из-за чего? — усмехнулся брат, похлопав по плечу.

Дыхание было тяжелым, взгляд напряженным.

– Тебе нужно расслабиться. Найди кого-нибудь, — посоветовал братец, потягивая виски.

– Я и сам знаю, — ответил, спрятав руку в карман.

В особняк вошла она, та, что сделала меня таким уязвимым. Пристально наблюдал за ней. Луис заметил мой взгляд и, присвистнув, произнес.

– Например, ее. Горячая штучка.

– Нет, — отрезал я.

– Жаль, — улыбнулся он.

Взяв его стакан, осушил его залпом. Бросил взгляд на дверь.

Мирабель подошла к своему жениху и, в считаные секунды, ударила его. На губах появилась усмешка. Эта девчонка действительно была из стали. Не каждая осмелилась бы на такое на виду у всех. Взгляды были прикованы к ней. Не зря ее возьму в жены. Оказалось, она превосходный партнер.

Прошептав что-то жениху, она направилась к выходу с подругой.

Мы обменялись взглядами с братом. Он присвистнул им вслед. Я лишь усмехнулся. Она обернулась, окинув нас взглядом. Я недооценивал эту мадам.

Перевел взгляд на Ромео. Тот поднимался. Просто так этот идиот не оставит все как есть. Он в ярости, и я знал, что он попытается уничтожить ее. Дважды унизить Армати за один вечер — это рекорд, никто из девушек такого не добивался.

Попрощавшись с братом, сел в машину, ожидая, когда этот ублюдок выйдет. Он сто процентов поедет за вишенкой. Необходимо было предотвратить его действия по отношению к ней. Неизвестно, что творится в голове этого психа. Он мог применить силу к ней, а это мне совершенно не нужно. Она должна быть жива.

Такси Мирабель уехало. Следом за ним двинулся Ромео. Я направился следом. Развлечение продолжается. Мои кулаки давно просились в дело. Сегодня он станет грушей для них.

Завернув за угол, увидел, как этот псих перекрыл дорогу таксисту. Вытащил Мирабель из машины и усадил в свою. Она сопротивлялась, но ему было плевать. Они направились в другую сторону. Развернувшись, поехал за ними.
Никто не смеет трогать женщин, даже если они тебя унизили. Это правило знали все, кроме Армати. Кем бы она ни была, женщин я в обиду не дам. И такие придурки получают за это по первое число.

Припарковавшись рядом с машиной Ромео, я увидел, как он привез ее в отель. Вышел из машины и схватил ее за локоть, таща в здание.

Через несколько минут вышел из машины, снял пиджак, расстегнул рукава, закатав их. Закрыл машину и пошел за ними, словно тень.

Ромео не представлял, с кем связался. Эта девушка под моей защитой, даже если я ее ненавидел.

Пока они ждали лифт на двадцатый этаж, я поднялся по лестнице.

Поднявшись на нужный этаж, скрылся за углом. Они прошли в номер, впихнув ее туда.

Приблизился к номеру. Дверь была приоткрыта — это играло мне на руку. Слышался их диалог:

– Ты, тварь, что себе позволяешь?— крикнул он.

Приоткрыв дверь, заметил щель, где виднелись его действия.

– Шлюха, не смей никогда меня унижать перед моими же людьми, — прорычал, сильнее сжимая ее руки.

Я сжал челюсть. Гнев кипел во мне. Никто не смел трогать, угрожать или бить женщин.

– Запомни! Я  главный в семье, и ты будешь слушаться, что я говорю. Ты поняла?— толкнул он ее в сторону.
Мирабель, опираясь о стену, осматривала помещение. Ромео подошел к ней, схватил за волосы, тем самым наклонив ее голову назад.

Руки сжались в кулаки, готовые к удару.

– Что ты наплела своему отцу, овца? Выставила меня идиотом.

– Ты им и был, — фыркнула вишенка.

Он усмехнулся.

–Не забывай, кто здесь главный. Я размажу тебя по стенке, если понадобится, и никто не заметит твоей потери.

– Ты...

– Что я? — улыбнулся он, проведя рукой по ее скуле. Она отвернулась.

– Ты жестокий тиран, который только и умеет бить и продавать девушек, — произнесла Мирабель стальным голосом.

Он рассмеялся, сильнее сжимая ее волосы.

– И ты будешь с этим человеком жить, милая,— усмехнулся ублюдок.

– С мразью я жить не буду, — попыталась она вырваться.

Разозлившись от ее слов, он навис над ней, готовясь нанести удар. Но в этот момент я распахнул дверь, схватил его за шиворот и толкнул в стену.  Удар о стену был такой силы, что казалось, он треснул. Он пошатнулся, но я не дал ему упасть. Подняв его, снова прижал к холодной каменной кладке. Первый удар — в челюсть, отбросил его голову в сторону. Второй — точный, в переносицу, сломал ее с хрустом, от которого, казалось, сотряслась и сама комната. Затем резкий, сокрушительный удар в область печени, выбивший из него воздух. Он задыхался, стонал, но я продолжал. Каждый удар был выверен, каждый — наполнен презрением. Его тело обмякло, и он сполз на пол. Не давая ему передышки, в этот момент поднял ногу и со всей силы ударил его по ребрам. Треск — и в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь его слабым, прерывистым дыханием. Он лежал, едва подавая признаки жизни, каждый вдох — мучительный стон. Его тело, избитое и сломленное, было зрелищем моего гнева, воплощением моей власти.

Выпрямившись, приказным тоном, сжимая челюсть, произнес:

– Больше не смей к ней приближаться, ублюдок.- я кипел от злости.

– Если еще раз увижу, как ты хоть пальцем ее трогаешь, будешь молить бога о пощаде, а не землю жевать, — выплюнул я.

Перевел взгляд на Мирабель. Она сидела в углу, наблюдая за происходящим. Наши взгляды встретились. Подойдя к ней, протянул ей руку, чтобы помочь встать.

– Пошли.

Она взяла мою руку, и мы направились к выходу.