Смысл жизни | Billie Eilish

Алекс не знала, что её ждёт, когда согласилась на «просто вечер с пивом и приставкой». Она ожидала чего угодно: очередного разговора о смыслах, попытки Билли снова залезть к ней в голову или, наоборот, неловкого молчания, когда они оба поймут, что не знают, о чём говорить без философии.

Вместо этого её встретил запах пиццы и звук старых гонок из телевизора.

— Раздевайся, — бросила Билли, не оборачиваясь, и Алекс замерла у порога.

— Прости?

Билли обернулась и закатила глаза с таким видом, будто Алекс только что спросила, умеет ли она дышать.

— Я про куртку, Хейз. И снимай эти тяжёлые ботинки, я полы мыла.

Алекс посмотрела на свои грязные берцы, потом на идеально чистый паркет, и почувствовала, как внутри поднимается раздражение — но не злое, а скорее забавное.

— Ты серьёзно сейчас сказала мне снимать обувь, как моя бабушка?

— Твоя бабушка, — Билли наконец оторвалась от экрана и повернулась к ней, — знала толк в чистоте. Я это уважаю. Давай, снимай.

Алекс фыркнула, но послушно скинула куртку на спинку дивана и стянула ботинки. Билли уже сидела на полу перед огромным телевизором, в одной футболке и шортах, с двумя геймпадами в руках. Экран моргал яркими пикселями — какая-то старая гонка с машинками, которые выглядели так, будто их рисовали в прошлом веке.

— Садись, — Билли похлопала по ковру рядом с собой, не глядя на Алекс. — Я выбрала игру, в которой ты точно проиграешь. Чтобы не обидно было.

— О, так ты ещё и наглая, — Алекс опустилась на пол, чувствуя, как мягкий ворс ковра приятно щекочет босые ступни. — Я вообще-то в детстве была чемпионкой двора по этой игре. Ты даже не представляешь, с кем связалась.

— Двор? — Билли приподняла бровь, и в её глазах заплясали чёртики. — Хейз, я в этом году на турнире по Mario Kart заняла второе место. Среди взрослых людей. Я знаю каждый поворот на этой трассе.

— Это Mario Kart, что ли? — Алекс уставилась на экран, где маленький герой в красном комбинезоне запрыгивал в карт. — Я думала, мы будем играть во что-то приличное.

— Нет, мы будем играть в Mario Kart, и ты будешь плакать, — Билли протянула ей геймпад. — Держи. Только без обид.

Они начали гонку. И Алекс проиграла. С разгромным счётом. Её машинка то и дело вылетала с трассы, врезалась в стены и один раз даже взорвалась от столкновения с бананом, который Билли подбросила с таким хитрым лицом, что Алекс захотелось запустить в неё геймпадом.

— Это нечестно! — возмутилась Алекс, когда финишная черта прошла без неё. — Ты знаешь все короткие пути!

— А ты думала, я буду поддаваться? — Билли откинулась назад, опираясь на руки, и довольно улыбнулась. — Я сказала, что буду выигрывать.

— Ты чудовище, — Алекс покачала головой, но на её губах уже расплывалась улыбка. Она забыла, когда в последний раз просто играла. Без задней мысли, без необходимости анализировать каждое движение. Просто глупый вечер с глупой игрой.

— Ещё одну, — Билли подмигнула и нажала на «старт». — В этот раз я буду добрая. Может быть.

Они сыграли ещё три раунда. Алекс проиграла два из них, но в последнем почти догнала Билли, и финишировала буквально на секунду позже. Это было похоже на победу.

— Я почти тебя сделала, — выдохнула Алекс, откладывая геймпад. — Почти.

— Почти не считается, — Билли поднялась с пола и потянулась, отчего её футболка задралась, открывая полоску бледной кожи. Алекс на секунду залипла взглядом на этой полоске, потом отвела глаза. — Я принесла пиццу. Она в холодильнике, я заказала с ананасами.

Алекс поморщилась.

— Нет. Только не ананасы на пицце. Это преступление.

— Это вкусно! — Билли уже открывала холодильник, доставая большую коробку. — Хейз, ты слишком консервативна. Ананасы делают пиццу... весёлой.

— Весёлой? — Алекс встала и подошла к кухонному островку, наблюдая, как Билли ловко раскладывает куски на тарелку. — Ты называешь ананасы — весёлыми?

— А что, есть у тебя более весёлый фрукт? — Билли повернулась к ней, и в руке у неё был кусок пиццы, который она держала на весу, как трофей. — Вот, попробуй. Я обещаю, ты не умрёшь.

Алекс недоверчиво взяла кусок. Хрустящее тесто, расплавленный сыр, кусочки ананаса, которые пахли так сладко, что это казалось неправильным. Она откусила маленький кусочек, и Билли смотрела на неё с таким напряжением, будто от этого зависела судьба мира.

— Ну?

— Это... — Алекс прожевала. — Это не так ужасно, как я думала.

— Я знала! — Билли торжествующе подняла руки. — Ты просто не пробовала правильную пиццу. Я теперь твой проводник в мир ананасовых извращений.

Они ели на кухне, стоя у стойки, и Алекс поймала себя на мысли, что ей легко. Она не думает о том, как выглядит, не следит за каждым словом. Билли просто болтает, смеётся, машет руками, рассказывая какую-то историю о том, как они с Финном однажды заказали пиццу с маршмеллоу и пожалели об этом.

— Это было ужасно, — заканчивала Билли, вытирая пальцы салфеткой. — Мы три дня не могли смотреть на сладкое.

Алекс рассмеялась — искренне, громко, запрокинув голову. Рыжие волосы упали на лицо, и она смахнула их рукой.

— Ты ненормальная, Айлиш.

— Я знаю, — Билли улыбнулась ей той улыбкой, которая была настоящей. Без защиты. Без капли иронии. — Но тебе ведь нравится.

— Нравится, — согласилась Алекс, и это прозвучало легче, чем она ожидала. Слишком легко. Так легко, что стало чуть-чуть страшно. Но она не стала думать об этом.

Они переместились обратно в гостиную. Билли включила какой-то старый фильм на втором плане, и они устроились на диване. Не рядом, а так, что между ними оставалось пространство. Но оно не было холодным. Оно было наполнено тишиной, в которой не нужно было искать смысл.

— Слушай, Хейз, — Билли повернулась к ней, опираясь головой на подлокотник. — А ты когда-нибудь хотела сделать что-то, что не имеет смысла? Просто потому что ты хочешь?

Алекс задумалась.

— Я хотела однажды в три часа ночи пойти купаться в океан. Просто так. Но передумала, потому что было холодно.

— О, это слабость, — Билли прищурилась. — А я хочу сделать что-то прямо сейчас. Прямо сейчас, Хейз.

— Что? — Алекс насторожилась.

— Пойдём танцевать, — Билли сказала это так, будто это было самое логичное в мире.

— Куда?

— Сюда. В гостиной.

— Ты серьёзно? — Алекс уставилась на неё, пытаясь понять, шутит она или нет. Но Билли уже вставала с дивана, уже тянула её за руку.

— Я серьёзно. Мы будем танцевать под музыку, которая играет у меня в голове. Это будет ужасно неловко, и я, скорее всего, наступлю тебе на ногу, но я хочу это сделать. Ты меня остановишь?

Алекс смотрела на неё. В полумраке гостиной, где горел только свет от телевизора, Билли выглядела почти светящейся. В ней не было ни капли той тяжести, которую Алекс видела на фотографиях в интернете. Она была просто девчонкой, которая хотела танцевать.

— Иди сюда, — Алекс встала, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое. Она не умела танцевать. Она никогда не умела. Но прямо сейчас это было неважно.

Билли обняла её за плечи, и они начали медленно двигаться под воображаемую музыку. В комнате было тихо, только звук работающего телевизора и их шаги по ковру. Алекс чувствовала тепло рук Билли, её лёгкое дыхание у своего виска.

— У меня в голове играет медленная песня, — прошептала Билли. — Про то, как два человека встретились на заправке в три часа ночи и не смогли расстаться.

— Я не помню, чтобы я там была, — тихо ответила Алекс, и они обе рассмеялись.

Они танцевали. Неловко, неуклюже, сбиваясь с шага. Билли действительно пару раз наступила Алекс на ногу, но та только фыркала и продолжала кружиться. В этом танце не было ничего идеального. Но в нём было всё, что нужно: смех, близость, и чувство, что ты кому-то нужен. Просто так.

Когда они остановились, Билли не убрала руки. Она стояла так близко, что Алекс видела каждый оттенок её глаз, каждую веснушку на носу.

— Знаешь, Хейз, — тихо сказала Билли. — Я никогда не думала, что можно чувствовать себя так легко с кем-то. Раньше мне казалось, что близость всегда требует усилий. Что нужно быть кем-то, делать что-то, соответствовать. А с тобой я просто могу стоять и ничего не делать. И этого достаточно.

Алекс не знала, что ответить. Её сердце стучало так громко, что она боялась, что Билли его слышит. Она просто стояла, чувствуя руки Билли на своей талии, и понимала, что не хочет, чтобы этот вечер заканчивался.

— Давай сыграем ещё раз, — наконец сказала она, и в её голосе слышалась улыбка. — В Mario Kart. Я хочу тебя обыграть.

— Мечтай, — усмехнулась Билли, но в её глазах было столько тепла, сколько не могла выразить ни одна песня.

Они снова сели на пол перед телевизором. Алекс взяла геймпад, Билли бросила ей подушку, чтобы было мягче сидеть. Они играли ещё час, пока у них не начали болеть пальцы от кнопок. И в каждый момент этого вечера Алекс чувствовала, что её мир, который был построен из тьмы и одиночества, начинает медленно наполняться светом. Смешным, неловким, уютным светом.

Когда она уже собиралась уходить, Билли остановила её у двери.

— Спасибо, — сказала Билли. В её голосе не было пафоса. Просто искренняя благодарность. — За то, что ты согласилась быть нормальным человеком. Хотя бы на один вечер.

Алекс улыбнулась.

— Нормальным — это скучно. Я просто хотела провести время с тобой.

Они стояли в дверях, и между ними снова повисла та самая пауза, которая уже становилась привычной. Неловкая, тёплая, полная обещаний.

— Увидимся завтра, Хейз, — прошептала Билли.

— Увидимся, Айлиш.

Алекс вышла в ночь, и холодный воздух Лос-Анджелеса ударил в лицо. Но внутри неё было тепло. То самое тепло, которое не нужно было анализировать. Которое просто было.