Глава 13
Она наконец заткнулась и уснула, привалившись к стеклу. Дорога до особняка казалась бесконечной, а её ноги, которые я всё еще держал на коленях, обжигали даже через ткань брюк.
Б**дь, что я творю? Я, человек, который заставляет акул бизнеса потеть от одного моего взгляда, последние полчаса работаю массажистом для девчонки, которая только что ударила меня пяткой в колено.
Я посмотрел на Еву. Без своих колючих шуток и вечного желания спорить она выглядела пугающе хрупкой. Слишком маленькой для этого огромного джипа. Слишком сломленной для этого проклятого вечера. Тот звонок на балконе вытряс из неё душу, и это бесило меня больше всего. Какое-то дерьмо из её прошлого решило, что имеет право портить мой вечер и мою женщину.
Мою. Это слово засело в мозгу как пуля. Да, я купил её время, её работу, её присутствие рядом. И я не привык, чтобы кто-то другой протягивал свои грязные лапы к тому, что я считаю своим.
Я свернул на частную дорогу. Охрана у ворот молча кивнула, пропуская машину. Я не повез её в ту халупу, которую она называет квартирой. После того, как я услышал обрывки её разговора на балконе, оставлять её одну в районе, где любой наркоман за дозу перережет горло в подворотне — это не просто глупость. Это риск для моих активов. В моем доме стены из армированного бетона, круглосуточное наблюдение и люди, которые стреляют раньше, чем задают вопросы. Здесь она в безопасности. Хочет она этого или нет.
Я заглушил мотор. В салоне воцарилась тишина. Ева даже не пошевелилась.
— Приехали, белочка, — тихо бросил я, но ответа не последовало.
Я вышел из машины, обошел её и открыл пассажирскую дверь. Аккуратно, стараясь не разбудить (черт знает зачем, просто не хотелось снова слушать её визг), я просунул руки под её спину и колени. Она весила не больше охапки цветов. Когда я поднял её, она неосознанно уткнулась носом в мою шею и выдохнула.
У меня внутри всё скрутило. Сука, она пахла лавандой и дождем.
Я нес её по коридорам особняка, и каждый шаг отдавался в голове четким ритмом. Горничная выскочила навстречу, но я коротким кивком приказал ей исчезнуть. Я сам уложил её на кровать в гостевой спальне — в комнате, где нет окон на уровне земли и где дверь запирается на биометрический замок.
Сбросив её туфли на пол, я накрыл её одеялом. Она что-то пробормотала во сне и свернулась калачиком. Я стоял и смотрел на неё еще пару минут. Злость не уходила, она просто сменила направление.
Я вышел в кабинет и набрал Маркуса. Он ответил после второго гудка.
— Пробей номер, с которого звонили моей ассистентке в 21:42. Мне нужно имя, адрес, список долгов и все грехи этого ублюдка до третьего колена. И сделай это быстро.
— Будут проблемы? — голос Маркуса был сухим.
Я посмотрел на свои ладони — кожа на костяшках всё еще горела от того, как я сжимал руль.
— Проблемы будут у него. Если этот кусок дерьма вообразил, что Ева — это бездонный банкомат, на который можно давить, когда хочется выпить, то он б**дь очень сильно ошибся адресом. Он еще не понял, что она под моей защитой. А те, кто этого не понимают, обычно быстро учатся... в реанимации.
Я нажал отбой и швырнул телефон на стол.
Я не собирался ей ничего говорить. Она слишком гордая. Если узнает, что я влез в её семейное болото — возненавидит меня еще сильнее. Пусть. Мне плевать на её чувства, пока она цела и выполняет мои приказы. Я зачищу это дерьмо молча.
Ни один пьяный ублюдок не будет доводить мою белочку до слез. Это мое исключительное право.
Я налил себе виски, подошел к окну и посмотрел на темный сад. Завтра она проснется в ярости. Завтра она будет кричать, что я похитил её. Но сегодня она спит в безопасности. Под моим присмотром.
И пока я жив, никто не заберет у неё этот покой. Я уже дошел до двери, но рука замерла на ручке. Твою мать. С каких пор я стал таким нерешительным?
Я обернулся. В комнате было темно, только полоска света из коридора падала на кровать, очерчивая её силуэт. Я подошел ближе — медленно, бесшумно, как хищник, который боится спугнуть собственную добычу.
Ева спала. Её дыхание было рваным, тяжелым, как будто даже во сне она продолжала бежать от своих демонов. Одеяло сползло, обнажая хрупкое плечо и тонкую линию ключицы. В этом огромном доме, среди мрамора и охраны, она казалась чем-то запредельно неправильным. Чем-то живым в склепе.
Я сел на край кровати. Матрас почти не прогнулся под моим весом, но я чувствовал исходящее от неё тепло. Моя рука сама потянулась к её лицу. Я хотел коснуться её кожи, проверить, настоящая она или это очередной глюк моего уставшего мозга.
Я провел кончиками пальцев по её щеке — сухая, соленая от слез. Внутри всё сжалось в тугой узел. Я ненавижу слезы. Обычно они значат, что кто-то пытается мною манипулировать. Но её слезы... они были другими. Настоящими.
— Б**дь, Ева... — прошептал я, глядя, как она дернула ресницами во сне. — Какого черта ты делаешь со мной?
Я чувствовал себя идиотом. Огромный мужик, который управляет империей, сидит в темноте и пялится на спящую девчонку, гадая, почему его так тянет просто прижать её к себе и раздавить любого, кто посмеет на неё косо посмотреть. Это была не просто похоть. Это было что-то темное, собственническое, пугающее. Мне хотелось запереть её здесь, выкинуть её телефон, стереть её прошлое и оставить только себя. Чтобы она смотрела только на меня. Чтобы зависела только от меня.
Она перевернулась на другой бок, и прядь волос закрыла ей лицо. Я осторожно убрал её за ухо. Мои пальцы задержались на её шее — там, где еще пару часов назад пульсировал страх. Сейчас там был только ровный ритм её жизни.
Я наклонился ниже. Запах лаванды и её собственной кожи ударил в голову сильнее любого виски. Я замер в сантиметре от её губ. Один укус — и она проснется. Один поцелуй — и я окончательно потеряю контроль.
Я резко встал. Хватит.
Эта девчонка — ходячая катастрофа. И если я не возьму себя в руки, она сожжет меня вместе со всем моим миром. Но прежде чем это случится, я зачищу её жизнь от любого мусора, который мешает ей спать спокойно.
Я вышел из комнаты, плотно закрыв дверь. Замок щелкнул. Теперь она в безопасности. Теперь начинается моя работа.